Get Adobe Flash player
Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

Школа-конференция молодых ученых ИРИ РАН. Доклад Владимира Игоревича Бондаренко: "Природные и техногенные катастрофы второй половины 1980-х годах как катализатор распада СССР".

24.12.2015 11:21      Просмотров: 32898      Комментариев: 0      Категория: Природные катастрофы и техногенные аварии


Владимир Игоревич Бондаренко

Природные и техногенные катастрофы второй половины 1980-х годах  как катализатор распада СССР

Школа-конференция молодых ученых ИРИ РАН.  III секция – «Истории России в XX - начале XXI в.». Доклад В.И. Бондаренко.   URL:   http://mkonf.iriran.ru/papers.php?id=210#_edn11

 

аспирант Кубанского государственного университета

 

 

В течение всего существования человечество сопровождали стихийные, а впоследствии и техногенные бедствия, которые происходили во многих уголках Земли. Двадцатое столетие стало лидером по количеству катастроф. В это время во многих странах войны, революции чередовались с землетрясениями, наводнениями, пожарами, а с середины века и крупными авариями на промышленных предприятиях и АЭС. Беспрецедентная по масштабам индустриальная и технологическая деятельность, развернувшаяся в ХХ в., увеличила вероятность возникновения и расширила масштабы чрезвычайных ситуаций техногенного и природного характера[1]. Достаточно часто в прошлом столетии технологические и стихийные бедствия по количеству жертв и экономическому ущербу превосходили многие локальные войны. Природные катаклизмы и промышленные аварии несут в себе серьёзные психологические, политические и социальные последствия, которые могут отражаться на последующем развитии не только отдельных регионов и стран, но и всего мирового сообщества в целом.

 На протяжении всего существования Российского государства с заметной регулярностью здесь случались стихийные и технологические бедствия. Особенно богатой на чрезвычайные ситуации природного и техногенного характера стала вторая половина ХХ в. Рост их количества, начиная с послевоенного времени, был закономерен по ряду причин, главными из которых являются индустриализация и научно-техническая революция середины прошлого столетия. Именно строительство многочисленных промышленных объектов, массовое преобразование естественного ландшафта, развитие химической и атомной отрасли способствовали увеличению числа катастроф.

С конца 1940-х – начала 1950-х гг. и по 1991 г. в СССР случилось свыше 150 природных катаклизмов и техногенных аварий, имевших достаточно серьёзные политические, социально-экономические и экологические последствия для пострадавших районов страны и государства в целом, из которых более 40 пришлось на 1985-1991 гг.[2] В этот период в Советском Союзе произошло большое количество катастроф регионального масштаба, нанесших огромный экономический ущерб не только отдельным субъектам страны, но и всему СССР.

Так, 4 июня 1988 г. на подходе к станции Арзамас-1 взорвались 3 вагона с 117,6 т промышленных взрывчатых веществ мощностью около 0,15 килотонн. В результате происшествия погиб 91 чел., 744 чел. было ранено, пострадали 1502 семьи, в том числе 823 остались без крова. Всего в зоне разрушении оказались 160 объектов и 1094 жилых дома. Общий материальный ущерб составил около 110 млн. руб[3]. Аналогичное бедствие в Свердловске обошлось государству в 236 млн. руб. Убытки же от стихийных бедствий в Читинской области, Чечено-Ингушетии, Приморье и на Сахалине составили 105, 300, 540 и 590 млн. руб. соответственно (в ценах 1989 г.)[4]. Серьёзные последствия имели и авария теплохода «Адмирал Нахимов» 1986 г., взрыв газопровода в Башкирии и последовавшее за этим крушение двух пассажирских поездов, случившееся 3 июня 1989 г. В результате этих двух катастроф погибло 423 и 780 чел. соответственно[5].

Наряду со стихийными и технологическими бедствиями регионального масштаба во второй половине 1980-х гг. в СССР имели место природные и техногенные катастрофы, получившие большой общественный резонанс далеко за пределами Советского государства, а ликвидация последствий этих чрезвычайных ситуаций приобрела всесоюзный характер. Это авария на Чернобыльской АЭС 1986 г. и Спитакское землетрясение 1988 г.

По мнению многих исследователей, именно взрыв и разрушение активной зоны реактора на четвёртом энергоблоке ЧАЭС стало самым крупным техногенным бедствием ХХ в[6]. Отправным моментом в оценке последствий Чернобыльской катастрофы, в том числе и гуманитарных, стало постановление Верховного Совета СССР от 25 апреля 1990 г. «О единой программе по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС», где отмечалось, что данная авария по совокупности последствий является самой крупной катастрофой современности, общенародным бедствием, задевшим судьбы миллионов людей[7]. В соответствии с выводами украинского историка Н.П. Барановской, аварию на ЧАЭС из-за своей чрезвычайно сложной структуры и уникальных характеристик можно рассматривать как обобщённую модель техногенной катастрофы с огромными социальными последствиями, которая, как явление мирового масштаба, изменила качество и сущность жизни всего мирового сообщества в целом[8].

Чернобыльская атомная электростанция им. Ленина являлась объектом всесоюзного значения, символом и гордостью Советского Союза. Авария здесь произошла 26 апреля 1986 г. в 1 ч. 23 мин. 50 сек[9]. Именно в это время на четвёртом энергоблоке ЧАЭС случился взрыв реактора мощностью в 50-60 тонн в тротиловом эквиваленте[10]. Главной причиной катастрофы стали ошибки в работе персонала станции. Согласно заключению Правительственной комиссии, авария на ЧАЭС явилась следствием безответственности и халатного отношения руководителей данной АЭС, Министерства энергетики и электрификации СССР, Министерства среднего машиностроения, Госатомэнергонадзора к вопросам ядерной безопасности, низкой требовательности к кадрам за соблюдением строжайшей дисциплины и порядка в эксплуатации реакторных установок[11]. В наши дни исследователи выделяют более глубокие предпосылки катастрофы: несовершенство реактора РБМК-1000, закрытость атомной отрасли, тоталитарность политической системы, отсутствие альтернативных точек зрения и игнорирование критики, очковтирательство и многие другие[12].

По мнению советолога Дж. Хоскинга, указанное техногенное бедствие стало «поворотным моментом» в истории «перестройки» и всего Советского Союза, показав «смертельно опасные недостатки централизованной административно-экономической системы» с «устрашающими техническими возможностями», но при этом «совершенно секретной, неряшливой и абсолютно безответственной»[13].

В результате разрушения реактора четвёртого энергоблока ЧАЭС во внешнюю среду поступило огромное количество продуктов деления Урана, суммарной активностью в 50 млн. Ки. Вследствие аварии в течение первых месяцев, согласно официальным данным, погиб 31 чел., из которых 28 чел. скончались от острой лучевой болезни[14]. Наибольшему радиоактивному загрязнению подверглись территории 39 районов РСФСР, Украины и Белоруссии[15]. Существенно загрязнёнными оказались обширные территории Украины (41,75 тыс. км²), Белоруссии (46,6 тыс. км²), России (57,1 тыс. км²)[16]. Повышение радиационного фона из-за аварии на ЧАЭС наблюдалось на значительной части европейской территории Советского Союза, где проживало по приблизительным подсчётам 75 млн. чел. В СССР серьёзному радиоактивному загрязнению подверглось около 150 тыс. км2, где насчитывалось примерно 6 млн. 845 тыс. чел[17]. Всего же в результате аварии на ЧАЭС пострадало около 23 % территории Белоруссии, на которой проживала пятая часть населения республики (1,8 млн. чел.), 8 % и 0,5 % территории Украины и России соответственно[18].

Чернобыльская катастрофа заставила оставить родные места сотни тысяч человек. К концу июля 1986 г. из зоны бедствия было эвакуировано более 135 тыс. чел. Ещё несколько десятков тысяч человек самостоятельно покинули регионы, находящиеся вблизи от пострадавших районов. Кроме того, по официальным данным советского правительства, летом 1986-1987 гг. дети из Гомельской и Киевской, Черниговской областей Белорусской и Украинской ССР соответственно в количестве 305500 чел. организованно вывозились на отдых и лечение в пионерские лагеря, санатории, пансионаты других регионов СССР[19].

В постсоветское время продолжалось переселение населения, проживавшего на пострадавших территориях. Только в Белоруссии с 1986 г. по 2014 г. с загрязнённых территорий эвакуированы и отселены 138 тыс. чел., ещё не менее 200 тыс. чел. покинули зону бедствия самостоятельно. Всего же, в результате Чернобыльской катастрофы, согласно подсчётам Д. Марплза, к 2000 г. из пострадавших районов были переселены свыше 350 тыс. чел., в том числе 163 тыс. чел в Украине, 135 тыс. чел в Белоруссии и 52,4 тыс. чел. в России[20].

В начале 1990-х гг. Украина и Белоруссия объявили Чернобыльскую катастрофу национальным бедствием и обратились за помощью в ООН[21]. Радиоактивному загрязнению с уровнями выше 1 Ки/км2 подверглись территории 17 стран. К 2000 г. число пострадавших на территории бывшего СССР составила более 7 млн. чел[22]. По подсчётам Н.П. Барановской, только на Украине в связи с аварией на ЧАЭС пострадало 7 % населения: 3,5 млн. её граждан, среди которых 1,3 млн. детей, получили дополнительное облучение. Украинский реестр пострадавших включает в себя 677 тыс. чел., в том числе 230000 ликвидаторов[23]. Серьёзно пострадало от Чернобыльской катастрофы и население России. В РФ подобный регистр содержит более 700 тыс. чел., из которых 200 тыс. чел. являются участниками ликвидации аварии. Большое количество пострадавших и ликвидаторов насчитывается и в Белоруссии, где в подобном документе находится 1,7 млн. чел. (в т.ч. более 113 тыс. ликвидаторов и 360 тыс. детей)[24]. Катастрофа затронула судьбы сотни тысяч человек, которые стали говорить о своей жизни до апреля 1986 г. как о жизни «до войны»[25].

В общей сложности, народнохозяйственный ущерб от аварии на ЧАЭС только за 1986-1991 гг. составил около 175-215 млрд. руб. (в ценах 1986 г.)[26]. В наши дни последствия Чернобыльской катастрофы продолжают съедать значительную часть бюджета России, Украины и Белоруссии. Согласно расчетам, проведенным Институтом экономики Национальной академии наук Республики Беларусь, суммарный ущерб, нанесенный республике аварией на ЧАЭС за период с 1986 по 2015 г. оценивается в 235 млрд. долл. США, что составляет 32 бюджета Белорусской ССР 1985 г. Экономическое потери от Чернобыльской катастрофы Украины в течение 1986-2015 г. были оценены в 179 млрд. долл. США[27]. Ущерб России к 2014 г. насчитывал более 100 млрд. долл. США. Данное технологическое бедствие причинило огромные убытки атомной энергетике многих стран, в результате чего было заморожено строительство десятков АЭС.

Авария на ЧАЭС имела и серьёзные политические последствия для руководства Советского Союза. Катастрофа нанесла тяжёлый удар по репутации СССР и окончательно подорвала доверие советских граждан к правительству страны. Впервые страна узнала об аварии 28 апреля 1986 г. в 21 час из программы «Время»[28]. Спустя 18 дней после взрыва реактора Генеральный секретарь ЦК КПСС М.С. Горбачёв публично заявил о случившейся трагедии. Советские СМИ в своих сообщениях были очень осторожны, при этом масштабы катастрофы занижались или замалчивались[29]. После чтения публикаций или просмотра телерепортажей у обывателя создавалось впечатление, что в районе ЧАЭС идёт какое-то непонятное, но героическое сражение, в котором советский народ обязательно одержит победу. Однако, несмотря на многочисленные старания руководства страны скрыть масштабы бедствия, именно СССР первым в мире решился на открытую публикацию последствий ядерной аварии.

Локализация и ликвидация последствий Чернобыльской катастрофы потребовали беспрецедентной мобилизации сил и средств всего Советского Союза. Авария на ЧАЭС поставила страну перед необходимостью решения новых, исключительно сложных, крупномасштабных проблем, касавшихся практически всех сфер общественной жизни, многих аспектов науки и производства, культуры и морали. В аварийных работах в зоне бедствия было задействовано более 40 министерств и ведомств[30]. Только за период 1986-1991 гг. прямые затраты на ликвидацию последствий Чернобыльской катастрофы составили порядка 25 млрд. инв. руб. или 30 млрд. долл. (в ценах 1986 г.)[31].

Ликвидация последствий Чернобыльской катастрофы стала масштабной, героико-трагической эпопеей в истории СССР с многочисленными примерами мужества, самопожертвования, сострадания и соучастия – с одной стороны, и необдуманности, безынициативности, обмана – с другой. Чернобыльская эпопея вполне соизмерима с крупномасштабной войной, внезапно обрушившейся на СССР, и продлившейся около четырёх лет[32].

В соответствии с данными, приведённые в своём диссертационном исследовании А.А. Дьяченко, в период 1986-1990 гг. в ликвидации последствий аварии на ЧАЭС участвовало свыше 600 тыс. чел., прибывших в зону бедствия из различных уголков страны[33]. Всего же число ликвидаторов из шести республик СССР только в 1986-1987 гг. превысило 300 тыс. чел. Участие в локализации Чернобыльской катастрофы приняло около 340 тыс. военнослужащих Советской армии, из которых только 24 тыс. чел. являлись кадровыми военными (остальные – резервисты). В общей сложности в районе ЧАЭС в мероприятиях по ликвидации последствий аварии были задействованы представители 67 национальностей[34].

Огромную роль в аварийных работах в зоне бедствия сыграло Министерство Обороны СССР, на плечи которого выпало основное бремя работ по локализации катастрофы. За 1986-1991 гг. в зону бедствия было направлено около 210 различных воинских частей и подразделений. Отметим, что самым дешёвым трудом на ЧАЭС в экономическом плане был именно труд солдат и офицеров Советской Армии[35].

 В результате аварии на ЧАЭС, впервые со времён Великой Отечественной войны в разных уголках Советского Союза была объявлена массовая мобилизация резервистов. Именно на воинов запаса выпала основная тяжесть ведения мероприятий по ликвидации последствий данной катастрофы, в том числе и масштабные дезактивационные работы. В течение 1986-1988 гг. неоднократной дезактивации подверглись практически все помещения станции, а также 944 населённых пункта, из которых около половины пришлось обрабатывать по 3-4 раза. В целом, по подсчётам В.М. Журбенко и В.И. Кудряшова, до 1989 г. на ЧАЭС дезактивационным работам было подвергнуто более 24 млн. м2 внутренних помещений и более 6 млн. км2 территории, вывезено и захоронено 38 тыс. т. радиоактивных отходов[36]. Такое колоссальное количество дезактивированной территории получилось в результате многократной повторной обработки одних и тех же помещений станции и населенных пунктов.

Ещё одним свидетельством важности работ по локализации аварии на ЧАЭС для страны, несмотря на попытки скрыть последствия катастрофы, являются массовые награждения ликвидаторов правительственными наградами. В разное время 19 чел. за своё активное участие в ликвидации последствий данного техногенного бедствия были удостоены высокого звания Героя Советского Союза (Социалистического Труда, Героя России или Украины), из которых только восемь получили Золотую Звезду при жизни[37]. По данным на 1 августа 1988 г. за участие в локализации Чернобыльской катастрофы было награждено правительственными наградами 9361 чел[38]. Награждение ликвидаторов орденами и медали продолжается в России, Украине и Белоруссии и в наше время.

Авария на ЧАЭС среди граждан СССР вызывала разные чувства. Проявлением высокой гражданской сознательности и моральных качеств большинства советских людей было их активное желание помочь пострадавшему населению. Патриотизм советских людей в процессе ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы был массовым и искренним. Люди откликались на беду по-разному: одни предлагали разместить на безвозмездной основе в своих домах жителей пострадавших районов, другие – перечисляли личные сбережения на специальный счёт помощи.  

Особую известность в стране приобрёл так называемый «фонд помощи Чернобылю» - счёт № 904, открытый в Госбанке СССР. Уже в начале мая 1986 г. в советские и партийные органы страны, в редакции газет в большом количестве от инициативных граждан Советского Союза стали поступать письма с призывами о создании специального счёта помощи пострадавшим от аварии на ЧАЭС. Денежные средства для «чернобыльцев» от коллективов предприятий, колхозов, научных организаций и отдельных граждан стали поступать ещё до образования данного фонда и переводились в основном на расчётные счета Советского Красного Креста и Фонда Мира.

Первоначально правительство СССР не решалось поддержать предложение о создании специального фонда. В докладной записке от 14 мая 1986 г., адресованной ЦК КПСС, говорилось, что рассмотрев в соответствии с поручением вопрос о добровольных взносах граждан, предприятий и организаций для оказания помощи по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС Оперативная группа Политбюро ЦК КПСС считала политически нецелесообразным придавать этой инициативе какие-либо организованные формы. Здесь же подчёркивалось, что осуществление данного предложения могло бы создать впечатление о тяжёлом положении советской экономики и трудностях в ликвидации последствий аварии[39].

Однако, несмотря на мнение Оперативной группы Политбюро ЦК КПСС, специальный счёт помощи для «чернобыльцев» (№ «904») всё-таки был создан. В это же время по всей стране проходили субботники, ярмарки солидарности, концерты и другие благотворительные мероприятия, заработанные деньги на которых перечислялись на счёт № 904. Отдельные граждане вносили в этот фонд часть своей зарплаты, премии, пенсии.

По состоянию на 1 июня 1986 г. здесь накопилось 320 млн. руб., в том числе 260 млн. от населения и 60 млн. от предприятий и организаций[40]. К декабрю 1986 г. сюда поступило свыше 520 млн. руб[41]. В фонд помощи Чернобылю перечислялись денежные средства в иностранной валюте и драгоценных металлах.

К примеру, на 1 сентября 1986 г. сумма поступлений в иностранной валюте составила свыше 1356 тыс. инвалютных рублей[42]. Этот факт свидетельствует о восприятии мировым сообществом с первых дней трагедии аварии на ЧАЭС как катастрофы планетарного масштаба и транснациональной беды.

Создание подобных чернобыльскому счёту специальных «фондов помощи пострадавших» является отличительной особенностью ликвидации последствий природных и техногенных катастроф в СССР во второй половине 1980-х гг. Указанная инициатива руководства страны свидетельствует не только о проявлении высокой гражданской сознательности населения страны, но и о состоянии экономики и стремлении правительства покрыть хотя бы некоторую часть затрат внебюджетными средствами. Именно с этой целью созданы «фонды помощи пострадавшим» от стихийного бедствия в Грузинской ССР 1987 г., взрывов в Арзамасе и Свердловске, крушения поездов в Башкирии 1989 г., землетрясения в Армении 1988 г.

Чернобыльская катастрофа нанесла стране почти невосполнимый экономический и психологический ущерб, и стала своеобразным катализатором другой, уже социально-политической катастрофы – распаду СССР.

Серьёзные экономические и политические последствия, сказавшиеся на последующем развитии Советского государства, имело и Спитакское землетрясение. Отметим, что это стихийное бедствие также как и авария на ЧАЭС получило огромный общественный резонанс в стране и мире, и является одной из крупнейших природных катастроф ХХ в.

Спитакское землетрясение произошло 7 декабря 1988 г. в 10 ч. 41 мин. по московскому времени. Сила толчков в эпицентре составляла 8-10 баллов по двенадцатибалльной шкале. Это было наиболее сильное землетрясение на Кавказе в ХХ в. Вследствие названного природного бедствия был уничтожен город Спитак (население насчитывало более 18,5 тыс. человек), практически полностью разрушены города Ленинакан, Кировакан, сильно пострадали Спитакский, Степанаванский, Амасийский, Гугарский районы Армянской ССР[43].

Согласно докладу первого секретаря ЦК Компартии Армении С.Г. Арутюняна, сделанного в начале 1989 г., стихия охватила 40% территории республики с населением почти в 1 млн. чел. Пострадали 21 город и район, 342 села, из которых 58 полностью разрушены. Свыше 25 тыс. чел. погибло, получили разной степени увечья и ранения около 19 тыс. чел. Уничтожено около 8 млн. м.2 жилья, что составило 17 % всего жилого фонда республики. Без крова остались 514 тыс. чел. Были разрушены или находились в аварийном состоянии 277 школ, 245 детских дошкольных учреждений, 250 объектов здравоохранения, а также 324 клуба и дома культуры[44]. Перестали функционировать более 170 промышленных предприятий, филиалов и производственных участков. В целом потеряны мощности по выпуску промышленной продукции на 1,9 млрд. руб. в год, 82 тыс. рабочих мест. Существенно пострадали 209 совхозов и 90 колхозов. Разрушены или сильно повреждены более 80 предприятий перерабатывающей промышленности, около 1200 животноводческих помещений и другие объекты производственного назначения. Потери по агропромышленному комплексу республики составили свыше 2 млрд. руб[45]. Общий народнохозяйственный ущерб от землетрясения оценивался ориентировочно в 10 млрд. инвалютных рублей или 14 млрд. долл. (в ценах 1989 г.) без учёта затрат на спасательные и восстановительные работы. Кроме того из пострадавших районов Армении только организованно были вывезены в здравницы страны около 120 тыс. чел[46].

Как уже отмечалось выше, наиболее сильно от данного стихийного бедствия пострадал г. Спитак. Согласно подсчётам Э.В. Магомаевой, здесь погибло около 50 % жителей (9732 чел.), ранено 1280 чел., остались без крова 8,7 тыс. чел. Из 433 жилых домов полностью разрушено 274, остальные имели серьёзные повреждения. В Ленинакане (население 232 тыс. чел.) – втором по численности городе Армении, под руинами погибло немногим менее 10 тыс. чел., получили ранения 4430 чел., остались без крова 180 тыс. чел. Серьёзно пострадали жилые постройки города. Подлежало сносу 70 % жилищного государственного фонда и 18,7 % частных домов, полностью разрушено 90 % двенадцатиэтажных и девятиэтажных, 10 % пятиэтажных зданий. В другом городе Армении – Кировакане,  погибло 240 чел. и ранено 1090 чел., остались без крова 8,5 тыс. чел., а из 7162 жилых домов полностью было разрушено 195, подлежало восстановлению и ремонту 2138[47].

Спитакское землетрясение стало национальным бедствием для Армении и его последствия не преодолены до настоящего времени.

Рассматривая вышеназванную природную катастрофу, необходимо отметить, что указанное землетрясение случилось во время обострения конфронтации между Армянской и Азербайджанской ССР по вопросу Нагорного Карабаха. Советское правительство попыталось использовать ликвидацию последствий стихийного бедствия для урегулирования конфликта, сглаживания противоречий, разраставшихся в различных уголках СССР, сплотить страну вокруг трагедии армянского народа. Однако, несмотря на первоначальные успехи в этом направлении, эта инициатива руководства Советского Союза полностью провалилась.

Ликвидация последствий Спитакского землетрясения впервые в истории СССР имела международный характер. Правительство страны, в связи с тяжёлым экономическим положением, открыто обратилось к мировому сообществу за помощью. На Западе данное заявление руководства Советского Союза было воспринято как «падение гуманитарной стены» (fall of the humanitarian wall)[48]. По состоянию на 10 мая 1989 г. помощь  Армянской ССР поступила из 113 стран на сумму в 551 млн. 584 тыс. долл, в том числе из Италии – 94,8 млн. долл., ФРГ – 84,2 млн. долл., США – 41,6 млн. долл., Англии – 38 млн. долл., ЧССР – 34,5 млн. долл., Франции – 27,9 млн. долл. Общее число иностранных специалистов, принявших участие в спасательных работах в Армении, составило свыше 3,6 тыс. чел., включая 1,5 тыс. спасателей из 26 иностранных государств и около 500 врачей из 16 стран[49]. Гуманитарные грузы в зону бедствия продолжали поступать в 1990-91 гг. и в постсоветское время.

Несмотря на существенную помощь западных стран, основное бремя спасательных и восстановительных работ в Армянской ССР легло на регионы СССР. Практически все области Советского Союза пришли на помощь армянскому народу. С первых минут трагедии из разных районов СССР в зону бедствия круглосуточно и непрерывно прибывали врачи, спасатели, строители, техника, необходимая для проведения спасательных и аварийных работ, гуманитарная помощь, денежные средства. В тоже время из пострадавших населенных пунктов вывозились женщины, старики и дети, которые временно размещались в лучших медицинских учреждениях и здравницах страны.

Спитакское землетрясение вызвало у многих советских людей чувство солидарности с армянским народом в его беде. По всему Советскому Союзу проводились митинги, собрания, благотворительные концерты, субботники, на которых собирались денежные средства и гуманитарная помощь для соотечественников. Только на счёт № 700412 (всесоюзный фонд Армении) за 100 дней его существования было перечислено свыше 1374 млн. руб.

[50]

 

 Рассматривая особенности ликвидации последствий природных и техногенных катастроф в СССР во второй половине 1980-х гг., стоит отметить стремление советского руководства сплотить всю страну вокруг общей беды, тем самым отвести внимание простых граждан от внутренних политических и социально-экономических проблем государства. Эти усилия дали только кратковременные результаты и впоследствии большого успеха не имели.

Таким образом, во второй половине 1980-х гг. в Советском Союзе произошло большое количество стихийных и технологических бедствий как регионального, так и национального масштаба, оказавших существенное влияние на общественно-политическую и социально-экономическую ситуацию в стране. Многочисленные стихийные и технологические бедствия периода «перестройки» нанесли невосполнимый ущерб народному хозяйству страны, способствуя углублению экономического и политического кризиса советского государства. Природные и техногенные катастрофы, случившиеся в 1985-1991 гг., в особенности авария на Чернобыльской АЭС и Спитакское землетрясение, для ряда союзных республик превратились в национальные бедствия, последствия которых не преодолены до настоящего времени, и стали своеобразным катализатором распада СССР.

 


[1] См.: Сергеев В.С. Деятельность российского государства по созданию системы защиты населения и территорий страны в чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера (1991-2005 гг.) : дис. … канд. ист. наук. М., 2007. С. 16.

[2] Посчитано по: Россия в борьбе с катастрофами. Книга 2. ХХ век – начало ХХI в. / под общ. ред. С.К. Шойгу. М., 2007.

[3] Сагателян А.Г. Деятельность центральных и местных органов власти по ликвидации последствий техногенной катастрофы на станции Арзамас-1 4 июня 1988 года : дис. … канд. ист. наук. Нижний Новгород, 2007. С. 4.

[4] См.: Россия в борьбе с катастрофами… С. 123, 124, 127, 131; От МПВО к гражданской защите. Страницы из истории МПВО-ГО-РСЧС субъектов Российской Федерации / сост. В.А. Владимиров, Н.Н. Долгин, Ф.Г. Маланичев; МЧС России. М., 2004. С. 346.

[5] Катастрофы конца ХХ в. / под. ред. В.А. Владимирова. М., 2001. С. 266; Россия в борьбе с катастрофами… С. 121.

[6] См.: Барановська Н.П. Чорнобиль в новітній історії України: влада і суспільство : дис. ... д-ра іст. наук. Київ, 2006. С. 3; Josephson P. Red atom. New York, 1999; Дьяченко А.А. Опыт ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС: деятельность государственных органов СССР (1986-1991) : дис. … д-ра ист. наук. М., 2002. С. 5; Josephson P. An Environmental History of Russia. Cambridge, 2013.

[7] Барановська Н.П. Чорнобильська трагедія. Нариси з історії. Київ, 2011. С. 5.

[8] См.: Барановська Н.П. Вплив Чорнобильської катастрофи на трансформаційні процеси у суспільстві (до 25-річчя трагічних подій) // Українcький iсторичний журнал. 2011. № 2. С. 123-142.

[9] Российский государственный архив новейшей истории (далее – РГАНИ). Ф. 89. Оп. 51. Д. 24. Л. 6.

[10] Отраслевой государственный архив Службы безопасности Украины.  Ф. 65. Оп. 1. Д. 33. Л. 99-100.

[11] РГАНИ. Ф. 89. Оп. 53. Д. 12. Л. 2.

[12] См.: Барановская Н. Общественно-политические предпосылки аварии на четвёртом энергоблоке ЧАЭС // Перекрёстки. 2010. № 1-2. С. 34-42; Дроконова О.Н. «Чернобыльский след» в распаде СССР // Вестник Нижневартовского государственного университета. 2012. № 4. С. 63.

[13] Хоскинг Д. История Советского Союза: 1917-1991. Смоленск, 2011. С. 444.

[14] ХХI век – вызовы и угрозы / под общ. ред. В.А.  Владимирова. М., 2005. С. 221.

[15] Россия в борьбе с катастрофами… С. 120.

[16] Историческая справка. URL: http://souzchernobyl.ru/index.php/10/1749.html. (дата обращения 29.04.2011).

[17] Ярошинская А.А. Чернобыль. Совершенно секретно. М., 1992. С. 517; Россия в борьбе с катастрофами… С. 120.

[18] Луговская О.М. Реализация мероприятий целевых программ преодоления последствий чернобыльской катастрофы в Беларуси: итоги и перспективы // Чернобыль: экология, человек и здоровье. Научно-практический семинар. Москва, ВВЦ, 6-7 декабря 2006 г. Сборник материалов / под общ. ред. Т.А. Марченко. М., 2006. С. 17; Марплз. Д.Р. Чернобыль в преддверии 25-й годовщины аварии // Перекрёстки. 2010. №. 1-2. С. 124; Петрина А. Биологическое гражданство после Чернобыля // Перекрёстки. 2010. № 1-2. С. 150.

[19] РГАНИ. Ф. 89. Оп. 53. Д. 12. Л. 3; Д. 75. Л. 5.

[20] Беларусь и Чернобыль: 28 лет спустя / сост. А.В. Башилов, Н.Я. Борисевич, Е.И. Горанская и др. Минск, 2014. С. 4; Marples D. Chernobyl: towards the 25th anniversary // Crossroads Digest. 2010. № 5. P. 9.

[21] Ярошинская А.А. Указ соч. С. 146.

[22] 25 лет Чернобыльской аварии: итоги и перспективы преодоления её последствий в России (1986-2011). Российский национальный доклад / под общ. ред. С.К. Шойгу. М., 2011. С. 7; Марплз Д.Р. Указ. соч. С. 125.

[23] Барановська Н.П. Чорнобильська трагедія... С. 138; 20 лет Чернобыльской катастрофы. Взгляд в будущее: Национальный доклад Украины / под. ред. В.И. Балога. Киев, 2006. С. 70.

[24] Посчитано по: 25 лет Чернобыльской аварии: итоги и перспективы… С. 82; 20 лет после Чернобыльской катастрофы: последствия в Республике Беларусь и их преодоление. Национальный доклад / под ред. В.Е. Шевчука, В.Л. Гурачевского. Минск, 2006. С. 40, 41.

[25] Журбенко В.М., Кудряшов В.И. Участие Вооружённых Сил СССР в ликвидации последствий взрыва на Чернобыльской атомной электростанции // Военно-исторический журнал. 2006. № 4. С. 34.

[26] Россия в борьбе с катастрофами… С. 120.

[27] См.: Информационный бюллетень Единого Российско-Белорусского информационного банка данных по основным аспектам последствий Чернобыльской катастрофы / под. общ. ред. О.М. Луговской. Минск, 2010. С. 18; Беларусь и Чернобыль: 28 лет спустя... С. 4; 20 лет Чернобыльской катастрофы. Взгляд в будущее: Национальный доклад Украины... С. 118.

[28] Миронов Е.В. Чернобыль: необъявленная война. СПб, 2006. С. 69.

[29] Короткова О.В. До питання про особливостi висвiтлення Чорнобильскої катастрофи в радянськiй i зарубiжнiй пресi (1986-1987 pp.) // Сторiнки icторiї. 2011. № 32. С. 178-185.

[30] Журбенко В.М., Кудряшов В.И. Указ. соч. С. 30.

[31] См.: Миронов Е.В. Указ. соч. С. 130; Дьяченко А.А. Указ. соч. С. 7; Россия в борьбе с катастрофами… С. 120; ХХI век – вызовы и угрозы... С. 222.

[32] Журбенко В.М., Кудряшов В.И. Указ. соч. С. 29; Sahm A. The Chernobyl catastrophe in the context of European culture of remembrance // Crossroads Digest. 2010. №. 5. P. 22.

[33] Дьяченко А.А. Указ. соч. С. 18.

[34] 25 лет Чернобыльской аварии… С. 57; Митюнин А. Атомный штрафбат // Атомная стратегия ХХI века. 2005. № 1. С. 21-24; Чернобыль: Пять трудных лет (сборник материалов). М., 1992; Тараканов М. Особая зона. Киев, 1991. С. 6.

[35] Миронов Е.В. Указ соч. С. 302, 317.

[36] Журбенко В.М., Кудряшов В.И. Указ. соч. С. 32.

[37] Малеев В.Н. Герои неизвестной войны. Память обретённая. М., 2011. С. 13.

[38] Государственный архив Российской Федерации. Ф. Р 7523. Оп. 145. Д. 3863.

[39] РГАНИ. Ф. 89. Оп. 53. Д. 5. Л. 1.

[40] См.: Центральный государственный архив общественных объединений Украины. Ф. 1. Оп. 25. Д. 3089. Л. 27. Чорнобильська трагедія: документи і матеріали / Уклад. Н. П. Барановська. Київ, 1996. С. 236; Барановська Н.П. Чорнобильська трагедія... С.151.

[41] РГАНИ. Ф. 89. Оп. 53. Д. 23. Л. 10.

[42] Миронов Е.В. Указ. соч. С. 322.

[43] Россия в борьбе с катастрофами… С. 120.

[44] Доклад первого секретаря ЦК Компартии Армении тов. Арутюняна С.Г. «О задачах партийных, советских и хозяйственных органов республики по выполнению постановлений ЦК КПСС и Совета Министров СССР о мерах по ликвидации последствий землетрясения в Армянской ССР // Спитакское землетрясение: Зона бедствия вчера и сегодня. Взгляд через 20 лет. Сборник документов / сост. А. Вирабян. Ереван, 2008. С. 258.

[45] Российский государственный архив экономики. Ф. 650. Оп. 1. Д. 3888. Л. 1.

[46] Национальный архив Республики Армении. Ф. 1. Оп. 83. Д. 84. Л. 4-6; Оп. 127. Д. 690. Л. 109; ХХI век – вызовы и угрозы... С. 129.

[47] Магомаева Э.В. Анализ последствий Спитакского землетрясения 1988 года // Труды института геологии Дагестанского научного центра РАН. 2010. № 56. С. 304.

[48] Miller D.E., Miller L.T. Armenia: Portraits of Survival and Hope. California, 2003. P. 14

[49] Информация замминистра иностранных дел СССР В. Никифорова в комиссию Политбюро ЦК КПСС по ликвидации последствий землетрясения в Армении об иностранной помощи Армении // Спитакское землетрясение... С. 195.

[50] Гай Д. Унесу боль твою. М., 1989. С. 234.

 

Комментарии к докладу В.И. Бондаренко

2015-02-26

 

Виталий Витальевич Тихонов
Большое спасибо за доклад! К сожалению, из текста не вполне ясно, насколько сильно повлияли катастрофы на развитие СССР, даже стали катализатором его распада. Можно ли проследить какую долю в союзном бюджете занимали затраты на ликвидацию последствий катастроф? Можно ли на конкретных примерах показать то, что катастрофы и неспособность союзных органов управления эффективно с ними справиться привели к кризису лояльности к советской власти?



2015-02-28


Владимир Николаевич Круглов

Владимир, спасибо за доклад! Однако у меня возникло несколько вопросов и замечаний. Прежде всего, почему из огромного массива катастроф для подробного анализа выбраны именно Чернобыль и Спитак? В чём их качественное отличие от иных аналогичных катастроф? Далее, не вполне понятны последствия Чернобыльской катастрофы - сначала Вы пишете о том, что она «нанесла тяжёлый удар по репутации СССР и окончательно подорвала доверие советских граждан к правительству страны», затем - что «Патриотизм советских людей в процессе ликвидации последствий Чернобыльской катастрофы был массовым и искренним». Насколько стыкуются эти две очень разные реакции? Вы пишете, что «Спитакское землетрясение вызвало у многих советских людей чувство солидарности с армянским народом в его беде» - однако армян и азербайджанцев эта катастрофа явно не сплотила и войне между ними не помешала. Наконец, совершенно не показана роль СМИ в освещении этих трагедий. А ведь именно то, что такое освещение имело место, уже было новым для СССР и, безусловно, оказывало соответствующее влияние на морально-психологический климат в стране. Вместо описания последствий катастроф, думаю, следовало бы сосредоточиться на раскрытии этого сюжета.


Долнительная литература

Бондаренко. Диссертация:  ВКЛА Д РЕГИОНОВ РОССИИ В ЛИКВИДАЦИЮ ПОСЛЕДСТВИЙ ПРИРОДНЫХ И ТЕХНОГЕННЫХ КАТАСТРОФ В СССР ВО ВТОРОЙ
ПОЛОВИНЕ ХХ ВЕКА. (НА ПРИМЕРЕ КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ)

URL:   http://docspace.kubsu.ru/docspace/bitstream/handle/1/765/Бондаренко В.И. Диссертация.pdf?sequence=1

 

 

 

 

 

 

Ещё статьи:
Комментарии:
Нет комментариев

Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна