Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

1. Обращение Президиума Совета судей Российской Федерации к Председателю Конституционного Суда Российской Федерации Председателю Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькину. 2. Ответ Валерия Дмитриевича Зорькина на Обращение Президиума Совета судей.

13.03.2011 13:02      Просмотров: 4360      Комментариев: 1      Категория: Российское государство


Источник информации - http://www.ssrf.ru/ss_detale.php?id=6844&columnValue=1&CATEGORY_2=%CD%EE%E2%EE%F1%F2%E8

1. Обращение Президиума Совета судей Российской Федерации к Председателю Конституционного Суда Российской Федерации Председателю Конституционного Суда Российской Федерации В.Д. Зорькину
       
Уважаемый Валерий Дмитриевич!


Судья Конституционного Суда Российской Федерации в отставке Морщакова Тамара Георгиевна на заседании Совета по развитию гражданского общества и правам человека 1 февраля 2011 года, выступая по вопросу судебной и полицейской реформы, инициировала проведение мониторинга по резонансным делам в форме экспертных оценок качества рассмотрения конкретных дел. В выступлении были названы конкретные уголовные дела, в том числе и те, приговоры по которым не вступили в законную силу. Цель таких экспертных оценок определена, как необходимость принятия государственной властью мер реагирования, если юридический анализ этих процессов будет показывать их несостоятельность с точки зрения правовой.

Не оспаривая право каждого члена гражданского общества, в том числе и судей, критиковать недостатки в сфере судопроизводства, вносить предложения по улучшению функционирования судебной системы, укреплению независимости судей, Президиум Совета судей Российской Федерации полагает, что контроль над судебными актами должен осуществляться исключительно конституционными органами посредством уголовного, гражданского и административного судопроизводства. В соответствии со ст. 118 Конституции Российской Федерации и ст. 1 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» никакие иные органы, кроме судебных, не являются компетентными для оценки законности судебного акта, включая правильное применение материального и процессуального закона. Иное означало бы незаконное вмешательство в отправление судом правосудия, допускало бы оценку законности судебного акта и проверку его, по существу, некомпетентным органом.

Аналогичная позиция неоднократно высказывалась Конституционным Судом Российской Федерации (постановления от 28 февраля 2008 г. № 3-П,  от 25 января 2001 года № 1-П).

Предложение ввести особый порядок проверки судебных решений по отдельным, так называемым «резонансным» делам, противоречит принципу равенства граждан перед законом и судом, провозглашенным в статье 19 Конституции Российской Федерации.

Согласно статье 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону. В силу этого конституционного положения какое бы то ни было вмешательство в деятельность судов при отправлении ими правосудия, в том числе со стороны гражданского сообщества или отдельных лиц, является недопустимым.

Учитывая изложенное, просим Вас проинформировать судейское сообщество о том, насколько согласуется с названными конституционными нормами, пунктом 8 Основных принципов независимости судебных органов и пунктом 4.6 Бангалорских принципов поведения судей публичная организация экспертной работы по экспертно-правовому анализу уголовного процесса по делам, по которым приговоры не вступили в законную силу, и не является ли это публичной формой влияния на суд при рассмотрении конкретных дел.


Президиум Совета судей  Российской Федерации

10  февраля 2011 года.

 

 
2. Валерий Зорькин направил письмо Совету судей по поводу проведения экспертизы резонансных уголовных дел

 Источник информации - http://www.rg.ru/2011/02/15/zorkin-poln.html  ("Российская газета",15.02.2011).

Вчера председатель Конституционного суда Валерий Зорькин на шести страницах ответил президиуму Совета судей, что он думает о независимой экспертизе резонансных уголовных дел. "РГ" публикует полный текст выступления главы КС.

Уважаемые коллеги!

Письмо Президиума Совета судей Российской Федерации, направленное в адрес Председателя Конституционного Суда и опубликованное на сайте Совета судей РФ 10 февраля 2011 года, - слишком серьезный документ для того, чтобы я мог уклониться от  обсуждения поставленных в нем проблем. Я расцениваю этот документ как личное обращение ко мне за советом, т.е.  обращение к конституционалисту, а не к Председателю Конституционного Суда. В этом смысле мой ответ - это всего лишь совет коллегам по вопросам, относящимся к  моей компетенции как специалиста в сфере конституционного права.

Свой ответ, направляемый с одобрения судей  Конституционного Суда, я начну непосредственно с поставленного вопроса. Президиум Совета судей просит меня проинформировать судейское сообщество о том, насколько согласуется с конституционными нормами и международно-правовыми актами "публичная организация экспертной работы по экспертно-правовому анализу уголовного процесса по делам, по которым приговоры не вступили в законную силу, и не является ли это публичной формой влияния на суд при рассмотрении конкретных дел".

При этом в письме отмечены следующие аспекты проблемы, вызывающие озабоченность (цитирую дословно): "не оспаривая право каждого члена гражданского общества … критиковать недостатки в сфере судопроизводства,… Президиум Совета судей Российской Федерации полагает, что контроль над судебными актами должен осуществляться исключительно конституционными органами посредством уголовного, гражданского и административного судопроизводства"; "никакие   иные   органы,   кроме   судебных,   не   являются компетентными для оценки законности судебного акта, включая правильное применение материального и процессуального закона. Иное означало бы незаконное вмешательство в отправление судом правосудия, допускало бы оценку законности судебного акта и проверку его, по существу, некомпетентным органом"; "предложение ввести особый порядок проверки судебных решений по отдельным, так называемым "резонансным" делам, противоречит принципу равенства граждан перед законом и судом".

Постановка этих вопросов была связана с предложением, сформулированным представителями Совета по развитию гражданского общества и правам человека, о проведении мониторинга по резонансным делам в форме экспертных оценок качества рассмотрения конкретных дел.   И саму возможность проведения такого мониторинга необходимо рассматривать  в контексте правовой природы судебной власти и судейской независимости.

Независимость судей, будучи фундаментальной ценностью любого демократического государства, не предполагает полной закрытости судейского корпуса. Транспарентность судебной системы, выбранная в качестве одного из направлений ее развития,  означает не только расширение массива доступной информации о деятельности судов, а также выносимых ими решениях, но и возможность общественной реакции на них. Такая реакция, исходя из сложной структуры общественного устройства, может исходить от различных  социальных групп, в том числе и от представителей юридического сообщества.

В демократическом государстве судебная власть, как и другие ветви власти, призвана служить обществу. Деятельность судебной власти направлена на удовлетворение фундаментальной социальной потребности в справедливом и своевременном правосудии. Наделение судебной власти - как и других ветвей власти в государстве - полномочиями по осуществлению таких важнейших публично-правовых функций, как функции осуществления правосудия и судебного контроля, регулируется целой совокупностью принципов (как писаных, так и неписаных), направленных на обеспечение законного и справедливого суда, гарантий прав сторон судебного спора. Очевидным последствием наделения судебной власти такой функцией является публично-правовая ответственность  носителей этой власти за нарушение  ими соответствующих принципов и норм.

Полномочия судей непосредственно связаны с их ответственностью, которая подразумевает, в первую очередь, подотчетность судейского корпуса обществу. Судебная власть, будучи наделенной полномочиями по контролю деятельности всех остальных ветвей власти, нуждается в особых гарантиях невмешательства в отправление правосудия. В силу сниженных возможностей правомерного контроля со стороны других ветвей власти особое значение приобретает общественный контроль над правосудием. С другой стороны, такой контроль является важной гарантией от неправомерного административного воздействия на суд.  Будучи одной из форм "обратной связи" между обществом и судебной властью, общественная реакция как на судебные решения по конкретным делам,  так и на сложившуюся практику по  отдельным категориям дел, не может быть ограничена с точки зрения возможности анализа таких дел и их оценки, в том числе высказанной публично.

Конституционный Суд, действительно, неоднократно высказывался о недопустимости вмешательства в осуществление правосудия и, особенно, о недопустимости применения каких-либо санкций к судьям за содержание вынесенных ими решений, за высказанное ими в ходе осуществления правосудия мнение.  Такие же подходы применяются сегодня во всех цивилизованных правовых системах. Вместе с тем, недопустимость воздействия на судей с помощью административных методов, несовместимых с принципом судейской независимости, не означает невозможности общественной реакции на деятельность судебной системы - в виде обсуждения, анализа и оценки как решений по отдельным делам, так и целых направлений судебной деятельности. Иное означало бы полное устранение судебной власти из диалога с обществом, делегировавшим ей ее полномочия, закрытость судебной власти, возвращение средневекового принципа управления "Король не может ошибаться". В особенности это касается тех громких, резонансных дел, где затрагиваются наиболее важные и в то же время наиболее уязвимые права человека - право на жизнь, право на личную свободу и физическую неприкосновенность. Исторический опыт показывает, что отсутствие обратной связи судебной системы с обществом чревато   ситуациями, когда человек оказывается один на один со всей мощью государственного карательного механизма без возможности задействовать какие-либо противовесы в целях защиты своих прав.

Безусловно, авторитет судебной власти подразумевает обязательность судебных постановлений, которая также прямо вытекает из Конституции, из процессуального закона. Вступление решения в законную силу означает приобретение им статуса "частного закона для сторон", как говорилось еще в римском праве. Данный статус предполагает исполнимость решения, невозможность обжалования его в ординарных процедурах и т.д.

Однако вступление решения в законную силу не означает невозможности его обсуждения и оценки, поскольку не исключает возможности судебной ошибки. Следовательно, общество в лице составляющих его различных социальных групп всегда остается вправе обсуждать судебные решения. Поскольку повышение доверия к судебной власти является одним из главных условий эффективности ее  деятельности, необходимо осознавать, что уровень такого общественного доверия во многом связан с тем, насколько населению в целом (и профессионально-юридическому сообществу, в частности) понятны выносимые судами решения - как с формально-юридической, так и с содержательной точек зрения. Для судебной системы оценка ее деятельности  в общественном мнении, выраженная в формах дискуссий, публикаций, экспертных оценок и т.п., должна являться  важным показателем уровня доверия и авторитета судебной власти в обществе.  Именно на это и направлено повышение транспарентности судебной системы: ее целью является не само по себе опубликование данных о деятельности судов (в том числе о выносимых ими решениях), но донесение до общества информации о мотивах и аргументах в пользу принятия тех или иных решений.

Когда мы говорим о контроле над судебными актами, то надо различать две формы такого контроля: общественный контроль над правосудием и государственный контроль над судебными актами, осуществляемый в рамках судебной системы. Очевидно, что применительно к Совету по развитию гражданского общества и правам человека как консультативном органе при Президенте речь может идти лишь об общественном контроле, осуществляемом в русле таких закрепленных в Положении о Совете направлений его деятельности, как "содействие разработке механизмов общественного контроля в области обеспечения и защиты прав и свобод человека и гражданина, подготовка соответствующих предложений Президенту Российской Федерации" и "систематическое информирование Президента Российской Федерации о положении дел в области соблюдения прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации".

Ясно и то, что никакой Совет при Президенте, решения  которого носят рекомендательный характер, не обладает формально значимой компетенцией для оценки судебных актов. Совет может оценивать деятельность судов лишь в рамках общественного контроля над правосудием. При этом как консультативный орган, обеспечивающий взаимодействие Президента с обществом по определенному кругу вопросов, Совет по развитию гражданского общества и правам человека вправе отбирать и рассматривать те дела, которые, по его мнению, получили наибольший резонанс в обществе, привлекая к ним внимание Президента.  Подобная деятельность не может трактоваться как особый порядок проверки судебных решений, нарушающий принцип равенства  перед законом и судом. Кстати, и члены Совета по развитию гражданского общества и правам человека при презентации своего предложения, как представляется, недвусмысленно указали, что "экспертно-правовой анализ таких процессов  (по резонансным делам) не может иметь прямых юридических последствий". И как следует из их заявлений, речь в данном случае не идет о делах, по которым еще не принято окончательное судебное решение.  И пока что, как мы видим, никто такую экспертизу по незавершенным делам проводить не собирается.

Кроме того, в силу фундаментального принципа независимости суда диалог судебной власти с обществом может осуществляться только добровольно. Судьи не могут быть принуждены давать комментарии своих решений и своей деятельности в целом.
Не подлежит сомнению, как отмечалось выше, и то, что  обсуждаемый общественно-экспертный мониторинг не ставит (и не может ставить) своей целью принятие каких-либо прямых юридических мер - это было бы несовместимо с  конституционным принципом независимости судей и гарантиями его реализации. Цели  предлагаемого мониторинга связаны  с формированием в общественном мнении объективной картины деятельности судебной системы и, при необходимости, с принятием мер для устранения неправомерного воздействия на нее со стороны иных ветвей государственной власти в целях осуществления правосудия исключительно в рамках, установленных Конституцией РФ и законом. 

Я понимаю, что  высокопрофессиональные члены Президиума Совета судей  и сами разбираются в формально-правовой стороне проблемы. По-видимому, их озабоченность вызвана тем обстоятельством, что ситуация, по их мнению, может выйти за формально-правовые рамки и привести к тому, что  соответствующие консультативные структуры приобретут неадекватное их статусу влияние на главу государства. В связи с этим могу сказать только, что Президент как глава государства имеет законное и неотъемлемое право формировать любые группы экспертов для того, чтобы выработать свое суждение по тому или иному вопросу. Он может сформировать для этого Совет по развитию гражданского общества и правам человека. Может сформировать любую группу экспертов, а может посоветоваться с гражданами, встретившись с ними во время той или иной своей поездки. Кто, каким образом и в какой мере оказывает на него влияние, действуя при этом в конституционно-правовых рамках,  -    вопрос  выбора самого  Президента.

Прошу считать этот ответ моим личным развернутым письмом. Ибо ничем другим он являться не может по юридическим причинам, хорошо понятным моим коллегам. Написать это письмо меня побудили не профессиональные обязательства, а обстоятельства морального, гражданского и даже духовного свойства, неотчуждаемые, как я убежден, от нашей высокой профессии.
 
С уважением,   В.Д. Зорькин.

Текст публикуется с сайта Конституционного суда РФ.
   

 

ВНИМАНИЕ!  АКТУАЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ!


Анатолий Владимирович Краснянский, кандидат химических наук, старший научный сотрудник  Химического факультета Московского государственного

университета имени М.В. Ломоносова.

 Ошибки в статье 1  Федерального закона № 3-ФЗ о полиции

 

(Системный анализ юридических документов.  Часть 5.  "Вопросы гуманитарных наук". № 2. 2011. Издательство "Компания Спутник+")

 

Аннотация

 

Доказано, что статья 1  Федерального закона № 3-ФЗ о полиции содержит две логические ошибки. Доказано, что данная статья противоречит статье  19 Конституции Российской Федерации  (фатальная ошибка).

Krasnyansky Anatoly Vladimirovich, Cand. Sc. (Chemistry), Senior Research Associate of the Moscow State University named after M. V. Lomonosov The system analysis of legal documents. Part 5. Journal "Voprosy gumanitarnyh nauk", 2011, # 2.   Publishing house «the Company Sputnikplus»

Summary

It is proved that Article 1 of the Federal Law № 3- ФЗ about Police has two logic errors. It is proved that Article 1 contradicts Article 19 of the Constitution of the Russian Federation (a fatal error).


1. Введение

   В системном анализе юридических документов можно выделить следующие основные  операции: лингвистический анализ,  логический анализ,  юридический анализ и педагогический анализ (если документ касается несовершеннолетних). Между этими операциями не всегда можно  провести четкие границы,  но это и не нужно. Главная цель – наиболее полно  исследовать документ. Ранее был проведен системный анализ нескольких статей Конвенции о правах ребенка и Указа Президента Российской Федерации от 28 сентября 2010 г. № 1183 «О досрочном прекращении полномочий мэра Москвы» (смотрите сайт http://www.avkrasn.ru/).  В данной  работе  проведен системный анализ статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ «О полиции».

2. Объект анализа

Статья 1. Назначение полиции

1. Полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства (далее также - граждане; лица), для противодействия преступности, охраны общественного порядка, собственности и для обеспечения общественной безопасности.
2. Полиция незамедлительно приходит на помощь каждому, кто нуждается в ее защите от преступных и иных противоправных посягательств.
3. Полиция в пределах своих полномочий оказывает содействие федеральным органам государственной власти, органам государственной власти субъектов Российской Федерации, иным государственным органам (далее также - государственные органы), органам местного самоуправления, иным муниципальным органам (далее также - муниципальные органы), общественным объединениям, а также организациям независимо от форм собственности (далее - организации), должностным лицам этих органов и организаций (далее - должностные лица) в защите их прав.

3. Предварительные замечания

Статья 1 является множеством  (совокупностью) суждений. Кроме суждений, которые входят в это множество, есть суждения, которые  следуют из этой статьи, не присутствуя явно в исходном тексте.  Поэтому проводится анализ  как суждений, входящих в статью, так и суждений, которые логически следуют из статьи.    

4. Анализ пункта 1статьи 1

4.1. Анализ суждения:   «Полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации».

4.1.1. Права граждан включают, наряду с другими, право на жизнь (статья 20 Конституции РФ, далее – Конституция) и право на защиту (охрану) здоровья (статья 41).  Невозможно защищать жизнь и здоровье граждан, не защищая право граждан на жизнь и право граждан на здоровье. Невозможно защищать право  граждан на жизнь и право граждан на здоровье, не защищая   жизнь и здоровье граждан. Следовательно, слова «жизни, здоровья» являются лишними словами.  Суждение: «Полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации»  содержит логическую ошибку, которая называется «тавтология».  Тавтология – повторение того, что уже было сказано. [2].  Тавтологии нет в суждении: «Полиция предназначена для защиты  прав и свобод граждан Российской Федерации».

4.1.2.  Из пункта 1 статьи 1 следует, что полиция защищает  права и свободы граждан, в частности: 1) право на защиту от безработицы – статья 37 Конституции; 2) право на отдых –  статья 37 Конституции, пункт 5); 3) право на пенсию – статья 39 Конституции; 4) право на медицинскую помощь – статья 41 Конституции; право на общедоступность и бесплатность дошкольного, основного общего и среднего профессионального образования – статья 43 Конституции;  5) свободу литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания.  Этот перечень можно продолжить. Здравомыслящим людям  ясно,  что всем этим полиция не в состоянии  заниматься. Следовательно, из пункта 1 статьи 1 Закона о полиции следует множество ложных суждений.  В чем ошибка авторов Закона?   Обратимся к Закону о Милиции № 1026-1 от 18 апреля 1991 года:  «Милиция в Российской Федерации –  система государственных органов исполнительной власти, призванных защищать жизнь, здоровье, права и свободы граждан, собственность, интересы общества и государства от преступных и иных противоправных посягательств и наделенных правом применения мер принуждения в пределах, установленных настоящим Законом и другими федеральными законами». Авторы Закона о полиции забыли в пункте 1 статьи 1 добавить: «от преступных и иных противоправных посягательств» и, в сущности, приписали полиции почти все функции государства.   Статья 2 Конституции гласит: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства».  В статье 18 Конституции утверждается, что «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием».  Назначение полиции – защитить права и свободы  гражданина, а также любого лица, находящегося на территории России,  от  от преступных и иных противоправных посягательств.  Например, согласно Конституции  «Труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию» –   статья 37, пункт 1.  «Принудительный труд запрещен»   –  статья 37, пункт 2.  Полиция обязана выявлять лиц, использующих рабский труд (статья 127.2. УК РФ). Это и есть защита полицией права на свободный труд от преступных посягательств.

4.2. Анализ суждения:   «Полиция предназначена для защиты жизни, здоровья,  прав и свобод иностранных граждан, лиц без гражданства».

Иностранные граждане и лица без гражданства могут находиться на территории России и за ее пределами. Неясно, обязана или нет российская полиция защищать жизнь и здоровье иностранцев и лиц без гражданства за пределами России. Например, имеет ли право президент РФ отправить полицейских защищать жизнь и здоровье, например, граждан США, находящихся в составе оккупационных войск НАТО в Афганистане?  В рассматриваемом суждении есть логическая ошибка –  «амфиболия». Существо этой ошибки заключается в следующем: выражение (совокупность нескольких слов) допускает его двоякое толкование. [2]. Пример. «Казнить нельзя помиловать».

5. Анализ пункта 2 статьи 1

Анализ суждения: «Полиция незамедлительно приходит на помощь каждому, кто нуждается в ее защите от преступных и иных противоправных посягательств». Это суждение содержит не всегда выполнимые на практике условия.  Например, в больших городах  часто бывают пробки. Помощь полиции может понадобиться находящемуся в тайге, далеко от населенных пунктов.  Человек может нуждаться в помощи, но  полиция об этом может не знать. Здесь авторы закона используют язык рекламы –  язык, неприемлемый для юридического документа. Правильно: «Полиция обязана без промедления защищать каждого от преступных и иных противоправных посягательств». «Промедлить»   –  пробыть какое-то время в бездействии, запоздать с выполнением какого-нибудь дела. [3]. Человеку не всегда удается сделать то, что он  обязан сделать,  даже если он этому отдает все силы и способности.    

6. Анализ пункта 3 статьи 1

В состав пункта 3 статьи 1 (совокупность суждений) входит суждение: «Полиция в пределах своих полномочий оказывает содействие должностным лицам этих органов и организаций  в защите их прав». В пункте 1 статьи 1 утверждается, что «полиция предназначена для защиты жизни, здоровья, прав и свобод граждан Российской Федерации, иностранных граждан, лиц без гражданства». Следовательно,  Закон о полиции выделяет должностных лиц, которым полиция оказывает содействие (помощь, поддержку [3]) в защите их прав,  от всех остальных.  Это противоречит пункту 2 статьи 19 Конституции. В этот пункт (совокупность суждений) входит суждение:   «Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от должностного положения». Следовательно, пункт 3 статьи 1 Закона о полиции  противоречит Конституции.  Это и есть фатальная юридическая ошибка.

7. Выводы

1. Статья 1  Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ «О полиции»  содержит  две логические ошибки. Из этой статьи логически следует множество ложных суждений.

2. Пункт 3  статья 1 Закона о полиции противоречит статье  19 Конституции Российской Федерации (фатальная юридическая ошибка).

3. Статья 1 Закона о полиции не может использоваться по прямому назначению, то есть не может регулировать общественные отношения (следствие из пункта 2).  

4. Статью 1 следует использовать в учебных целях в качестве задания для студентов юридических специальностей в следующей формулировке: "Найти ошибки в статье 1 Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции»".

8. Источники информации

[1]  Федеральный закон Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" (http://www.rg.ru/2011/02/07/police-dok.html).

[2]  А.А. Ивин, А.Л. Никифоров. Словарь по логике. Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС. Москва. 1998.

[3]   Сергей Иванович Ожегов. Словарь русского языка. Около 50 000 слов. Издание 5, стереотипное. Государственное издательство иностранных и национальных словарей. Москва. 1963.

Файл: ЗаконОполицСтатья1


 

 Анатолий Владимирович Краснянский, кандидат химических наук, старший научный сотрудник  Химического факультета Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова.

 Ошибки в статье 5  Федерального закона № 3-ФЗ о полиции

(Системный анализ юридических документов.  Часть 6. Журнал "Юридические науки". № 2. Издательство "Компания Спутник+"

Аннотация

Доказано, что статья 5 Закона о Полиции противоречит статьям 13, 14, 18, 21 и 23 этого Закона

 

 

Krasnyansky Anatoly Vladimirovich, Cand. Sc. (Chemistry), Senior Research Associate of the Moscow State University named after M. V. Lomonosov

The system analysis of legal documents. Part 6

Journal «Legal  Sciences», 2011, # 2   Publishing house «the Company Sputnikplus»

Summary

It is proved that Article 5 of the Federal law  «About Police» contradicts articles 13, 14, 18, 21 and 23 of  this Law

1. Введение

 

   В системном анализе юридических документов можно выделить следующие основные  операции: лингвистический анализ,  логический анализ,  юридический анализ и педагогический анализ (если документ касается несовершеннолетних). Между этими операциями не всегда можно  провести четкие границы,  но это и не нужно. Главная цель – наиболее полно  исследовать документ. Ранее был проведен системный анализ нескольких статей Конвенции о правах ребенка,  Указа Президента Российской Федерации от 28 сентября 2010 г. № 1183 «О досрочном прекращении полномочий мэра Москвы» и статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции» (смотрите сайт http://www.avkrasn.ru/). В данной  работе  проведен системный анализ статьи 5  Закона «О полиции».

2. Объект анализа

Статья 5. Соблюдение и уважение прав и свобод человека и гражданина

1. Полиция осуществляет свою деятельность на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина.

2. Деятельность полиции, ограничивающая права и свободы граждан, немедленно прекращается, если достигнута законная цель или выяснилось, что эта цель не может или не должна достигаться путем ограничения прав и свобод граждан.

3. Сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание.

4. При обращении к гражданину сотрудник полиции обязан:

1) назвать свои должность, звание, фамилию, предъявить по требованию гражданина служебное удостоверение, после чего сообщить причину и цель обращения;

2) в случае применения к гражданину мер, ограничивающих его права и свободы, разъяснить ему причину и основания применения таких мер, а также возникающие в связи с этим права и обязанности гражданина.

5. Сотрудник полиции в случае обращения к нему гражданина обязан назвать свои должность, звание, фамилию, внимательно его выслушать, принять соответствующие меры в пределах своих полномочий либо разъяснить, в чью компетенцию входит решение поставленного вопроса.

6. Полученные в результате деятельности полиции сведения о частной жизни гражданина не могут предоставляться кому бы то ни было без добровольного согласия гражданина, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом.

7. Полиция обязана обеспечить каждому гражданину возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не установлено федеральным законом.

3. Предварительные замечания

 

Статья 5 является совокупностью суждений.  В работе проводится анализ  как суждений, входящих в статью, так и суждений, которые логически следуют из статьи.    

4. Анализ части 1 статьи 5

Часть 1 статьи 5:  «Полиция осуществляет свою деятельность на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина». 

 

Анализ словосочетания: «на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина».  Анализ основан на статье 2 Конституции Российской Федерации (далее – Конституция):  «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина –  обязанность государства». Полиция –  государственный орган, часть государства. Поэтому на основании  Конституции   часть 1 статьи 5 следует формулировать так: «Полиция осуществляет свою деятельность на основе соблюдения прав и свобод человека».  Данная формулировка не содержит лингвистическую ошибку –  плеоназм. Плеоназм – (от греческого pleonasmоs –  излишество), многословие, употребление слов, излишних для смысловой полноты.  В данном контексте лишнее  слово –  «уважение».  Уважение – почтительное отношение, основанное на признании чьих-нибудь достоинств. Питать уважение к кому-нибудь. Сделать что-нибудь из уважения. Пользоваться общим уважением. Взаимное уважение. [2].    Уважение – это чувство. Государство не имеет права контролировать эмоциональную сферу человека – это логически следует из статьи 28  Конституции. Следовательно, государство не имеет права требовать от гражданина наличия или отсутствия каких-либо чувств к чему-нибудь или к кому-нибудь. Следовательно, в законе (общеобязательном правиле) не должно быть требований любить и уважать законы, президента, партию, страну. Нельзя требовать любви к Родине – но это чувство необходимо воспитывать, иначе некому будет ее защищать.  Нельзя требовать  от граждан уважения к законам, но это чувство необходимо воспитывать – это основа демократического государства. 
   Требовать от граждан, в том числе от сотрудников полиции уважения к чему-нибудь или к кому-нибудь – нарушение  статьи 28  Конституции.
   Полиция обязана соблюдать (исполнять строго, в точности, добросовестно [2]) права и свободы. Даже если сотрудник полиции (как, впрочем, любой гражданин) считает какой-нибудь закон несправедливым,  и нет у него «почтительного отношения» к данному закону, все равно он (и любой гражданин) обязан соблюдать закон.  
 

5. Анализ части 2 статьи 5

Часть 2 статьи 5:  «Деятельность полиции, ограничивающая права и свободы граждан, немедленно прекращается, если достигнута законная цель или выяснилось, что эта цель не может или не должна достигаться путем ограничения прав и свобод граждан».

 

5.1. В состав части 2  статьи 5 (совокупность суждений) входит суждение: «Деятельность полиции, ограничивающая права и свободы граждан, немедленно прекращается, если выяснилось, что эта цель не может достигаться путем ограничения прав и свобод граждан». Если цель не может быть достигнута путем ограничения прав и свобод граждан, то каждому нормальному человеку ясно, что в этом случае не имеет смысла ограничивать права и свободы.  Зачем российским гражданам, в том числе сотрудникам полиции,  объяснять совершенно очевидные истины?

5.2. В состав части 2  статьи 5 (совокупность суждений) входит суждение: «Деятельность полиции, ограничивающая права и свободы граждан, немедленно прекращается, если выяснилось, что законная цель не должна достигаться путем ограничения прав и свобод граждан». В российском законодательстве   существуют нормы права, допускающие ограничения прав и свобод.   Эти правовые нормы можно разделить на четыре группы: 1) ограничения, связанные с проведением оперативно-розыскной деятельности; 2)    ограничения, вызванные чрезвычайными ситуациями; 3) ограничения, связанные с обеспечением безопасности государства, законности,  основ конституционного строя;  4) ограничения имущественных прав несовершеннолетних (статьи 26 и 28 Гражданского кодекса Российской Федерации).   Из части 2  статьи 5 следует, что авторы Закона о полиции ввели эту правовую норму исходя из того, что полиция сначала принимает меры, ограничивающие  права и свободы, а  уж затем, после принятия мер, проводит правовой анализ: не противоречат ли принятые меры законодательству?  На самом деле порядок обратный. Например, для производства следственного действия необходимо сначала получить разрешение  (статья 165 УПК РФ), а уж затем производить осмотр жилища, обыск и другие действия, указанные российском законодательстве.   Неясно, как может вдруг выясниться,  «что законная цель не должна достигаться путем ограничения прав и свобод граждан».  Возникает вопрос: «Знают ли авторы  Закона о полиции российское законодательство?»

6. Анализ части 3 статьи 5

Часть 3 статьи 5: «Сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание».

 

    В совокупность суждений (часть 3 статьи 5) входит суждение: «Сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняется боль». Необходимо обратить внимание на то, что не указаны обстоятельства, при которых сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль. Следовательно, из части 3 статьи 5 следует, что при любых обстоятельствах сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль.  В части 1 статьи 18  указано, что «сотрудник полиции имеет право на применение физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия лично или в составе подразделения (группы)  в случаях и порядке, предусмотренных федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами».  Очевидно, что применение боевых приемов борьбы (часть 1 статьи 20),    специальных палок (пункт 1 части 2 статьи 21),  электрошоковых устройств (пункт 5 части 2 статьи 21) и некоторых других специальных средств, огнестрельного оружия (статья 23)   вызывает боль.   Из части 3 статьи 5 логически следует, что сотрудник полиции при любых обстоятельствах обязан пресекать применение другими сотрудниками полиции  боевых приемов борьбы,  специальных палок,  электрошоковых устройств и некоторых других специальных средств, огнестрельного оружия. Следовательно, часть 3 статьи 5 противоречит  статье 18, статье 20, статье 21 и статье 23, поскольку в этих статьях указаны обстоятельства, при которых сотрудник полиции имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять боевые приемы борьбы,  специальные палки,  электрошоковые устройства и некоторые другие специальные средства,  огнестрельное оружие.

7. Анализ части 4 статьи 5

 

В состав части 4  статьи 5 входит суждение: «При обращении к гражданину сотрудник полиции обязан: в случае применения к гражданину мер, ограничивающих его права и свободы, разъяснить ему причину и основания применения таких мер, а также возникающие в связи с этим права и обязанности гражданина». Законодатель считает, что последовательность действий сотрудника полиции всегда должна быть такой: 1. Сотрудник обращается к гражданину и разъясняет ему причину и  основания применения мер, ограничивающих его права и свободы; 2. Принимает меры, ограничивающие  права и свободы гражданина.   Из этого следует, что в любой ситуации (иного в законе не сказано) перед тем, как применить к гражданину меры, ограничивающие его права и свободы, сотрудник полиции обязан разъяснить ему причину и основания применения таких мер. Однако это не всегда возможно. Пример № 1. В погоне за вором, застигнутым на месте преступления, сотрудник полиции должен сначала (на бегу) разъяснять вору причину и основания, по которым он бежит за вором, а уж потом надеть наручники (если догонит). Пример № 2.  При задержании опасного преступника необходимо, чтобы избежать кровопролития, использовать эффект внезапности. Часть 4 статьи 5 запрещает использовать эффект внезапности и подвергает повышенному  риску жизнь и здоровье сотрудников полиции.

8. Выводы

 

1. Статья 5  Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции»  противоречит статьям 13, 14, 18, 21 и 23 этого Закона.

2. Статья 5 Закона о полиции запрещает сотрудникам полиции  при любых обстоятельствах применять физическую силу, специальные средства и огнестрельное оружие (следствие из пункта 1).

3. Статью 5 Закона о полиции нельзя использовать по прямому назначению (следствие из пунктов 1 и 2).  

4. Статью 5 следует использовать в учебных целях в качестве задания для студентов юридических специальностей в следующей формулировке: "Найти ошибки в статье 5 Федерального закона Российской Федерации от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ «О полиции»".

 9. Источники информации

 

[1]  А.А. Ивин, А.Л. Никифоров. Словарь по логике. Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС. Москва. 1998.

[2]   Сергей Иванович Ожегов. Словарь русского языка. Около 50 000 слов. Издание 5, стереотипное. Государственное издательство иностранных и национальных словарей. Москва. 1963.

Файл: ЗаконОпол5Статья1

 


 

 

 

Ещё статьи:
Комментарии:
Автор: василий кудинов
Дата: 11.09.2016 17:09
городской суд после апеляционной жалобы на решение мирового судьи по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ оставил без изменение лишение вод. прав на 1,8 года со штрфом 30 000 рублей. Сотрудники ГиБДД вытащили меня из дома, где я употреблял спиртное и на основании заявителя за отказ дышать в трубку составили протокол. Ознакомившись с материалами дела были вывленны многочисленные нарушения в административном деле. Даже подделаная подпись в номерном протоколе об отстранении ТС судом не учитывалось, хотя я провёл не зависимую судебную поддчерковедческую экспертизу, где указан вывод: подпись выполнена иным лицом. О чём мною было подано заявление в следственный комитет. Не руководствуясь ч.3 ст. 30 Конституции РФ и ч.2 ст. 26.2 КоАП РФ мировой судья и городской судья оставили решение без измения. После чего я поругался со своей женой, теперь вот развожусь, оставляю двух малолетних детей, т.к. содержать больше их не могу. Вот такое наше правовое законодательство. Теперь я и работы лишился. За 30 лет водительского стажа в ДТП я никогда не учавствовал, у меня 2 нарушения ПДД за превышение скорости на 20 км/ч, никогда судим не был....Даже жуликам такие наказание не дают...Я лишился не только работы вод. удостоверения, но и семьи. Спасибо!
Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна