Get Adobe Flash player
Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

Н. И. Смоленский. Теория и методология истории. Раздел 4.3. из учебника: Историческое познание и историческое сознание

12.02.2016 20:18      Просмотров: 972      Комментариев: 0      Категория: Право, политика, геополитика, социология

Н. И. Смоленский

                                Теория и методология истории                             

Смоленский Н.И. Теория и методология истории: учебное пособие для студентов высших учебных заведений / Н. И. Смоленский. — 2- е издание, стереотипное. — М: Издательский центр «Академия», 2008. — 272 с . ISBN 978-5-7695-5045-4 .   URL:   http://www.ruslanka.ru/lit/metodika_smolensky.pdf   

 

 

4.3.  Историческое познание и историческое сознание

URL:   http://www.ruslanka.ru/lit/metodika_smolensky.pdf   ,   URL:  http://studopedia.ru/4_172298_istoricheskoe-poznanie-i-istoricheskoe-soznanie.html

Одной из фундаментальных социальных функций исторического познания является формирование исторического сознания. Что такое историческое сознание? Согласно одной из точек зрения А. Левада) историческое сознание рассматривается как социальная память. «Этим понятием охватывается все многообразие стихийно сложившихся или созданных наукой форм, в которых общество осознает (воспроизводит и оценивает) свое прошлое, точнее, в которых общество воспроизводит свое движение во времени» [49].

Отличие исторического сознания от других форм общественного сознания Ю. А. Левада усматривает в том, что оно вводит дополнительное измерение — время. Историческое сознание, следовательно, разновидность знания обществом своего прошлого. При всем том, что без социальной памяти исторического сознания быть не может, ошибочно отождествлять историческое сознание и историческое знание. Знание, особенно профессиональное историческое знание, — удел сравнительно небольшой прослойки людей, тогда как историческое сознание по определению является массовым, одной из форм общественного сознания наряду с правовым, национальным, нравственным и другими его формами. Более убедительным представляется взгляд, согласно которому под историческим сознанием подразумевается связь времен — прошлого, настоящего и будущего — в сознании индивида и общества в целом [50]. Что означает эта связь времен, что она дает обществу, как и почему она рвется и каковы последствия этого разрыва?

Историческое сознание является не только одной из проблем науки, но и жизненно важной проблемой любого общества. От состояния исторического сознания зависит степень стабильности общества, его способность к выживанию в критических обстоятельствах и ситуациях. Устойчивое историческое сознание — важнейший показатель стабильности общества подобно тому, как разорванное, клочкообразное состояние исторического сознания — свидетельство надвигающегося кризиса, ставшего реальностью. Конечно, кризис исторического сознания вторичен по сравнению с кризисом общества и является результатом, следствием последнего, но разрушение исторического сознания может быть и результатом целенаправленных усилий, злой воли и умысла. Тогда злая воля становится инструментом культивирования исторического беспамятства людей, отнимающего у них возможность ориентироваться в настоящем, надежду на будущее и превращающего их в орудие реализации самых разных целей, в том числе направленных против их коренных интересов.

Связь времен имеет жизненно важное значение и является главным признаком исторического сознания. Об этом свидетельствуют и эсхатологические представления, связывающие земное и небесное царства, сансару и нирвану и т.д.

Четкое художественное «осмысление проблемы исторического сознания — слова Гамлета: (распалась связь времен.

В чем заключается необходимость и общественная значимость связи времен? И то и другое определяется общественной природой человека, физической невозможностью его бытия в одном временном измерении [51]. Порой ставится вопрос, который является не только риторическим: «Чем человек отличается от животных?» Состраданием, утверждают одни, но дельфин выбрасывается на берег из чувства солидарности, сострадания. Способностью любить, считают другие, но волк сохраняет верность одной волчице, а лебедь гибнет после смерти своей подруги. Умением смеяться, думают третьи, но обезьяны вполне обладают этой способностью. Способностью творить, утверждают иные, но доказана способность обезьян к творчеству при добывании пищи, а танец журавлей прекраснее любого плохо поставленного хореографом танца. Отличительное свойство человека — в наличии памяти, удерживающей в единстве его прошлое, настоящее и его планы, надежды на будущее. При всей реальности проявления так называемого «растительного существования человека его земное бытие не протекает только в каком-то одном временном измерении из трех названных модальностей. Противоположность памяти — беспамятство, которое обрело художественную форму в образе Маугли. Таков и профессор Борн с его усилиями открыть препарат, который лишает людей памяти (фильм «Мертвый сезон»). Беспамятны бесы Ф.М.Достоевского с их четкой программой: «Надобно, чтобы такой народ, как наш, не имел истории, а то, что имел под видом истории, должно быть с отвращением забыто. Кто проклянет свое прошлое, тот уже наш — вот наша формула». Впрочем, в последнем случае речь идет уже не об индивидуальной памяти, а о коллективной памяти народа, массовом историческом склерозе. Беспамятство лишает возможности должным образом ориентироваться в настоящем и способности понимать, что надо делать в будущем. Вот как ставил такие цели с обозначением способа их реализации Гитлер: «Было бы разумнее установить в каждой деревне громкоговоритель, чтобы таким путем информировать людей о новостях и дать им пищу для разговоров; это лучше, чем допустить их к самостоятельному изучению политических, научных и т. п. сведений. И пусть никому не приходит в голову передавать покоренным народам по радио сведения о их прежней истории. Передавать следует музыку и еще раз музыку!.. И если люди смогут побольше плясать, то это должно приветствоваться» [52].

В цепи времен «прошлое — настоящее — будущее» первое звено является и самым значимым и самым уязвимым. Разрушение связи времен, т. е. исторического сознания, начинается с прошлого. Что значит разрушить историческую память? Это значит, прежде всего, разорвать связь времен. Опираться на историю можно, только если она связана цепью времен. Чтобы разрушить сознание, надо рассыпать историю, превратить ее в несвязанные эпизоды, т.е. устроить хаос в сознании, сделать его фрагментарным. В этом случае общественное сознание неспособно из отдельных кусков составить целостную картину развития. Это означает разрыв диалога между поколениями, между отцами и детьми, что и приводит к трагедии беспамятства.

По мнению медиков, разорванность, прерывистость мышления и сознания является отличительным признаком шизофрении. Между этим состоянием физиологии человека и разрывом связи времен в общественном сознании, конечно, не может быть тождества, однако понятие болезни, кризиса в полной мере применимо и в том и другом случае.

Разрушить историческую память — значит изъять, конфисковать какую-то часть прошлого, сделать его как бы несуществующим, объявить его ошибкой, заблуждением. Это можно отнести к фрагментаризации сознания, сознание «шизофренизируется».

Импульс к формированию исторического сознания или его разрушению исходит из современной в каждый данный момент общественной среды, но средством достижения упомянутых целей является формирование отношения к прошлому. Изменение образа прошлого способствует стремлению человека или общества изменить переживаемую ими в каждый момент ситуацию. Диктует отношение к прошлому не само прошлое, а современная историку среда. Прошлое само по себе никого не может обязать к тому или иному варианту отношения к себе, следовательно, не может помешать и наихудшему из них, грубо искажающему реальный образ прошлого в угоду настоящему. Научные аргументы воспрепятствовать этому не могут, следовательно, область решения этого вопроса — не историческая наука, а общество. Историческое познание в состоянии предложить более или менее адекватный образ прошлого, однако станет он элементом исторического сознания или нет — зависит от общества, состояния и расстановки в нем общественных сил, позиции власти и государства. Борьба общественных сил за прошлое, за тот или иной его образ — это и борьба за историческое сознание, за то или иное его содержание.

Конечно, влияние на историческое познание современной историку среды устранить нельзя.

Историческое познание не является единственным и безупречным источником формирования исторического сознания, но не по своей природе в целом, а в отношении тех ситуаций, когда в область массового сознания передается образ прошлого, не отвечающий требованиям его адекватности, т. е. истинности. Труд историка — первоисточник сведений о прошлом, но сведения эти передаются через третьи руки (средствами массовой информации, с помощью приемов художественного отображения действительности), что многократно расширяет вероятность формирования искаженного исторического дознания.

Связь времен рвется в периоды острых общественных кризисов, социальных потрясений, переворотов, революций. Всякое отступление от последовательно эволюционной динамики развития с неизбежностью приводит к той или иной форме общественного кризиса, в том числе и кризиса исторического сознания, что нельзя отнести к разряду манипуляции. Потрясения революционного характера, приносившие с собой изменения общественного строя, порождали и самые глубокие кризисы исторического создания. Однако исторический опыт показывает, что связь времен в конечном итоге восстанавливалась. Общество во все времена испытывает потребность в восстановлении связей с прошлым, со своими корнями: любая эпоха порождена предшествующим ей этапом исторического развития — и преодолеть эту связь, т. е. начать развитие с некой нулевой отметки, невозможно. Вследствие этого возникает потребность поставить в ту или иную форму зависимости данное состояние общества даже с самыми «трудными» в смысле совместимости периодами предшествующего развития. Примером может служить стремление определить отношение ФРГ к нацистскому прошлому, которое в течение десятилетий послевоенной истории этой страны считалось «не преодоленным». Преодолеть — значит посмотреть на прошлое как на звено между тем, что ему предшествовало и что произошло потом. История и сознание не терпят пустоты, связь времен восстанавливается.

В структуре современного исторического сознания в России одним из важных аспектов является проблема отношения к периоду советской истории. Сам переход к этому периоду в октябре 1917 г. означал радикальный разрыв с прошлым во всех сферах, это был глубокий кризис исторического сознания. Переход к новому строю оценивался по-разному: одними — как крушение всех жизненных устоев, другими — как избавление от тяжкого и мучительного прошлого. Кризис исторического сознания выражался и в отрицании значительной части отечественного прошлого, как ненужных страниц. В области исторического образования это выразилось в отказе от систематического его изучения, его фрагментаризации (учебники М.Н.Покровского, 1868-1932).

Конечно, такое отношение к прошлому России не могло быть устойчивым и долговременным фундаментом построения нового общества, хотя оно было распространено вплоть до 1934 г. — до известного Постановления ЦК ВКП (б) о преподавании истории.

К этому времени уже многое говорило о недостаточности и нецелесообразности отказа от систематического изучения истории, об ущербности формирования типа исторического сознания, опирающегося лишь на отдельные эпизоды, пласты прошлого, вырванные из общего контекста. Это не давало ощущения связи времен, следовательно, и понимания места нового общества в этой цепи событий.

На смену фрагментарно-выборочному подходу к изображению прошлого пришел хронологический подход, распространенный до Октябрьской социалистической революции 1917 г. Конечно, огромная разница в оценке событий, водоразделом которой была эта революция, сохранялась. Однако новый этап развития России, который резко отличался от дореволюционной эпохи, представлялся в этом случае как некоторый итог, порождение прошлого.

В годы Второй мировой войны особую роль стали играть страницы отечественного прошлого, связанные с именами Александра Невского, Дмитрия Донского, А.В.Суворова, М.И.Кутузова. Историческая преемственность в развитии страны в общественном сознании, в том числе преемственность Российской империи и Советского Союза, восстанавливалась.

Показательно следующее. В обращении И.В.Сталина к народу 2 сентября 1945 г. по случаю победы над Японией говорилось, что японская агрессия против России началась в 1904 г., потом последовала интервенция в период Гражданской войны, затем Хасан и Халхин-Гол. Поражение русских войск в 1904 г. оставило тяжелые воспоминания в сознании народа, который верил, что наступит день, когда эта тяжелая память о прошлом перестанет отягощать сознание людей. Этого дня люди старшего поколения, подчеркнул И. В. Сталин, ждали 40 лет.

Можно, конечно, поспорить с логикой рассуждений И. В. Сталина. Однако для нас в данном случае важно стремление руководителя государства представить события прошлого и настоящего как звенья единой цепи.

В историческом сознании советского общества отношение к идее преемственности с дореволюционным прошлым не увеличивало разрыва с ним, а с течением времени восстанавливало связи, утраченные в период революции и последовавшие за ней годы.

Многое менялось в положительном смысле и в оценке разных событий и действовавших лиц. В общественном сознании послеоктябрьского периода все определялось позицией государственной власти. В историческом сознании акцент переносился с прошлого на современность и на будущее (в том числе и в связи с тезисом о грядущей мировой социалистической революции). Над прошлым довлело проклятие, которое мешало ему стать одним из звеньев исторического сознания.

 Но даже такой жесткий авторитарный режим власти, как сталинский, не смог удержать унаследованную от Октябрьской революции структуру исторического сознания, связь времен восстановилась. Это урок для историков и для всех, кто стремится чему-либо научиться у прошлого. Связь времен с неизбежностью восстанавливается не только по прошествии одной революции, но и, так сказать, целой их серии — как, например, в истории Франции конца XVIII в. — первой половины XIX в. Самая значительная по масштабам и последствиям Великая французская революция конца XVIII в. не смогла стереть ни прошлое, ни память о нем. В исторической памяти французов это событие до сих пор именуется Революцией, а день 14 июля 1789 г., когда произошло взятие Бастилии, остается национальным праздником Франции.

Таким образом, связь времен не уничтожается в результате даже таких коренных ломок в жизни общества, как революции. В связи с этим перед историком возникает вопрос: «Как обращаться с прошлым?» Ответ весьма очевиден: нельзя обращаться с ним произвольно, как попало, зачеркивая и переписывая его страницы. Историк, считающий одни события «правильными», а другие «неправильными», может много рассуждать, но это будет его история, где автором является всего только он, а не те люди, которые были творцами реально свершившегося в прошлом. Такому историку невозможно помочь: ведь сделать бывшее не бывшим не удавалось никому.

 

Ещё статьи:
Комментарии:
Нет комментариев

Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна