Get Adobe Flash player
Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

Владимир Литвиненко. Подлинная история СССР.

17.12.2015 15:18      Просмотров: 3672      Комментариев: 0      Категория: Хрестоматия по истории СССР. Составитель: Анатолий Краснянский

 

URL:  http://www.e-reading.club/book.php?book=141004

 

Название: Подлинная история СССР
Автор: Литвиненко Владимир
Оценка: 3.8 из 5, проголосовало читателей - 9
Жанр: научно-историческая
Издание: 2010 г.

Полный текст книги (читать онлайн): Подлинная история СССР

 


Владимир Литвиненко

Подлинная история СССР

URL:  http://www.e-reading.club/bookreader.php/141004/Litvinenko_-_Podlinnaya_istoriya_SSSR.html

 

 

 

Часть 1. Индустриализация страны и коллективизация сельского хозяйства

В своей книге, стремясь написать подлинную историю СССР, я решил действовать по принципу «от противного»: вначале привести высказывания и утверждения об определенном периоде нашей истории противников советской власти, а затем показать, опираясь на цифры и факты, как все было на самом деле.

Итак, начнём с индустриализации страны. Причины форсированной индустриализации СССР в 30-х годах прошлого века антикоммунисты видят в большевистской идеологии, милитаризме советского руководства, непомерных амбициях и самодурстве Сталина.

Игорь Бестужев-Лада по этому поводу пишет: «Как и всякий новый диктатор… он (Сталин. — В. Л.) вознамерился повысить свой престиж каким-то значительным политическим нововведением…» Авторы учебника по истории России (Волабуев О. В. и др. История России. XX век: Учебник для общеобразовательных учебных заведений) объясняют отказ страны от нэпа тем, что эта политика не укладывалась во взгляды Сталина. Эту же причину отказа от нэпа называет бывший высокопоставленный функционер ЦК КПСС Валентин Фалин в интервью журналу «Экономические стратегии» (№ 8, 2008 г.). Он уверяет, что «нэповская модель не вписывалась в замешенные на мессианстве наклонности И. В. Сталина, в его представления о темпах и императивах дальнейшего развития». В книге Лойберга М. Я. «История экономики» утверждается, что «решающую роль (в выборе пути модернизации экономики. — В. Л.) играло стремление большевистского руководства немедленно создать современную военную промышленность и тем самым повысить политический вес России, ввести ее в состав супердержав». Директор Института экономики переходного периода, поганый внук славного деда, Егор Гайдар в статье «Цена сталинской индустриализации» пишет: «Милитаризм, приоритет развития военной промышленности, аномально высокая доля военных расходов в ВВП — именно это ставится во главу угла сталинской индустриализации». Кандидат технических наук А. Хомяков в статье «Дело академика Стечкина и дело „Промпартии“», опубликованной в журнале «Новый мир», тоже уверяет читателей в милитаризме советской власти. Он пишет: «Научно-хозяйственная доктрина Советского Союза была связана с военными приготовлениями. Поэтому никакие народнохозяйственные инициативы Стечкина с его газовыми турбинами для мирного транспорта, заводскими лабораториями, экономичными и экологически безопасными двигателями и все прочее власть не интересовали…».

* * *

В действительности отказ советского руководства от нэпа и переход к политике индустриализации определялся не идеологическими причинами и субъективизмом Сталина, а соображениями национальной безопасности.

С одной стороны, индустриализацию подтолкнуло резкое осложнение в 1926–1927 гг. внешнеполитической обстановки вокруг СССР. В 1926 г. после переворота в Польше к власти пришел ярый враг СССР Юзеф Пилсудский. В мае 1927 г. Великобритания, обвинив СССР в подрывной деятельности, разорвала дипломатические отношения с СССР и перешла к прямым угрозам объявления войны. Опасность войны для СССР стала реальной. Уже даже начала складываться коалиция европейских стран, готовых воевать с СССР.

С другой стороны, новая экономическая политика, сыграв положительную стабилизирующую роль после гражданской войны, к концу 20-х годов исчерпала свои возможности. Американский исследователь российской экономики того периода М. А. Левин констатирует: «Россия вроде и восстановила после войны экономику, вроде и размахнулась, но… до уровня 1913 г., — а к 1928 г. пришла с устаревшим оборудованием. Россия бежала от отсталости, но отсталость неумолимо гналась за ней».

В самом деле, к 1928 г. российская экономика отставала от экономик западных стран больше, чем в 1913 г. (см. табл.1.1).

Таблица 1.1. Объём промышленного производства в СССР по отношению к развитым западным странам (в %) до индустриализации

Промышленная продукция к США к Англии к Франции к Германии
1913 г. 1928 г. 1913 г. 1928 г. 1913 г. 1928 г. 1913 г 1928 г.
Производство электроэнергии 9 4 49 31 110 34 82 29
Добыча топлива 8 7 19 23 106 89 35 35
Выплавка чугуна 15 9 44 49 51 33 38 24
Выплавка стали 15 8 63 49 70 45 38 29
Цемент 13 6 69 42 101 44 39 32

В промышленном отношении к 1928 г. отставание СССР (по сравнению с царской Россией) даже от проигравшей в Первой мировой войне Германии увеличилось почти на треть, а от США — практически вдвое. Продолжая нэп, страна никогда бы не приблизилась к уровню развитых мировых держав: рост основных производственных фондов, как показало моделирование, проведенное в 1989 г., был бы при этом в интервале 1–2 % в год, что только бы увеличило отставание СССР от Запада.

Сложившуюся ситуацию лаконично и четко охарактеризовал Сталин в речи, произнесенной в феврале 1931 г. на первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности: «Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».

Эти сталинские слова стали пророческими: через десять лет Гитлер попытался не просто смять, а уничтожить СССР, но ему это не удалось: в 1941 г. он столкнулся не со слабой аграрной страной, а с мощной индустриальной державой. Всего за две пятилетки в СССР были созданы станкостроение, авиационная, тракторная, автомобильная и оборонная промышленности.

В результате индустриализации в 1927–1940 гг. в стране было построено около 9000 новых заводов, общий объем промышленной продукции вырос в 8 раз, и по этому показателю СССР вышел на второе место в мире после США (см. табл.1.2).

Таблица 1.2. Объём промышленного производства в СССР по отношению к развитым западным странам (в %) после индустриализации

Промышленная продукция к США к Англии к Франции к Германии
1928 г. 1940 г. 1928 г. 1940 г. 1928 г. 1940 г. 1928 г. 1940 г.
Производство электроэнергии 4 26 31 121 34 245 29 132
Добыча топлива 7 27 23 105 89 437 35 133
Выплавка чугуна 9 35 49 179 33 405 24 95
Выплавка стали 8 29 49 139 45 415 29 108*
Цемент 6 25 42 77 44 127 32 75

* Данные за 1937 г.

Структура советской промышленности при этом не была милитаризированной, как пытаются это представить антисоветчики. Известный шведский историк Леннарт Самуэльсон, научные интересы которого с 1992 года связаны с проблемой становления и развития советского военно-промышленного комплекса, в монументальном труде «Красный колосс» пишет: «Имеющиеся данные свидетельствуют… о том, что хотя в 1930–1932 гг. и была заложена основа современной армии (оснащенной танками, самолетами, автоматическими винтовками и другими видами вооружений), военное и партийное руководство отвергало аргументы плановых органов (Снитко), а также отдельных военачальников (Тухачевский), настаивавших на создании массовой армии, которая была бы вооружена десятками тысяч самолетов и танков. Вместо этого… составители планов следовали „модели индустриализации“, предусматривающей создание такой структуры промышленности, которая соответствовала бы представлениям советских экономистов о развитой экономике (образца США), гражданский сектор которой (в особенности это касалось машиностроения) мог быть мобилизован в случае войны. Как следствие, в Советском Союзе был создан ряд секторов промышленности, имевших двойное назначение, — ярким примером могут служить автомобильная, тракторная, авиационная и химическая промышленность…

В той мере, в какой доступная нам информация позволяет судить о намерениях плановиков и военного руководства в 1933–1934 гг., представляется некорректным описывать создание и развитие в этот период оборонной промышленности в терминах милитаризации экономики… Как следует из данной работы, принципы и методы мобилизации промышленности были одинаково в ходу и в Советском Союзе, и в западных государствах, таких как Италия, Франция и, особенно, Германия… Сам термин милитаризация не совсем подходит для данного контекста, поскольку описываемая подготовка сводилась только к планированию, а не к реальному производству. Однако… реализация планов развития оборонной промышленности в 1938 и 1939 гг. демонстрирует сдвиг в сторону милитаризации экономики, причем применение термина представляется в данном случае более точным и оправданным…»[1]

Британская энциклопедия так оценила итоги индустриализации СССР: «В течение десятилетия СССР действительно был превращён из одного из самых отсталых государств в великую индустриальную державу; это был один из факторов, который обеспечил советскую победу во Второй мировой войне».

* * *

Коллективизацию сельского хозяйства СССР антикоммунисты тоже считают следствием догм марксистской идеологии. Мол, большевики-де все стремились обобществить, включая женщин и кур.

Лопатин Л. Н., Лопатина Н. Л. в книге «Коллективизация как национальная катастрофа. Воспоминания ее очевидцев и архивные документы» утверждают, что «коллективизация была частью социального эксперимента, проводимого в соответствии с марксистскими теоретическими представлениями о социализме». В методическом пособии «Конспекты уроков по истории России XX в. 9-й кл.» коллективизация считается следствием теории социализма, требовавшей утверждения общественной собственности на средства производства.

Действительными причинами коллективизации были стремление советского руководства наладить бесперебойное и нормальное снабжение народа продуктами и обеспечить продовольственную безопасность страны. А мешала решению этих естественных задач низкая товарность сельского хозяйства страны.

Выдающийся отечественный экономист Немчинов B. C. в своих работах показал, что до 1917 г. более 70 % товарного (т. е. выставляемого на продажу) хлеба давали крупные хозяйства, использующие наемный труд. После революции земли этих хозяйств были переданы крестьянам — число крестьян-«единоличников» выросло в стране на 8–9 млн. чел. И хотя в целом производство зерна к 1928 г. выросло на 40 %, почти все оно потреблялось крестьянами, только 11,2 % крестьянского хлеба шло на продажу — почти в 2 раза меньше чем до 1917 г. Между тем, численность городского населения быстро росла, и уже в 1927 г. возникли трудности с хлебозаготовками, а к 1928 г. хлеба, продаваемого крестьянами, стало не хватать. Пришлось вводить в стране хлебные карточки.

Низкая товарность сельского хозяйства СССР в то время объяснялась тем, что основная масса крестьян работала в примитивнейших условиях, используя простейшие орудия труда (ручной сев, жатва косами и серпами, молотьба цепами и катками). При таком ведении хозяйства рассчитывать на высокую его товарность не приходилось: большинство крестьян были способны прокормить лишь самих себя и то с трудом. В 1927 г. в деревне 28,3 % крестьянских хозяйств не имели скота, а 31,6 % хозяйств — пахотного инвентаря. Только 69,6 % крестьян имели денежные доходы от ведения хозяйства, т. е. продавали свою продукцию на рынке.

Кризис хлебозаготовок можно было преодолеть только созданием крупных сельскохозяйственных предприятий. Реальными путями создания крупных сельскохозяйственных предприятий были кооперация и коллективизация. Кооперация была более понятна крестьянам, но она не могла освободить рабочие руки на селе для решения задач индустриализации. Поэтому создание колхозов было единственным приемлемым вариантом повышения товарности сельского хозяйства.

* * *

Противники советской власти практику коллективизации называют «бесчеловечной», утверждая, что она привела к большому числу жертв. Николай Сванидзе в ходе дискуссии с Александром Прохановым по теме «Сталин: „гений победы“ или „мужикоборец“?», состоявшейся 14 августа 2007 года на радиостанции «Эхо Москвы», уверенно сообщил, что Сталин в период коллективизации уничтожил крестьянство: «Он косой прошелся по русской деревне… Эти миллионы пахарей, с их многодетными семьями, — они ушли из жизни навсегда, и больше они не вернутся».

В ток-шоу о Сталине, состоявшемся 19 октября 2008 года на канале РТР в рамках проекта «Имя России», бывший диссидент, писатель Кублановский заявил, что при коллективизации крестьян погибло в 1,5 раза больше, чем евреев в годы Второй мировой войны (т. е. при коллективизации погибло 9 млн. крестьян. — ВЛ).

Об уничтожении российского крестьянства в период коллективизации говорили посол России в Украине Черномырдин и губернатор Краснодарского края Ткачев.

Но демографическая статистика не подтверждает мнение Сванидзе, Кублановского, Черномырдина и Ткачева (см. табл. 1.3). И перед коллективизацией (в 1926 году), и после коллективизации (в 1939 году) сельское население РСФСР насчитывало 76,3 млн. чел., т. е. в период «жестокой коллективизации» численность сельского населения России не сократилась.

Так что ни о каком «уничтожении крестьянства» в период коллективизации не может быть и речи. Деревня обезлюдила во время безумных хрущёвских сельскохозяйственных экспериментов (более чем на треть в 50-е и 60-е годы) и в период перестройки.

Таблица 1.3. Население России (в сопоставимых границах 2000 г., млн. чел.

Показатель 1926 г. 1939 г. 1959 г. 1970 г. 1989 г. 2005 г.
Все население 92,7 108,4 117,2 129,9 147,3 143,5
Городское 16,5 36,7 61,1 80,6 108,0 104,7
Сельское 76,3 76,3 66,3 49,3 39,0 38,8

Поначалу коллективизация шла трудно, но к концу 30-х годов прошлого века стало ясно, что своих целей она достигла: товарность сельского хозяйства резко возросла, валовой сбор зерна в СССР вырос на 42,6 % (с 40,8 млн. т, в 1927 г. до 59,6 млн. т в 1940 г.), коров у крестьян стало на 54,5 % больше (в 1927 г. было 29,9 млн. голов, а в 1940 г. — 54,8 млн. голов).

Колхозы оставались эффективными сельскохозяйственными предприятиями вплоть до уничтожения СССР: в конце 80-х годов прошлого века в СССР жило 5,5 % населения мира, из них только 15 % было занято в сельском хозяйстве. И при этом страна давала 11 % мирового производства зерна, 15 % хлопка, 27 % картофеля, 36 % сахарной свёклы.

* * *

Особо следует сказать о «кулаках». В конце 20-х и в 30-х годах прошлого столетия термином «кулаки» обозначалась сельская буржуазия, к которой относились крестьяне, систематически использовавшие для извлечения прибыли наемный труд, либо занимавшиеся ростовщичеством и торговлей. Другими словами, кулаки считались эксплуататорами, которые в социалистической стране рано или поздно должны быть лишены возможности эксплуатировать чужой труд.

Обличители «жестокой» коллективизации представляют кулаков «справными» хозяевами мирными и трудолюбивыми. В действительности ни миролюбием, ни трудолюбием кулаки не отличались. А вот алчность и жестокая эксплуатация батраков были неотъемлемыми свойствами кулаков. В 20-е годы крестьянин, взяв у кулака в долг мешок муки, через три месяца вынужден был отдать уже два мешка, т. е. ссудный процент достигал 400 % годовых. За один день наёма лошади безлошадный крестьянин должен был либо отдать кулаку пуд зерна, либо отработать у него пять дней на жатве. Поэтому крестьянское прозвище кулаков — «мироеды» — было точным и справедливым.

Коллективизацию, активное проведение которой началось в Т929 году, кулаки встретили в штыки: она отнимала у них батраков, т. е. «ликвидировала кулачество как класс» экономическими методами. Понятно, что это кулакам очень не нравилось, и они всевозможными способами противились коллективизации: от распространения различного рода слухов[2] до прямого саботажа и вредительства. Чем активней и успешней шла коллективизация, тем сильней и яростней было сопротивление ей со стороны кулаков. В 1929 году в РСФСР было совершено 30 тыс. поджогов колхозного имущества. Дело дошло до вооруженных выступлений: кулаки взялись за оружие. В сентябре-октябре 1929 года в Ленинградской области было зарегистрировано 100 террористических актов, а в Средне-волжском крае — 353. Около 800 террористических актов было совершено в Центрально-Черноземной области с июня по октябрь 1929 года. В декабре 1929 года произошло крупное кулацкое вооруженное восстание, сопровождавшееся захватом населенных пунктов, ликвидацией там советской власти и убийством активистов коллективизации. В январе 1930 года в 346 массовых выступлениях против коллективизации участвовало 125 тысяч человек.

В ответ на ожесточенное сопротивление кулаков коллективизации руководство страны перешло от экономических методов «ликвидации кулаков как класса» к административным. 30 января 1930 года было принято постановление Политбюро ЦК ВКП (б) «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации», положившее начало «кулацкой ссылке», обросшей за многие годы разными «ужастиками», главным из которых является «ужастик» о масштабах высылки кулаков.



Численность раскулаченных и сосланных крестьян антикоммунисты измеряют многими миллионами и даже десятками миллионов человек. А. Солженицын, например, пишет: «Был поток 29–30-го годов, с добрую Обь, протолкнувший в тундру и тайгу миллионов пятнадцать мужиков (а как-то и не поболе)».

На самом деле численность сосланных кулаков была во много раз меньше. Основная борьба с кулачеством развернулась в 1930–1931 гг. В эти годы, как указано в справке Отдела по спецпереселенцам ГУЛАГа ОГПУ «Сведения о выселенном кулачестве в 1930–1931 гг.», было отправлено на спецпоселение 381 026 семей общей численностью 1 803 392 чел. В 1932–1940 гг. на поселение направлялись ещё 489 822 чел.

Таким образом, теоретически через кулацкую ссылку должны были пройти около 2,3 млн. чел. (из них «мужиков» примерно 0,5 млн. чел., т. е. в 30 раз меньше названного Солженицыным числа). Но реально на спецпоселении находилось значительно меньшее число раскулаченных (см. табл. 1.4.). Дело в том, что, во-первых, многие из высланных бежали из мест поселения, и активного розыска беглецов обычно не велось (в Архангельской области, например, коменданты трудпоселков объявляли их розыск только в том случае, если им случайно удавалось узнать, где проживают бежавшие. Во-вторых, часть спецпоселенцев по различным причинам освобождалась («неправильно высланные», досрочно восстановленные в правах за добросовестный труд, переданные на иждивение, освобожденные на учебу, инвалиды, дети, достигшие 16 лет, вышедшие замуж за свободных и др.)

Таблица 1.4. Динамика численности спецпереселенцев в 1932–1940 гг.

Год Численность спецпереселенцев на 1 января
1931 1 421 380
1932 1 317 022
1933 1 142 084
1934 1 072 546
1935 973 693
1936 1 017 133
1937 916 787
1938 877 651
1939 938 552
1940 997 513

Спецпереселенцы были освобождены от всех налогов и сборов до 1 января 1934 г., а с 1934 г. основная их масса стала облагаться всеми налогами и сборами на одинаковых основаниях с остальными гражданами. В оплате труда и других условиях работы они приравнивались ко всем рабочим и служащим, за исключением того, что их не принимали в профсоюз и из их зарплаты удерживалось 5 % на содержание аппарата Отдела трудовых поселений ГУЛАГа и административное обслуживание трудпоселений.

В начальный период все выселенные кулаки были лишены избирательных прав. С 1933 г. стали восстанавливаться в этих правах дети, достигшие совершеннолетия, а в 1935 г. все бывшие кулаки были восстановлены в избирательных правах наравне с другими гражданами СССР. Однако это не давало им права покинуть установленное место жительства. С 1 сентября 1944 г. со спецпереселенцев контингента «бывшие кулаки» было прекращено удержание 5 % от заработной платы на расходы по их административному управлению и надзору.

После окончания Великой Отечественной войны началось массовое освобождение бывших кулаков, остававшихся к этому времени на спецпоселении. Последние спецпоселенцы были освобождены в 1954 г. В последующие годы спецпоселенцев в Советском Союзе не было.

* * *

Для сравнения присмотримся к современной России с точки зрения «раскулачивания». Поскольку «раскулачивание» означает, прежде всего, конфискацию нажитого имущества, то можно утверждать, что в 90-х годах все население страны было «раскулачено». Но в отличие от кулаков, у которых конфисковывали неправедно нажитое, у советских людей в начале 90-х годов конфисковали всю общенародную собственность и сбережения. Особенно пострадали советские пенсионеры (38 млн. чел.): они, кроме того, были лишены пенсий, т. е. средств к существованию. Последствия этого «раскулачивания» были трагическими: смертность среди советских пенсионеров резко возросла. Если в 1932–1935 гг. кулацкой ссылки ухудшение условий жизни спецпереселенцев привело к почти 140 тыс. «избыточных смертей» (по отношению к среднему уровню смертности в стране), то за такой же период времени в 1992–1995 гг. (см. табл. 1.5.) «раскулачивание» пенсионеров вызвало среди них более 880 тыс. «избыточных смертей» (по отношению к уровню смертности соответствующих возрастов в 1991 году).

Таблица 1.5. Количество избыточных смертей «раскулаченных»[3]

Количество «избыточных» смертей среди выселенных кулаков в 1932–1935 гг., тыс. Количество «избыточных» смертей среди раскулаченных советских пенсионеров в 1992–1995 гг., тыс.
1932 г. 1933 г. 1934 г. 1935 г. 1992 г. 1993 г 1994 г. 1995 г.
50,9 69,9 16,8 2,1 54,9 235,2 338,4 253,1

Таким образом, от ухудшения условий жизни в 1992–1995 гг. «избыточных смертей» среди «раскулаченных» советских пенсионеров было более чем в 6 раз больше, чем «избыточных смертей» в 1932–1935 гг. среди выселенных кулаков. Нужно также отметить, что после 1935 года смертность среди спецпоселенцев существенно снизилась и не отличалась от смертности по стране, а вот смертность пенсионеров после 1995 года снизилась незначительно и до сих пор выше, чем в 1991 году (см. табл. 1.6.).

Таблица 1.6. Возрастные коэффициенты смертности среди пенсионеров в 1995–2006 гг. (умершие на 1000 чел. населения)[4]

Возраст умерших, лет 1991 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г. 2000 г. 2001 г. 2002 г. 2003 г. 2004 г. 2005 г. 2006 г.
Мужчины
60–64 34,6 47,1 (+12,5) 43,1 (+9,5) 40,1 (+5,5) 38,1 (+3,5) 42,5 (+7,9) 44,5 (+9,9) 46,4 (+11,8) 49,4 (+14,8) 49,7 (+15,1) 47,5 (+12,9) 46,9 (+12,3) 41,7 (+7,1)
65–69 46,6 64,2 (+17,6) 58,3 (+117) 56,9 (+10,3) 55,3 (+8,7) 59,0 (+12,4) 59,5 (+12,9) 59,9 (+13,3) 61,2 (+14,6) 60,6 (+14,0) 59,2 (+12,6) 58,8 (+12,2) 55,1 (+8,5)
70 и более 104,0 112,0 (+8,0) 105,0 (+1,0) 100,0 Н.0) 97,0 (-7,0) 101,9 (-2,1) 104,0 (0) 103,1 (-0,9) 106,3 (+2,3) 107,5 (+3,5) 104,8 (+0,8) 105,6 (+1,6) 101,5 (-2,5)
Женщины
55–59 8,6 11,5 (+2,9) 10,6 (+2,0) 10,1 (+1.5) 10,0 (+1,4) 10,7 (+2,1) 11,4 (+2,8) 11,6 (+3,0) 12,0 (+3,4) 12,1 (+3,5) 11,9 (+3,3) 11,8 (+3,2) 10,8 (+2,2)
60–64 13,6 17,3 (+3,7) 16,2 (+2,6) 15,4 (+1,8) 14,5 (+0,9) 15,4 (+1,8) 15,8 (+2,2) 16,4 (+2,8) 17,0 (+3,4) 17,3 (+3,7) 16,8 (+3,2) 16,5 (+2,9) 15,1 (+1,5)
65–69 22,0 26,0 (+4,0) 25,0 (+3,0) 24,8 (+2,8) 24,1 (+2,1) 25,4 (+3,4) 25,6 (+3,6) 25,5 (+3,5) 25,8 (+3,8) 25,0 (+3,0) 24,1 (+2,1) 23,8 (+1,8) 22,3 (+1,3)
70 и более 78,1 85,1 (+7,0) 81,6 (+3,5) 79,5 (+1,4) 77,5 (-0,6) 79,8 (+1,7) 79,9 (+1,8) 78,6 (+0,5) 80,5 (+2,4) 80,9 (+2,8) 78,3 (+0,2) 78,8 (+0,7) 76,9 (-1,2)

Часть 2. Репрессии 1930-х годов

Вначале о количестве жертв этих репрессий. «К июню 1941 года все взрослые мужчины СССР погибли или сидели за решеткой. Все и немного больше…» Слова в кавычках принадлежат известному американскому исследователю (Гарвардский университет) демографических процессов в Советском Союзе эмигранту Сергею Максудову (псевдоним Александра Бабенышева). Так иронично С. Максудов оценил результаты «подсчётов» антикоммунистами «жертв тоталитаризма».

Г. Попов, к примеру, утверждает, что в стране перед войной существовали «переполненные миллионами лагеря ГУЛАГа…». Эта его фраза означает, что в лагерях ГУЛАГа содержалось несколько миллионов заключенных, ну, по крайней мере, не меньше двух. Рой Медведев сообщал: «В 1937–1938 гг., по моим подсчетам, было репрессировано от 5 до 7 млн. чел… Большинство арестованных в 1937–1938 гг. оказалось в исправительно-трудовых лагерях, густая сеть которых покрыла всю страну». Лев Разгон и Стивен Коэн «насчитали» уже 9 млн. заключенных, содержащихся в лагерях к концу 1939 г. Игорь Бестужев-Лада утверждает, что «в исправительно-трудовые лагеря при Сталине загоняли одновременно до 13 млн. чел. — это была просто рабская, дармовая рабочая сила на страх другим». Роберт Конквест довел число заключенных в лагерях в 1939 г. до 12 млн. чел. И это только политические заключенные, а вместе с уголовниками в ГУЛАГе, по его мнению, находилось 25–30 млн. чел. Общее же число политузников ГУЛАГа антикоммунисты обычно называют в несколько десятков миллионов человек. Так, 30 октября 2006 г. тележурналист РТР Дмитрий Кайстро в программе «Вести» заявил по поводу репрессий: «В стране тогда было вынесено 52 миллиона приговоров по политическим мотивам».

На самом деле масштабы ГУЛАГа преувеличены антисоветчиками во много раз. «Густая сеть лагерей», о которой пишет Рой Медведев в 1940 г. насчитывала 53 лагеря, т. е. один лагерь на 500 тыс. кв. км. — на территорию, большую территории всей Германии. Численность заключенных ГУЛАГа в «ужасные» 30-е годы было в десятки раз меньше цифр, которые приводят Конквест, Рой Медведев, Игорь Бестужев-Лада и др.

Напомним, что ещё в 1991 г. В. Н. Земсков опубликовал в журнале «Социс» данные тщательно изученных архивов: всего с 1921 г. по 1 февраля 1954 г. за контрреволюционные преступления было осуждено 3 777 380 человек, в том числе к высшей мере наказания — 642 980, к содержанию в лагерях и тюрьмах на срок от 25 лет и ниже — 2 369 220, в ссылку и высылку — 765 780 человек.

Эти сведения вызвали шок у антикоммунистов. А. В. Антонов-Овсеенко в статье «Противостояние», опубликованной в «Литературной газете» высказал предположение о фальшивом происхождении используемых В. Н. Земсковым документов и, следовательно, недостоверном характере публикуемых цифр.

На эти обвинения В. Н. Земсков дал чёткий и исчерпывающий ответ в журнале «История СССР». Вот что он написал: «Вопрос о подлоге можно было бы рассматривать, если бы мы опирались на один или несколько разрозненных документов. Однако нельзя подделать находящийся в государственном хранении целый архивный фонд с тысячами единиц хранения, куда входит и огромный массив первичных материалов (предположить, что первичные материалы — фальшивые, можно только при допущении нелепой мысли, что каждый лагерь имел две канцелярии: одну, ведшую подлинное делопроизводство, и вторую — неподлинное). Тем не менее все эти документы были подвергнуты тщательному источниковедческому анализу, и их подлинность установлена со 100 %-ной гарантией. Данные первичных материалов в итоге совпадают со сводной статистической отчетностью ГУЛАГа и со сведениями, содержавшимися в докладных записках руководства ГУЛАГа на имя Н. И. Ежова, Л. П. Берии, С. Н. Круглова, а также в докладных записках последних на имя И. В. Сталина. Следовательно, документация всех уровней, которой мы пользовались, подлинная. Предположение о том, что в этой документации могли содержаться заниженные сведения, несостоятельно по той причине, что органам НКВД было невыгодно и даже опасно преуменьшать масштабы своей деятельности, ибо в противном случае им грозила опасность впасть в немилость у власть имущих за „недостаточную активность“.

Статистика заключённых ГУЛАГа, приводимая А. В. Антоновым-Овсеенко, построена на свидетельствах, как правило, далёких от истины. Так, он, в частности, пишет в упомянутой статье: „По данным Управления общего снабжения ГУЛАГа, на довольствии в местах заключения состояло без малого 16 миллионов — по числу пайкодач в первые послевоенные годы“. В списке лиц, пользовавшихся этим документом, фамилия Антонова-Овсеенко отсутствует. Следовательно, он не видел этого документа и приводит его с чьих-то слов, причём с грубейшим искажением смысла. Если бы А. В. Антонов-Овсеенко видел этот документ, то наверняка бы обратил внимание на запятую между цифрами 1 и 6, так как в действительности осенью 1945 г. в лагерях и колониях ГУЛАГа содержалось не 16 млн., а 1,6 млн. заключенных…

…Обвиняя нас в некомпетентности, А. В. Антонов-Овсеенко ставит нам в вину то, что мы не учли миллионы заключенных, предоставляемых ГУЛАГом для работы другим ведомствам. Нами же точно установлено, что они входили в общую численность заключенных ГУЛАГа, приведенную в настоящей статье». (Конец цитаты.)

Общая численность заключенных в местах лишения свободы СССР с разбивкой по годам приведена в табл.2.1.

Таблица 2.1. Численность заключенных в местах лишения свободы (по состоянию на 1 января каждого года)

Годы В лагерях (ИТЛ) Из них политических (% от общего числа) В колониях (ИТК) и тюрьмах Всего
1934 510 307 135 190(26,5) 510 307
1935 725 483 118 256(16,3) 240 259 965 742
1936 839 406 105 849(12,6) 457 088 1 296 494
1937 820 881 104 826(12,8) 375 488 1 196 369
1938 996 367 185 324(18,6) 885 203 1 881 570
1939 1 317 195 454 432 (34,5) 687 751 2 004 946
1940 1 344 408 444 999(33,1) 501 862 1 846 270
1941 1 500 524 420 293 (28.7) 899 898 2 400 422
1942 1 415 596 407 988 (29,6) 629 979 2 045 575
1943 983 974 345 397 (35,6) 737 742 1 721 716
1944 663 594 268 861 (40,7) 667 521 1 331 115
1945 715 505 289 351 (41,2) 1 020 681 1 736 186
1946 746 871 333 883 (59,2) 1 201 370 1 948 241
1947 808 839 427 653 (54,3) 1 205 839 2 014 678
1948 1 108 057 416 156(38,0) 1 371 852 2 479 909
1949 1 216 361 420 696 (34,9) 1 371 371 2 587 732
1950 1 416 300 578 912* (22,7) 1 343 795 2 760 095
1951 1 533 767 475 976(31,0) 1 159 058 2 692 825
1952 1 711 202 480 766(28,1) 946 126 2 657 128
1953 1 727 970 465 256 (26,9) 892 844 2 620 814

* В лагерях и колониях

Обратимся к современности. В табл. 2.2. приведены данные о численности заключенных и населения в СССР в 30-х годах, а также в России и США в 90-х годах XX века.

Таблица 2.2. Численность заключённых в СССР, России и США

СССР Россия США
Год Численность населения, млн. чел. Общее число заключенных, тыс. чел. Год Численность населения, млн. чел. Общее число заключенных, тыс. чел. Год Численность населения, млн. чел. Общее число заключенных, тыс. чел.
1930 156,0 179,0 1992 148,5 772,0 1992 256,5 1295,2
1931 158,4 212,0 1993 148,6 876,0 1993 259,9 1369,2
1932 160,4 268,7 1994 148,5 929,0 1994 263,1 1476,6
1933 161,8 334,3 1995 148,4 1017,9 1995 266,3 1585,6
1934 159,3 510,3 1996 148,3 1048,0 1996 269,4 1646,0
1935 159,8 965,7 1997 148,1 1018,3 1997 272,6 1743,6
1936 161,7 1296,5 1998 147,8 1014,5 1998 275,8 1816,9
1937 163,8 1196,4 1999 147,5 1060,3 1999 279,0 1893,1
1938 167,0 1881,6 2000 146,9 925,1 2000 282,2 1935,9
1939 190,7 2004,9 2001 146,3 980,2 2001 285,1 1961,2
1940 194,5 1845,3 2002 145,6 877,4 2002 288,0 2033,0
В среднем 166,7 972,2 В среднем 147,7 956,2 В среднем 272,5 1705,1
В среднем, на 100 000 чел. населения 0,583 В среднем, на 100 000 чел. населения 0,647 В среднем, на 100 000 чел. населения 0,626

Какие же выводы можно сделать на основании данных табл. 2.1 и 2.2?

Во-первых, ничего такого сверхъестественного и «ужасного» в численности населения ГУЛАГа и других мест лишения свободы СССР нет: она не отличается от численности пенитенциарных систем других стран. Так, в 1930-х годах в СССР в среднем было 583 заключенных на 100 000 чел. населения. В 1992–2002 гг. на 100 000 населения в современной России в среднем насчитывалось 647 заключённых, а в США — 626 заключенных на 100 000 жителей. Нужно ещё иметь в виду, что в 1930-х годах в СССР, по рассказам очевидцев, большая часть уголовных преступников была за решёткой, а в современной России по всем признакам наоборот — большая часть преступников разгуливает на свободе. Это, кстати, подтверждает статистика преступлений: В 1940 г. при населении в 193 млн. чел. в СССР было 6549 убийств, а в 2005 г. в России при населении в 145 млн. чел. убийств было почти в 5раз (!) больше — 30 800 (это не считая 17 тыс. чел., погибших в автомобильных катастрофах).

Во-вторых, данные табл. 2.1. опровергают широко распространенное среди антикоммунистов мнение, что в ГУЛАГе преобладали политические заключенные: в 30-х годах их численность не достигала и трети всех заключенных. Преобладание политических заключенных в местах лишения свободы было только в 1946 и 1947 гг., когда в лагеря стали поступать осужденные власовцы, бандеровцы, «лесные братья», полицаи и прочая нечисть. В целом же, за годы советской власти (по данным на 1955 г.) во всех местах лишения свободы СССР побывало 9,5 млн. заключённых; из них, как уже отмечалось, осужденных по политическим мотивам было 2,37 млн. чел., что составляет 25 % от общего числа заключенных.

Далеки от истины и утверждения антисоветчиков в том, что большинство политзаключенных в СССР были осуждены «ни за что». Вот что пишет по этому поводу в своих воспоминаниях, опубликованных в журнале «Наш современник» (№ 11, 2000 г.), Никифоров С. Н., послуживший прообразом Руськи Доронина в романе А. Солженицына «В круге первом»[5]: «…За восемь лет заключения я невиновных не встречал. При знакомстве все говорят, и я говорил, что посажены ни за что. А познакомишься поближе, узнаешь: или служил в немецкой армии, или учился в немецкой разведшколе, или был дезертиром…». Подобное положение было и мордовском лагере для политзаключенных, в котором отбывал наказание писатель К. Ф. Ковалев, осужденный в 60-х годах за протесты против преследования участников выступлений новочеркасских рабочих в 1962 году. Вот и получается, что процент сидевших «ни за что» политических заключенных был в послевоенное время незначителен (в пределах 2 %).

Возможно, до войны в 30-х годах невинно осужденных было больше, но реальная картина неизвестна, потому что серьезных исследований на эту тему не было. По имеющимся сведениям, появляющимся в печати, можно лишь ориентировочно предположить, что «ни за что» сидело не более 10 % политзаключённых, т. е. ежегодно в ГУЛАГ поступало не более 7–8 тыс. невинно осужденных политзаключённых.

Кроме того, по данным В. Н. Земскова, в 1934–1940 гг. в лагерях содержалось от 3,5 до 7,3 тыс. заключённых, приговорённых к высшей мере, смертная казнь которым была заменена лишением свободы на сроки от 10 до 15 лет. Подобные факты, а также большие нестыковки, выявленные Михаилом Поздновым, между численностью осужденных в 1937–1938 гг. по политическим мотивам и количеством реально поступивших в места лишения свободы наводят на мысль, что действительное число расстрелянных по политическим мотивам, возможно, было примерно вдвое меньше числа проговоренных к смертной казни — 300–350 тыс. чел.[6], т. е. в среднем 9–11 тыс. чел. в год.

* * *

Более сложен и запутан вопрос о соотношении виновных и невиновных среди расстрелянных за контрреволюционные преступления. Меры наказания за эти преступления в 30-х годах устанавливала статья 58 «Контрреволюционные преступления» (табл. 3.1.) Уголовного Кодекса РСФСР, действовавшего с 1926 года. Антисоветчики считают, что почти все казненные по статье 58 УК РСФСР были невинными «жертвами кровавого режима»[7]. Но это не соответствует реальному положению дел.

Всех казнённых по статье 58 можно разделить на несколько групп.

Во-первых, это непримиримые враги советского государства, с оружием в руках боровшиеся с ней: бывшие белогвардейцы вроде генералов Краснова и Шкуро, басмачи, кулаки, бандеровцы, «лесные братья» и т. д.

Во-вторых, Уголовный Кодекс РСФСР, действовавший в 30 годах, относил к контрреволюционным преступлениям и ряд государственных преступлений (см. табл. 5.1), карающихся в любом государстве: измена Родине, шпионаж, насильственный захват власти, диверсии и др.[8] К этой, самой многочисленной группе казненных относятся изменники Родины (генерал Власов, его сподвижники и другие перешедшие на сторону врага военнослужащие Красной Армии, полицаи, участвовавшие в карательных операциях и др.), шпионы, которых было немало, потому что СССР в предвоенные годы был объектом пристального внимания со стороны спецслужб многих государств, участники вооруженных выступлений против советской власти, ярые националисты и сепаратисты, деятельность которых угрожала территориальной целостности страны, а также руководители и участники различных заговоров с целью свержения советского правительства, насильственного захвата власти и реставрации капитализма[9].

Именно о представителях этой группы казненных Джозеф Девис (американский посол в СССР в 1937–1938 гг.) после нападения Германии на СССР в статье, опубликованной в газете «Санди экспресс» заявил: «Сегодня мы знаем, благодаря усилиям ФБР, что гитлеровские агенты действовали повсюду, даже в Соединённых Штатах и Южной Америке… Однако ничего подобного в России мы не видим. „Где же русские пособники Гитлера?“ — спрашивают меня часто. „Их расстреляли“, — отвечаю я».

Далее Дэвис писал, что значительная часть всего мира считала тогда знаменитые процессы изменников 1935–1938 гг. возмутительными примерами варварства, неблагодарности и проявлением истерии. Однако в настоящее время стало очевидным, что «они свидетельствовали о поразительной дальновидности Сталина и его близких соратников». Заявляя, что советское сопротивление было бы сведено к нулю, если бы Сталин и его соратники не убрали предательские элементы, Дэвис в конце статьи указывал, что «это является таким уроком, над которым следует призадуматься другим свободолюбивым народам».

Таблица 2.3. Соответствие статей УК РСФСР (на 01.06.1938 г.) и УК РФ (на 14.02.2008 г.)

Наименование подстатей ст. 58 УК РСФСР «Контрреволюционные преступления» Наименование соответствующих статей УК РФ раздела X. «Преступления против государственной власти»
Ст. 58–1а. Измена Родине, т. е. действия, совершенные гражданами Союза ССР в ущерб военной мощи Союза ССР, его государственной независимости или неприкосновенности его территории, как-то: шпионаж, выдача военной или государственной тайны, переход на сторону врага, бегство или перелёт за границу. Ст. 275. Государственная измена, то есть шпионаж, выдача государственной тайны либо иное оказание помощи иностранному государству, иностранной организации или их представителям в проведении враждебной деятельности в ущерб внешней безопасности Российской Федерации, совершенная гражданином Российской Федерации.
Ст. 58–1б. Те же преступления, совершенные военнослужащими.
Ст. 58–3. Сношения в контрреволюционных целях с иностранным государством или отдельными его представителями, а равно способствование каким бы то ни было способом иностранному государству, находящемуся с Союзом ССР в состоянии войны или ведущему с ним борьбу путем интервенции или блокады.
Ст. 58–4. Оказание каким бы то ни было способом помощи той части международной буржуазии, которая, не признавая равноправия коммунистической системы, приходящей ни смену капиталистической системе, стремится к ее свержению, а равно находящимся под влиянием или непосредственно организованным этой буржуазии общественным группам и организациям в осуществлении враждебной против Союза ССР деятельности.
~ ~ ~ ~ ~ ~
Ст. 58–2. Вооружённое восстание или вторжение в контрреволюционных целях на советскую территорию вооруженных банд, захват власти в центре или на местах в тех же целях и, в частности, с целью насильственного отторгнуть от Союза ССР и отдельной союзной республики какую-либо часть ее территории или расторгнуть заключенные Союзом ССР с иностранными государствами договоры. Ст. 278. Насильственный захват власти или насильственное удержание власти. Действия, направленные на насильственный захват власти или насильственное удержание власти в нарушение Конституции Российской Федерации, а равно направленные на насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации.
Ст. 58–5. Склонение иностранного государства или каких-либо в нем общественных групп, путем сношения с их представителями, использованием фальшивых документов или иными средствами, к объявлению войны, вооруженному вмешательству в дела Союза ССР или иным неприязненным действиям, в частности: к блокаде, к захвату государственного имущества Союза ССР или союзных республик, разрыву дипломатических сношений, разрыву заключенных с Союзом ССР договоров и т. п.. Ст. 279. Вооружённый мятеж. Организация вооружённого мятежа либо активное участие в нём в целях свержения или насильственного изменения конституционного строя Российской Федерации либо нарушения территориальной целостности Российской Федерации.
~ ~ ~ ~ ~ ~
Ст. 58–6. Шпионаж, т. е. передача, похищение или собирание с целью передачи сведений, являющихся по своему содержанию специально охраняемой государственной тайной, иностранным государствам, контрреволюционным организациям или частным лицам. Передача, похищение или собирание с целью передачи экономических сведений, не составляющих по своему содержанию специально охраняемой государственной тайны, но не подлежащих оглашению по прямому запрещению закона или распоряжению руководителей ведомств, учреждений и предприятий, за вознаграждение или безвозмездно организациям и лицам, указанным выше. Ст. 276. Шпионаж. Передача, а равно собирание, похищение или хранение в целях передачи иностранному государству, иностранной организации или их представителям сведений, составляющих государственную тайну, а также передача или собирание по заданию иностранной разведки иных сведений для использования их в ущерб внешней безопасности Российской Федерации, если эти деяния совершены иностранным гражданином или лицом без гражданства.
~ ~ ~ ~ ~ ~
Ст. 58–7. Подрыв государственной промышленности, транспорта, торговли, денежного обращения или кредитной системы, а равно кооперации, совершенный в контрреволюционных целях путем соответствующего использования государственных учреждений и предприятий, или противодействие их нормальной деятельности, а равно использование государственных учреждений и предприятий или противодействие их деятельности, совершаемое в интересах бывших собственников или заинтересованных капиталистических организаций. Ст. 281. Диверсия. Совершение взрыва, поджога или иных действий, направленных на разрушение или повреждение предприятий, сооружений, путей и средств сообщения, средств связи, объектов жизнеобеспечения населения в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности Российской Федерации.
Ст. 58–8. Совершение террористических актов, направленных против представителей советской власти или деятелей революционных рабочих и крестьянских организаций, и участие в выполнении таких актов, хотя бы и лицами, не принадлежащими к контрреволюционной организации.
Ст. 58–9. Разрушение или повреждение с контрреволюционной целью взрывом, поджогом или другими способами железнодорожных или иных путей и средств сообщения, средств народной связи, водопровода, общественных складов и иных сооружений или государственного и общественного имущества.
~ ~ ~ ~ ~ ~
Ст. 58–10. Пропаганда или агитация, содержащие призыв к свержению, подрыву или ослаблению Советской власти или к совершению отдельных контрреволюционных преступлений (ст… 58–2 — 58–9 настоящего Кодекса), а равно распространение или изготовление или хранение литературы того же содержания. Ст. 280. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (в ред. Федерального закона от 25.07.2002 № 112-ФЗ)
~ ~ ~ ~ ~ ~
Ст. 58–11. Всякого рода организационная деятельность, направленная к подготовке или совершению предусмотренных в настоящей главе преступлений, а равно участие в организации образованной для подготовки или совершения одного из преступлений, предусмотренных настоящей главой. Ст. 282.1. Организация экстремистского сообщества. Создание экстремистского сообщества, то есть организованной группы лиц для подготовки или совершения преступлений экстремистской направленности, а равно руководство таким экстремистским сообществом, его частью или входящими в такое сообщество структурными подразделениями, а также создание объединения организаторов, руководителей или иных представителей частей или структурных подразделений такого сообщества в целях разработки планов и (или) условий для совершения преступлений экстремистской направленности.
Ст. 282.2. Организация деятельности экстремистской организации. Организация деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации, в отношении которых судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации или запрете деятельности в связи с осуществлением экстремистской деятельности.
~ ~ ~ ~ ~ ~
Ст. 58–14. Контрреволюционный саботаж, т. е. сознательное неисполнение кем-либо определенных обязанностей или умышленно небрежное их исполнение со специальной целью ослабления власти правительства и деятельности государственного аппарата. Ст. 293. Халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба.

Третью группу составляют «палачи», ставшие «жертвами». Это те безжалостные представители партийной, военной, чекистской и хозяйственной элиты, которые, прежде чем стать «жертвами репрессий», сами уничтожили многих людей. Такие как, например, наркомы внутренних дел Генрих Ягода и Николай Ежов и их подчиненные. Или как не замеченные в гуманизме видные партийные деятели Мартын Лацис и Николай Бухарин. Н. И. Бухарин, например, вместе с другой будущей «невинной жертвой сталинского террора» А. И. Рыковым при рассмотрении в Политбюро вопроса о помиловании обвиняемых по «шахтинскому делу» настоял на расстреле «вредителей» (а Сталин, кстати, выступал против применения к обвиняемым смертной казни). На заседании комиссии, созданной уже по делу Бухарина и Рыкова, за их расстрел голосовали будущие «жертвы сталинизма» С. В. Косарев и И. З. Якир (а Сталин предлагал ограничиться всего лишь их высылкой).

На февральско-мартовском 1937 года пленуме ЦК ВКП (б) будущие «жертвы сталинизма» С. В. Косиор, В. И. Межлаук, П. П. Постышев, Я. З. Рудзутак, М. М. Хатаевич, В. Я. Чубарь, Р. И. Эйхе, И. З. Якир, Б. П. Шеболдаев и др. призывали к беспощадному разоблачению «врагов» и «вредителей». Секретарь Курского обкома Борис Шеболдаев, например, с удовлетворением докладывал, что в области уже арестовано семь членов бюро и четыре заведующих отделами обкома, 25 работников в одном только земельном управлении облисполкома. Сталин пытался образумить политическую элиту: «В речах некоторых товарищей сквозила мысль о том, что давай теперь направо и налево бить всякого, кто когда-либо шел по одной улице с троцкистом или кто когда-либо в одной общественной столовой где-то по соседству с Троцким обедал… Это не выйдет, это не годится… У нас развелись люди больших масштабов, которые мыслят тысячами и десятками тысяч. Исключить 10 тыс. членов партии — пустяки, чепуха это… То, что мы за это время понаисключали десятки, сотни тысяч людей, то, что мы проявили много бесчеловечности, бюрократического бездушия в отношении судеб отдельных членов партии, то что за последние два года чистка была, а потом обмен партбилетов — 300 тысяч исключили… все это вода на мельницу наших врагов… Вот с этой бездушной политикой, товарищи, надо кончать».

Не помогло. Более того, партийной элите, как установил доктор исторических наук Юрий Жуков, принадлежала инициатива в развязывании репрессий 1937–1938 гг. Начало репрессиям положил первый секретарь Западно-Сибирского крайкома ВКП (б) Р. И. Эйхе. Вслед за ним в борьбу с «врагами народа» включились С. В. Косиор, В. И. Межлаук, П. П. Постышев, Я. З. Рудзутак, М. М. Хатаевич, В. Я. Чубарь, И. М. Варейкис и др. Каждый из этой партийной номенклатуры, прежде чем стать «жертвой сталинизма» успел уничтожить тысячи и тысячи «вредителей», кулаков и других «активных антисоветских деятелей». Надо сказать, что партийные и чекистские кадры под шумок борьбы с «врагами народа» активно сводили счеты между собой, уничтожали друг друга. Большое число примеров как «свои» расправлялись со «своими», можно найти в книге В. Кожинова «Россия. Век XX. 1901–1939. От начала столетия до „загадочного“ 1937 года».

К четвертой группе расстрелянных за контрреволюционные преступления относятся обычные уголовники-убийцы, жертвами которых были партийные, военные, ответственные хозяйственные работники и просто члены партии.

И, наконец, пятую группу казненных составляют люди, невинно пострадавшие как от действительных врагов советской власти, сумевших пробраться в карательные структуры страны, так и от чрезмерного усердия или жестокости лиц, проводивших репрессии. Только люди этой группы, на мой взгляд, достойны реабилитации. Сколько их было? Сейчас никто не скажет. Полагаю, что они составляли не более трети от всех расстрелянных.

* * *

Посмотрим теперь на современную российскую действительность. В постсоветской России официальных (по приговору) расстрелов людей почти не было, но зато резко возросло число расстрелов без приговоров. По политическим мотивам их было вроде бы немного (на слуху убийства генерала Льва Рохлина, Сергея Юшенкова, Владислава Листьева, Дмитрия Холодова, Анны Политковской), но появились другие мотивы расстрелов и убийств — межнациональные и криминально-экономические. В ходе непрекращающихся межнациональных и криминально-экономических войн и конфликтов ежегодно погибает много народу. В наиболее кровопролитном межнациональном конфликте — первой и второй чеченской войнах — погибло примерно 120 тыс. чел.[10] Число расстрелянных и убитых в криминально-экономических войнах никто не назовет, но что оно ежегодно измеряется десятками тысяч, косвенно подтверждает статистика смертей от убийств (табл. 2.4.).

Таблица 2.4. Число умерших от убийств (тыс. чел.)


1970 9,4
1980 17,9
1985 15,0
1990 21,1
1991 22,6
1992 23,9
1993 45,1
1994 45,2
1995 45,3
1996 39,1
1997 35,0
1998 33,6
1999 45,3
2000 41,1
2001 42,9
2002 44,3
2003 41,8
2004 38,9
2005 35,9
2006 28,6

Из табл. 2.4. следует, что даже по отношению к 1990 году, когда в России уже начались криминально-экономические войны, в постсоветский период число убийств ежегодно фиксировалось в среднем на 17 тыс., больше. И это еще не все. Нужно иметь в виду, что погибших в криминально-экономических войнах и конфликтах много и среди так называемых не-уточненных смертей (около 40 тысяч), и среди без вести пропавших (ежегодно в розыск объявляются более чем 70 тыс. чел.: из них примерно 40 тыс. чел. в течение года находятся, а 30 тыс. чел. бесследно пропадают). В целом, по самым скромным подсчетам, в межнациональных и криминально-экономических войнах и конфликтах ежегодно в России погибает ориентировочно 25–35 тыс. чел.[11]

Таким образом, распад Советского Союза и «демократические реформы» вызвали межнациональные и криминально-экономические войны и конфликты, в результате которых только в России ежегодное число расстрелянных и убитых в 2,5–3 раза превышает среднегодовое число расстрелянных по политическим мотивам в СССР.[12]

* * *

А как обстоит дело с политзаключенными и с невинно осужденными в постсоветской России? Политические заключенные сейчас тоже есть. Их пока немного, но ввод в действие закона «Об экстремизме», думается, это дело со временем поправит. В прессе и на телевидении уже появляются сообщения об чрезвычайно ретивых поборниках этого закона, вроде тех работников правоохранительных органов, что пытались возбудить абсурдное уголовное дело «за пропаганду нацистских символов» против изготовителя макетов немецких танков (с крестом на башне) времен Великой Отечественной войны (он их изготовил для использования на съемках фильмов о войне).

Если число политзаключенных в современной России невелико, то этого нельзя сказать о количестве осужденных за преступления, которых они не совершали. О невинно осужденных средства массовой информации сообщают с пугающим постоянством. Вот некоторые примеры из Интернета /54/:

• Дмитрий Апрелков, Чита — отсудил у Минфина РФ 100 тыс. рублей за то, что милиционеры под пытками вы нудили его сознаться в убийстве, которого он не совершал;

• Евгений Веденин, Татарстан — был осужден на 15 лет по ошибке за убийство начальника охраны «Татнефти»;

• Олег Бондаренко, Ростов — невинно осужден в мае 1998 года к 13 годам лишения свободы по обвинению в убийстве, почти 6 лет добивался отмены приговора;

• Дмитрий Медков, Ставрополь — невинно осужден за убийство сестры, 4 года принудительного лечения в спецпсихбольнице;

• Евгений Лукин, Новосибирск — отсидел 5 лет за убийство, которого не совершал;

• Радий Тучибаев, село Агаповка, Южный Урал — невинно осужден за убийство, которого не совершал, отсудил у Минфина РФ 350 тыс. рублей;

• Сергей Михайлов, деревня Липовка, Архангельская область — невинно осужден за изнасилование и убийство первоклассницы;

• Константин Кутузов, Волгоград — невинно осужден за незаконное хранение оружия и боеприпасов;

• Александр Сюсяев, Нижний Новгород — невинно осужден за убийство трёх человек.[13]

Еженедельник «Аргументы и факты» приводит рассказ депутата Госдумы Бориса Резника: «Я возглавлял в Хабаровске попечительский совет тюрем и лагерей Дальнего Востока. Во время поездок по колониям и СИЗО ко мне часто обращались люди, не понимавшие, за что они сидят. Например, пацаненок вместе с приятелем сделал подкоп под ларек и украл три упаковки печенья — оба были страшно голодные… Так парень 2,5 года просидел в изоляторе в ожидании суда! Другого парня, Ивана Демуза, обвинили в краже мешка картошки, который он на самом деле не брал. За 10 месяцев тюрьмы он почти ослеп. Отца и сына Рыжовых посадили за кражу поленницы дров в сельском медпункте. Отец работал дальнобойщиком, вернулся домой — там больная жена, печь нетоплена. Чужие дрова стоили почти двух лет СИЗО отцу и 4 месяцев — его сыну».

Кроме того, часто суды не принимают во внимание смягчающие обстоятельства и назначают чрезмерно высокие меры наказания. Например, «…23-летний москвич Константин Егорычев был осужден на 2,5 года лишения свободы за похищенную из магазина бутылку водки стоимостью 124 руб. Судьи не учли, что парень — инвалид 2-й группы и мать у него инвалид. Не был учтён и факт добровольного возмещения ущерба владельцам товара…. 29-летний житель Архангельской области Валерий Клепиковский получил 3 года неволи за кражу 22 кг мяса. И опять-таки суд не заметил, что человек возместил ущерб, и потерпевшая хозяйка мяса сама просила прекратить дело. И что на иждивении у „злодея“ неработающая жена и малолетний ребенок… Архангелогородец Алексей Ширяев (26 лет) сел на 3,5 года, после того как украл из чужой квартиры добра на 999 руб. За плечами вора — традиционный для таких случаев „багаж“: нищета, смерть родителей, две младшие сестры и ребенок на иждивении, отчаянные попытки прокормиться…».

Немудрено, что, по опросам ВЦИОМ, 56 % россиян не доверяют правоохранительным органам, а 49 % — судебной системе. «Аргументы и факты» подытоживают: «Народ видит: бедного простолюдина могут упечь за решетку за сущую мелочь или вообще ни за что, а тому, кто нахапал миллиарды, все сходит с рук». Нужно еще сказать, что в судебной практике современной России очень редки оправдательные приговоры: в 2001 году, например, их было 0,5 %, а в 2002-м — 0,77 %.[14]

В целом, как утверждает председатель Комитета «За гражданские права» Андрей Бабушкин, сейчас «…около трети осужденных у нас наказаны либо вовсе неправомерно, либо приговорены к более суровому наказанию, чем заслуживали. Прежде всего, это жертвы судебных ошибок или злоупотреблений. По моим оценкам, 1,5–2 % осужденных. Вторая категория — люди, которые действительно виновны, но их действия неверно квалифицированы. Например, человек совершил кражу — а ему вменяют грабеж или разбой. Таких порядка 15 %. И ещё 15–20 % дел — когда, например, не учтены смягчающие вину обстоятельства».

Если считать, что невинно осуждены только 1,5 %, то с 1995 года по настоящее время ежегодно осуждаются «ни за что» от 12 тыс. до 18 тыс. чел., т. е. в «демократической России невинно осуждается больше людей, чем это было в сталинском СССР.

* * *

Теперь разберём следующий вопрос: сколько людей умерло в исправительно-трудовых лагерях при Сталине? Антикоммунисты уверены, что многие миллионы. Роберт Конквест „подсчитал“, что только между 1937–1939 гг., в лагерях и тюрьмах умерли 2 млн. политзаключенных. Ольга Шатуновская уверяет, что в лагерях погибло 7–10 млн. человек. Писатель Виктор Астафьев писал о 12 млн. „измученных в лагерях смерти“, а правозащитница Зоя Крахмальникова довела число погибших в ГУЛАГе до „почти 60 миллионов“. Иногда для усиления эффекта утверждается даже, что погибших в ГУЛАГе было так много, что их не сосчитать: Дмитрий Кайстро, например, в упомянутой программе „Вести“ безапелляционно заявил: „И сколько ещё от болезней, голода, издевательств погибли в лагерях, никто и никогда не считал и вряд ли уже сосчитает“.

Таблица 2.5. Смертность заключенных в лагерях ГУЛАГа

Год Смертность в лагерях, чел. (%) Общая смертность населения в СССР, %
1931 7283 (3,03) 2,80
1932 13 267 (4,40) 2,95
1933 672 971 (5,94) 7,16
1934 26 295 (4,26) 2,17
1935 28 328 (3,62) 2,06
1936 20 595 (2,48) 2,00
1937 25 376 (2,79) 2,17
1938 90 546 (7,83) 2,09
1939 50 502 (3,79) 2,09
1940 46 665 (3,28) 2,01
1941 100 997(6,93)
1942 248 877 (20,7)
1943 166 967(20,3)
1944 60 948 (8,84)
1945 43 848 (6,66)
1946 18 154(2,58) 1,58
1947 35 668 (3,72) 2,03
1949 15 739(1,20) 1,26
1950 14 703(1,00) 1,17
1951 15 587(0,96) 1,16
1952 13 806(0,80) 1,14

Это почему же? Количество умерших в лагерях тщательно подсчитано в работах В. Н. Земскова, Игоря Пыхалова и других исследователей. В обобщенном виде их данные представлены в табл. 2.5. Для сравнения в табл. 2.5. помещены данные об общей смертности населения СССР. Сравнение это, конечно, условное, поскольку половозрастные структуры населения СССР и контингента ГУЛАГа различны. Тем не менее данные табл. 2.5. недвусмысленно показывают, что смертность заключенных в ГУЛАГе держалась на весьма низком уровне. Лишь во время войны смертность заключенных резко возросла, но и тогда она составляла около 20 % в год, а не 10 % в месяц, как утверждал А. Солженицын. Всего в период 1931–1953 гг. в лагерях умерло немногим более 1 млн. чел., из них более 600 тыс. чел. умерли в тяжелые для всего населения страны годы Великой Отечественной войны.

* * *

Наконец, следует привести данные об общей численности потерь населения в СССР. В демографии к „потерям населения“ относят преждевременно умерших (сверхсмертность) и недобор до „нормального“ числа родившихся (дефицит рождений). Потери населения СССР от советской власти антикоммунисты считают десятками и даже сотнями миллионов жизней. Роберт Конквест в 1961 г. оценивал число жертв голода 1932–1933 гг. в 6 млн. чел., но в 1986 г. это число он увеличил до 14 млн.

Александр Солженицын сообщает о более сотни миллионов жертв: в 1976 году в интервью испанскому телевидению он заявил следующее: „Профессор Курганов косвенным путем подсчитал, что с 1917-го по 1959 год только от внутренней войны советского режима против своего народа, то есть от уничтожения его голодом, коллективизацией, ссылкой крестьян на уничтожение, тюрьмами, лагерями, простыми расстрелами — только от этого у нас погибло, вместе с нашей гражданской войной, 66 миллионов человек… По его подсчётам, мы потеряли во Второй мировой войне от пренебрежительного и неряшливого её ведения 44 миллиона человек! Итак, всего мы потеряли от социалистического строя — 110 миллионов человек!“

Большинство антисоветчиков все же постеснялись возложить на Сталина вину за потери населения СССР в Великой Отечественной войне. Поэтому среди них самая популярная цифра „уничтоженных советским режимом“ — 60 млн. чел. Эту цифру называли писатель Антонов-Овсеенко, правозащитница Зоя Крахмальникова, актер Олег Басилашвили, журналист Александр Минкин[15].

Математическая глупость подобных цифр „жертв режима“ видна невооруженным взглядом. Если всего погибло 60 млн. чел., то в 1930–1939 гг., в „разгар репрессий“, видимо, было уничтожено не менее половины, и эта убыль (30–40 млн. чел.) населения должна быть компенсирована рождаемостью. Рождаемость в эти годы, кроме того, компенсировала „естественную“ смертность (около 20 млн. чел.) и обеспечила прирост населения (примерно 21 млн. чел.). В результате получается, что в 1939 г. в СССР должно быть 70–80 млн. детей в возрасте до 10 лет. Но по переписи 1939 г. детей такого возраста было всего около 40 млн.

Вообще критика называемых антикоммунистами цифр „жертв режима“ неоднократно появлялась в печати. Но антикоммунисты ее упорно отвергают, тупо твердя: „профессор И. Курганов посчитал…“. Ну что ж, посмотрим, что он насчитал.

Результаты своих расчетов профессор И. Курганов привел в статье „Три цифры“ из нашей истории», опубликованной в разных изданиях, в том числе в еженедельнике «Аргументы и факты». Приняв «естественный» прирост населения равным 1,7 % (соответствует приросту населения России в 1913 г.), И. Курганов подсчитал, что численность населения СССР в 1959 году должна быть равна 319,5 млн. чел., а реально в стране согласно переписи было 208,8 млн. чел., т. е. потери населения составили 110,7 млн. чел. (в среднем 2,7 млн. чел в год. — В. Л.). Эта цифра включает в себя и людские потери страны в Великой Отечественной войне, в которых, как ни крути, социалистический строй не виновен. При исключении из расчетов людских потерь в годы Великой Отечественной войны среднегодовые потери населения СССР, определенные по «методу» Курганова, равны 1,35 млн. чел.[16]

На самом деле расчёты И. Курганова ошибочны и дают завышенные оценки потерь населения. Используемый им для расчета людских потерь прием в прикладной математике и теории прогнозирования называется «линейной экстраполяцией», и применим он только в простейших линейных случаях: с его помощью, например, можно определить величину урожая (и то приблизительно) картофельного поля по урожаю, собранному с единицы этого поля. Демографические же процессы сугубо нелинейны[17]. Эта нелинейность объясняется явлением так называемого «демографического перехода», в соответствии с которым любая страна по мере своего социально-экономического развития проходит три демографических этапа: на первом население растет медленно, поскольку высокая рождаемость компенсируется столь же высокой смертностью; на втором этапе прирост населения резко возрастает за счет снижения смертности благодаря развитию медицины, а на третьем этапе в результате перехода основной массы населения к городскому образу жизни, эмансипации женщин и других социально-экономических изменений уменьшается рождаемость и соответственно снижается прирост населения. Именно в третий этап вступил СССР в конце 20-х годов прошлого века с началом коллективизации и индустриализации.

В демографии сокращение численности населения страны за какой-либо период оценивают путем сравнения двух величин: «гипотетической» численности, которой достигла бы страна при «нормальном» ее развитии, и фактической, дающей реальную численность населения в рассматриваемый период.

Таким образом, процедура сравнения потерь населения СССР и современной России должна проводиться с учетом нелинейного характера демографических процессов в советскую эпоху. При этом необходимо выделить периоды оценки потерь населения, определить фактические численности населения в рассматриваемые периоды и рассчитать гипотетические численности населения в конце рассматриваемых периодов.

Поскольку антисоветчики считают, что практически все людские потери СССР от голода, репрессий и других «ужасов тоталитаризма» приходятся на «сталинский» период советского государства, то временные рамки оценки потерь населения СССР целесообразно принять с 1927 г., когда после завершения борьбы с Троцким власть окончательно перешла к Сталину, и по 1952 г. — последний год нахождения Сталина у власти.

Данные фактической и «гипотетической» динамики населения СССР в 1927–1952 гг. с округлением до 0,1 млн. чел. приведены в табл. 2.6. Для сравнения в табл. 2.7. представлены реальная и «гипотетическая» динамики населения России в 1992–2007 гг.

Таблица 2.6. Население СССР в 1927–1952 гг.

Год По данным ЦСУ (1964 г.) По данным книги «Население Советского Союза. 1922–1991 гг.»
Фактические демограф. показатели, млн. чел. Демограф. показатели при «нормальных» уровнях естеств. прироста населения*, млн. чел. Фактические демограф. показатели, млн. чел. Демограф. показатели при «нормальных» уровнях естеств. прироста населения*, млн. чел.
Численность населения на начало года Численность населения на начало года Численность населения на начало года Численность населения на начало года
1927 147,0 147,0 148,7 148,7
1928 150,2 150,2 151,6 151,6
1929 153,4 153,4 154,7 154,7
1930 156,0 156,0 157,4 157,4
1931 158,4 158,4 159,8 159,6
1932 160,4 160,4 161,8 161,8
1933 161,8 162,5 162,9 164,0
1934 159,3 164,5 156,8 166,1
1935 159,8 166,6 158,2 168,4
1936 161,7 168,5 160,1 170,5
1937 163,8 170,6 162,5 172,8
1938 167,0 172,8 165,5 175,1
1939 170,5/190,7 175,0/195,2 168,5/188,8 177,4/197,6
1940 194,5 197,6 192,6 200,3
1941 197,3 200,5 195,4 203,2
1946 168,7 171,9 170,5 178,3
1947 170,7 173,9 172,1 179,8
1948 172,9 176,4 173,7 182,4
1949 175,7 179,0 175,9 185,1
1950 178,5 181,6 179,2 187,7
1951 181,6 184,7 182,3 191,0
1952 184,8 187,9 185,5 194,3
1953 188,0 191,2 188,7 197,6

* «Нормальные» уровни естественного прироста населения:

Таблица 2.7. Население России в 1992–2007 гг.

Год Фактические демографические показатели, млн. чел. Демографические показатели при уровне естественного прироста населения 1990 г.*, млн. чел.
Численность населения на начало года Численность населения на начало года
1992 148,5 148,6
1993 148,6 148,9
1994 148,5 149,3
1995 148,4 149,6
1996 148,3 149,9
1997 148,1 150,2
1998 147,8 150,6
1999 147,5 150,9
2000 146,9 151,2
2001 146,3 151,6
2002 145,6 151,9
2003 145,0 152,2
2004 144,2 152,6
2005 143,5 152,9
2006 142,8 153,2
2007 142,2 153,6
2008 142,0/137,7** 154,0

* Уровень естественного прироста населения в 1990 г. — 0,22 %.

** Численность населения за вычетом миграционного прироста (4,3 млн. чел) в 1992–2007 гг.

Цифры фактической динамики населения СССР в 1927–1952 гг. приведены в таблице 2.6. в двух вариантах: по данным ЦСУ СССР (1964 г.) и по данным книги Андреева Е. М., Дарского Л. Е. и Харьковой Т. Л. «Население Советского Союза. 1922–1991 гг.». Книга Андреева Е. М., Дарского Л. Е. и Харьковой Т. Л. — последнее подробное исследование динамики населения СССР, выполненное профессионально и добротно, но оно было проведено в 1991–1993 гг. — в период «истерического демократизма». Атмосфера злобного антисоветизма того времени сказалась на позиции авторов. В частности, их отношение к 30-м годам прошлого века чётко характеризует следующий фрагмент из книги: «Кроме непосредственных смертей от голода 1933 г. и расстрелов в 30-х годах, к потерям следует отнести сокращение продолжительности жизни людей, поставленных в ужасающие условия. Надо учесть ухудшение жизни всего народа, снижение потребления, а также нагнетание всеобщей подозрительности и страха, постоянного состояния стресса. Огромные массы людей: ссыльные, заключённые в тюрьмах и лагерях — находились в особо тяжёлых условиях, и их смертность была очень высокой».

Это мнение не соответствует реалиям 30-х годов прошлого века. Смертность среди заключенных в те годы, как уже было показано, не была «очень высокой». Никакого «ухудшения жизни всего народа, снижения потребления» не было. Наоборот, мои сельские родственники даже в благополучные 70-е годы говорили: «Так хорошо, как перед войной, мы больше никогда не жили». Об улучшении жизни населения страны с середины 30-х годов пишет дипломат и журналист В. М. Бережков: «Если перечислить продукты, напитки и товары, которые в 1935 г…появились в магазинах, то мой советский современник, пожалуй, не поверит. В деревянных кадках стояла черная и красная икра по вполне доступной цене. На прилавках лежали огромные туши лососины и семги, мясо самых различных сортов, окорока, поросята, колбасы, названия которых теперь никто не знает, сыры, фрукты, ягоды — все это можно было купить без всякой очереди и в любом количестве. Даже на станциях метро стояли ларьки с колбасами, ветчиной, сырами, готовыми бутербродами и различной кулинарией. На больших противнях были разложены отбивные и антрекоты. А в деревнях в любом дворе в жаркий день… вам выносили кружку молока или холодной ряженки и не хотели брать деньги».

Есть много свидетельств, что уровень жизни в СССР в предвоенные годы был значительно выше, чем в соседних странах. Это подтверждается, в частности, тем, что в золотом эквиваленте бюджеты ряда восточноевропейских государств в расчёте на душу населения были во много раз меньше, чем в СССР: в Литве — в 35 раз, в Латвии — в 43 раза, а в Польше — в 47 раз.

В «Новом мире» опубликованы воспоминания Анатолия Гулина о пребывании в немецком плену, а затем в итальянском партизанском отряде. Он пишет: «Не будет лишним отметить, что лагерная жизнь в значительной мере повлияла на мировоззрение многих обитателей лагерей. Большинство из тех, кто ранее к советской власти относился отрицательно и ругал ее почем зря, теперь становились ярыми ее сторонниками и вспоминали жизнь в Советском Союзе добрым словом. Позже, оказавшись на чужбине, я заметил, что многие, вольно или невольно сравнивая жизнь за рубежом с жизнью в Советском Союзе, становятся пропагандистами идей социализма, восхваляя (иногда греша при этом против истины) существующие в Советском Союзе законы, порядки, саму жизнь, поднимая авторитет нашей страны в глазах иностранцев…».

О пребывании в Италии Гулин вспоминает: «Простые люди имели весьма слабое представление о России. Когда на вопрос, откуда я, я ответил, что с Урала, из города Челябинска, это только озадачило моего собеседника. О существовании Уральских гор и Челябинска никто из тех итальянцев, с кем я тогда беседовал, представления не имел. Тогда я решил сказать, что я из Сибири. Сибирь-то во всем мире знают. Сибиряк? — удивился итальянец. Но ведь у вас лицо не покрыто волосами и нет рожек на голове. Какой же вы сибиряк? Дело в том, что на немецких плакатах сибиряки изображались волосатыми и с рожками. С большим трудом мне удалось убедить его, что сибиряки ничем не отличаются от остальных людей. Вообще меня поражала скудость их знаний о мире за пределами Италии. Наш рядовой колхозник в сравнении с итальянскими крестьянами выглядит академиком… Наш быт был им непонятен, кое-что у них вызывало удивление и недоверие. В частности, очень удивляло, что у нас бесплатное обязательное семилетнее обучение, бесплатное медицинское обслуживание, очень низкая квартплата и нет безработицы».

Общественная атмосфера страны 30-х годов отражена в заголовках разделов книги «Москва. 1937» великого немецкого писателя Лиона Фейхтвангера: «Удовлетворённость в Советском Союзе», «О счастливой жизни советских граждан», «С каждым днем все лучше и лучше», «Государство — это мы», «Еще раз о счастье советских граждан». Вот что он писал: «Я замечал с удивлением и вначале скептически, что в Советском Союзе все люди, с которыми я сталкивался — притом и случайные собеседники, которые не могли быть подготовлены к разговору со мной, — хотя иной раз и критиковали недостатки, были, по-видимому, вполне согласны с существующим порядком в целом. Да, весь громадный город Москва дышал удовлетворением и согласием, и более того — счастьем».

А вот свидетельство еще одного «независимого эксперта». Через год с небольшим после нападения Германии на СССР начальник немецкой полиции безопасности и СД описал (сообщение № 309 от 17 августа 1942 г.) впечатления немецкого населения о пленных советских солдатах и угнанных в Германию советских гражданах: «Исключительно большая роль в пропаганде отводится ГПУ. Особенно сильно на представления немецкого населения воздействовали принудительные ссылки в Сибирь и расстрелы. Немецкие предприниматели и рабочие были очень удивлены, когда германский трудовой фронт повторно указал на то, что среди остарбайтеров нет таких, кто бы подвергался у себя в стране наказанию. Что касается насильственных методов ГПУ, которые наша пропаганда надеялась во многом еще подтвердить, то, к всеобщему изумлению, в больших лагерях не обнаружено ни одного случая, чтобы родных остарбайтеров принудительно ссылали, арестовывали или расстреливали. Часть населения проявляет скептицизм по этому поводу и полагает, что в Советском Союзе не так уж плохо обстоит дело с принудительными работами и террором, как об этом всегда утверждалось, что действия ГПУ не определяют основную часть жизни в Советском Союзе, как об этом думали раньше…» (курсив мой. — В. Л.).

* * *

Данные вышеприведенных таблиц 2.6. и 2.7. свидетельствуют о следующем.

1. Общие невоенные потери населения СССР в 1927–1953 гг. в десятки раз меньше, чем считают антикоммунисты. В абсолютном выражении потери населения СССР (7,8–8,9 млн. чел.) за 26 лет сталинской эпохи в 1,3–2,1 раза меньше потерь населения России (12,0–16,6 млн. чел.) за 16 постсоветских лет.

2. По интенсивности потерь населения современный «демократический строй» превосходит «жестокую сталинскую тиранию» в 6–8 раз (примечательно, что даже при преувеличенных данных о числе погибших от голода в 1933 г. среднегодовые потери населения в СССР были в 2–3 раза меньше, чем сейчас в России).

Отметим ещё один важный факт: среднегодовые потери населения в СССР в 30-е годы прошлого века с их «страшным голодом», «ужасами коллективизации» и «чудовищными репрессиями», оказывается, были в несколько раз меньше, чем в нынешней России.

3. Уменьшение численности населения СССР в рассмотренном периоде было лишь однажды — в 1933 г. Это говорит об эффективности советской власти, которая быстро справилась с косившей людей бедой (голодом) и не допустила ее повторения в последующие годы. В современной России власть пока ничего не может поделать с продолжающейся с 1993 г. убылью населения страны.

4. «Жуткие репрессии» 1937–1939 гг. не оказали сколько-нибудь заметного влияния на демографические показатели: никаких аномалий в приросте населения страны в эти годы не было. Это значит, что репрессии, вопреки распространенному среди антикоммунистов мнению, не были «массовыми»: они затронули, главным образом, тонкий слой партийной и управленческой элиты.

* * *

Итак, бесстрастные цифры демографической статистики свидетельствуют, что никакого «Большого террора» в природе не существовало. Была тщательно спланированная и успешно осуществленная с помощью Р. Конквеста дезинформационная спецоперация «холодной войны» — «Большая Ложь об СССР». А наши простаки (или хуже?) типа Григория Явлинского с лёгкостью поверили в эту чушь и время от времени гневно бормочут о «Большом Государственном Терроре».

«Большую Ложь об СССР» до сих пор любовно лелеют враги Советского Союза: она даёт им возможность обвинять весь советский народ в поддержке «бесчеловечной тоталитарной системы», и периодически требовать от нас покаяния. Очередной раз это требование в виде призыва к «самоосмыслению» прошлого высказал один из ярых проповедников Большой Лжи Александр Солженицын в интервью журналу «Шпигель», выдержки из которого опубликованы в «Комсомольской правде» от 31 июля 2007 года.

Полагаю, Александру Исаевичу ещё в середине 90-х годов следовало бы начать с себя. Уже тогда было совершенно очевидно, что ему в процессе «самоосмысления» своего прошлого стоило бы:

— покаяться в распространении лживых, в десятки раз превышающих реальные данные (это документально доказано в работах В. Н. Земскова, А. Н. Дугина, В. Ф. Некрасова и др.), сведений о числе погибших от репрессий советской власти;

— отозвать из библиотек мира и уничтожить все экземпляры книги «Архипелаг ГУЛАГ», в которой обнаружено (об этом см., например, книгу В. Бушина «Александр Солженицын») опасное для нравственного здоровья людей (в первую очередь, для населения России) содержание духовного яда: исторической клеветы, искажений и грязных домыслов;

— повиниться перед всем миром в соучастии в убийстве великой советской цивилизации, что привело к продолжающейся по сей день деградации и вымирании населения России: среднегодовые «неестественные» потери российского населения в 1992–2006 гг. в 2,5 раза выше, чем потери населения СССР в 30-е годы прошлого века с их «страшным голодом», «ужасами коллективизации» и «чудовищными репрессиями»;

— установить на свои нажитые неправедным путем финансовые средства во всех регионах России памятники миллионам жертв политических и экономических репрессий постсоветского периода: погибших и искалеченных в межнациональных, религиозных, этнических и криминальных войнах и конфликтах, беженцев, вынужденных переселенцев, бомжей, неграждан, «раскулаченных» пенсионеров, инженерно-технических и научных работников, учителей, врачей и т. д.;

— завершая «самоосмысление», уйти в монастырь и до скончания века замаливать свою великую вину перед народами России.

Но Солженицын, в отличие от Александра Зиновьева и Владимира Максимова, не смог преодолеть гордыню и ушёл из жизни, не покаявшись в тяжёлых своих грехах. А потому ни уважения, ни памяти народной он не достоин.

Часть 3. Великая Отечественная война

Предатель и перебежчик Владимир Резун, пишущий под псевдонимом Виктор Суворов, «доказывает» в книгах «Ледокол» и «День-М», что Сталин готовился напасть на Германию 6 июля 1941 года, но Гитлер его опередил на две недели.[18]

Военные историки всего мира относятся к убогой версии Резуна о планах нападения СССР на Германию 6 июля 1941 г. так же, как физики к теории «теплорода». В течение многих лет Резуну многократно терпеливо и популярно объяснялось, что врать, тем более много и самозабвенно, — нехорошо, что факты искажать нельзя, что при цитировании нужно хотя бы смысл высказывания передавать точно, и что вообще с точки зрения истории, военной науки, логики и просто здравого смысла выводы его книг «Ледокол» и «День-М» представляют собой примитивный туземный бред. Но страдающий тяжелой формой антикоммунистического слабоумия Резун продолжает нести свою ахинею о начале войны. А вместе с ним и его российские апологеты типа Эдварда Радзинского, Юрия Афанасьева, Гавриила Попова, Бориса Соколова и др. тоже талдычат о намерении Сталина напасть на Германию 8 июле 1941 года.

У Эдварда Радзинский, например, в книге «Сталин» имеется параграф «Он сам готовился к нападению». В этом параграфе в благожелательном тоне изложена версия Резуна: «Офицер Главного разведывательного управления Владимир Резун решился остаться на Западе, чтобы опубликовать некое открытие, которое мучило его всю жизнь. Все началось на занятиях в Академии. На лекциях по стратегии Резун услышал: если противник готовится к внезапному нападению, он должен прежде всего стянуть свои войска к границам и расположить аэродромы как можно ближе к линии фронта. На лекции по военной истории Резун услышал о том, что Сталин, поверив Гитлеру, оказался совершенно не готов к войне. Он допустил серьезнейшие ошибки и, в частности, стянул к границе лучшие свои части и расположил свои аэродромы на самой границе с немцами. Резун начал изучать этот вопрос и с изумлением понял: оказывается, доверчивый Сталин после заключения пакта бешено наращивал темпы вооружений и накануне войны разворачивал все новые и новые дивизии у самой границы — по всем правилам стратегии внезапного нападения. И Резун спросил себя: что же получается? Выходит, сам Сталин собирался напасть на Гитлера? Да, заключив пакт с Гитлером, Сталин толкнул его на новые завоевания. И пока Германия упоенно воевала, уничтожая капиталистическую Европу, Хозяин готовил Большую войну с Гитлером. Победив в этой войне, он становился освободителем обескровленной Европы и ее повелителем. Сначала — „СССР всей Европы“. А дальше — „только советская нация будет“, как обещал поэт. Что ж, Хозяин точно оценил важность появления Гитлера для победы Великой мечты».

А вот ещё один известный апологет Резуна. В книге «Заметки о войне» Гавриил Попов пишет: «Я хочу надеяться, что наши лидеры… рассекретят, наконец, все касающееся наших планов начала войны в 1941 году. И скажут народу правду: коммунистический режим Сталина собирался первым напасть на Германию…».

Ну, во-первых, все имевшиеся планы советского военного командования предвоенного периода опубликованы в 90-х годах прошлого века и к настоящему времени подробно проанализированы (см., например, книгу О. В. Вишлева «Накануне 22 июня 1941 г.»). А во-вторых, после многочисленных публикаций, обстоятельно препарировавших фантазии книг «Ледокол» и «День-М», для человека, имеющего ученую степень, как-то даже неприлично повторять измышления Резуна-Суворова о намерениях Советского Союза напасть летом 1941 г. на Германию.

Сейчас уже всем ясно, что в пользу бредовой версии Резуна никаких здравых аргументов у его сторонников нет. Поэтому их действия все более абсурдны и часто соответствуют поговорке «в огороде бузина, а в Киеве — дядька». Книга «Правда Виктора Суворова-3» — это как раз тот случай. Собранные в ней статьи, по мнению составителя Дмитрия Хмельницкого[19], подтверждают версию Резуна-Суворова о подготовке Сталиным нападения на Германию 6 июля 1941 года. На самом деле из одиннадцати статей сборника только две содержат материал в поддержку версии Резуна (статья Владимира Бешанова «Миф о неготовности» и статья самого составителя «Антирезунизм как субкультура»). В остальных девяти статьях поддержкой версии Резуна даже не пахнет: семь статей никакого отношения к заявленной теме не имеют, а статьи Валерия Данилова «Стратегия начала войны» и Богдана Мусиаля «Мы схватим капитализм за шиворот» вообще нужно отнести к антирезуновским, поскольку их авторы имеют другое мнение относительно даты нападения СССР на Германию. Валерий Данилов пишет: «Конечно же, несостоятельны утверждения о конкретных сроках нападения на Германию. Ни в „августе — сентябре“, ни тем более „6 июля“ Красная Армия, да и сам Генштаб к такого рода акции не могли быть готовы…». Богдан Мусиаль высказывается еще определеннее: «Но в 1941 г. не могла планироваться война против Германии, так как Красная Армия не была готова к военному конфликту с таким сильным противником, как вермахт…»

Бред Резуна ещё можно как-то объяснить: предатель всегда люто ненавидит то, что предал. Потому и прибегает ко лжи, фальсификации и упрямо за них держится. А вот тупое повторение многократно разоблаченного резуновского вранья рад-зинскими, афанасьевыми, поповыми, Соколовыми, Хмельницкими и иже с ними можно объяснить лишь одним — редукцией их мыслительной деятельности, т. е. слабоумием.

* * *

Наряду с этим, антисоветчики распространяют версию о том, что если бы в Великой Отечественной войне победили фашисты, то мы бы давно наслаждались благами цивилизации, в частности, баварским пивом. Эту бредовую мысль в несколько измененном виде изложил в 1989 году известный журналист Александр Минкин в статье «Чья победа?»

Прошло 16 лет, появилось большое число публикаций о бесчеловечной политике нацистов по отношению к народам СССР, но Минкин свое мнение не изменил и в 2005 году повторил публикацию статьи «Чья победа?». Нужно сказать, что статья содержит большой набор антисоветских придурковатостей в отношении Великой Отечественной войны, в том числе и обсужденные ранее глупости об «уничтожении талантливых полководцев и вообще командного состава Красной Армии», о «тупой вере в дружбу и честность фюрера» и об уничтожении лучших разведчиков «за провокации». Но все эти глупости меркнут перед главной «идеей» статьи, выраженной фразой: «А вдруг было бы лучше, если бы не Сталин Гитлера победил, а Гитлер — Сталина?» Развивая этот тезис, Минкин пишет: «…В 1945-м погибла не Германия. Погиб фашизм. Аналогично: погибла бы не Россия, а режим. Сталинизм… Может, лучше бы фашистская Германия в 1945-м победила СССР. А ещё лучше б — в 1941-м! Не потеряли бы мы свои то ли 22, то ли 30 миллионов людей. И это не считая послевоенных „бериевских“ миллионов… Мы освободили Германию… Может, лучше бы освободили нас?.. Вполне вероятно, что рабство под Гитлером не длилось бы дольше, чем под Сталиным, а жертв, может быть, было бы меньше… Согласитесь, ведь тысячелетний рейх — это же бред. Долго ли смогли бы победившие фашисты удерживать побежденную Европу?.. Партизаны… союзники… — все это развалило бы тысячелетний рейх лет за пять… Свобода от сталинизма пришла бы в 1941-м, а от захватчиков — в том же 1945-м, максимум в 1948-м».

Понятна «мысль» журналиста? Минкин уверен, что было бы лучше, если бы в Великой Отечественной войне победили фашисты. Он, видимо, полагает, что если бы советский народ не сопротивлялся нашествию, то он бы благополучно пережил оккупацию, как, скажем, пережили войну народы оккупированных Дании, Норвегии и т. д.

На самом деле немецкий фашизм готовил для народов СССР судьбу, кардинально отличающуюся от судьбы народов покоренных западноевропейских стран. Что же ждало нашу страну, народ в случае победы немецких фашистов? Об этом с предельной откровенностью и ясностью говорили сами руководители фашистской Германии.

Гитлер: «…Надо любыми средствами добиваться, чтобы мир был завоеван немцами. Если мы хотим создать нашу великую германскую империю, мы должны прежде всего вытеснить и истребить славянские народы — русских, поляков, чехов, словаков, болгар, украинцев, белорусов. Нет никаких причин не сделать этого…» (из книги «Майн кампф»).

Гиммлер: «Нашей задачей является не германизировать Восток в старом смысле этого слова, то есть привить населению немецкий язык и немецкие законы, а добиваться того, чтобы на Востоке жили люди только действительно немецкой, германской крови» (из предисловия к номеру журнала «Дойче арбайт», посвященного задачам колонизации Востока).

Борман: «Славяне должны работать на нас. В той мере, в какой они нам не нужны, они могут вымирать. Поэтому обязательное проведение прививок и медицинское обслуживание со стороны немцев является излишним. Размножение славян нежелательно… Образование опасно. Для них достаточно уметь считать до ста. В лучшем случае приемлемо образование, которое готовит для нас полезных марионеток» (из письма Розенбергу).

Как видите, в отношении славян вообще и русского народа в частности руководители третьего рейха намеревались осуществить геноцид. Международный Военный трибунал, заседавший в Нюрнберге с 20.11.1945 г. по 01.10.1946 г., документально доказал, что программа геноцида славян и других народов начала методично и безжалостно выполняться фашистами уже в ходе Второй мировой войны. В приговоре Международного Военного трибунала указывалось, что «обращение с советскими военнопленными характеризовалось особенной бесчеловечностью. Смерть многих из них являлась результатом „…систематического плана убийств…“». В течение Великой Отечественной войны в фашистский плен попало, по разным оценкам, от 4,6 до 5,7 миллиона советских солдат, из них погибло 2,8–3,9 миллиона человек (56–68 процентов). Советская Армия в годы войны пленила около 3,6 миллиона немецких солдат, из которых умерло чуть больше 440 тысяч человек (12 процентов). Почувствуйте разницу — советских солдат погибло в плену в семь — девять (!) раз больше, чем немецких. Особенно много погибло советских военнопленных в начальный период войны. Для умерщвления советских военнопленных применялись различные способы, но, как отмечалось на Нюрнбергском процессе, «самым распространенным средством массового уничтожения советских военнопленных был голод. Так называемые пайки были поразительно скудны. Например, в лагерях для пленных на Украине ежедневная норма составляла 100 г проса и пол-литра воды».

Нельзя забывать и том, что фашистская агрессия унесла жизни около 20 миллионов мирных граждан нашей страны. «На Востоке, — констатировалось в Нюрнбергском приговоре нацистским преступникам, — массовые убийства и зверства совершались не только в целях подавления оппозиции и сопротивления германским оккупационным войскам. В Польше и Советском Союзе эти преступления являлись частью плана, заключавшегося в намерении отделаться от всего местного населения путем изгнания и истребления его для того, чтобы колонизировать освободившуюся территорию немцами». Фашисты применяли разнообразные способы уничтожения мирных граждан: массовые расстрелы, повешение, отравление газом, убийства заложников, доведение до смерти тяжёлым непосильным трудом, а также голодом. Вот некоторые примеры зверств немецких оккупантов на советской земле. Возле деревни Холмец Сычевского района Смоленской области по приказу командира 101-й немецкой пехотной дивизии генерал-майора Фислера немецкие солдаты заставили местных жителей очищать дорогу от мин. В результате взрыва мин все жители — деревни Холмец погибли. На курорте Теберда немцы истребили 500 детей, страдавших костным туберкулезом, которые были на лечении в санатории. В Крыму мирные граждане были погружены на баржи, вывезены в море и потоплены. Таким образом было уничтожено более 144 000 человек.

На оккупированных территориях фашисты целенаправленно осуществляли меры по биологическому ослаблению русского, украинского, белорусского и других советских народов. Во-первых, преднамеренно создавались невыносимые условия жизни для местного населения. Обязательная трудовая повинность была введена даже для детей 9-летнего возраста, причем продолжительность рабочего дня устанавливалась в 14–16 часов. Оплата труда, как правило, не производилась. Для сельского населения было введено множество налогов: на землю, на дом, на окна, двери, на кошек и собак. Реквизировался домашний скот — за годы войны у населения оккупированных территорий СССР было отобрано 7 миллионов лошадей, 17 миллионов голов крупного рогатого скота и 20 миллионов свиней. Голод свирепствовал на находящейся под властью фашистов земле. Во-вторых, значительная часть наиболее здорового и дееспособного населения была угнана оккупантами в Германию. Всего из Советского Союза фашисты отправили в рабство 4 978 000 человек. Абсолютное большинство из них находились в закрытых лагерях, покидать которые они имели право только для производства работ. Мужчины и женщины содержались раздельно. Условия их жизни и труда были очень тяжелыми. Преднамеренное безжалостное отношение фашистов к местному населению привело к резкому спаду рождаемости на оккупированных территориях. В заключительной речи на Нюрнбергском процессе главный обвинитель от Франции Шампетье де Риба отметил, что «во всех оккупированных Германией странах численность населения уменьшилась от 5 до 25 процентов, в то время как Германия является единственной страной в Европе, численность населения которой возрастала».

Интеллектуальное ослабление народов Советского Союза осуществлялось фашистами, во-первых, путем уничтожения интеллигенции, причем Гитлер требовал от оккупационных армий мер, чтобы «вместо истребленной интеллигенции не возникли какие-либо новые интеллигентные слои», а во-вторых, разграблением, закрытием и уничтожением всех культурных организаций и учреждений. На оккупированных территориях гитлеровцы уничтожили или разгромили 84 тысячи школ, техникумов, высших учебных заведений, научно-исследовательских институтов, 43 тысячи библиотек. Все школы на оккупированных территориях первоначально были закрыты. В 1942 г. были разрешены занятия лишь в начальных (четырехклассных) школах, и то с целым рядом ограничений.

Ещё более трагичной была бы послевоенная судьба советских народов, если бы в войне победил Гитлер. По генеральному плану «Ост», разработанному в 1942 году, после войны в состав германской империи должны быть включены Крым, значительная часть Украины и Белоруссии, Прибалтика, территория Ленинградской, Псковской и Новгородской областей, Поволжье, Кавказ, богатый никелем Кольский полуостров и некоторые другие советские земли. Эти огромные территории предполагалось в течение 30 лет заселить немцами. Повсюду предусматривалось проводить политику сознательного сокращения местного населения и интеллектуального ослабления «нежелательных в расовом отношении народов». Для обслуживания немецких колонистов планировалось оставить 14 миллионов человек местного населения, а за Уралом намечалось сформировать псевдорусское государственное образование с населением не более 60 млн. чел. Это значит, что из 195 млн. чел. населения СССР уничтожению подлежали 120 млн. чел.

Таким образом, если бы во Второй мировой войне победили фашисты, то сейчас бы России как государства не существовало, ее земли и богатства были бы в полном немецком владении, а в Сибири было бы организовано что-то вроде резервации, где остатки советского народа вели бы жалкое, полудикое (а может, и совсем дикое) существование. Минкин, сожалеющий о проигрыше войны фашистами, в случае их победы вряд ли бы вообще появился на свет, а если бы и появился (кстати, не в Москве — Москву Гитлер собирался полностью уничтожить и затопить), то участь его наверняка была бы незавидной: скорее всего, батрачил бы он на немецкого хозяина.

* * *

Особое внимание антисоветчики уделяют поражениям Красной Армии в начале Великой Отечественной войны. В числе причин этих поражений антикоммунисты чаще всего называют следующие.

1. Красная Армия была ослаблена из-за репрессий командного состава в 1937–1938 гг.

2. Сталин был чрезмерно уверен, что Гитлер не будет воевать на два фронта, и упорно не обращал внимания на сообщения разведчиков о дате начала войны (Гитлер обманул Сталина, начав войну).

3. Войска приграничных округов не были своевременно приведены в полную боевую готовность.

4. Армия и народ не хотели воевать за социализм.

В отношении репрессий 1937–1938 гг. антикоммунисты считают, что «расправа над армейскими кадрами причинила огромный ущерб военной мощи и обороноспособности СССР…» и поэтому в июне 1941 г. Красной Армии «очень недоставало командных кадров, преступно загубленных в годы репрессий»[20].

Гавриил Попов в книге «Заметки о войне» утверждает, что: «…37-й год радикально ослабил его (сталинского социализма. — В. Л.) армию…». Ему вторит Леонид Млечин: «Массовые расстрелы офицеров Красной Армии в предвоенные годы, по существу, привели к катастрофе лета 1941 года».

На самом деле репрессии 1937–1938 гг. не могли ослабить армию в силу их незначительности. Реально в 1937–1939 гг. было репрессировано 17 981 человек командно-начальствующего состава Красной Армии (арестовано — 8122, уволено по политическим мотивам — 9859), что в количественном отношении составляет чуть более 4 % от списочного состава командиров и начальников Красной армии на 15 июня 1941 г. (439 143 чел.).

Не соответствуют действительности и уверения антикоммунистов, что репрессированы были лучшие командиры, а в армии остались необразованные и неопытные офицеры. В упомянутой выше книге «Заметки о войне» Г. Попов пишет: «К 1941 г. 75 % наших командиров не имели нормального военного образования. Тем более не имели опыта: на своих должностях находились год-два, а то и всего несколько месяцев…», а Леонид Млечин в книге «Иосиф Сталин: его маршалы и генералы» даже «конкретизирует»: «Осенняя проверка 1940 года показала: из двухсот двадцати пяти командиров полков только двадцать пять окончили нормальные военные училища».

Но, как показывают факты, и в количественном, и в качественном отношении репрессии не нанесли ущерба Красной Армии. Что касается образованности командного состава Красной Армии, то приведенные Поповым и Млечиным сведения не верны: они неоднократно опровергались в различных публикациях. По архивным данным на 1 января 1941 г., из 1833 командиров полков 14 % окончили военные академии, 60 % — военные училища, и лишь 26 % имели ускоренное военное образование, а из 8425 командиров батальонов военное образование имели 92 %.

Военачальники, пришедшие на смену репрессированным, не уступали предшественникам ни по образованию, ни по боевому опыту, ни по таланту. Нет никаких оснований считать, что репрессированные генералы и маршалы воевали бы успешней генералов, их сменивших. Безосновательны, например, хвалебные оды, превозносящие военные таланты И. П. Уборевича и И. З. Якира. Анализ архивных материалов, относящихся к осенним манёврам 1936 г., проведенным в Белорусском (командующий — командарм 1-го ранга И. П. Уборевич) и Киевском (командующий — командарм 1-го ранга ИЗ. Якир) военных округах, показал, что в ходе учений войска пренебрегали разведкой и охранением флангов, атакующие подразделения действовали в скученных боевых порядках, командиры неумело управляли своими подразделениями в бою, должного взаимодействия подразделений различных родов войск налажено не было. Начальник Управления боевой подготовки Красной Армии командарм 2-го ранга А. И. Седякин так подытожил маневры: «Тактическая выучка войск, особенно бойца, отделения, взвода, машины, танкового взвода, роты, не удовлетворяет меня. А ведь они-то и будут драться, брать в бою победу, успех „за рога“».

Очень сомнительно, что «лучший из репрессированных»— маршал М. Н. Тухаческий — был бы в начале войны более удачлив, чем, скажем, генерал армии Д. Г. Павлов или маршал С. К. Тимошенко. Хотя бы потому, что один из тех, кто разгромил Тухачевского под Варшавой в 1920 году — генерал Рыдлз-Смиглы (к началу Второй мировой войны маршал Польши и главнокомандующий ее армии) ничего не смог противопоставить немцам в 1939 году: польская армия была разгромлена за две недели.

Наконец, не репрессии были причиной того, что в канун войны около 75 % офицеров занимали свои должности «год-два, а то и всего несколько месяцев». Это положение объясняется резким ростом численности (более чем втрое) армии. За два года число дивизий в Красной Армии возросло с 98 до 303, т. е. почти 70 % дивизий были новыми. Это и объясняет, почему 75 % офицеров пребывали в своих должностях так недолго — менее двух лет.

* * *

В программе «Постскриптум», состоявшейся 18 ноября 2006 г., ведущий Алексей Пушков и историки Валентин Фалин и Рой Медведев обсуждали проблему, почему Сталин не спас Рихарда Зорге. По ходу передачи ее участники уверяли зрителей, что, во-первых, Гитлер обманул Сталина, начав войну, а, во-вторых, Сталин с маниакальным упорством не верил сообщениям разведчиков о дате начала войны. О неверии Сталина сообщениям разведчиков, приведшем к «катастрофической ошибке в определении сроков начала войны» пишет в «Российской газете» (18 июня 2009 г.) журналист Николай Долгополов.

На самом деле у Сталина никакой такой «упрямой веры в то, что Германия не решится открыть новый фронт на Востоке, не покончив с Англией», не было. Вопреки мнению антикоммунистов, Сталин никогда не питал иллюзий относительно намерений Гитлера, а в 1941 г. — тем более. На расширенном заседании Политбюро ЦК ВКП (б) в конце мая 1941 г. Сталин говорил: «Обстановка обостряется с каждым днем. Очень похоже, что мы можем подвергнуться внезапному нападению со стороны фашистской Германии… От таких авантюристов, как гитлеровская клика, всего можно ожидать…».

Не согласуется с реальностью и убеждение антисоветчиков, что «Сталин и советское командование неоднократно получали предупреждения разведчиков (в частности, резидента в Японии Р. Зорге) о том, что Германия собирается напасть на СССР в июне 1941 г. Однако все эти сообщения были проигнорированы…».

Во-первых, сообщения разведчиков были противоречивыми и неточными. В донесениях, направленных в 1941 году в Москву советскими разведчиками (в том числе и Р. Зорге) и руководителями подпольной антифашистской организации «Красная капелла», в качестве сроков немецкого нападения назывались: «после войны с Англией», «весной 1941 года», 15 апреля, «конец апреля», 1 мая, 4 мая, «начало мая», 15 мая, 20 мая, «конец мая», 15 июня, «около 15 июня», «во второй половине июня», 22 июня, «конец июня».

А во-вторых, Сталин как раз очень серьезно относился к сообщениям о возможном нападении немцев и предпринимал необходимые меры: весной и в начале лета 1941 года для укрепления приграничных округов были призваны 793 тыс. резервистов, приведены в боеготовность все долговременные огневые сооружения и укрепленные районы, скрытно переброшены из внутренних округов в западные округа 7 армий (66 дивизий), приведены в боеготовность 63 дивизии резервов западных округов, и они выдвинуты ночными маршами в состав армий прикрытия этих округов, приведены в боеготовность и скрытно выведены под видом учений в места сосредоточения 52 дивизии второго эшелона армии прикрытия из мест постоянной дислокации, выведены дивизии первого эшелона армий прикрытия в укрепрайоны, досрочно выпущены изо всех училищ и направлены выпускники в западные приграничные округа и т. д.

* * *

Называя одной из главных причин неудач Красной Армии в начале Великой Отечественной войны несвоевременное приведение войск в полную боевую готовность, антикоммунисты, во-первых, игнорируют политические причины «оттягивания» момента официального приведения войск в полную боевую готовность, а, во-вторых, гиперболизируют роль момента приведения войск в полную боевую готовность в неудачах начального периода войны.

В отличие от антикоммунистов, не учитывающих, что в 1941 г. на мировой арене, кроме СССР и Германии, действовали и другие страны, и рассматривающих действия Сталина и Гитлера в 1941 г. в отрыве от окружающего их мира, как бы в безвоздушном пространстве, советское правительство понимало, что подготовка к войне предусматривает не только меры внутриполитические, но внешнеполитические. Это дважды подчеркнул Сталин в речи перед выпускниками военных академий 5 мая 1941 г. Сначала он сказал: «Мало иметь хорошую технику, организацию, надо иметь больше союзников…», а затем еще раз вернулся к этой теме: «Чтобы готовиться хорошо к войне — это не только нужно иметь современную армию, но надо войну подготовить политически. Что значит политически подготовить войну? Политически подготовить войну — это значит иметь в достаточном количестве надежных союзников и нейтральных стран…»[21]

С союзниками у СССР в предвоенные годы было плохо. Причина очевидна — СССР и остальные европейские страны имели противоположные общественные системы и не испытывали доверия друг к другу.

В 1940–1941 гг. советское руководство предприняло большие усилия, чтобы к началу войны иметь как можно больше союзников и нейтральных государств. Кбе-что удалось. Главное достижение — 13 апреля 1941 г. в Москве был заключен советско-японский договор о нейтралитете, который сильно ослабил ось «Рим-Берлин-Токио» и для СССР свел к минимуму вероятность войны на два фронта. Но это был, пожалуй, единственный крупный успех советской дипломатии. В целом же положение было очень тревожным: большинство европейских стран привычно (как это было в XIX веке при Наполеоне и как это имеет место в XXI веке при Буше и Обаме) прибились к сильнейшему на тот момент — Гитлеру.

Как на союзников СССР к весне 1941 г. мог рассчитывать только на Англию и США. Но в то время никаких симпатий к СССР эти страны не проявляли. Буржуазное общественное мнение в Англии и США не делало различий между СССР и Германией, считая их «тоталитарными странами». Даже после нападения Германии на СССР газета «Уолл-стрит джорнэл» 25 июня 1941 г. писала: «Американский народ знает, что принципиальная разница между мистером Гитлером и мистером Сталиным определяется только величиной их усов. Союз с любым из них будет оплачен престижем страны». Аналогичными высказываниями была полна и пресса Англии.

Ситуация осложнилась после прилета 10 мая 1941 г. заместителя Гитлера по партии Гесса в Англию, что реально могло привести к заключению сепаратного мира между Германией и Англией.

В этих условиях союзниками СССР Англия и США могли бы стать только в одном случае — если явным инициатором войны станет Гитлер. Именно поэтому, чтобы не дать малейшего повода Германии обвинить СССР в агрессивности, Сталин до последнего не давал санкцию на официальное приведение войск в полную боевую готовность. Правильность политики Сталина подтвердилась с началом войны — 22 июня 1941 г. в мире никто не сомневался в том, что войну развязал Гитлер. Общественные симпатии Англии и США повернулись в сторону СССР: Черчилль уже 22 июня выступил по английскому радио с поддержкой СССР, а 9 июля 1941 г. президент США Ф. Рузвельт в послании на имя М. И. Калинина писал: «Американский народ ненавидит вооружённую агрессию (курсив мой — В. Л.). Американцы связаны тесными узами исторической дружбы с русским народом. Поэтому естественно, что они с симпатией и восхищением наблюдают за титанической оборонительной борьбой, которую ведет сейчас русский народ». Тонкая политика Сталина в мае — июне 1941 г. в последующем привела к формированию мощной антигитлеровской коалиции.

* * *

Что касается момента приведения советских войск в полную боевую готовность, то утверждениями типа «будь наши войска развернутыми для боя, они не понесли бы столь катастрофических потерь»[22] антисоветчики чрезмерно завышают его влияние на исход приграничных сражений в начале войны. Ведь разгром главных сил трех особых военных округов (118 дивизий) произошел не 22 июня, а во время встречных сражений 24–30 июня 1941 г., когда вступавшие в бой войска уже были приведены в полную боевую готовность. В связи с этим американский историк Роджер Риз в книге «Сталинские солдаты поневоле: социальная история Красной Армии. 1925–1941 гг.» совершено справедливо замечает: «Элемент внезапности помогает объяснять, почему войсковые части на границе поначалу оказались в замешательстве, что поставило их в невыгодное положение. Но это никак не объясняет, почему в боях потерпели неудачу выдвинутые из тыла корпуса и армии, у которых оставались недели на подготовку. Внезапностью можно объяснять, почему германские ВВС застали сотни самолетов на земле и уничтожили их в первый же день войны. Но этим никак не объяснить, почему советские самолеты были застигнуты на земле на третий и четвертый день войны». Кстати, второстепенность момента приведения войск в полную боевую готовность на исход боев подтверждает и современный опыт: Югославия и Ирак знали точные даты начала войн против них, но это им не помогло[23].

Для успешного отражения удара агрессора более важны: наличие необходимых для отражения нападения агрессора сил и средств; морально-политическое состояние народа и армии, их готовность к жертвенной борьбе с агрессором; необходимое сосредоточения сил и средств и умелое их применение на направлениях главных ударов агрессора; обученность личного состава и боевая слаженность подразделений и частей армии.

В 1935–1941 гг. в СССР была проведена ряд большая работа по повышению боеготовности Советских Вооруженных Сил: Красная Армия в 1935–1939 гг. была переведена на кадровую основу; в сентябре 1939 г. в стране была введена всеобщая воинская обязанность, началось серийное производство нового поколения образцов вооружения и военной техники (танков, орудий, самолетов и т. д.), число войсковых соединений возросло с 98 дивизий до 303 дивизий, в приграничных округах были созданы и развернуты армии прикрытия численностью в 186 дивизий с учетом 16 дивизий второго стратегического эшелона, прибывших в армии прикрытия до войны, а также осуществлена подготовка Западного ТВД к войне — аэродромы, укрепрайоны, дороги. В последние месяцы перед войной были предприняты дополнительные меры по укреплению приграничных округов, о которых говорилось выше.

В результате огромных усилий народа и советского правительства к июню 1941 года Красная Армия обладала необходимыми для отражения гитлеровской агрессии силами и средствами: по общей численности и оснащённости боевыми средствами войск она не уступала вермахту, а по ряду видов боевой техники (танки, самолеты) даже его превосходила.

* * *

Что касается морально-политического состояния войск, то антикоммунисты всячески пытаются доказать, что оно было низким. В книге «Заметки о войне» Г. Попов даже говорит «о крахе социализма в первые десять дней Великой Отечественной войны». По его представлениям, в первые десять дней войны с немцами никто не воевал: «Народ — и соответственно армия — не хотел умирать за советский строй, за сталинский социализм, за диктатуру пролетариата. А вот потом, когда народ понял, что немцы хуже большевиков, начало расти сопротивление врагу, и война приняла характер отечественной»[24]. Это утверждение никакого отношения к действительности не имеет.

Во-первых, народ и армия сражались с фашистами с первого дня войны. Свидетельствует начальник штаба наступавшей на Минск 4-й немецкой армии генерал Блюментрит: «Первые сражения в июне 1941 г. показали нам, что такое Красная Армия. Наши потери достигли 50 процентов. Пограничники защищали старую крепость в Брест-Литовске свыше недели, сражаясь до последнего человека, несмотря на обстрел наших самых тяжелых орудий и бомбежку с воздуха… Поведение русских войск даже в этой первой битве являло собой поразительный контраст с поведением поляков и западных союзников, когда те терпели поражение. Даже будучи окруженными, русские держались за свои позиции и сражались».

Свидетельствует начальник генерального штаба немецкой армии генерал-полковник Ф. Гальдер — 29 июня 1941 г. он записывает в дневнике: «Сведения с фронта подтверждают, что русские всюду сражаются до последнего человека… Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бой по всем правилам наших боевых уставов. Теперь наши войска должны сражаться в соответствии с учебниками ближнего боя. В Польше и на Западе они могли пренебречь правилами, но здесь снова пришлось вспомнить о них».

Свидетельствует офицер 18-й танковой дивизии вермахта, записавший в дневнике: «Несмотря на огромные пройденные расстояния, не было чувства, которое у нас было во Франции, не было чувства, что мы входим в побежденную страну. Напротив — здесь было сопротивление, всегда сопротивление, каким бы безнадежным оно ни было…».

Даже откровенный апологет гитлеровской армии Пауль Карель (псевдоним оберштумбанфюрера СС Пауля Карла Шмидта) в книге «Восточный фронт», описывая первые дни войны, отдает должное стойкости советских солдат: «Немецкие солдаты начинали сознавать, что с таким противником нельзя не считаться… 126-я пехотная дивизия из земли Рейн-Вестфалия, сражаясь бок о бок с солдатами из Шлезвиг-Гольштейна, также на собственном горьком опыте познали силу и стойкость советских войск… То, что эта танковая война в Прибалтике не станет веселой прогулкой, легким блицкригом, встречей профессионалов с дворовой командой, немцы на горьком примере познали уже в первые сорок восемь часов после начала кампании…».

И ещё один факт: за первую неделю войны только в Москве 170 тыс. человек подали заявления о добровольном уходе на фронт.

Во-вторых, народ и армия, к большому сожалению Гавриила Попова, сражались не просто за Родину — Россию, а за социалистическую Родину — СССР. Это вынужден был признать уже в июле 1941 г. адмирал Канарис: «Не все идет по намеченному плану. Увеличиваются признаки того, что эта война не только не вызовет ожидавшийся в России внутренний коллапс, но, напротив, приведет к укреплению большевизма». Это зафиксировало и верховное командование вооруженных сил Германии (ОКВ) в приложении к директиве от 8 сентября 1941 г.: «Впервые в этой войне немецкому солдату противостоит противник, подготовленный не только как солдат, но и как политический противник, который видит в коммунизме свой идеал, а в национал-социализме — своего злейшего врага». И, наконец, это подтверждает статистика: в годы войны только в армии и на флоте в коммунистическую партию вступили 3820 тыс. чел.

На самом деле морально-политическое состояние армии и народа было высоким. В книге «Эпоха диктатур. 1918–1947 гг.» П. Тибо так пишет о моральной атмосфере в СССР: «Единство нации укреплялось перед войной всеми возможными (и невозможными) средствами и было сильно, как никогда, в то время как весь мир, введенный в заблуждение чистками и репрессиями 1936–1938 гг., полагал, что СССР стоит на пороге краха. Только 22 июня 1941 г., когда Гитлер напал на Россию, миру открылась подлинная мощь этой страны».

* * *

А вот с необходимым сосредоточением сил и средств, умелым их применением на направлениях главных ударов агрессора, с обученностью личного состава и боевой слаженностью подразделений и частей армии дело обстояло плохо. Несмотря на большие усилия Советского правительства по укреплению в марте — июне 1941 г. приграничных округов, командование этих округов не смогло организовать в своей сфере ответственности эффективную разведку. В результате войсковая разведка не смогла выявить реальный боевой порядок гитлеровских войск, и на направлениях главных ударов немцы имели многократное преимущество (см. табл. 3.1.). При таком превосходстве вермахта степень приведения в боеготовое состояние советских войск, принявших на себя первый удар вермахта, не имела значения.

Таблица 3.1. Соотношение сил и средств Красной Армии и вермахта

Характеристика сил сторон Дивизии Личн. состав Самолёты Танки Орудия и миномёты
Вооружённые силы 1,5:1 1:1,3 3,6:1 4,1:1 1,3:1
Противостоящие группировки войск (на 22.06.1941 г.) 1,1:1 1:1,3 2,2:1 3,8:1 1,4:1
Стратегические направления наступления немецких войск Северное 1:1,2 1:2,1 2,2:1 2,2:1 1:1,1
Западное 1:1 1:1,8 1,2:1 1,9:1 1:1
Южное 1,5:1 1: 1 1,7:1 7:1 2,6: 1
Направления главного удара немецких войск на Северном стратегическом направлении 1:2 1:4,4 1,2:1 1:2,9
на Западном стратегическом направлении первое 1:4 1:7,6 1:10,4 1:4,7
второе 1:2,9 1:6,5 1:1,9 1:6,5
на Южном стратегическом направлении 1:1,9 1:3,6 1,4:1 1:1,8

В целом дело не в репрессиях и несвоевременном приведении войск в полную боевую готовность: Красная Армия значительно уступала вермахту в готовности к войне, и это было обусловлено объективными причинами. СССР в подготовке к войне отставал от Германии примерно на четыре года: Гитлер объявил всеобщую воинскую повинность с 1 марта 1935 г., а экономика СССР дала возможность это сделать лишь с 1 сентября 1939 г. В 1939 г. вермахт насчитывал 4,7 млн. чел., а Красная Армия — в 2,5 раза меньше (1,9 млн. чел.). В течение 1939–1941 гг. численность Красной Армии возросла в 3 раза (с 1,9 млн. чел. на 24.02.1939 до 5,8 млн. чел. на 22.06.1941).

За этот срок просто физически невозможно было подготовить ее к ведению современной маневренной войны с опытнейшим противником — вермахтом. Сталин реалистически, трезво оценивал возможности Красной Армии. На совещании начальствующего состава 17 апреля 1940 года, посвященном обобщению опыта боевых действий против Финляндии, он отмечал: «Культурного, квалифицированного и образованного командного состава нет у нас или есть единицы… Требуются хорошо сколоченные и искусно работающие штабы. Их пока нет у нас… Затем для современной войны требуются хорошо обученные, дисциплинированные бойцы, инициативные. У нашего бойца не хватает инициативы. Он индивидуально мало развит. Он плохо обучен…».

Именно поэтому Сталин стремился оттянуть начало войны: он считал, что Красная Армия будет способна на равных бороться с вермахтом не ранее середины 1942 года. В 1941 г. враг объективно был сильнее, хитрее, искуснее.[25] Но постепенно положение менялось, и к середине 1943 года боеспособность войск противоборствующих сторон выровнялась, а с 1944 года по боевому мастерству и солдаты, и офицеры, и генералы Красной Армии превосходили немецких солдат, офицеров и генералов. По этому поводу немецкий генерал-майор Фридрих Вильгельм фон Меллентин написал он в своем известном труде «Бронированный кулак вермахта»: «В ходе войны русские постоянно совершенствовались, а их высшие командиры и штабы получали много полезного опыта, изучая опыт своих врагов и немецкой армии. Они научились быстро реагировать на всякие изменения обстановки, действовать энергично и решительно. Безусловно, в лице Жукова, Конева, Ватутина и Василевского Россия имела высокоодаренных командующих армиями и фронтами…»

А 16 марта 1945 года Й. Геббельс напишет в своем дневнике: «Я сообщаю фюреру о представленной мне для просмотра книге генштаба о советских маршалах и генералах, добавляя, что у меня сложилось впечатление, будто мы вообще не в состоянии конкурировать с такими руководителями. Фюрер полностью разделяет мое мнение…» (курсив мой. — В. Л.).

Пресловутый писатель Виктор Суворов (он же — мерзкий предатель и перебежчик Владимир Резун) в книге «День „М“» утверждает, что Сталин мог предотвратить Вторую мировую войну, объявив, что Советский Союз будет защищать польскую территорию как свою собственную. При этом Резун ссылается на аналогичное заявление Советского правительства в 1939 году относительно защиты территории Монгольской Народной Республики: «Советский Союз официально заявил: „Границу Монгольской народной республики мы будем защищать, как свою собственную“ („Правда“, 1 июня 1939 года). …Именно так мог поступить Сталин и на своих западных границах: официально и твердо заявить, что нападение на Польшу превратится в упорную и длительную войну, к которой Германия не готова…».

Абсурдность этого утверждения В. Резуна состоит в том, что отношение СССР к Монголии и Польше нельзя сравнивать. В 1939 году Монголия для СССР была братской, дружественной страной, а Польша — враждебным государством, причем не менее, чем Германия. В то время Польша рассчитывала на дружбу с Германией, тем более что в 1938 году Польша вместе с Германией поучаствовала в разделе Чехословакии, заняв Тешинский край. В дальнейшем Польша надеялась поживиться и советскими землями. Министр иностранных дел нацистской Германии Йохим фон Рибентроп после бесед с польским коллегой Беком записал в дневнике: «Г-н Бек не скрывает, что Польша претендует на Советскую Украину и на выход к Черному морю». А в декабре 1938 года в докладе 2-го (разведывательного) отдела Главного штаба Войска польского, составленном в декабре 1938 г., подчеркивалось: «Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке: поэтому наша возможная позиция будет сводиться к формуле: кто будет принимать участие в разделе. Польша не должна оставаться пассивной в этот исторический момент. Задача состоит в том, чтобы заблаговременно хорошо подготовиться физически и духовно: главная цель — ослабление и разгром России».

Ну и с какой стати советское руководство, которому эти намерения Польши поучаствовать в вооруженном походе против СССР были известны, должно было озаботиться защитой границ этой хищницы?

* * *

Писатель Марк Солонин в статье «Простая причина Великой Катастрофы» пишет о массовом дезертирстве и массовой сдаче в плен красноармейцев в начале Великой Отечественной войны. Употребляемый при этом уничижительный эпитет «беспримерный» говорит о том, что М. Солонину неведомы операции сравнения. С точки зрения интенсивности сдачи в плен в истории Второй мировой войны известны случаи гораздо более недостойного поведения армий. Красная Армия в 1941 году, по данным книги «Россия и СССР в войнах XX века», потеряла пленными 2353 тыс. чел. В немецких источниках приводятся другие цифры советских военнопленных в 1941 г. — 3350–3900 тыс. чел.[26] Таким образом, в среднем в 1941 году Красная Армия теряла пленными по разным оценкам 390–650 тыс. чел. в месяц. В Польше же за 20 дней боев в сентябре 1939 года немецкими и советскими войсками были взяты в плен около 875 тыс. чел. (420 тыс. чел. сдались немецким войскам и 454,7 тыс. чел.), а в мае — июне 1940 года в течение одного месяца сдались в плен немцам более 1,5 млн. солдат французской армии. Наконец, с 6 июля 1944 года по 8 мая 1945 года оказались в плену около 6,2–7,1 млн. немцев (на советско-германском фронте — около 2,9 млн. чел., на западном фронте — 3,3–4,2 млн. чел.)[27], что составляет в среднем 620–710 тыс. пленных в месяц.

Иногда для оценки стойкости армий в войне используется отношение числа погибших воинов к числу сдавшихся в плен. Польша в боях против немцев в сентябре 1939 г. потеряла убитыми 66,3 тыс. чел, Франция в мае — июне 1940 г. — 92 тыс. чел., Красная Армия в 1941 г. — 802,2 тыс. чел., а вермахт с июля 1944 г. по 8 мая 1945 г., по данным Р. Оверманса и Б. Мюллера-Гиллебрандта, — около 1500 тыс. чел. Характеристики стойкости армий Второй мировой войны приведены в табл. 3.2.

Таблица 3.2. Характеристики стойкости армий во Второй мировой войне

Страна Период войны Погибло, тыс. чел. Попало в плен, тыс. чел Коэффициент стойкости войск, погибшие / пленные
Польша 01–20.09.1939* 66,3 420 0,16
Франция 10.05–11.06.1940 92 более 1500 менее 0,06
СССР 22.06–31.12.1941 802,2 2335–3900 0,21–0,34
Германия 01.07.1944–08.05.1945 1500 3300–4209 0,08–0,21

Таким образом, в 1941 году, в самое катастрофическое для Красной Армии время войны, ее стойкость в борьбе с врагом была выше стойкости польской армии более чем в два раза; стойкости французской армии — более чем в четыре раза, и стойкости гитлеровской армии в последние 10 месяцев войны — более чем в полтора раза.

Отдельно следует сказать о подсчетах потерь Красной Армии в Великой Отечественной войне. С начала девяностых годов прошлого века антисоветчики ринулись доказывать, что на советско-германском фронте людские потери Красной армии многократно (в 4–5 и более раз) превышали потери вермахта. Характерные их оценки приведены в табл. 3.3.

Таблица 3.3. Характеристика антикоммунистами людских потерь на советско-германском фронте

Характеристика потерь Мерцалов А. Н., Мерцалова Л. А. Первышин В.* Соколов Б. В.
Число погибших военнослужащих Красной Армии, млн. чел. 14 11,8 26,4
Число погибших военнослужащих вермахта, млн. чел. 2,8 1,6 2,6
Соотношение потерь, РККА/вермахт 5:1 7,3:1 10:1

* Учтены только погибшие на поле боя.

Как мы видим из этой таблицы, всех превзошел в данном случае Б. В. Соколов, который «вычислил», что Красная Армия потеряла в Великой Отечественной войне погибшими и умершими в плену 26,4 млн. чел., а соотношение потерь Красной Армии и вермахта на советско-германском фронте составляло 10:1. Но его «подсчёты» научно ничтожны, поскольку они проведены по математически невежественной методике с использованием некорректных исходных данных, а полученные результаты к тому же безграмотно интерпретированы.[28]

Свои цифры Б. Соколов попытался обосновать по балансу использования людских ресурсов в Вооруженных силах СССР в период войны. Но опять же сделал это математически безграмотно. Для подтверждения цифры погибших советских воинов в 26,4 млн. чел. ему пришлось увеличить официальную цифру призыва (34,6 млн. чел.) на 12 млн. чел.: в результате общий призыв по Соколову составил 46,5 млн. чел. В это число вошли убитые и умершие от ран, болезней, несчастных случаев (26,4 млн. чел), пленные (2,3 млн. чел.), инвалиды (2,6 млн. чел.), переданные для работы в народное хозяйство (3,6 млн. чел.), оставшиеся в Вооруженных силах и лечившиеся в госпиталях (примерно 11,8 млн. чел.).

Но почему-то Б. Соколов «забыл», что среди призванных в Красную Армию еще были направленные на укомплектование войск и органов НКВД (более 1,1 млн. чел.), переданные в польские, чехословацкие и румынские соединения и части, воевавшие на стороне СССР (0,25 млн. чел.), уволенные по ранению и болезни, но не ставшие инвалидами (1,2 млн. чел.), осужденные (около 0,45 млн. чел.), дезертиры (0,2 млн. чел.) 0,5 млн. чел. призванных, но не зачисленных в войска. Если все эти группы призывников добавить к вычисленной Соколовым цифре, то общий призыв «по Соколову» окажется больше 50 млн. чел. Но по демографическим расчетам на начало 1941 года в СССР лиц мужского пола от 14 до 50 лет (т. е. тех, кто мог бы в течение войны быть призванными в армию) было чуть более 52 млн. чел. Из этого контингента примерно 3–4 млн. чел. не подлежали призыву (по инвалидности, болезням и др. причинам).

Кроме того, существенная часть мужчин призывного возраста должна быть занята в народном хозяйстве. Вряд ли в нашем народном хозяйстве было меньше мужчин призывного возраста, чем в Германии, а там, как утверждает Мюллер-Гиллебранд, использовалось более 4 млн. мужчин призывного возраста, да еще более 5,5 млн. иностранных рабочих и военнопленных. Вероятно, и в народном хозяйстве СССР было занято не менее 6–7 млн. молодых мужчин дополнительно к тем 3,6 млн., что были переданы в народное хозяйство после призыва в армию. Нужно учесть еще, что в возрастной группе 40–49 лет примерно 3 млн. чел. составляли мужчины, которым во время войны было более 50 лет, но призваны в армию были только около 0,5 млн. чел. Нетрудно подсчитать, что реально страна могла выделить для войны максимум 35–37 млн. чел., но никак не 46,5 млн. чел.[29]

В конце 1990-х — начале 2000-х годов в ряде публикаций Б. Соколову неоднократно популярно объяснялось, что с точки зрения математики, демографии, истории и просто здравого смысла «подсчитанные» им цифры потерь Красной армии и СССР в 1941–1945 гг. не просто ошибочны: они вопиюще безграмотны. Но Б. Соколов проигнорировал критику в свой адрес и в 2005–2006 гг. беззастенчиво повторил свою ахинею о людских потерях в ряде статей (сборник «Великая война: трудный путь к правде», журнал «Континент», «Новая газета»), интервью (журнал «Итоги», газета «Культура») на телевидении (в программах В. Познера и В. Соловьева), в книге «Вторая мировая. Факты и версии» и в выступлении на российско-германской конференции «Победа, освобождение или поражение», состоявшейся 21 апреля 1995 г. (поразительно, что немецкие участники конференции безропотно «проглотили» цифры Б. Соколова, хотя должны были сообразить, что эти цифры, прежде всего, позорят немецкую нацию, поскольку характеризуют вермахт как самую трусливую армию в истории человечества). В самом деле, при таком соотношении потерь более искусной стороне не зазорно проиграть битву или войну лишь в том случае, если противник имеет многократное численное превосходство. Такие ситуации в истории человечества были. Так, в 480 г. до н. э. в битве при Фермопилах потери (4000 чел.) греческой армии во главе со спартанским царем Леонидом были в 5 раз меньше потерь персидского войска царя Ксеркса (20 000 чел.). Но греки потерпели поражение, поскольку по общей численности персидская армия (не менее 250 тыс. чел.) превосходила греческую (не более 12 тыс. чел.) как минимум в 20 раз.

Ничего подобного в противоборстве на советско-германском фронте не было: Советский Союз, как уже отмечалось, не мог создать даже двукратного численного преимущества над противником. Более того, к декабрю 1941 года гитлеровскими войсками была оккупирована территория, на которой проживало 74,5 млн. советских людей, и в течение последующих двух лет войны СССР по численности населения (а значит и по числу потенциальных солдат) уступал Германии с союзниками. Если верить Б. Соколову, то это значит, что вермахт был сильнее Красной Армии как минимум в 6–7 раз. И с таким подавляющим превосходством вермахт мало того, что в течение трех лет ничего не смог сделать с Красной Армией, но и в 1944 г. еще до открытия второго фронта стремительно побежал от нее и, в конце концов, капитулировал. Ну не позор ли?..

А доктора исторических наук Мерцаловы А. Н. и Л. А. при определении соотношения потерь Красной Армии и вермахта вообще не стали сильно напрягаться. Они просто взяли из других источников «правильные», по их мнению, цифры потерь немецких и советских войск и получили, что на каждого погибшего немецкого солдата приходится 5 советских.

Журналист В. Первышин свои цифры потерь «подсчитал». Но очень неграмотно. Так, число погибших на поле боя советских воинов он рассчитывал из численности военнослужащих, убывших из Красной Армии в ходе войны (21 639,9 тыс. чел.) и демобилизованных по ранению (3798,2 тыс. чел), по данным газеты «Красная звезда» от 22 июня 1993 г… Вычтя из первого числа второе, Первышин подытожил: «…получаем „всего погибших за годы войны“ — 17 841,7 тыс. чел… В это число погибших за годы войны, конечно, входят, пропавшие без вести и пленные — около 6 млн. чел. Следовательно, именно „убитые“ составляют 17 841,7 − 6000 = 11 841,7 тысяч…»

Однако в число убывших из армии за годы войны входят не только погибшие и инвалиды, но и направленные на работу в промышленность и в военные формирования других ведомств, в том числе войск НКВД (примерно 4,7 млн. чел.), переданные в польские, чехословацкие и румынские соединения и части, воевавшие на стороне СССР (0,25 млн. чел.), осужденные и дезертиры (0,65 млн. чел.) и военнослужащие, умершие естественной смертью (примерно 0,8 млн. чел.). Если все это учесть, то число «убитых» советских воинов будет не 11,8 млн., а 5,4 млн. чел.[30]

* * *

Нужно сказать, что в девяностых годах прошлого века появились исследования, результаты которых опровергают версию о многократном превышении людских потерь Красной Армии над потерями вермахта. В 1993 г. большой коллектив военных историков во главе с генерал-полковником Кривошеевым Г. Ф. выпустил книгу «Гриф секретности снят», в которой на основе обширного статистического материала демографические потери Красной Армии определены в 8,7 млн. чел., а также показана сопоставимость потерь советских и гитлеровских войск (в 2001 г. дополненный и уточненный вариант книги был опубликован под названием «Россия и СССР в войнах XX века»).

Одновременно в журнале «Свободная мысль» опубликовал результаты своих расчетов уже упоминавшийся американский ученый из советских диссидентов Сергей Максудов. Демографические расчеты потерь Красной Армии С. Максудов проделал в предположении максимального использования всех людских ресурсов, бывших в распоряжении советского правительства. В результате С. Максудов получил цифру демографических потерь Красной Армии в войне — 7,8 млн. чел., что на 0,87 млн. чел. меньше цифры, приведенной в книге «Гриф секретности снят». Такое расхождение С. Максудов объяснил тем, что в цифру, полученную прямым подсчетом потерь, авторы книги «Гриф секретности снят» включили военнослужащих, умерших естественной смертью, а также завысили число погибших советских военнопленных.

В 1999 году немецкий исследователь Рюдигер Оверманс издал книгу, содержащую результаты его многолетних подсчетов людских потерь немецкой армии во Второй мировой войне. Оверманс определил общие демографические потери немецкой армии в 5,3 млн. чел., из них на советско-германском фронте погибло примерно 4 млн. немецких военнослужащих.[31]

Но антисоветчики — сторонники концепции «чрезмерной цены Победы» — фактически проигнорировали результаты подсчетов, приведенные публикациях Г. Ф. Кривошеева, Сергея Максудова и Р. Оверманса. В частности, уже упоминавшиеся Мерцалов А. Н. и Мерцалова Л. А. по-прежнему настаивают на том, что потери советских войск были в 5 раз выше немецких. Не изменил своей позиции и отличающийся особой кровожадностью по отношению к Красной Армии доктор филологии Борис Соколов. С 1993 года он постоянно повторяет: «Мы заваливали врага трупами и победили лишь благодаря большой и безропотной массе необученных солдат…»

Небезуспешно, надо сказать, пропагандирует. Эту цифру стали повторять политики (Александр Руцкой), писатели (Виктор Астафьев), кинорежиссеры (Станислав Говорухин) и т. д. Сегодня мнение о «чрезмерной цене Победы» стало привычным и даже как бы не подвергающимся сомнению. Оно всё чаще появляется в публикациях и в Интернете. Вот лишь некоторые примеры (курсив мой. — В. Л.).

Игорь Бестужев-Лада: «Советские солдаты буквально своими телами загородили Москву, а затем выстлали дорогу до Берлина: девять падали мертвыми, но десятый убивал-таки вражеского солдата…».

Александр Солженицын: «Нельзя гордиться войной, в которой уложили вдесятеро больше, чем враг».

Вилен Люлечник: «За 18 дней оборонительной операции Западный фронт (Красная Армия. — В. Л.) потерял более полумиллиона солдат и офицеров. За это же время общие потери группы армий „Центр“ (вермахт. — В. Л.) составили 30,6 тысяч офицеров, унтер-офицеров и рядовых. И такое соотношение было практически на протяжении всей войны».

Александр Лебединцев: «…Но если бы все, кто оказался в плену у немцев, пускали бы себе пулю в лоб, то насколько бы у нас увеличилось количество безвозвратных потерь, которых и без того более десятка приходится за каждого убитого немца?…».

Вячеслав Костиков в статье «Когда умрёт тов. Сталин?» («Аргументы и факты», № 33, 2009) напрямую о соотношении потерь Красной Армии и вермахта не пишет, но приводит «соколовскую» цифру погибших на фронтах советских солдат — 25 млн. чел.

* * *

Ситуация, как видите, тупиковая: антисоветчики абсолютно уверены в своих цифрах соотношения потерь Красной Армии и вермахта и доказать им ничего невозможно. Есть ли выход из этого тупика?

Да, есть, если рассмотреть соотношение потерь с более общей позиции — с позиции метода сравнительно-сопоставительного анализа, основы которого заложил ещё Жомини. Его применение к оценке потерь требует статистических данных о войнах различных эпох. К сожалению, более или менее полная статистика имеется лишь для войн последних двух столетий. Данные о безвозвратных людских потерях (к безвозвратным потерям относятся убитые, умершие от ран и болезней, пропавшие без вести и попавшие в плен) в войнах XIX и XX веков, приведенные в работах отечественных и зарубежных историков, свидетельствуют о четкой зависимости между итогами войн и потерями воюющих сторон. В качестве примера в табл. 3.4. приведены статистические данные по основным межгосударственным войнам XIX и XX веков, обобщенные по результатам работ отечественных и зарубежных исследователей. Последние три графы таблицы показывают, что относительные потери (потери, выраженные в процентах от общей численности армии) у победителя в войне всегда меньше, чем у побеждённого, причём эта зависимость имеет устойчивый, повторяющийся характер (она справедлива для всех видов войн), т. е. обладает всеми признаками закона.

Этот закон — назовём его законом относительных потерь — может быть сформулирован следующим образом: в любой войне победа достается той армии, у которой относительные потери меньше.[32]

Таблица 3.4. Безвозвратные людские потери в войнах XIX и XX столетий (до Второй мировой войны)

№ п/п Война Победившая сторона Число участников, тыс. чел. Безвозвратные потери, тыс. чел. Относительные потери, (потери выраженные в % к числу участников войны) Относительные потери победившей стороны меньше относительных потерь побеждённой стороны
Победившая сторона Побеждённая сторона Победившая сторона Побеждённая сторона Победившая сторона Побеждённая сторона
1 Отечественная война, 1812 г. Россия — 400 400–600 — 100 270–500 25 % 67–83 % В 2,7–3,3 раза
2 Наполеоновские войны, 1802–1815 гг. Европейская коалиция Более 4500 3200 1500 2000 Менее 33 % 47 % Более чем в 1,4 раза
3 Русско-персидская война, 1826–1828 гг. Россия 30–40 60–70 — 2 — 10 5–7 % 14–17 % В 2–3,4 раза
4 Русско-турецкая война, 1828–1829 гг. Россия 200–250 200–250 80–90 140–160 32–45% 56–80 % В 1,3–2,5 раза
5 Крымская война, 1853–1856 гг. Англия, Франция, Турция, Сардиния 550–600 325–400 150–165 140–150 25–30% 35–46 % В 1,2–1,8 раза
6 Австро-прусская война, 1866 г. Пруссия 437 407 9–11 30–43 2–2,5 % 7,4–10,5 % В 3–5,2 раза
7 Франко-прусская война, 1870–1871 гг. Пруссия 1100 2000 40–50 730–740 3,6–4,5 % 36,5–37 % В 8,1–10,3 раза
8 Русско-турецкая война, 1877–1878 гг. Россия 700–800 500–600 100–110 180–200 12,5–15,7 % 30–40 % В 1,9–3,2 раза
9 Русско-японская война, 1904–1905 гг. Япония 900–1000 800–900 80–90 100–110 8–10 % 11–13,7 % В 1,1–1,7 раза
10 Первая Мировая война, 1914–1918 гг. Антанта 42 200 — 44 500 22 850 — 25 600 8500–9000 7000–7500 19–21 % 27–33 % В 1,3–1,7 раза
11 Греко-турецкая война, 1919–1922 гг. Турция 110 120 12 75 11 % 62,5 % В 5,6 раза
12 Итало-абиссинская война, 1935–1936 гг. Италия 365 500–600 4,5 > 100 1,3 % > 16,7 % Более чем в 13 раз
13 Советско-финская война, 1939–1940 гг. СССР 1300 200–300 125–135 50–85 3,8–10,4 % 16,7–47,5 % В 1,6–12,5 раза

Обратите внимание, абсолютные цифры безвозвратных потерь у победившей стороны могут быть как меньше (Отечественная война 1812 г., русско-турецкие, франко-прусская войны), так и больше, чем у побежденной стороны (Крымская, Первая мировая война), но относительные потери у победителя всегда меньше, чем у побеждённого.

Разница между относительными потерями победителя и побежденного характеризует степень убедительности победы. Войны с близкими значениями относительных потерь сторон заканчиваются мирными договорами с сохранением у побежденной стороны существующего политического строя и армии (например, русско-японская война). В войнах, заканчивающихся, подобно Великой Отечественной войне, полной капитуляцией противника (наполеоновские войны, франко-прусская война 1870–1871 гг.), относительные потери победителя существенно меньше относительных потерь побежденного. Иначе говоря, чем больше потери, тем больше должна быть численность армии, чтобы одержать убедительную победу. Если потери армии в 2 раза больше, чем у противника, то для победы в войне ее численность должна быть как минимум в 2,5 раза больше численности противостоящей армии.

А теперь вернемся к Великой Отечественной войне и посмотрим, какими людскими ресурсами располагали Красная Армия и вермахт (в том числе и войска СС) на протяжении войны. Имеющиеся данные о численностях противоборствующих сторон на советско-германском фронте приведены в табл. 3.5.

Из табл. 3.5. следует, что численность советских участников войны была только в 1,4–1,5 раза больше общей численности противостоящих войск и в 1,6–1,8 раза больше регулярной немецкой армии. В соответствии с законом относительных потерь при таком превышении численности участников войны, потери Красной Армии, уничтожившей фашистскую военную машину, в принципе не могли превышать потери армий фашистского блока более чем на 10–15 %, а потери регулярных немецких войск — более чем на 25–30 %. Это значит, что верхней границей соотношения безвозвратных потерь Красной Армии и вермахта является соотношение 1,3:1. С учетом возможных погрешностей в цифрах можно принять в качестве верхней границы соотношение 1,5:1.

Таблица 3.5. Соотношение численностей войск противоборствующих сторон на советско-германском фронте

Характеристика вооружённых сил Красная Армия Вермахт
Число мобилизованных (с учётом довоенной численности армий) млн. чел. 34,5 21,1–22,2
Регулярная армия Переданы в промышленность и другие ведомства, млн. чел. 5 2
Воевали на других фронтах, млн. чел. 6,5–7 6,0–6,5
Воевали на советско-германском фронте, млн. чел. 22,5–23 12,6–14,2
Другие войсковые формирования Добровольные формирования (народное ополчение в СССР, «Фольксштурм» и «Вервольф» в Германии), млн. чел. 2,0 1,5–2,0
Партизаны, млн. чел. 1,0
Войсковые формирования из иностранцев, млн. чел. 0,5 1
Регулярные войска союзников, млн. чел. 3,0
Общая численность участников войны на советско-германском фронте, млн. чел. 26,0–26,5 18,1–19,8
Соотношение общих численностей сторон 1,4–1,5 1
Соотношение численностей регулярных армий 1,6–1,8 1

Следовательно, при рассчитанном авторским коллективом книги «Гриф секретности снят» уровне безвозвратных потерь Красной Армии в 11,5 млн. чел. безвозвратные потери немецких войск на советско-германском фронте были не менее 7,7 млн. чел.

Если считать, что Красная Армия безвозвратно потеряла 14 млн. чел., как это утверждают Мерцаловы, то потери Вермахта должны быть не менее 9,3 млн. чел.

При безвозвратных потерях Красной Армии, «подсчитанных» Первышиным В. Г. (17,8 млн. чел.), немецкие безвозвратные потери должны исчисляться в 11,9 млн. чел.

Наконец, если верить Соколову Б. В., что безвозвратные потери Красной Армии составляли 28,4 млн. чел., то вермахт на советско-германском фронте должен был потерять убитыми, умершими от ран, болезней и попавшими в плен 18,9 млн. чел. (напомню, что всего на советско-германском фронте воевало не более 14,2 млн. солдат вермахта).

Нужно сказать, что данные табл. 3.4. демонстрируют ещё одну зависимость в отношении людских потерь в войнах: в войнах, закончившихся капитуляцией одной из сторон, победившая сторона теряла не более трети участников войны. Следовательно, при числе мобилизованных в 34,5 млн. чел. потери Красной Армии на советско-германском фронте были не более 11,5 млн. чел. Этому условию удовлетворяют лишь данные авторского коллектива книги «Гриф секретности снят». Впрочем, это не значит, что они окончательны и изменению не подлежат. По мере появления новых документов, статистических материалов, результатов исследований цифры потерь Красной Армии и вермахта могут уточняться, изменяться в ту или иную сторону, их соотношение тоже может изменяться, но оно не может быть выше значения 1,5:1.

* * *

В конечном счете важны не величина и точность цифр потерь советских и немецких войск, важно то, что сформулированный выше объективный закон вооруженной борьбы — закон относительных потерь — не оставляет места в исторических исследованиях мифу «о чрезмерной цене Победы», переводит утверждения антисоветчиков о том, что мы «завалили немцев трупами», что «Великая Победа была одержана ценой невероятно высоких и неоправданных потерь», что «людские потери, которые понесла Красная Армия в Великой Отечественной войне, многократно превысили потери вермахта на советско-германском фронте» в разряд ненаучной фантастики.

Журналист Леонид Млечин (закончил факультет журналистики МГУ) издал множество книг, в том числе 800-страничный фолиант «Иосиф Сталин: его маршалы и генералы». Эта книга, преимущественно содержащая исторический мусор с глупейшими комментариями, полна примеров антикоммунистической амнезии. Так, Млечин считает, что экономический потенциал Советского Союза в 1941 г. был значительно больше немецкого, забыв о том, что к тому времени на Германию работала почти вся индустрия Европы и по большинству экономических показателей к июню 1941 г. Германия все еще превосходила СССР.

Об участи 1 млн. 800 тыс. военнослужащих, освобожденных в 1945 г. из немецкого плена, Млечин сообщает следующее: «Шестьсот тысяч из немецких лагерей отправили прямиком в советские, еще шестьсот тысяч — в рабочие батальоны и на спецпоселение. Полмиллиона не решились вернуться на Родину».

По Млечину получается, что почти все побывавшие в плену и решившие вернуться на Родину были наказаны советской властью. Это бесстыдная ложь. После войны было освобождено из плена 1 539 475 советских военнослужащих. Их судьба отражена в табл. 3.6.

Таблица 3.6. Распределение освобожденных из плена по окончании войны советских воинов

Мероприятия распределения Численность, чел. % от общего числа освобожденных
Направлено к месту жительства 281 780 18,31
Призвано в армию 659 199 42,82
Зачислено в рабочие батальоны 344 448 22,37
Передано в распоряжение НКВД 226 127 14,69
Находились на сборно-пересыльных пунктах и использовались на работах при советских воинских частях и учреждениях за границей 27 930 1,81

Из табл. 3.6. следует, что в распоряжение НКВД было передано всего лишь 14,69 % (чуть больше 226 тыс.) бывших военнопленных, запятнавших себя пособничеством оккупантам, причем большинство из них в связи с Победой решением Советского правительства были освобождены от уголовной ответственности и направлялись не в лагеря, а на спецпоселение сроком на 6 лет.

Нельзя относить к пострадавшим бывших военнопленных, зачисленных в рабочие батальоны. Направление в рабочие батальоны не было наказанием. Дело в том, что среди освобожденных было более 1 млн. военнопленных, которые по возрасту должны были продолжать службу в армии. Но поскольку война кончилась и в таком числе солдат армия уже не нуждалась, то часть из этих военнопленных в соответствии с Постановлением Государственного Комитета Обороны (ГКО) от 18 августа 1945 года была направлена продолжать службу в рабочих батальонах в интересах восстановления народного хозяйства. Рабочие батальоны просуществовали меньше года — 12 июля 1946 года они были расформированы. Личный состав рабочих батальонов получил все права и льготы рабочих и служащих предприятий, на которых они работали, т. е. стали полноправными гражданами страны. Некоторое еще время, правда, они не имели права покинуть установленное государством место работы.

Подводит Млечина память и в вопросах воинских званий и должностей Красной Армии. Должность «командир» относилась к подразделениям, частям и соединениям Красной Армии до корпуса включительно. А руководитель более крупного войскового формирования именовался «командующим»: командующий армией, командующий округом, командующий фронтом. Млечин же употребляет невежественные сочетания «командир армии», «командир фронта», упоминает звание «генерал-адьютант», которого никогда в Советской армии не было.

Млечин уверен, что: «Воинские звания в Красной Армии присваивались не в соответствии с военными знаниями и успехами. Значение имело социальное происхождение и политическая преданность».

По поводу политической преданности особых возражений нет: преданность советской власти (и это естественно) требовалась безусловно, а вот принадлежность к правящей партии не была непременным условием продвижения по службе: так, Б. М. Шапошников вступил в партию в 1930 г., будучи уже начальником штаба РККА, в 1938 году в партию вступил Ф. И. Толбухин, занимавший в то время должность начальника штаба Закавказского военного округа, а Л. А. Говоров стал членом партии только в 1942 г., командуя Ленинградским фронтом в звании «генерал-лейтенант артиллерии».

Социальное же происхождение в продвижении по службе не играло той роли, которую ему приписывает Млечин. Например, звание Маршала Советского Союза было учреждено в 1935 году, и из первых пяти маршалов двое имели «неправильное» происхождение: М. Н. Тухачевский — дворянин, а А. И. Егоров — из мещан. В 1940 году маршальские звания были присвоены ещё трем военнослужащим. Из них только Г. И. Кулик был «чист» по линии социального происхождения. С. К. Тимошенко, хотя и происходил из крестьян, но в царской армии был офицером (вахмистром), а Б. М. Шапошников вообще никакого отношения к рабочим и крестьянам не имел — он родился в семье служащих, был кадровым офицером царской армии (перед Октябрьской революцией имел воинское звание «полковник»)[33].

В годы Великой Отечественной войны маршальское звание первым получил Г. К. Жуков (18 января 1943 г.), а через месяц это звание было присвоено A. M. Василевскому — сыну священника. Сталин высоко ценил военно-стратегический дар A. M. Василевского. После войны A. M. Василевский был назначен начальником Генерального штаба, а затем до смерти Сталина был министром Вооруженных сил СССР (с 24.03.1949 г. по 26.02.1950 г.) и Военным министром СССР (с 26.02.1950 г. по 16.03.1953 г.).

Маршалу Советского Союза Рокоссовскому К. К. в книге отведено лишь полтора десятка страниц, но и в них Млечин умудрился показать свое профессиональное невежество. Он пишет: «В сорок четвертом году Рокоссовский хотел взять Киев, и его 60-я армия под командованием генерала Черняховского уже была на подступах к столице Украины. Но во второй половине сентября его фронт перенацелили на черниговское направление. Киев отдали Воронежскому… Сталин лишил Рокоссовского возможности нанести удар на главном направлении».

Во-первых, к чему было в 1944 году брать Киев, если он уже был освобождён советскими войсками 6 ноября 1943 года? Во-вторых, в 1944 году под началом Рокоссовского уже не было 60-й армии Черняховского, она ещё 6 октября 1943 года была переподчинена Воронежскому фронту, который 20 октября 1943 года был переименован в 1-й Украинский фронт. Поэтому Киев освобождался войсками не Воронежского, а 1-го Украинского фронта под командованием Ватутина Н. Ф.

Впрочем, «титаник мысли» (определение B. C. Бушина) Млечин не помнит даже, что он писал в разных местах своей книги: на стр. 97 маршал Б. М. Шапошников умирает у него своей смертью (на стр. 191 уточняется год его смерти — 1945), но на стр. 426 утверждается, что Борис Михайлович был арестован и расстрелян в конце 1937 г., а на стр. 527 он снова умирает в 1945 г., и его хоронят у Кремлевской стены.

* * *

Гавриил Попов относится к категории хронически больных антикоммунизмом. В периоды обострения болезни он лишается способности к сравнению. В один из таких периодов он написал: «Сталин обманул русский народ, превратив Отечественную войну русского народа в войну за утверждение сталинского социализма в странах Восточной Европы». В этой фразе сразу два примера утраты способности к сравнению.

Во-первых, по мнению Попова, которое он почему-то приписывает всему русскому народу, Отечественную войну должно было вести только до изгнания немецких оккупантов из пределов Советского Союза. А Сталин, мол, наплевал на это мнение и двинул войска в Европу, чтобы, значит, насадить там социализм. Гавриил Попов здесь не в состоянии сравнить реальные действия советского правительства с гипотетическим вариантом ведения войны только в пределах территории СССР. Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы понять: остановив на границе Красную Армию, советское правительство создало бы для себя ряд проблем. С одной стороны, Сталин не мог отдать приказ войскам не переходить границу, поскольку СССР был связан международными соглашениями с США, Великобританией, другими государствами о полном разгроме фашистской Германии и её сателлитов, о необходимости добиться их безоговорочной капитуляции, дефашизации и демилитаризации. С другой стороны, СССР не мог остановить армию у границы, т. к. освободившиеся на советско-германском фронте немецкие войска (185 дивизий) неминуемо были бы переброшены против войск союзников СССР по антигитлеровской коалиции. При этом союзники наверняка пошли бы на заключение сепаратного мира, нацистская Германии сохранилась бы как государство, а значит, сохранилась бы потенциальная угроза нового нападения на нашу страну.

Таким образом, Сталин русский народ не обманывал. В отличие от Г. Попова, он с самого начала войны понимал, что гитлеровские орды недостаточно выдворить из страны, нацизм настолько опасен, что должен быть уничтожен, иначе через некоторое время вновь придется с ним воевать. Поэтому уже 3 июля 1941 г. в выступлении по радио Сталин сказал: «Целью этой всенародной отечественной войны является не только ликвидация опасности, нависшей над нашей страной, но и помощь всем народам Европы, стонущим под игом германского фашизма…», б ноября 1941 г. в докладе, посвященном 24-й годовщине Великой Октябрьской революции, Сталин заявил: «Наша первая цель состоит в том, чтобы освободить наши территории и наши народы от немецко-фашистского ига. У нас нет и не может быть таких целей войны, как навязывание своей воли и своего режима славянским и другим порабощенным народам Европы, ждущим от нас помощи. Наша цель состоит в том, чтобы помочь этим народам в их освободительной борьбе против гитлеровской тирании и потом предоставить им вполне свободно устроиться на своей земле так, как они хотят…».

Через год, 6 ноября 1942 г., Сталин по этому поводу сказал: «Наша третья задача состоит в том, чтобы разрушить ненавистный „новый порядок в Европе“ и покарать его строителей…». Еще через год, 6 ноября 1943 г., он вновь подтвердил намерение покончить с нацизмом в Европе: «Вместе с нашими союзниками мы должны будем… освободить народы Европы от фашистских захватчиков и оказать им содействие в воссоздании своих национальных государств, расчленённых фашистскими поработителями, — народы Франции, Бельгии, Югославии, Чехословакии, Польши, Греции и других государств, находящихся под немецким игом, вновь должны стать свободными и самостоятельными…».

Во-вторых, Г. Попов не в состоянии сравнить действия СССР и западных стран: в течение войны «экспансии социализма» в восточноевропейские страны со стороны СССР не просматривалось. Более того, зарубежные средства массовой информации писали об умеренных требованиях советского правительства к составу и политике правительств освобожденных стран. Так, в сентябре 1944 г. в алжирской печати была опубликована статья Поля Бланка «В чем величие Сталина», в которой отмечалось, что есть одна область, в которой Сталин возвышается до такой моральной высоты, «которой не достиг до него ни один полководец, даже Юлий Цезарь. Речь идёт о его умеренности во внешней политике. Несмотря на неслыханную жестокость немцев и их сателлитов, условия, предложенные финнам советским правительством, условия, предъявленные Румынии в момент ее капитуляции, остаются умеренными».

В результате такой политики к 9 мая 1945 г. в Европе, кроме СССР, не было ни одной страны, официально провозгласившей социалистическое строительство. В Финляндии во главе страны был маршал Маннергейм. В Румынии сохранилась монархия, король Михай, арестовавший правительство Антонеску и объявивший войну Германии, был даже награжден высшим советским полководческим орденом «Победа». В Болгарии у власти было правительство Отечественного фронта, которое возглавлял генерал Кимон Георгиев, бывший у власти ещё в 1934 г. и к коммунистам не имевший никакого отношения. В Чехословакии президентом страны был Э. Бенеш, занимавший этот пост и до оккупации страны немецкими войсками. В Польше было сформировано коалиционное правительство, в которое вошли пять представителей лондонского эмигрантского правительства. Коалиционные правительства существовали в это время в Югославии и в Албании. Другое дело, что в большинстве правительств восточноевропейских стран коммунистам принадлежала ведущая роль, но это заслуга не Сталина и Красной Армии, а самих коммунистов этих стран, возглавивших антифашистскую борьбу народов своих государств в годы войны.

А вот экспансия капитализма откровенно проявилась в Греции, где высадившиеся в октябре 1944 г. английские войска развернули боевые действия против возглавляемой коммунистами народно-освободительной армии греческого народа (ЭЛАС), которая к тому времени освободила территорию Греции от немецких войск. В результате коммунисты к власти не были допущены.

* * *

Ещё один пример полной утраты Г. Поповым способности к сравнению. Он много чего написал о «бесчинствах» советских войск в Германии и не постеснялся резюмировать: «Русская армия за свою историю не раз и не два вступала в страны Европы. Но почему только в эту войну — с начала 1945 г. — среди одетых в шинели русские люди оказались чуть ли не толпой грабителей, мародеров, насильников?..».

Сначала — выдержка из дневника 16-летнего берлинца Дитера Борковского. 15 апреля 1945 г. он описал, как солдат, награжденный двумя железными крестами, кричал в вагоне метро: «Мы должны выиграть эту войну… Если выиграют другие — русские, поляки, французы, чехи — и хоть на один процент сделают то, что мы шесть лет подряд творили с ними, то через несколько недель не останется в живых ни одного немца. Это говорит вам тот, кто шесть лет сам был в оккупированных странах».

А теперь обратимся к статистике. Гитлеровские войска на советской территории потеряли убитыми, по немецким данным, 2,7 млн. чел., а мирных советских жителей уничтожили 18 млн. чел., т. е. за каждого погибшего своего солдата гитлеровцы убили 6–7 мирных советских людей.

В Германии в течение войны погибло 1,0–1,5 млн. гражданского населения. Из них от англо-американских бомбардировок немецких городов погибло 0,5–0,7 млн. чел. Еще около 0,3 млн. чел. стали жертвами гитлеровских концлагерей. Следовательно, от боевых действий Красной Армии в Германии погибло 0,2–0,5 млн. чел. Это значит, что в Германии от действий Красной Армии мирных жителей погибло как минимум в 30 раз меньше, чем в Советском Союзе от действий гитлеровской армии. На фоне этого всякие рассуждения о «насилиях» и «бесчинствах» Красной Армии в Германии просто циничны.[34]

Помимо сожалений о «бесчинствах советских солдат», Г. Попову обидно за союзников СССР в той войне. Недооцениваем мы их. Пытаясь доказать, что роль американской и английской помощи (ленд-лиза) СССР во время Великой Отечественной войны значительно больше, чем считается, Попов сначала повел речь о продовольствии: «…Продовольственная помощь в целом была поставлена СССР на сумму 1,3 млрд. долларов (тогдашних). Если численность нашей армии принять за 10 млн. чел., то это по 130 долларов на бойца. А в пересчете на калории этой помощи хватило бы на пропитание 10-миллионной армии больше, чем на 5 лет…», а затем совсем разгневался: «…в годы „холодной войны“ вообще появилось утверждение Сталина, что помощь союзников не превышала 4 % от собственного производства СССР…» Этому, по мнению Попова, «… есть одно определение: ложь, полная ложь, наглая ложь…».

В отношении продовольственного ленд-лиза арифметика Г. Попова выглядит убого. Если разделить 130 долларов на 1806 дней (5 лет), то на каждого бойца в день получится продовольствия на 7 тогдашних центов, что соответствует современным 70 центам. Мне неизвестно, сколько продовольствия можно было купить в США на 7 центов в 1941 г., но зато сейчас в США 70 центов хватит на приобретение лишь четверти гамбургера. Рекомендую Г. Попову попробовать прожить хотя бы неделю, питаясь только четвертушкой гамбургера в день. Думаю, охота пересчитывать в калории такой «рацион» у него пропадет.

Что до общей оценки ленд-лиза, то цифра 4 %, во-первых, названа не Сталиным, а приведена в книге зам. председателя СНК СССР НА Вознесенского «Военная экономика СССР в период Отечественной войны», изданной в 1947 г. и переизданной в 2003 г. Во-вторых, эта цифра в целом верно отражает реальный удельный вес ленд-лиза. В недавно изданной и посвященной ленд-лизу книге Н. В. Бутениной приведены цифры общей суммы объемов производства СССР за годы войны (1445 млрд. руб.) и валютного курса рубля в 1940 г. (5,3 руб. за 1 долл.). Это значит, что общая сумма объемов производства СССР за годы войны составила 272,6 млрд. долл. Объем поставок по ленд-лизу оценивается, по разным оценкам, от 9,8 млрд. долл. до 13,2 млрд. долл., что составляет 3,6–4,8 % от общей суммы объемов производства СССР за годы войны.

Цифры, приводимые некоторыми американскими исследователями несколько выше, но это объясняется различием баз индексации. Так, Г. Херринг исчислял удельный вес поставок в общем объеме производства СССР не в 4 %, как Н. А. Вознесенский, учитывавший то, что фактически было получено Советским Союзом, а в 10–11 %, учитывая всё, что было отправлено. По оценкам сотрудника Управления военного производства США Р. Голдсмита, союзная помощь СССР не превысила 1/10 советского производства вооружений (подчеркиваю: не общего объема, а только производства вооружений).

Нужно сказать, что в ходе войны и сразу после нее официальная Америка не преувеличивала роль ленд-лиза. В конце мая 1945 г. советник президента США Гарри Гопкинс в беседе со Сталиным сказал: «Мы никогда не считали, что наша помощь по ленд-лизу является главным фактором в советской победе над Гитлером на Восточном фронте. Она была достигнута героизмом и кровью русской армии». В докладе президента США конгрессу об осуществлении программы ленд-лиза за период до 31 марта 1945 г. указывалось, что советские армии снабжались в основном советским вооружением и материалами.

Несомненно, поставки по ленд-лизу оказали определённую помощь в борьбе с агрессором, и советское правительство и народ были благодарны США, Англии и Канаде за помощь, но преувеличивать её не стоит. В целом в современной западной и отечественной историографии ленд-лизу отводится относительно скромное место в общем военно-экономическом потенциале СССР в годы войны.

* * *

С темой Великой Отечественной войны связана тема о судьбе депортированных народов. Депортации народов в период Великой Отечественной войны антисоветчики объясняют самодурством Сталина. Так, один из вузовских учебников причины депортации трактует следующим образом: «Зачем нужно было войскам НКВД и резервным частям советской армии перевозить сотни тысяч невинных людей в необжитые районы, снимая солдат с фронта, занимая тысячи вагонов и забивая железнодорожные пути, до сих пор остается неясным. Вероятно, здесь присутствовала прихоть вождя, получавшего донесения от НКВД об обращениях некоторых представителей национальностей к немецким оккупационным властям с просьбой о предоставлении автономии. Или Сталин рассчитывал одернуть малые народы, чтобы окончательно сломить их стремление к независимости и укрепить свою империю».

Реальной причиной выселения народов во время Великой Отечественной войны была необходимость обеспечения безопасного тыла сражающейся Красной Армии.

С началом войны были выявлены многочисленные случаи помощи гитлеровским войскам со стороны проживающих в СССР немцев. Поэтому из районов Поволжья были выселены около 450 тысяч немцев.[35]

Причиной выселения других народов было их массовое сотрудничество с немецкими оккупантами. Так, по переписи 1939 года в Крыму проживало 218 179 татар. С началом войны в Красную Армию было призвано 20 тыс. крымских татар, которые при отступлении в 1941 году 51-й армии из Крыма практически все дезертировали.

В годы немецкой оккупации из крымских татар создавались вооруженные отряды для борьбы с партизанами. Всего в рядах немецкой армии воевало около 20 тыс. крымских татар, т. е. абсолютное большинство татар призывного возраста. Кроме того, большая часть крымских татар под руководством так называемых «мусульманских комитетов» активно сотрудничала с немцами.

Аналогичное положение было в ряде районов Северного Кавказа. В частности, из примерно 70 тыс. чеченцев и ингушей призывного возраста в Красной Армии служило не более 10 тыс. чел., а 60 тыс. чел. дезертировали или уклонились от мобилизации. На территории Чечено-Ингушской автономной республики в годы войны процветал бандитизм, отмечались многочисленные случаи укрывательства диверсантов, было несколько вооруженных восстаний. Массовую поддержку немецким фашистам оказывали карачаевцы, калмыки и некоторые другие народы Кавказа.

Сохранение этих народов в местах их традиционного проживания создавало угрозу вооруженных выступлений и терроризма в тылу воюющей армии, что для любого государства недопустимо. А в мирное время компактное проживание больших по численности масс враждебных к существующей власти людей неизбежно привело бы к развитию сепаратизма и терроризма.

Выселение депортированных народов произошло практически бескровно: в Крыму никаких серьезных эксцессов не было, а при выселении чеченцев и ингушей погибло 50 чел. и во время транспортировки умерло 1272 чел. Всего из Крыма было выселено 191 тыс. крымских татар, а с Северного Кавказа около 480 тыс. чеченцев и ингушей. В целом в годы войны было депортировано чуть более 2,5 млн. чел..

При упоминании о депортации в годы Великой Отечественной войны некоторых народов антисоветчики гневно говорят о «геноциде» или «этноциде» этих народов. Да, эти народы сознательно были выселены с традиционных мест проживания, но «геноцидом» или «этноцидом» при этом и не пахло. Подтверждением тому является приведенный ниже текст постановления Государственного Комитета Обороны СССР о выселении крымских татар (содержания постановлений о выселении других народов были аналогичны).

~ ~ ~

«Постановление ГКО № 5859-сс

от 11 мая 1944 года Москва, Кремль

О КРЫМСКИХ ТАТАРАХ

В период Отечественной войны многие крымские татары изменили Родине, дезертировали из частей Красной Армии, обороняющих Крым, и переходили на сторону противника, вступали в сформированные немцами добровольческие татарские воинские части, боровшиеся против Красной Армии; в период оккупации Крыма немецко-фашистскими войсками, участвуя в немецких карательных отрядах, крымские татары особенно отличались своими зверскими расправами по отношению к советским партизанам, а также помогали немецким оккупантам в деле организации насильственного угона советских граждан в германское рабство и массового истребления советских людей.

Крымские татары активно сотрудничали с немецкими оккупационными властями, участвуя в организованных немецкой разведкой так называемых „татарских национальных комитетах“, и широко использовались немцами для цели заброски в тыл Красной Армии шпионов и диверсантов. „Татарские национальные комитеты“, в которых главную роль играли белогвардейско-татарские эмигранты, при поддержке крымских татар направляли свою деятельность на преследование и притеснение нетатарского населения Крыма и вели работу по подготовке насильственного отторжения Крыма от Советского Союза при помощи германских вооруженных сил.

Учитывая вышеизложенное, Государственный Комитет Обороны ПОСТАНОВЛЯЕТ:

1. Всех татар выселить с территории Крыма и поселить их на постоянное жительство в качестве спецпоселенцев в районах Узбекской ССР. Выселение возложить на НКВД СССР. Обязать НКВД СССР (т. Берия) выселение крымских татар закончить к 1 июня 1944 г.

2. Установить следующий порядок и условия выселения:

а) разрешить спецпереселенцам взять с собой личные вещи, одежду, бытовой инвентарь, посуду и продовольствие в количестве до 500 килограммов на семью (здесь и далее по тексту документа курсив мой. — В. Л.).

Остающееся на месте имущество, здания, надворные постройки, мебель и приусадебные земли принимаются местными органами власти; весь продуктивный и молочный скот, а также домашняя птица принимаются Наркоммясомолпромом, вся сельхозпродукция — Наркомзагом СССР, лошади и другой рабочий скот — Наркомземом СССР, племенной скот — Наркомсовхозов СССР.

Приёмку скота, зерна, овощей и других видов сельхозпродукции производить с выпиской обменных квитанций на каждый населенный пункт и каждое хозяйство.

Поручить НКВД СССР, Наркомзему, Наркоммясомолпрому, Наркомсовхозов и Наркомзагу СССР к 1 июля с. г. предоставить в СНК СССР предложения о порядке возврата по обменным квитанциям спецпереселенцам принятого от них скота, домашней птицы и сельскохозяйственной продукции;

б) для организации приема от спецпереселенцев оставленного ими в местах выселения имущества, скота, зерна и сельхозпродукции командировать на место комиссию СНК СССР в составе: председателя комиссии т. Гриценко (заместителя председателя СНК РСФСР) и членов комиссии — т. Крестьянинова (члена коллегии Наркомзема СССР), т. Надьярных (члена коллегии НКМиМП), т. Пустовалова (члена коллегии Наркомзага СССР), т. Кабанова (заместителя Народного комиссара совхозов СССР), т. Гусева (члена коллегии НКФина СССР).

Обязать Наркомзем СССР (т. Бенедиктова), Наркомзаг СССР (т. Субботина), НКМиМП СССР (т. Смирнова), Наркомсовхозов СССР (т. Лобанова) для обеспечения приема от спецпереселенцев скота, зерна и сельхозпродуктов командировать, по согласованию с т. Гриценко, в Крым необходимое количество работников;

в) обязать НКПС (т. Кагановича) организовать перевозку спецпереселенцев из Крыма в Узбекскую ССР специально сформированными эшелонами по графику, составленному совместно с НКВД СССР. Количество эшелонов, станции погрузки и станции назначения по заявке НКВД СССР.

Расчёты за перевозки произвести по тарифу перевозок заключенных;

г) Наркомздраву СССР (т. Митереву) выделить на каждый эшелон со спецпереселенцами, в сроки по согласованию с НКВД СССР, одного врача и две медсестры с соответствующим запасом медикаментов и обеспечить медицинское и санитарное обслуживание спецпереселенцев в пути;

д) Наркомторгу СССР (т. Любимову) обеспечить все эшелоны со спецпереселенцами ежедневно горячим питанием и кипятком.

Для организации питания спецпереселенцев в пути выделить Наркомторгу продукты в количестве согласно приложению № 1.

3. Обязать секретаря ЦК КП(б) Узбекистана т. Юсупова, председателя СНК УзССР т. Абдурахманова и народного комиссара внутренних дел Узбекской ССР т. Кобулова до 1 июня с. г. провести следующие мероприятия по приему и расселению спецпереселенцев:

а) принять и расселить в пределах Узбекской ССР 140–160 тысяч человек спецпереселенцев-татар, направляемых НКВД СССР из Крымской АССР.

Расселение спецпереселенцев произвести в совхозных поселках, существующих колхозах, подсобных сельских хозяйствах предприятий и заводских поселках для использования в сельском хозяйстве и промышленности;

б) в областях расселения спецпереселенцев создать комиссии в составе председателя облисполкома, секретаря обкома и начальника УНКВД, возложив на эти комиссии проведение всех мероприятий, связанных с приемом и размещением прибывающих спецпереселенцев;

в) в каждом районе вселения спецпереселенцев организовать районные тройки в составе председателя райисполкома, секретаря райкома и начальника РО НКВД, возложив на них подготовку к размещению и организацию приёма прибывающих спецпереселенцев;

г) подготовить гужавтотранспорт для перевозки спецпереселенцев, мобилизовав для этого транспорт любых предприятий и учреждений;

д) обеспечить наделение прибывающих спецпереселенцев приусадебными участками и оказать помощь в строительстве домов местными стройматериалами;

е) организовать в районах расселения спецпереселенцев спецкомендатуры НКВД, отнеся содержание их за счёт сметы НКВД СССР;

ж) ЦК и СНК УзССР к 20 мая с. г. представить в НКВД СССР т. Берия проект расселения спецпереселенцев по областям и районам с указанием станции разгрузки эшелонов.

4. Обязать Сельхозбанк (т. Кравцова) выдавать спецпереселенцам, направляемым в Узбекскую ССР, в местах их расселения ссуду на строительство домов и на хозяйственное обзаведение до 5000 рублей на семью с рассрочкой до 7 лет.

5. Обязать Наркомзаг СССР (т. Субботина) выделить в распоряжение СНК Узбекской ССР муки, крупы и овощей для выдачи спецпереселенцам в течение июня-августа с. г. ежемесячно равными количествами, согласно приложению № 2.

Выдачу спецпереселенцам муки, крупы и овощей в течение июня — августа с.г. производить бесплатно, в расчет за принятую у них в местах выселения сельхозпродукцию и скот.

6. Обязать НКО (т. Хрулева) передать в течение мая-июня с.г. для усиления автотранспорта войск НКВД, размещенных гарнизонами в районах расселения спецпереселенцев — в Узбекской ССР, Казахской ССР и Киргизской ССР, — автомашин „Виллис“ — 100 штук и грузовых — 250 штук, вышедших из ремонта.

7. Обязать Главнефтеснаб (т. Широкова) выделить и отгрузить до 20 мая 1944 года в пункты по указанию НКВД СССР автобензина 400 тонн, в распоряжение СНК Узбекской ССР — 200 тонн.

Поставку автобензина произвести за счет равномерного сокращения поставок всем остальным потребителям.

8. Обязать Главснаблес при СНК СССР (т. Лопухова) за счет любых ресурсов поставить НКПСу 75 000 вагонных досок по 2, 75 м каждая, с поставкой их до 15 мая с.г.; перевозку досок НКПСу произвести своими средствами.

9. Наркомфину СССР (т. Звереву) отпустить НКВД СССР в мае с. г. из резервного фонда СНК СССР на проведение специальных мероприятий 30 миллионов рублей.

Председатель Государственного Комитета Обороны И. СТАЛИН».

~ ~ ~

Выделенные курсивом фрагменты текста постановления не оставляют сомнения в том, что о «геноциде» или «этноциде» выселяемых народов со стороны Сталина не может быть и речи. Это подтверждается и этнодемографической статистикой. В табл. 3.7. приведены данные численности национальностей СССР по переписям 1926 г. и 1959 г.

Таблица 3.7. Динамика численности национальностей СССР по данным переписей 1926 г. и 1959 г. (в границах соответствующих лет)

Национальность Численность населения, тыс. чел.
1926 г. 1959 г.
Всё население 147 027,9 208 826,7
Русские 77 791,1 114 113,6
Украинцы 31 195;0 37 252,9
Белорусы 4738,9 7913,5
Казахи 3968,3 3621,6
Узбеки 3904,6 6015,4
Татары 2916,3 4967,7
Евреи 2600,9 2267,8
Грузины 1821,2 2692,0
Азербайджанцы 1706,6 2939,7
Армяне 1567,6 2786,9
Мордва 1340,4 1285,1
Немцы 1238,5 1619,7
Чуваши 1117,4 1469,8
Таджики 978,7 1396,9
Поляки 782,3 1380,3
Туркмены 763,9 1001,6
Киргизы 762,7 968,7
Башкиры 713,7 989,0
Удмурты 504,2 624,8
Марийцы 428,2 504,2
Коми и коми-пермяки 375,9 430,9
Чеченцы 318,5 418,8
Молдаване 278,9 2214,1
Осетины 272,2 412,6
Карелы 248,1 167,3
Якуты 240,7 236,7
Буряты 237,5 253,0
Греки 213,8 309,3
Аварцы 158,8 270,4
Эстонцы 154,7 988,6
Каракалпаки 146,3 172,6
Латыши 141,6 1399,5
Кабардинцы 139,9 203,6
Калмыки 132,0 106,1
Лезгины 134,5 223,1
Болгары 111,2 324,2
Даргинцы 109,0 158,1
Кумыки 94,6 135,0
Корейцы 87,0 313,7
Ингуши 74,1 106,0
Черкесы и адыгейцы 65,3 110,1
Цыгане 61,2 132,0
Абхазы 57,0 65,4
Курды 55,6 58,8
Карачаевцы 55, 1 81,4
Уйгуры 42,6 95,2
Литовцы 41,5 2326,1
Лакцы 40,4 63,5
Алтайцы 37,6 45,3
Ногайцы 36,3 38,6
Балкарцы 33,3 42,4
Эвенки 32,8 24,7
Табасараны 32,0 34,7
Тувинцы 100,1

Примечание. В таблицу включены коренные национальности СССР с численностью свыше 30 тыс. человек (в 1926 г.).

Из табл. 3.7. следует, что из 56 представленных в ней национальностей в течение 1926–1959 гг. сократилась численность только у 7 национальностей: казахов, евреев, мордвы, карелов, эвенков, якутов и калмыков.

Сокращение численности казахов по сравнению с 1926 г. объясняется, главным образом, откочевкой в начале 30-х годов прошлого века больших групп казахов к своим сородичам, живущим в Синьцзяне. В отечественных источниках число эмигрировавших в те годы за пределы СССР казахов определяется в диапазоне 600–1300 тыс. чел. (по переписи 1939 г. численность казахов составляла 3100,9 тыс. чел.).[36]

Численность еврейского населения в стране резко упала в годы Великой Отечественной войны из-за расовой политики фашистской Германии: более миллиона евреев было уничтожено гитлеровскими войсками.

Причинами снижения численности мордвы, карелов, эвенков и якутов явились этническая переориентация и ассимиляция этих национальных групп окружающими их народами (этническая переориентация частично объясняется некоторым изменением вопроса в переписном листе — в 1926 г. спрашивалось о народности, в 1939 г. и последующих переписях — о национальности).

Калмыки оказались единственными из народов, подвергшихся депортации в период Великой Отечественной войны, численность которого в 1959 году уменьшилась по сравнению с 1926 годом. Но это снижение не было следствием каких-то специально организованных действий советской власти (порядок депортации и организация жизни на новых местах поселения для калмыков были такими же, как и для других депортированных народов), а явились результатом действия других причин. Во-первых, в отличие от других депортированных народов, значительное число калмыков эмигрировало в годы Великой Отечественной войны (в основном, военнослужащие созданного немцами Калмыцкого кавалерийского корпуса и их семьи — примерно 10 тыс. чел.). Во-вторых, процессы ассимиляции у калмыков были более интенсивными, чем у других депортированных народов: калмыки чаще вступали в смешанные браки, а для избежания депортации и при побегах из спецпоселений, в том числе на фронт, многие калмыки изменили национальность (обычно беглецы назывались бурятами или казахами). Наконец, в-третьих, калмыки, в основном, были высланы в Сибирь, где условия жизни гораздо более суровые, чем в Средней Азии, куда была выслана большая часть других депортированных народов. Это тоже негативно сказалось на воспроизводстве калмыцкого народа.

С позиции прошедших более сем 50 лет депортации следует оценивать как прагматичное, разумное и в итоге гуманное решение, реализовавшее известный принцип теории эффективности— принцип минимизации ущерба. Советское правительство, нарушив гражданские права депортированных народов, ликвидировало очаги постоянной напряженности и в Крыму, и на Северном Кавказе, которые рано или поздно привели бы к гораздо более трагическим последствиям — вооруженным конфликтам с гибелью большого количества граждан страны (бездумная реабилитация этих народов привела в конечном итоге к тем событиям, избежать которых удалось во время Великой Отечественной — кровавым столкновениям; их мы наблюдали, наблюдаем и, видимо, еще долго будем наблюдать на Северном Кавказе, а также, по всем признакам, скоро увидим в Крыму).

* * *

В нынешние времена нет пострадавших от принудительных миграций репрессивного типа, т. е. нет спецпоселенцев из числа кулаков или депортированных народов. Но зато появилось большое число пострадавших от принудительных миграций другого типа — нерепрессивных. Это люди, изгнанные из своих мест проживания и объединенные общим наименованием «вынужденные мигранты». А судьба их… вот о ней и поговорим.

Вынужденные мигранты — это люди, покидающие свои места жительства из-за страха насилия, преследования или природных бедствий. Юридически в России существуют две категории вынужденных мигрантов — беженцы и вынужденные переселенцы. Беженцы — лица без российского гражданства, прибывшие в Россию, спасаясь от преследований, и временно проживающие на территории страны. К вынужденным переселенцам относятся российские граждане, проживающие в России или за ее пределами и вынужденные покинуть места постоянного проживания вследствие вооруженных конфликтов, преследований или природных катастроф. В отличие от беженцев, вынужденные переселенцы имеют право на получение жилья, ссуды и других видов вспомоществования.

Регистрация вынужденных мигрантов началась в России в июле 1992 г. Максимальное число мигрантов было зарегистрировано в начале 1998 г. — 1191,9 тыс. человек. В дальнейшем общее число зарегистрированных вынужденных мигрантов уменьшалось. Это объясняется тем, что изменения, введенные в Законы о вынужденных переселенцах и о беженцах в 1995–1997 гг., ограничили срок действия их статуса пятью годами. Кроме того, сокращение вынужденной миграции объясняется и тем, что те, кого вынуждали уехать из новообразованных на пространстве СССР стран, в основном уже находятся в России. В начале 2000 г. в России числилось 960,3 тыс. статусных вынужденных мигрантов (880,4 тыс. вынужденных переселенцев и 79,9 тыс. беженцев). Абсолютное большинство из них прибыли из стран СНГ и Прибалтики (из других государств прибыло только 522 человека). В целом в 1992–2000 гг. в России получили статус вынужденных переселенцев и беженцев около 1,6 миллиона человек.

Таблица 3.8. Численность беженцев и вынужденных переселенцев на 1 января 1993–2000 гг.

\ 1993 г. 1994 г. 1995 г. 1996 г. 1997 г. 1998 г. 1999 г. 2000 г.
Всего, чел. 161 830 447 933 702 451 974 428 1 147 354 1 191 939 1 106 644 960 300
Вновь зарегистр., чел. 287 592 254 518 271 977 172 926 131 130 118 227 79 126

Действительное же число вынужденных мигрантов значительно больше: за десять лет с момента распада СССР из стран СНГ и Прибалтики в Россию прибыло более 4 миллионов человек. Большинство из них не получили статуса беженцев или вынужденных переселенцев, потому что соответствующие законы содержат весьма жесткие ограничения на предоставление статуса. Так, например, миграция из Прибалтики и Украины формально не является вынужденной, и поэтому статус вынужденного переселенца получил очень небольшой процент мигрантов. По данным ФМС, в 1997–2006 гг. заявления на признание беженцами подали 24 804 чел., а из них статус беженца получили только 8670 чел..

Большинство вынужденных мигрантов находятся в бедственном положении. Основными проблемами для беженцев и вынужденных переселенцев являются жилье и работа. Несмотря на многочисленные постановления, большинство беженцев и вынужденных переселенцев до сих пор стоит в очереди на жилье или на получение ссуд на него, а также на получение компенсации за утраченное имущество. Устройство на работу для беженцев и вынужденных переселенцев осложнено тем, что региональные правила регистрации по месту жительства и пребывания ограничивают прием на работу людей, не имеющих местной прописки, а ее-то, не имея постоянного жилья, получить очень трудно.

Но особенно тяжела жизнь у более чем 2 млн. вынужденных мигрантов, не имеющих статуса беженцев и вынужденных переселенцев. Во многих отношениях их положение хуже, чем положение ссыльных кулаков. Выселенные кулаки в соответствии с «Временным положением ГУЛАГа ОГПУ о правах и обязанностях спецпереселенцев, об административных функциях и административных правах поселковой администрации в районах расселения переселенцев» имели права на бесплатную медицинскую помощь, образование, на равную с другими трудящимися оплату за труд, на социальную помощь. Ничего такого вынужденные мигранты, у которых нет статуса беженцев и вынужденных переселенцев, не имеют. Большинство из них влачит жалкое существование и никаких перспектив на улучшение жизни не имеет. Многие из вынужденных мигрантов превращаются в бомжей и нищих, которых в России, по данным председателя Конституционного суда В. Зорькина, насчитывается 7 млн. чел.

А ведь ещё в России находятся миллионы нелегальных мигрантов, в основном из бывших среднеазиатских республик СССР (а это тоже «наши» люди), большинство из которых живет и работает просто в рабских условиях (большой репортаж об ужасных условиях жизни и бесправном положении нелегальных мигрантов, работающих дворниками в Москве, показал 30 марта 2007 года телеканал «Россия» в программе «Вести недели»).

Часть 4. Советская экономика и годы «застоя»

Бывший министр ельцинского правительства, а ныне научный руководитель Высшей школы экономики Е. Г. Ясин в еженедельнике «Аргументы и факты» утверждает, что плановая система неспособна открывать дорогу новому, преобразовывать экономику, находить какие-то более выигрышные области для инвестиций и т. д.: «…Она только подглядывает, Что там? В Америке выращивают кукурузу? Ну давай и мы тоже. В какой-то стране используют минеральные удобрения? Ага, давайте строить заводы по их производству! То, что подглядели, реализовали. Само по себе новшеств не рождало, его все время тянуло в застой…».

Часто клиническое неумение сравнивать у антикоммунистов выражается в утверждениях типа «только в СССР было…». А далее указывается какое-либо негативное явление. Поговорим о некоторых таких явлениях.

О бюрократии. Игорь Бестужев-Лада в книге «Россия накануне XXI века»[37] пишет как о присущем только социализму наличии «синекур», «излишних», «избыточных» для экономики должностей. Я так понимаю, что у И. Бестужева-Лады даже мысли не возникло сравнить в этом отношении социализм с капитализмом. Ну, хотя бы оглянулся по сторонам, посчитал бы вдруг появившиеся после 1991 г. бесчисленные фонды, банки, общества, посреднические фирмы, охранные структуры, юридические и адвокатские конторы, консалтинговые компании, институты типа организованного Егором Гайдаром «Института экономики переходного периода» и т. д. и т. п. Или заглянул бы в справочники Росстата: их бесстрастные цифры говорят о существенном увеличении в экономике «паразитирующих» структур.

Скажем, если в 1990 году со всеми проблемами финансов, кредитов и страхования в РСФСР справлялось 397 тыс. работников, то в 1997 году (1997 год — год написания упомянутой книги И. Бестужевым-Лада) их численность возросла почти в 2 раза — 778 тыс. чел. (в 2006 году — 928 тыс. чел). На всех уровнях управления экономикой в 1990 году работало 1 млн. 204 тыс. чел., а в 1997 году при резком уменьшении экономического потенциала страны вдвое больше — 2 млн. 581 тыс. чел. (в 2006 году — 3 млн. 579 тыс. чел).

Вообще при капитализме в принципе не может быть меньше бюрократии и «паразитирующих» структур, чем при социализме, потому, что в капиталистической экономике возникает множество функций, а также отношений хозяйствующих субъектов между собой и государством, которых нет в экономике социалистической. Поэтому во всех западных странах огромен штат налоговых служб, страховых компаний, финансово-кредитных и юридических организаций, существует большое число всевозможных посреднических контор. Немудрено, что в этом море бюрократии существуют и абсолютно бесполезные структуры. Помнится, в начале 60-х годов прошлого века в прессе появились сообщения о ликвидации в Италии института по проектированию водопровода в Абиссинии. Институт был создан в 1936 году после оккупации Абиссинии итальянской армией. И хотя через пять лет итальянские войска были изгнаны из Абиссинии (Эфиопии), институт продолжал существовать еще 20 лет и исправно получать деньги.[38]

Об очередях. При слове «очередь» любой антисоветчик оживляется и с упоением начинает глумиться над советской эпохой за наличие очередей. Вот типовой набор антисоветских штампов по поводу очередей: «Жизнь советского человека во всем ее своеобразии невозможно представить без постоянного стояния в разного рода очередях», «советскую очередь можно рассматривать как одну из „фокальных точек“ советской „культуры“», «само существительное „очередь“ очень легко связывается с прилагательным „советское“. Очередь преследовала советского человека на всем протяжении существования СССР», «стояние в очередях было на протяжении нескольких поколений рутинной, само собой разумеющейся частью повседневного существования», «стоять или не стоять в очередях не было вопросом выбора. Участие в очередях было „судьбой“, причем именно „советской судьбой“».

В этом наборе замечательно то, что написан он в 2005 году. Казалось бы, за 14 лет, прошедших с момента уничтожения СССР, можно было бы сравнить положение с очередями при социализме и капитализме и понять, что очереди — это не родовая черта социализма: они есть в странах с различным общественным устройством. Наглядное доказательство — современная Россия. Воцарившийся в ней капитализм не уничтожил очереди даже в продовольственных магазинах: чтобы убедиться в этом достаточно пройтись по супермаркетам типа «Ашан».[39] Более того, во многих сферах жизни капитализм создал очереди. В СССР, например, никогда не было очередей в налоговые органы. Не толпился народ и у страховщиков. Вообще погоня за прибылью неизбежно порождает очереди при капитализме. Чем еще можно объяснить установку в московском наземном транспорте турникетов, которые создали принципиально неустранимые очереди пассажиров на посадку? Каждое утро у метро «Авиамоторная», например, можно наблюдать две длинные очереди: одна из пассажиров, а другая из выстроившихся друг за другом ждущих загрузки трамваев.

Разумеется, нынешние российские очереди антикоммунисты пытаются представить «пережитками социализма». Но это не так. В европейских странах, никогда не бывших социалистическими, очередей навалом. Например, проведённый по заказу британской страховой компании «Норидж юнион» опрос общественного мнения показал, что англичане изнывают в очередях, теряя 1,3 млрд. часов ежегодно. Хизер Смит — представитель «Норидж юнион» — по этому поводу заявила: «Как нация, мы проводим огромное количество времени в неизбежном ожидании. Исследование доказывает, что стояние в очередях до сих пор является нашим национальным времяпрепровождением».

* * *

Дефицит, по представлениям «реформаторов», был в СССР «тотальным». Андрей Малахов, например уверен, что «…в советские времена был дефицит на всё…». Другие считают, что в советское время в магазинах ничего не было, а товары выдавали по карточкам. В передаче «Вести недели» 8 февраля 2004 г. ведущий Сергей Брилев договорился до того, что якобы карточки на хлеб в СССР были отменены в результате освоения целины. В ослабленной антисоветизмом памяти Брилева не сохранились школьные знания о том, что освоение целины началось в 1954 г. и к этому времени карточной системы в СССР уже семь лет как не существовало — она была отменена 14 декабря 1947 г. (кстати, в послевоенной Европе СССР первым отменил карточную систему, в Англии она была отменена только в 1950 г.).

Ещё один утомленный антисоветизмом телеведущий — Владислав Флярковский — перед Новым, 2007 годом на канале «Культура» высказался в том смысле, что в советское время с товарами было ужасно плохо. Так плохо, что новогодним подарком часто служило душистое мыло.[40] Возможно, Флярковский и не считал зазорным одаривать друзей на Новый год кусками мыла. Но никому из моих знакомых и друзей даже мысль о таком новогоднем «подарке» не приходила в голову. Мы своим близким на Новый год дарили подарки того же рода, что и сейчас: книги по искусству и живописи, изделия из серебра, золота, хрусталя, драгоценных и полудрагоценных камней, сувениры из Палеха, Гжели, Хохломы и т. д. — перечислять можно ещё долго.

Охотней всего антикоммунисты рассуждают о продовольственном дефиците в СССР. Особенно о «колбасном» дефиците. В их памяти вареная колбаса по 2 р. 20 коп. была чуть ли не единственным сортом колбасы в стране, и ее тоже не хватало. В связи с этим главный редактор аналитической (!) газеты «Секретные исследования» Вадим Ростов (он же — Вадим Деружинский) в одной из своих статей гневался, что проклятая советская власть «украла» у него возможность есть сто с лишним сортов колбасы, продаваемых в магазинах царской России.

Насчёт колбасы нужно заметить, что, во-первых, вряд ли бы «аналитик» Вадим Ростов объедался колбасой в царской России, потому что её тогда выпускалось всего по 1 кг на душу населения в год (в советское время — 40 кг), а, во-вторых, если бы он удосужился заглянуть в Прейскурант цен на мясо и мясопродукты за 1956 г., то обнаружил бы, что в СССР в то время производилось 119 сортов колбасы. И на прилавках они были в изобилии. Вообще до конца 50-х годов дефицита продовольствия не было. Об этом времени С. К. Гришин, поступивший в 1952 году учиться в Московский авиационный институт, вспоминает: «В магазинах спокойно продавались крабы (в банках), красная и чёрная икра (в лотках), несколько сортов сливочного масла (вологодское, экстра, 1-й сорт, шоколадное), мясо и прочие продукты и деликатесы. Причём мясо продавалось не как сейчас, при капитализме, в виде отрубленного неизвестно от чего куска. В мясном отделе висели схемы разделки туш с указанием сорта определенной части туши. Саму тушу при заказе продавец помещал на разделочный пень. И мясник по желанию покупателя отрубал от туши ту или иную часть. В колбасном отделе можно было купить любое количество колбасы — хоть 100 граммов. Зачем колбасу держать в холодильнике, когда она вкуснее свежая. А по желанию покупателя продавец резал ее на тонкие ломтики. И какая была колбаса! Языковая, докторская, диабетическая, сырокопченая, полукопченая. Продавались ветчина, тамбовский окорок, буженина, копченые утки, сыры, рыба свежая, рыба красная, рыба соленая, в общем, всего не перечесть. Без всяких ограничений продавалась водка и всякие другие спиртные напитки. Наливки (вишневые, сливовые) были в красочных емкостях, которые после употребления содержимого можно было использовать в качестве графинов. Домашняя колбаса продавалась в фаянсовых 3-литровых бочонках, заполненных свиным жиром. Ну, в общем (слюнки потекли?), было все для нормальной жизни.

В студенческой столовой нас обслуживали официанты (как в ресторане), в студенческом буфете можно было заказать рюмку водки. Правда, мы пили, в основном, по праздникам. Видимо, в то время была такая общая культура. Рестораны работали до 3-х часов ночи, и, мы, студенты, иной раз ходили туда поужинать. Представляете, студент на ужин идёт в ресторан „Берлин“!..»

Порядок в советской торговле сохранялся, пока был над ней жесткий государственный и общественный контроль. Но при Хрущеве этот контроль постепенно стал слабеть. Уже в начале 60-х годов прошлого века торговые работники вовсю начали все припрятывать и создавать в стране искусственный дефицит товаров — на нём строился их «бизнес».[41] Скажем, в 60–70-х годах в магазине «Колбасы», что на Колхозной площади (ныне — Сухаревская), для обычных покупателей большого разнообразия не наблюдалось, но один мой знакомый был «вхож» к руководству этого магазина и, например, любые сырокопченые колбасы у него были всегда, причем по цене в три раза ниже номинальной. Дело в том, что примерно раз в два месяца подвалы магазина затоваривались дефицитными колбасными изделиями (не исключено, что значительная их часть была «левой»), и для размещения свежего «дефицита» руководство магазина реализовывало «остатки» своим друзьям и знакомым по сниженной цене.

А позже, в конце 80-х, «демократы» специально организовали тотальный дефицит, чтобы вызвать недовольство народа советской властью. Об этом откровенно говорил в октябре 1989 года на конференции Московского объединения клубов избирателей известный «демократ» Гавриил Попов: «Для достижения всеобщего народного возмущения нам надо довести систему торговли до такого состояния, чтобы ничего невозможно было приобрести. Таким образом можно добиться всеобщих забастовок рабочих Москвы». И «демократам» удалось парализовать торговлю.[42] Тех же колбасных изделий в 1990 г. в РСФСР было произведено 2283 тыс. т, а в 2003 г. в РФ — на треть меньше (1700 тыс. т), но в 1990 г. колбасы на прилавках магазинов не было, а в 2003 г. — навалом. Впрочем, ситуация с товарами в 2003 г. объясняется не только тем, что у «бизнесменов» исчезла необходимость припрятывать товары, но и резким снижением в период «реформ» покупательной способности населения из-за низких зарплат (к тому же выдаваемых с многомесячными задержками). Прилавки магазинов 2003 г. были полны, потому что люди не имели денег, чтобы приобретать те товары, к которым они привыкли в СССР. Это фактически признал тогдашний премьер-министр Михаил Касьянов, заявивший на пленарном заседании Государственной думы 12 февраля 2003 г.: «Повысив заработную плату, не обеспеченную другими материальными ценностями, материальным производством и всем другим обеспечением, что положено в общей макроэкономической модели, мы разрушим существующую стабильность. Нечего будет покупать в магазинах! Инфляция вырастет. Нечего будет покупать».[43]

* * *

Весь постсоветский период антикоммунисты, наряду с дефицитом, непременно клянут низкое качество и ограниченный ассортимент советских товаров и услуг, причём настолько рьяно и в таких масштабах, что современные дети убеждены в убогости советской жизни. В своих сочинениях они пишут: «Когда был СССР, люди не обращали внимания на одежду. Одевались не так хорошо. Мужчины одевались в галоши, в телогрейку, легкую шапку и перчатки, когда работаешь. А женщины одевали кофту, перчатки, шарф на голову (чтоб голова не была видна) — и тоже в галоши. Такая одежда была удобней всего, чтоб работать…». «Продукты в СССР были не очень качественные… Колбаса одной фабрики иногда была даже зеленой. Телевизоров у людей не было». «Все люди одевались одинаково. Существовала форма. В то время дети носили форму: девочки ходили в темно-коричневых юбках, блузках и красных галстуках, а мальчики — в темных брюках, белых рубашках и тоже красных галстуках». «Самыми счастливыми были те, кто жил в деревнях. У них было свое хозяйство, и они всегда могли зарезать и съесть свою свинью. А в городах люди всегда голодали». «Люди тогда работали на заводах и фабриках. Они делали бомбы, танки, машины, но не еду. Поэтому еды было мало. Для покупок люди пользовались талонами, а не деньгами, потому что денег у людей не было».

Ну, детям простительно, они в советское время не жили, но подобные глупости и взрослые дяди говорят и пишут.

Кинорежиссёр Егор Кончаловский в заметке «Почему не вешаются наши бизнесмены и чиновники» так рассуждает о качестве товаров: «Ну а что касается производителей опасных для здоровья продуктов и промышленных товаров, то об этом даже говорить смешно. На протяжении существования СССР-государство даже не задумывалось о том, насколько качественно будет питаться его стадо, то есть народ. Естественно, сегодня производители, скармливая нам тонны яда вместе с паленой водкой, вином, колбасой и всем, чем можно, ни на секунду не испытывает угрызений совести…»

Егору определённо надо серьёзно лечиться, потому что только безнадёжно больные слабоумием могут сваливать вину за производство нынешней отравы, выдаваемой за продукты питания, на советское государство.

Во-первых, советское государство создало стройную систему государственных стандартов, предписывающих нормативы и технологию производства продуктов высокого качества. Например, в советских колбасах вплоть до 1974 г., кроме мяса, ничего практически не было. В 1974 г. в ГОСТы по производству колбас ввели некоторые послабления, поскольку из-за сильной засухи 1972 г. в СССР значительно сократилось поголовье скота. Тогда по рецептуре, согласно ГОСТ 23 670-79, при изготовлении на 100 кг докторской колбасы использовалось 25 кг говядины высшего сорта, 70 кг полужирной свинины, остальные 5 кг составляли яйца куриные или меланж, молоко коровье сухое цельное или обезжиренное, пряности и другие материалы (соль поваренная пищевая, нитрит натрия, сахар-песок или глюкоза, орех мускатный или кардамон молотые. И никаких консервантов, ароматизаторов и стабилизаторов (кроме нитрита натрия). Сравните с «обычной» рецептурой современной вареной колбасы: «Основные ингредиенты, входящие в состав колбасы одного из мясоперерабатывающих заводов: 30 % — птичье мясо, 25 % — субпродукты, 25 % — соевый белок, 10 % — собственно мясо, остальное — крахмал и вкусовые добавки».[44]

Ёщё одно замечание по поводу качества продуктов. Антикоммунисты обожают бытовавшую в 70–80-е годы загадку: «Длинная, зеленая, колбасой пахнет. Что это?» Они задыхаются от смеха над ответом — «электричка до Рязани». Раньше и мне было смешно, но сейчас меня волнует другой вопрос: а если сегодня набить «под завязку» колбасными изделиями какую-либо электричку, будет ли она пахнуть колбасой? Вряд ли. Нынешняя колбаса не имеет колбасного запаха. Раньше, подходя к колбасному отделу любого гастронома, слюнки начинали течь от вкуснейшего запаха, а сейчас почуять запах колбасы можно, разве что приблизив её вплотную к носу. И то не всегда.

Во-вторых, при советской власти невозможно было даже представить, чтобы в магазине продавалась палёная водка. Контроль над качеством продуктов, особенно в 50-е годы, был жесточайший. Моя теща в то время начинала свою трудовую жизнь товароведом в системе производства и продажи мясных и рыбных продуктов. Она рассказывала, как строго тогда следили за технологией производства продуктов. Если, например, в колбасу по рецептуре полагалось добавлять мадеру, то замена её другим вином, скажем, портвейном, не допускалась. На памяти тещи в их тресте однажды был большой скандал, когда для копчения колбасы привезли опилки не того сорта дерева.

И ассортимент продуктов был в те времена приличный. Моя старшая сестра в 1952 году приехала из Запорожья в Москву, поступала в МГУ, не прошла по конкурсу, но набранных ею баллов хватило для поступления в Плехановский институт (ныне академия народного хозяйства). Она жила в общежитии недалеко от Добрынинской (ныне Серпуховской) площади. Так вот, в те годы на Добрынинской площади, там, где сейчас стоит безобразное здание безобразного питания «Макдональдс», размещалось несколько небольших магазинов, в том числе овощной. В этом овощном магазине тогда продавалось только квашеной капусты 12 сортов! Назовите мне хоть один такой магазин сейчас.

Ассортимент промышленных товаров в 50–60-х годах, конечно, был невелик (страна еще залечивала раны Великой Отечественной войны), но то, что выпускалось, было высокого качества. В статье Елены Новоселовой «Back in USSR» Иван Лебедев, создатель виртуального музея «Старинизм», вспоминает: «Я собирал американские радиоприёмники параллельно с отечественными… наши агрегаты… шли в ногу с американскими кофемолками, телевизорами… до середины 60-х годов ничуть не отставали. Даже по начинке наши были, наверное, получше. А в смысле дизайна — практически близнецы-братья: формы, карболит, тряпочки на решетках приёмников…».

* * *

О качестве общественного питания в советскую эпоху Валерий Тишков в статье «Мы стали жить лучше» пишет: «…огромной проблемой для небогатого гражданина было пообедать на Невском проспекте в Ленинграде или на улице Горького в Москве, не говоря уже о более провинциальных местах. Унизительные очереди в грязные уличные пельменные, в рабочие столовые и в институтские буфеты отнимали время и даже здоровье. Рестораны были не для того, чтобы поужинать, а чтобы „гульнуть“. Сегодня ситуация с „общепитом“ совершенно иная. Резко выросло общее число ресторанов и кафе, не говоря уже о новой культуре уличных продуктовых ларьков и палаток или об одиночных частных торговцах разной едой на улицах и дорогах. Впервые в таких масштабах люди в России, особенно молодежь, стали есть и пить за пределами дома, и это огромный сдвиг в народной культуре».

Ну, во-первых, видимо, мы с Тишковым по разным улицам Горького в Москве ходили, потому что я на улице Горького (ныне Тверская) никаких трудностей, в смысле поесть, никогда не испытывал. Всевозможных точек питания там было вполне достаточно. По памяти, например, на пространстве от Манежной площади до Пушкинской площади были[45]: кафе «Марс» возле театра им. Ермоловой, напротив — популярное кафе-мороженое «Космос» (уничтожено), на углу улицы Горького и проезда Художественного театра (ныне Камергерский проезд) — отличная пельменная (ныне банк). А далее вверх по улице Горького — кафе «Московское», кафе «Птица» и несколько кафе и закусочных на Советской (ныне — Тверской) и Пушкинской площадях (изничтожены). Кроме того, в гастрономах и в булочной Филиппова (разгромлена) имелись кафетерии. А главное, во всех этих заведениях кормили вкусной и здоровой пищей. Разве можно сравнить все эти хот-доги, чисбургеры, гамбургеры и прочую отраву с великолепными слоеными пирожками, продаваемыми в пирожковой, что была на Кузнецком мосту напротив ЦУМа, или безвкусные образцы «фаст-фуда» — с пельменями, подаваемыми в пельменной на углу улицы Горького и проезда Художественного театра.

Во-вторых, о какой «новой культуре уличных продуктовых ларьков и палаток» можно вообще говорить после многочисленных телерепортажей о жуткой антисанитарии этих самых ларьков и палаток?

А молодёжь, которая стала питаться вне дома, нужно пожалеть: большая её часть — та, что питается в палатках и ларьках «фаст-фуда» — даже не знает вкуса настоящих продуктов.

* * *

Сказки о «беспросветной и унылой» жизни советских людей. Известный актер и режиссёр Олег Табаков в интервью еженедельнику «Аргументы и факты» сказал о нынешнем времени: «Россияне наконец поверили, что жизнь может меняться к лучшему. На моей памяти (а мне 73 года), это, пожалуй, впервые».

Кое-какая память у Табакова, конечно, сохранилась — свой возраст он называет правильно. А вот о жизни в советское время он, видимо, уже ничего не помнит. По Табакову выходит, что в Советском Союзе царило беспросветное уныние, а советские люди никогда не верили, что «жизнь может меняться к лучшему». К реалиям советской страны это не имеет никакого отношения. Неужели после Великой Отечественной войны Табаков не замечал, что советские люди не только надеялись на лучшую жизнь, но были абсолютно убеждены, что только так оно и будет? И советская власть их не разочаровывала: народное хозяйство быстро восстанавливалась, жизнь становилась все лучше и лучше. Зарплата росла, а цены снижались. Миллионы людей каждый год радостно отмечали переезд в новые квартиры, бесплатно предоставленные государством. Так было и в пятидесятые, и в шестидесятые и в семидесятые годы прошлого столетия. Советские люди были уверены в том, что «жизнь будет лучше, если только американцы не помешают». Американцы таки, в конце концов, помешали.

С приходом во власть Горбачёва контуры будущего страны стали тускнеть, при Ельцине вообще исчезли, а с ними пропали и надежды россиян на лучшую жизнь. В XXI веке ничего принципиально не изменилось: из выпавшего на страну обильного дождя «нефтедолларов» трудящемуся населению достались жалкие капли (о социальном самочувствии 38 миллионов репрессированных пенсионеров вообще речь не идет — их пенсии до сих пор не дотягивают до прожиточного минимума). Поэтому тезис Табакова о том, что «россияне наконец поверили, что жизнь может меняться к лучшему» далек от действительности. Даже на пике официального экономического оптимизма, в апреле 2008 г., по опросу ВЦИОМ только 23–24 % россиян считали, что через год они будут жить лучше, чем сейчас. Но это было в апреле, а к концу 2008 года число оптимистов резко убавилось — оно стремительно приближается к нулю.

* * *

В начале 90-х годов всю антикоммунистическую рать охватила эпидемия реформаторства. Считалось, что реформировать нужно все. Ну абсолютно все. Но в первую очередь, конечно, экономику. В прессе появилось множество статей, подписанных академиками А. Н. Яковлевым, С. С. Шаталиным, А. Г. Аганбегяном, докторами наук Н. П. Шмелевым, В. А. Найшуль, И. М. Клямкиным, Г. Х. Поповым, Е. Т. Гайдаром, в которых утверждалось, что советская промышленность абсолютно неэффективна, что в стране выпускается огромное количество ненужных товаров, поэтому промышленное производство надо кардинально сократить и реформировать. Доктор экономических наук Н. П. Шмелев писал в 1995 г.: «Наиболее важная экономическая проблема России — необходимость избавления от значительной части промышленного потенциала, которая, как оказалось, либо вообще не нужна стране, либо нежизнеспособна в нормальных, то есть конкурентных, условиях. Большинство экспертов сходятся во мнении, что речь идет о необходимости закрытия или радикальной модернизации от 1/3 до 2/3 промышленных мощностей…».

С не меньшей агрессивностью «реформаторы» обрушились на социалистическое сельское хозяйство. В «знаковой», как сейчас говорят, статье «Авансы и долги», опубликованной в 1987 г., Н. П. Шмелёв писал: «Мы производим металла почти вдвое больше, чем США, и нам его больше не надо: нам нужен иной металл, иного качества. Нам не нужно больше энергии[46]: энергоемкость нашего национального дохода почти в 1,5 раза выше, чем в большинстве западных стран, а внедрение передовой энергосберегающей технологии дает тот же эффект, но только она в 3–4 раза дешевле, чем бурение новых нефтяных скважин… Нам не нужно больше тракторов, мы производим их и так в 6–7 раз больше, чем США; нам необходимо добиться, чтобы уже имеющийся у нас тракторный парк действовал, а не простаивал, и чтобы чуть ли не каждый второй новый трактор не разбирали на запчасти. Нам не нужно больше станков: их у нас и так почти в 2,5 раза больше, чем в США; нам нужны станки иного качества, и чтобы работали они не в одну смену, а хотя бы в две, не говоря уже о трёх…».

Об «избытке» в стране тракторов рассуждал академик РАН А. Г. Аганбегян в книге «Экономическая перестройка», вышедшей в 1988 г., а в 1991 г. доктор философских наук А. С. Ципко (ныне директор Центра политологических программ Фонда Горбачева) в сборнике «Постижение духа» писал: «Мы буквально наводнили страну тракторами и комбайнами…» (выделено мной. — В. Л.).

Словарь русского языка С. И. Ожегова дает следующее определение слову наводнить — «наполнить, заполнить слишком большим количеством чего-нибудь». То есть, по мнению А. С. Ципко, Н. П. Шмелева и А. Г. Аганбегяна, в СССР было «слишком большое количество» тракторов и комбайнов. Но обеспеченность сельского хозяйства тракторами и комбайнами оценивается не абсолютным их числом, а относительной величиной — количеством тракторов и комбайнов на 1000 га пашни (см. табл. 4.1).

Математически безграмотные рассуждения академиков и докторов наук об избыточности и ненужности выпуска в стране многих товаров послужили основой предложений радикального сокращения промышленного производства и даже призывов к деиндустриализации страны (А. Н. Яковлев в предисловии к «Чёрной книге коммунизма»).

Таблица 4.1. Обеспеченность тракторами

Показатель обеспеченности СССР (1990 г.) Великобритания Германия Италия
Нагрузка на один трактор, га пашни 95 13 8 6

Журналист Ринат Сагдиев в статье «К вопросу о мужике», опубликованной в газете «Известия», сетовал: «О новых методах хозяйствования на селе в России проговорили, проспорили, проборолись и „прорасстреливали“ весь ушедший XX век. Урожайности это не повысило». Между тем, в доступных статистических справочниках легко обнаружить, что урожайность зерновых в России в 1913 г. составляла 8 ц/га, а в 1986–1990 гг. — в среднем — 16,5 ц/га. По Сагдиеву, числа 16,5 и 8 равны.

В другом месте той же статьи Ринат Сагдиев называет рекордным для России урожай зерна 1997 г. — 88,5 млн. т. Но в 1992 г. было собрано 106,9 млн. т, в 1990 г. — 116,7 млн. т, а в 1978 г. — 127 млн.т. Выходит, в этом случае Сагдиев считает, что 88,5 больше чем 106,9, 116,7 и даже больше 127.

Не менее безграмотным было «обоснование» антисоветчиками «неэффективности» колхозно-совхозного строя. В 1994 году доктор экономических наук Отто Лацис в интервью журналу «Общественные науки и современность» сообщил: «Еще в начале перестройки в нашей с Гайдаром статье в журнале „Коммунист“ мы писали, что за 1975–1985 годы в отечественное сельское хозяйство была вложена сумма, эквивалентная четверти триллиона долларов США. Это неслыханные средства, но они дали нулевой прирост чистой продукции сельского хозяйства за десять лет».

Антисоветизм уничтожил у Лациса и Гайдара даже представления о масштабах чисел. Во-первых, «неслыханные средства», вложенные в 1975–1985 гг. в отечественное сельское хозяйство, при ближайшем рассмотрении оказались весьма и весьма скромными дотациями — всего 25 млрд. долл. в год. Сравните: в 1986 г. в США дотации сельскому хозяйству составили 74 млрд. долл., а в Японии — 50 млрд. долл. А, во-вторых, прирост чистой продукции сельского хозяйства в СССР за десять лет, о которых говорил О. Лацис, не был «нулевым»: годовой валовой сбор зерна вырос за это время со 140,1 млн. т до 191,7 млн. т, производство молока возросло на 8 млн. т в год, а производство яиц — на 17,6 млрд. штук (на 53 %!).

В целом колхозно-совхозная система работала эффективно вплоть до самого ее слома. В 1980–1990 гг. урожайность зерновых в СССР повысилась с 13,9 ц. до 19,9 ц. с гектара а надой молока на корову увеличился с 2200 до 2850 кг. При втрое меньших дотациях, энерговооруженности и существенно худших почвенно-климатических условиях колхозно-совхозная система СССР по производству основных продуктов питания на душу населения не уступала сельскому хозяйству США (см. табл. 4.2.).

Таблица 4.2. Производство основных продуктов питания на душу населения (в кг) в 1989 году

\ Пшеница Картофель Мясо Молоко Масло Яйца, шт.
СССР 303 251 70 377 6,3 292
США 223 68 120 264 2,2 270

Н. Шмелёв в книге «На переломе: перестройка экономики в СССР», написанной в соавторстве с В. Поповым и изданной в 1989 году, обвиняет советскую экономику в расточительности: «Сейчас примерно два из каждых трех вывезенных кубометров древесины не идут в дело — они остаются в лесу, гниют, пылают в кострах, ложатся на дно сплавных рек… С каждого кубометра древесины мы получаем продукции в 5–6 раз меньше, чем США».

На это обвинение С. Г. Кара-Мурза приводит в книге «Манипуляция сознанием» статистические данные по производству изделий из древесины в США и СССР за 1986 г. (табл. 4.3)

Таблица 4.3. Выход изделий из древесины в СССР и США в 1986 г. (в расчёте на 1000 кубических метров вывезенной древесины)

Вид изделий СССР США
Деловая древесина, м3 786 790
Изделия, произведенные из деловой древесины Пиломатериалы м3 281 197
Клееная фанера, м3 6,2 37,9
Древесностружечные плиты, м3 17,4 18,8
Древесноволокнистые плиты, м2 1602 1590
Древесная масса, т 5,6 10.3

Что же следует из таблицы 4.3? А следует то, что очень слаб в арифметике Шмелёв: выход изделий из вывезенных из леса бревен в СССР и США был примерно равным — ни о каких «в 5–6 раз меньше» не может быть и речи.

* * *

Максим Орышак и Сергей Осипов в статье «Октябрь, великий и ужасный» сквозь зубы признают: «При Советском Союзе мы, пусть ненадолго, не по всем показателям, но вышли на 1–2 место». И тут же заявляют: «А вот по производству на душу населения Россия и при царях, и при генсеках отставала от развитых стран в десятки раз» (выделено мной. — В. Л.).

Сведения о производстве на душу населения продуктов питания в СССР и западных странах в 1989 г. по официальным данным приведены в табл. 4.4.

Таблица 4.4. Производство на душу населения (кг)

Продукт США Англия Германия Япония Среднее по западным странам СССР
Зерно 842 380 462 114 556 683
Картофель 65 105 125 33 69 219
Мясо 122 68 97 31 90 69
Молоко 268 263 400 60 180 374
Сахар-песок 24 22 50 7 23 29
Масло животное 2,0 2,6 6,0 0,6 2,2 6,3
Рыба 24 17 3,4 47 38,9 40

Ну и где здесь отставание в десятки раз? Наоборот, все важнейшие продукты (за исключением мяса) в СССР производилось на душу населения больше, чем в среднем на Западе.

При этом на рубеже веков директор Института этнологии и антропологии РАН и председатель комиссии Общественной палаты по вопросам толерантности и свободы совести, доктор исторических наук, член-корреспондент РАН Валерий Тишков в своих публикациях утверждал, что в современной России стало жить лучше. Чем же он измеряет эту «лучшесть», какими показателями? А таким, например, (цитирую): «Чем больше вещей использует человек в повседневной жизни, тем лучше качество этой жизни…».

Оригинальный, надо заметить, показатель качества жизни. По нему очень высокое качество жизни имеют бомжи, живущие на свалке: уж они-то пользуются огромным количеством различных вещей. Столь же экзотичны и другие показатели (типа числа земельных участков в собственности и числа личных автомобилей), которыми оперирует В. Тишков в попытках доказать, что в современной России жизнь лучше, чем в советской.

Зато В. Тишков даже не упоминает общепринятые, широко используемые в оценках ООН показатели качества жизни: ожидаемую продолжительность жизни, которая в России к 2003 г. сократилась по сравнению с 1990 г. на 4 года (с 69 до 65 лет), число самоубийств, характеризующее неудовлетворенность жизнью в крайнем ее выражении и возросшее в 1,4 раза (с 26,4 до 36,1 случаев на 100 000 чел. населения), а также число убийств, характеризующее агрессивность общества — оно возросло более чем в 2 раза (с 14,3 до 29,1 случаев на 100 000 чел. населения). Игнорируются В. Тишковым и показатели потребления продуктов, по которым современная Россия значительно уступает советской: по всем основным продуктам потребление снизилось примерно в 1,5 раза. Рост потребления зафиксирован только по картофелю. В 1990 г. по уровню питания Россия находилась на 7 месте в мире, а в 2000 г. — на 71.

На качество жизни оказывают влияние и незамеченные В. Тишковым нематериальные факторы: уверенность в завтрашнем дне, безопасность жизни и социальная защищенность, справедливость в оценках труда и распределении благ, нравственность общества и др.

В целом рассуждения В. Тишкова о качестве жизни производят гнетущее впечатление. Гнетущее потому, что принадлежат они не каким-нибудь недоразвитым млечиным или сванидзе, а директору академического научного института гуманитарного профиля. Это говорит о том, что антикоммунизм поверг в глубочайший кризис общественные науки: они стремительно деградируют в научном отношении.

* * *

Агрессивный (ныне, правда, исчезнувший с телеэкрана) тележурналист Евгений Киселёв как-то в передаче «Глас народа» (18.07.2000) на слова одной из участниц о том, что она хотела бы видеть Россию такой же, какой она была в советское время — с бесплатным образованием, медицинским обслуживанием, с дешевыми продуктами и дешевыми коммунальными услугами, — отреагировал так: «Вы хотели бы видеть Россию с плохим образованием, плохим медицинским обслуживанием и мизерной зарплатой?» Здесь «кривым метром», которым пользуется Киселев, служат деньги: все, что бесплатно, то плохо, а что платно — хорошо.

На практике все может быть наоборот. Лучшее в мире медицинское обслуживание существует на Кубе. И оно бесплатно. При «плохой» бесплатной медицине смертность в СССР снизилась в 3,6 раза (с 39 чел. на 1000 чел населения в 1922 г. до 11 чел. на 1000 чел населения в 1991 г.), а при «хорошей» платной медицине смертность в современной России увеличилась в 1,5 раза (с 11 чел. на 1000 чел населения в 1991 г. до 16 чел. на 1000 чел населения в 2006 г.). Наше советское бесплатное здравоохранение, как отметил в интервью еженедельнику «Аргументы и факты» известный детский врач Леонид Рошаль, «по своей организационной сути являлось одним из лучших в мире». В этом же интервью Леонид Рошаль говорил о низком качестве платной медицины в США. Да и российская действительность не подтверждает высокого качества платных медицинских услуг. Более того, переход на платную медицину привел к появлению огромного числа всевозможных шарлатанов и мошенников, массовым подделкам лекарств и сознательному затягиванию постановки диагноза и лечения пациентов. И совершенно справедливо Леонид Рошаль в отношении здравоохранения резюмировал: «финансы важны, однако…». Вот это «однако» в антикоммунистическом затмении не в состоянии заметить и понять антисоветчики типа Е. Киселёва.

Аналогична ситуация и в образовании. В 1953 году «плохое» бесплатное советское образование по своему уровню занимало 3-е место в мире, а «хорошее» наполовину платное образование России в 2006 году, по данным Государственного университета — Высшей школы экономики, — 66-е место.

В 60-х годах прошлого века мы смеялись над невежеством миллионов американцев, которые не могли показать на карте свою страну. Современная Россия «догнала» США по безграмотности: по данным опроса ВЦИОМ, проведенного в апреле 2007 года, 28 % россиян уверены, что Солнце вращается вокруг Земли. Приехали!

Доктор медицинских наук, профессор Андрей Акопян в статье о демографической ситуации в стране написал: «Но главное— невысокий уровень человекосбережения, то чего СССР никогда не делал на деле, лишь на словах…». Изумляет то, что слова эти принадлежат врачу, который по долгу службы должен знать и уметь сравнивать хотя бы самые общие статистические данные по основным показателям здравоохранения, характеризующих человекосбережение: число врачей, лечебных учреждений, уровень младенческой смерти, продолжительность жизни и др. Ведь данные по перечисленным показателям (см. табл. 4.5.) говорят не просто о росте внимания к здоровью граждан в советское время, а о качественном сдвиге в человекосбережении, переходе на более высокий уровень его обеспечения.

Таблица 4.5. Показатели здравоохранения России (в современных границах)

Показатели здравоохранения 1913 г. 1990 г.
Число врачей, тыс. 13,0 667,3
Число больничных учреждений, тыс. 3,0 12,8
Число больничных коек, тыс. 133 2037,6
Число коек для беременных и рожениц, тыс. 5,5 122,7
Число детей умерших в возрасте до одного года на 1000 родившихся 268,6 17,4
Продолжительность жизни, лет не более 40 69,2

* * *

В еженедельнике «Аргументы и факты» (№ 18, 2008 г.) приведены величины средней по стране пенсии в 1978 г. (60 руб. или 88,2 долл. США) и в 2008 г. (4115 руб. или 174, 8 долл. США).

Глядя на эти цифры, человек, не живший в СССР, придет в недоумение: чего, мол, пенсионеры возмущаются размерами нынешней пенсии, если она в долларах почти в 2 раза больше, чем в советское время.

Тут математическая глупость сравнения пенсий разных лет вот в чем: покупательная способность доллара в 1978 г. и в 2008 г. — это, как говорят в Одессе, «две большие разницы». В табл. 4.6 приведены значения стоимости жизненно важных товаров и услуг в 1978 г. и в 2008 г.

Таблица 4.6. Стоимость товаров и услуг в 1978 и 2008 гг.

Наименование товаров и услуг Стоимость, руб. (долл. США) Превышение стоимости 2008 г. над стоимостью 1978 г. в долл. США, раз
1978 г. 2008 г.
Батон белого хлеба 0,13 (0,19) 13 (0,55) 2,9
Килограмм говядины 2 (2,98) 300 (12,7) 4,3
Килограмм докторской колбасы 2,20 (3,23) 240 (10,16) 3,1
Килограмм картофеля 0,1 (0,15) 30 (1,27) 8,5
Литр молока 0,28 (0,42) 36 (1,52) 3,6
Квартирная плата (однокомнатная квартира) около 7 (10) около1400 (60) 6

Из табл. 4.6, следует, что в среднем покупательная способность доллара упала за 30 лет в 3–6 раз. Это значит, что нынешняя средняя пенсия по покупательной способности в 2–3 раза меньше, чем советская пенсия в 1978 г.[47]

* * *

Параллельно с оголтелой кампанией дискредитации советской экономики «реформаторы» активно пропагандировали идеи либеральной рыночной экономики. В то время подавляющее большинство отечественных экономистов о либеральной экономике говорили и писали только в превосходных тонах. Робкие попытки обсудить недостатки либеральной рыночной экономики безжалостно пресекались. Любой сомневающийся в чудодейственных свойствах «свободного саморегулирующегося рынка» подвергался осмеянию и обвинениям в невежестве. А между тем Карл Поланьи, американский социолог и экономист венгерского происхождения, считающийся ныне классиком, ещё в 1944 г. в книге «Великая трансформация. Политические и экономические истоки нашего времени» писал: «Мы намерены показать, что идея саморегулирующегося рынка основывается на самой настоящей утопии. Подобный институт не мог бы просуществовать сколько-нибудь долго, не разрушив при этом человеческую и природную субстанцию общества; он бы физически уничтожил человека, а среду его обитания превратил в пустыню».

Но что нашим «реформаторам» Поланьи: они признавали и признают только либеральные идеи Милтона Фридмана и рекомендации доктрины Вашингтонского консенсуса. И с этими идеями и рекомендациями наперевес они бросились фанатично «реформировать» советскую экономику.

В 1994 г., проанализировав результаты двух первых лет «реформ», большая группа российских и американских экономистов, к которой присоединились пять нобелевских лауреатов по экономике (Лоуренс Кляйн, Василий Леонтьев, Дуглас Норт, Кеннет Эрроу и Джеймс Тобин), опубликовала «Заявление», подвергшее жесткой критике действия наших радикальных либералов. В этом документе говорилось, что продолжение «реформ» приведет к сокращению валового национального продукта, высокой инфляции, криминализации экономики, ухудшению положения в социальной сфере, включая государственное здравоохранение, образование и безопасность населения, падение уровня жизни и рост разрыва в доходах.

Однако доводы нобелевских лауреатов российских либералов не убедили — «реформы» продолжились, и все предсказания «Заявления» полностью сбылись. Но и это не образумило «реформаторов»: они продолжали твердить об исключительной замечательности либеральной экономики. Алексей Улюкаев в статье «Постсоциалистический либерализм» писал: «Экономическая эффективность свободной экономики опирается на свободу ценообразования, свободу рынков несменяемо движущихся товаров, труда, капитала, интеллектуального продукта, открытость и демилитаризацию экономики, а главное — на частную собственность».

Здесь что ни слово, то отдельный бред. Где это Улюкаев видел свободу ценообразования? Ее нет даже на муниципальных рынках. Попробуйте там продать любой товар по «свободной» цене. Вам это никогда не дадут сделать «мудрые» люди, контролирующие рынок. И только в состоянии полного идиотизма можно верить, что цены на мировых рынках, где в обороте находятся колоссальные денежные средства, никем не контролируются и не регулируются. А «свобода рынков не стесняемо движущихся товаров» и «открытость экономики» существуют лишь в воспаленном антикоммунизмом мозгу улюкаевых. Попытались как-то наши металлурги «свободно и нестесняемо» двинуться на американский рынок, так их быстро поставили на место, обвинив в демпинге, и в США не допустили. Наконец, то, что сама по себе частная собственность не только не повышает эффективность экономики, но в ряде отраслей науки и промышленности (например, в фундаментальных исследованиях) вредна, стало уже общим местом в экономической науке.

* * *

В начале двадцать первого века объявился новый тип реформаторского бреда — коллективный. В «Политической декларации», принятой на съезде Союза правых сил (СПС) 26 мая 2001 г., утверждалось: «В двадцатом веке Россия была отброшена назад. Но благодаря самоотверженным усилиям диссидентов-правозащитников, политиков-демократов, экономистов-реформаторов и первых российских предпринимателей Россия сделала гигантский шаг в своем политическом, экономическом и нравственном развитии…».

Ну и каков же этот «гигантский шаг» в «экономическом развитии»? Взгляните на табл. 4.7., в которой приведены данные Росстата по основным показателям промышленного и сельскохозяйственного производства в РСФСР (1990 г.) и РФ (2000 г.).

Таблица 4.7. Производство продукции в РСФСР (1990 г.) и РФ (2000 г.)

№ п/п Вид продукции Единица измерения 1990 г. 2000 г. Уровню какого года соответствует производство в 2000 г.
Промышленность
1 Электроэнергия млрд. кВтч. 1082,2 877,8 1982
2 Нефть млн. т. 516 324 1972
3 Газ млрд. м3 641 584 1988
4 Уголь млн. т. 395 258 1957
5 Чугун млн. т. 59,4 44,6 1972
6 Сталь млн. т. 89,6 59,2 1968
7 Стальные трубы млн. т. 11,9 5,0 1965
8 Гражданские самолеты шт. 124 4 начало XX века
9 Корабли шт. - - -
10 Металлорежущие станки тыс. шт. 74,2 8,9 1931
11 Металлорежущие станки с программным и числовым управлением шт. 16 741 176 1966
12 Линии автоматические и полуавтоматические для машиностроения и металлообработки компл. 556 11 1946
13 Кузнечно-прессовые машины тыс. шт. 27,3 1,2 1933
14 Станки ткацкие шт. 18 341 95 1933
15 Грузовые автомобили тыс. шт. 665 184 1937
16 Экскаваторы тыс. шт. 23,1 3,4 1951
17 Бульдозеры тыс. шт. 14,1 3,0 1953
18 Тракторы тыс. шт. 213,6 19,3 1932
19 Зерноуборочные комбайны тыс. шт. 65,2 5,2 1932
20 Волокна и нити химические тыс. т. 673 164 1959
21 Пиломатериалы млн. м3 75,0 20,0 1930
22 Бумага тыс. т. 5240 3326 1969
23 Цемент млн. т. 83,0 32,4 1962
24 Кирпич млрд. шт. 24,5 10,7 1953
25 Ткани всех видов млн. м3 8449 2329 1910
Сельское хозяйство
26 Посевные площади млн. га 117,7 84,7 1927
27 Валовой сбор зерна млн. т 116,7 65,5Н 1964
28 Крупный рогатый скот млн. голов 57,0 27,3 1933
29 Поголовье коров млн. голов 20,5 12,7 1946
30 Поголовье свиней млн. голов 38,3 15,7 1936
31 Поголовье коз и овец млн. голов 58,2 14,8 1750
32 Производство мяса (скот и птица в убойном весе) млн. т. 10,1 4,4 1960
33 Производство молока млн. т. 55,7 32,3 1958
34 Производство яиц млрд. шт. 47,5 34,1 1975
35 Количество тракторов на 1000 га пашни шт. 10,6 7,4 1969
36 Количество комбайнов на 1000 га пашни шт. 6,6 5,1 1969

Данные табл. 4.7. убедительно свидетельствуют, что разрушительные экономические идеи «реформаторов» были успешно реализованы. Что же получилось в результате? А получилось вот что.

У нас была великолепная, выпускающая ежегодно сотни первоклассных самолётов авиационная промышленность. Теперь её у нас практически нет — в стране производятся единицы самолётов в год.

У нас была передовая, выпускавшая в год более 70 тыс. металлорежущих станков (треть из них составляли станки с числовым программным управлением, а также станки высокой и особо высокой точности) станкостроительная промышленность. Теперь ее у нас фактически нет — станков ежегодно производится около 9 тыс. шт. (при этом станки с числовым программным управлением и станки высокой и особо высокой точности составляют всего лишь 2 % от общего количества).

У нас было мощное сельскохозяйственное машиностроение, Теперь его нет — тракторов и комбайнов выпускается не более 10 % от уровня 1990 г.

У нас было современное, стабильно развивающееся сельское хозяйство. Теперь его у нас нет: колхозы и совхозы уничтожены, а фермерские хозяйства оказались нежизнеспособными и неэффективными — в 2006 г. стоимость произведенной ими продукции составила всего лишь 6,5 % общей стоимости продукции сельского хозяйства страны.

У нас была полная продовольственная безопасность страны. Теперь её у нас нет.

Невосполнимые потери понесли судостроительная, оборонная, электронная, электротехническая, химическая, пищевая отрасли промышленности. Разрушены фармацевтическая промышленность, медицинское приборостроение и др. отрасли промышленности.

Производство снизилось в абсолютном большинстве отраслей промышленности[48] и сельского хозяйства. Ни по одному из перечисленных в табл. 15.1. показателей промышленного и сельскохозяйственного производства Россия в 2000 г. не достигла уровня РСФСР 1990 г. По 15 показателям Россия «шагнула» на 50 и более лет назад, по 15 показателям — на 40–50 лет назад и только по двум показателям — по производству электроэнергии и добыче газа — оказалась «всего лишь» в 80-х годах прошлого века. Фактически за девять лет «реформаторам» удалось осуществить деиндустриализацию страны, «опустить» её экономику на уровень слаборазвитых «банановых» республик.[49]

Это же до какой степени должен быть поврежден антикоммунизмом мозг членов СПС, чтобы катастрофическое падение промышленного и сельскохозяйственного производства выдавать за «развитие»? А ведь именно ребята из СПС все 90-е годы «рулили» нашей экономикой. Такие вот «профессионалы». Не удивительно, что за годы «реформ» они так и не сумели понять, что транснациональные корпорации (ТНК) держать их за папуасов, у которых можно «выменять» все богатство страны на блестящую мишуру вроде признания России «страной с рыночной экономикой» и принятия во Всемирную торговую организацию. В мире повадки ТНК давно уже раскусили: саморегулируемость и свобода рынка — это лапша, которую корпорации сознательно вешают на уши странам, чтобы те не могли развивать свою экономику и полностью зависели от ТНК. Поэтому Всемирный совет церквей на своей 8-й ассамблее, состоявшейся в Хараре (Зимбабве) с 3 по 14 мая 1999 г., констатировав, что действия ТНК преследуют лишь собственную финансовую выгоду, высказался против расширения свободного рынка и призвал правительства вернуться к государственному регулированию экономики.

Провальные результаты преобразования советской экономики, казалось бы, должны были заставить «реформаторов» хотя бы задуматься. Но нет, ничего подобного не произошло. После 2000 г. в экономике «реформы» продолжались, и в ней, несмотря на ежегодные победные реляции о росте внутреннего валового продукта (ВВП), мало что изменилось. Уверения различного ранга «реформаторов», что производство промышленной и сельскохозяйственной продукции превзошло 1990 г. не соответствуют действительности (табл. 4.8.).

Таблица 4.8. Производство продукции в России в 2000 и в 2007 гг.

Вид продукции Единица измерений 2000 г. (% от уровня 1990 г.) 2007 г. (% от уровня 1990 г.)
Промышленность
Электроэнергия млрд. кВтч 877,8 (81,1 %) 1015,3 (94,0 %)
Нефть млн. т 324 (62,8 %) 491 (95,1 %)
Газ млрд. м3 584 (91,1 %) 651 (101,6 %)
Уголь млн. т 258 (65,3 %) 314 (79,4 %)
Чугун млн. т 44,6 (75,1 %) 51,5 (86,7 %)
Сталь млн. т 59,2 (66,1 %) 72,4 (80,8 %)
Стальные трубы млн. т 5,0 (42,0 %) 8,7 (737l%)
Металлорежущие станки тыс. шт. 8,9 (12,0 %) 5,1 (7 %)
Металлорежущие станки с программным и числовым управлением шт. 176 (1,1 %) 377 (2,3 %)
Линии автоматические и полуавтоматические для машиностроения и металлообработки компл. 11(2,0 %) 4 (0,7 %)
Кузнечно-прессовые машины тыс. шт. 1,2 (4,4 %) 2,7 (9,8 %)
Станки ткацкие тыс. шт. 95 (0,5 %) 89 (0,5 %)
Грузовые автомобили тыс. шт. 184 (27,7 %) 285 (42,8 %)
Экскаваторы тыс. шт. 3,4 (14,7,1 %) 6,3 (27,2 %)
Бульдозеры тыс. шт. 3,0 (21,3 %) 3,3 (23,4 %)
Тракторы тыс. шт. 19,3 (9,0 %) 14,0 (6,6 %)
Зерноуборочные комбайны тыс. шт. 5,2 (8,0 %) 7,3 (11,2 %)
Волокна и нити химические тыс. т 164 (24,4 %) 148 (22,0 %)
Пиломатериалы млн. м3 20,0 (26,7 %) 24,3 (32,4 %)
Бумага тыс. т 3326 (63,5 %) 4084 (77,9 %)
Цемент млрд. т 32,4 (39,0 %) 59,9 (72,2 %)
Кирпич млрд. шт. 10,7 (43,7 %) 13,1 (53,5 %)
Ткани всех видов млн. м3 2329 (27,6 %) 2700 (32,0 %)
Сельское хозяйство
Посевные площади млн. га 85,4 (72,6 %) 76,4 (64,9 %)
Валовой сбор зерна млн. т 65,5 (56,1 %) 81,8 (70,1 %)
Крупный рогатый скот млн. голов 27,3 (47,8 %) 21,5 (37,6 %)
Поголовье коров млн. голов 12,7 (61,6 %) 9,4 (45,7 %)
Поголовье свиней млн. голов 15,7 (41,0 %) 16,1 (41,5 %)
Поголовье коз и овец млн. голов 14,8 (25,4 %) 21,0 (36,1 %)
Производство мяса (скот и птица в убойном весе) млн. т 4,4 (43,8 %) 5,7 (56.4 %)
Производство молока млн. т 32,3 (57,9 %) 32,2 (57,8 %)
Производство яиц млрд. шт. 34,1 (71,7 %) 37,9 (79,9 %)
Количество тракторов на 1000 га пашни шт. 7,4 (70 %) 5,1 (48,1 %)
Количество комбайнов на 1000 га пашни шт. 5,1 (77,3 %) 3,4 (51,5 %)

Единственный показатель, по которому современная Россия превзошла уровень 1990 г., это добыча газа. Увеличились по сравнению с 2000 г. и достигли 75–90 % уровня 1990 г. 7 показателей, ещё 8 находятся в диапазоне от 50 % до 75 % уровня 1990 г., а остальные 18 показателей из табл. 4.8. не достигли даже половины уровня 1990 г., причем важные показатели производства продукции машиностроения колеблются от ничтожных 0,5–0,7 % уровня 1990 г. (автоматические и полуавтоматические линии и ткацкие станки) до весьма низких 27 % (экскаваторы). В ряде промышленных отраслей произошло снижение производства даже по отношению к 2000 г.: уменьшилось производство металлорежущих и ткацких станков, автоматических и полуавтоматических линий, тракторов, химических волокон.

Но наиболее тяжелое, если не сказать катастрофическое, положение сложилось в продовольственной сфере. По данным Росстата, за последние шесть лет ввоз продовольственных товаров увеличился более чем вдвое. В начале 2006 г. министр сельского хозяйства Алексей Гордеев в Госдуме сообщил, что доля импорта на рынке продовольствия составила около 33 %, что превышает порог продовольственной безопасности. По оценке других специалистов, доля импорта составляет почти 50 % от общего объема внутреннего потребления продовольствия, а крупных городах, например, Москвы и Петербурга — более 70 %. Председатель координационного совета Международной конфедерации обществ потребителей Александр Аузан утверждает: «В последние годы потребность населения в продовольствии удовлетворяется отечественными производителями менее чем на 50 %».

Однако действенных мер по исправлению ситуации властью не предпринято: признаков возрождения российского сельского хозяйства не видно. Даже наоборот — с 2000 года до настоящего времени посевные площади, число тракторов и комбайнов на 1000 га пашни, поголовье крупного рогатого скота (в том числе коров) и производство молока продолжают снижаться, а остальные показатели сельского хозяйства «стабилизировались» на низком уровне.[50]

Фактически уже сейчас стабильность российской жизни во многом зависит от воли западных поставщиков продовольствия.

* * *

Параллельно с разгромом экономики «реформаторы» с 1994 года пытаются «интегрироваться» в мировое хозяйство путем вступления во Всемирную торговую организацию (ВТО). Что же сулит, например, российскому сельскому хозяйству вступление страны в ВТО? Да ничего хорошего. К Всемирному банку у меня доверия нет, но даже он прогнозирует, что при вступлении в ВТО импорт пищевых продуктов в Россию может увеличиться на 38 %, а объем отечественного производства упадет на 14 %. Другими словами при вступлении в ВТО российское сельское хозяйство ожидает коллапс (или кирдык — это как кому нравится). А России светит реальная перспектива жить по формуле «нефть и газ за продовольствие» с плавным переходом к политическим и экономическим уступкам, включая отторжение территорий и отчуждение полезных ископаемых. Это угрожает России не только утратой экономической безопасности, но и распадом страны.[51]

В сложившихся условиях разговор об интеграции России в мировое хозяйство беспредметен. Прежде нужно восстановить экономическую (в первую очередь, продовольственную) независимость страны, чтобы можно было бы на равных вести дела с субъектами мирового хозяйства.

Первоочередными мерами в восстановлении экономической независимости России должны быть:

• государственный протекционизм отечественных производителей в стратегически важных для страны отраслях;

• экспансионистская экспортная политика в сочетании с дозированным допуском иностранных товаров и капиталов на внутренний рынок;

• государственное дотирование сельскохозяйственного производства для восстановления продовольственной независимости;

• последовательная дедолларизация экономики, чтобы оградить ее от разрушительных воздействий кризисов мировой финансовой сферы.

Беда в том, что все эти очевидные меры некому осуществлять: «гайдарообразные» либеральные реформаторы и сейчас задают тон в правительстве. Они по-прежнему бубнят о невмешательстве государства в экономику и занимают ключевые посты. На либеральных позициях стоят министр финансов Алексей Кудрин и председатель Сбербанка Герман Греф, который убеждённо заявлял, что настанет день, когда вся российская экономика будет принадлежать частному капиталу. Сохраняет высокое положение в экономике упомянутый Алексей Улюкаев: в 2000–2004 гг. он был первым заместителем министра финансов, а сейчас работает первым заместителем председателя Центробанка России.

При таком засилье либералов в высших эшелонах власти может ли Россия восстановить свою экономическую мощь и занять достойное место в ряду главных экономических держав мира? Как говорил незабвенный красноармеец Сухов: «Это вряд ли».

Часть 5. Советская культура и советское общество

Поэтесса Елена Скульская стонала в «Независимой газете»: «На протяжении 70 лет у нас ничего не было, кроме книг… у нас не было фильмов — мы только слышали о них. У нас не было знания другой жизни — мы были за „железным занавесом“. Мы знали, что там живут люди с песьими головами и больше ничего…».

Марина Давыдова в статье «Страна невыученных уроков», густо облив грязью советскую культуру в целом, и в частности пьесу Алексея Арбузова «Таня», делает такой вывод: «Сегодняшняя, давно и окончательно повзрослевшая (выделено мной. — В. Л.) культура не может всерьез отнестись к арбузовской „Тане“, равно как к Афиногенову, Киршону и прочему советскому (не по времени написания, а по глубинному мироощущению) творчеству…».

Ну и в чем эта самая «взрослость» современной культуры проявляется? Какие такие у нее «взрослые» достижения? Миссис (или мисс) Давыдова не сообщила, по какому показателю она определяла степень «взрослости» культуры. Пришлось искать этот показатель самому. Дело это непростое. Потому что достаточно посмотреть популярные телевизионные программы (типа «Поля чудес»), «культовые» кинофильмы последних лет (типа «Побег», «Охоты на пиранью»), посетить разрекламированные спектакли (типа «Детей Розенталя» и ужаснувшего Галину Вишневскую «Евгения Онегина» в Большом театре) полистать гламурные журналы, послушать эстрадный юмор «ниже пояса», дебильную речь ведущих радиопрограмм, чтобы понять, что современная российская культура — это по большей части культура «второй свежести», жалкое копирование американских образцов. Какая уж тут «взрослость»? По художественному уровню, нравственным и эстетическим ориентирам советская культура значительно «взрослее» нынешней.

Впрочем, мне все же удалось обнаружить один показатель, по которому современная культура, несомненно, «взрослее» советской. Это — мат. Тут возразить нечего — за последние пятнадцать лет мат прочно оседлал российскую культуру. Он всюду: на сцене, в кино, на телевидении, в печати, на эстраде, на стадионах, в студенческих аудиториях, на улице, в быту. Вообще-то нормальные люди считают мат явлением позорным. Но, видимо, для страдающей хроническим антикоммунизмом мадам (или мадемуазель) Давыдовой легализация мата во всех сферах российской жизни является свидетельством «взрослости» современной российской культуры, её выдающимся достижением.

В еженедельнике «Аргументы и факты» (№ 35 2007 г.) в анонсе о спектакле «Рассказ о счастливой Москве» (по Андрею Платонову) сообщается: «Метафорический спектакль о попусту растраченной жизни во имя советской утопии». Эта фраза абсурдна, потому что не существует критерия для сравнения «попусту» или «не попусту» растрачена чья-либо жизнь. Человечество на протяжении тысяч лет бьется над вопросами смысла жизни, но ответа на них не найдено. С позиций долгосрочной перспективы (миллион лет и более) вся мирская суета бессмысленна, поскольку нашу планету ждет естественная смерть. В среднесрочной перспективе, (от тысячи до миллиона лет) рассчитывать на то, что наши жизни будут оценены как «не попусту растраченные» тоже не приходится: в человеческой истории нет примеров столь долгого существования каких-либо государств, цивилизаций или народов. Наконец, в краткосрочной перспективе (от 100 до 1000 лет) полезность советских людей, несомненно, будет оценена потомками значительно выше, чем нынешнего населения России: люди советской цивилизации дали миру опыт построения справедливого общества, создали великую индустриальную державу, спасли мир от фашизма, проложили путь в космос. А чем могут похвастаться постсоветские поколения россиян? Нефтью и газом, подаренным им природой?

Безнадежная тупость в сравнениях особенно широко распространена в среде «творческой» антикоммунистической интеллигенции. В припадке антикоммунистического слабоумия кинорежиссер Егор Кончаловский в газете «Аргументы и факты» взял да и брякнул: «Во времена советской власти, когда снималось и активно навязывалось зрителю огромное количество удивительно доброго и светлого коммунистического барахла, насилия в стране было в разы (!!! — В. Л.) больше, чем сейчас».

Ну, положим, Егор ничего не читает и потому не знает, что по статистике в 1990 г. в стране было совершено 1 млн. 839,5 тыс. преступлений, а в 2007 г. — 3 млн. 583 тыс., т. е. почти в 2 раза больше. Но ведь он уже не мальчик, более сорока от роду. Значит, в Советском Союзе он жил более четверти века и вполне мог бы сравнить некоторые бытовые детали, характеризующие уровень насилия в обществе. Не составляет труда, например, сопоставление экипировок советской и российской милиции: до 1991 г. в Москве милиционера с автоматом не то что увидеть, но и представить себе было невозможно: у советских милиционеров даже дубинок не было, не говоря уже об автоматах, бронежилетах, касках, щитах и других средствах самообороны и устрашения, которыми оснащены современные стражи порядка. Или такая характерная бытовая деталь — металлические двери и решетки на окнах. Их в советское время практически не было, а сейчас они установлены везде.

Но Егору даже такие простые сравнения не под силу: вирус антикоммунизма парализовал его способности к здравым рассуждениям и логическим умозаключениям. Вот еще один его «перл» в области сравнения явлений.

В заметке «Почему не вешаются наши бизнесмены и чиновники» Егор Кончаловский утверждает: «На протяжении существования СССР у нас был режим, который методично уничтожал само понятие „личность“…».

Это же до какой степени отупения нужно дойти, чтобы не видеть, насколько в постсоветский период обмельчала личностями, например, родная Егору профессиональная среда — кинематографическая? Кто из нынешних поколений актеров и режиссеров по личностным качествам может сравниться с Борисом Бабочкиным и Игорем Ильинским, Михаилом Жаровым и Ангелиной Степановой, Тамарой Макаровой и Сергеем Герасимовым, Любовью Орловой и Григорием Александровым, Николаем Черкасовым и Борисом Андреевым, Игорем Горбачевым и Павлом Кадочниковым, Леонидом Быковым и Алексеем Смирновым, Василием Лановым и Татьяной Дорониной и многими, многими другими великолепными актерами, режиссерами и настоящими советскими людьми? Да практически никто: ну, может, одна-две настоящих личности найдется в современной кинематографической тусовке. Большинство же — мелочь пузатая, лишь деньгами и сексом озабоченная.

Ну вот хотя бы такие факты: в начале 90-х годов прошлого века народный артист СССР Василий Лановой счёл недостойным для себя делом переозвучивание фильма «Великая Отечественная» по тексту, подготовленному ельцинским агитпропом, а народная артистка СССР Ия Саввина наотрез отказалась играть в мерзком русофобском фильме Андрона Кончаловского «Курочка Ряба».

А кто из нынешнего поколения актёров отказался играть, например, в таких антиисторических, лживых фильмах как «Утомлённые солнцем», «Штрафбат», «Московская сага», «Диверсанты», «Сволочи», «АдмиралЪ», «Стиляги»? Более того, даже в подлейшем русофобском фильме англичанина Тома Робертса «По этапу» сочли возможным сняться современные российские актёры, в том числе «звезда» отечественного кино Евгений Миронов. Он имеет звание «народный артист». После этого фильма какого народа он «народный»?

Да и современные российские фильмы и сериалы отражают ничтожность личностей, их создавших: если в советских фильмах большинство героев были чуть-чуть лучше большинства реально живущих людей, то герои нынешних фильмов и сериалов, как правило, грубее, бестактнее, невежественнее, злее, безжалостнее, в общем, значительно хуже, чем живущие сейчас люди.

* * *

Известный артист балета Владимир Васильев, отвечая на вопросы анкеты «Комсомольской правды», сказал: «А ненавистна мне в советском прошлом ложь». И эмоционально её охарактеризовал: «Это зло страшное. Чудовищное зло».

Что же это за ложь такая зверская? Оказывается, Васильева возмущает якобы ложь о преимуществах советского общественного строя. Он об этом так говорит: «Полное отсутствие подлинной информации, и мы верили: то, что происходит с нами, и есть самое лучшее. Представить трудно: даже в первые годы моих поездок за рубеж я там пытался доказывать преимущества нашей системы».

Признаться, меня прежде всего обескуражили абсурдность и тоталитаризм суждений артиста. Фраза о «полном отсутствии подлинной информации» просто нелепа. В современном мире такого быть не может в принципе. В стране публиковались десятки тысяч книг, сотни тысяч (а может, и миллионы) статей о капиталистических странах, и что — ни словечки правды в них не было? Ну, ладно, абсолютно не верит Васильев советским авторам (хотя такие ярые антисоветчики, как, например, Генрих Боровик или Владимир Познер вправе обидеться — уж они-то так старались представить западные страны «белыми» и «пушистыми»). Но ведь в СССР издавалось большое число книг известных писателей из западных стран — Дж. Д. Сэллинджера, Джеймса Олдриджа, Джона Апдайка, Курта Вонненгута, Айзека Азимова и др. Они тоже все врали?

Я задал своим знакомым вопрос: что принципиально нового и положительного о европейских странах и США они узнали в период «реформ»? Все опрошенные ничего такого не вспомнили. Наоборот — после чудовищных по безнравственности и жестокости военных акций против Югославии, Афганистана и Ирака разумные люди уже не воспринимают западные страны ни в качестве «развитых», ни в качестве «цивилизованных».

Теперь о преимуществах советского строя. Они, вопреки мнению Васильева, существовали: отсутствие безработицы, бесплатное образование, бесплатная медицина, бесплатное предоставление жилья, отсутствие рабства и многие другие. Конечно, для обласканного и советской, и нынешней властями Васильева и его окружения, видимо, всё перечисленное не актуально. Безработица их не касается. Бесплатные блага тоже им не нужны — деньги у них есть, потому что в Россию вновь вернулись нравы, о которых знаменитый русский поэт XVIII века Сумароков написал точную эпиграмму:

Танцовщик! Ты богат. Профессор! Ты убог.

Конечно, голова в почтенье меньше ног.

Но ведь Васильев считает себя интеллигентным человеком, а у русских интеллигентов всегда на первом месте стояло благо народа. Или наша «творческая элита» так низко пала, что уже забыла об этой черте русской интеллигенции?

Наконец, изумляет полная неспособность Васильева к сравнениям. Такое впечатление, что он не замечает лжи в современной России. Не видит, что ее стало значительно больше, чем в Советском Союзе, и она гораздо циничней. Если та ложь об СССР, о которой говорит Васильев, была безобидной ложью, приукрашивающей жизнь, то нынешняя российская действительность переполнена ложью мошеннической. Она преследует нас на всех уровнях. На уровне высших государственных должностных лиц мы слышали вранье о том, что ликвидация Советского Союза на народах страны никак не скажется, что отпуск цен в 1992 году приведет к их незначительному росту, что ваучер по стоимости равен двум автомобилям «Волга», что монетизация льгот выгодна пенсионерам, и т. д. и т. п. На бизнес-уровне нам лгала и продолжает лгать армия основателей бесчисленных финансовых пирамид, учредителей всевозможных компаний долевого строительства и других мошеннических структур.[52] На бытовом уровне непрерывно врут торговцы, всучивающие нам некачественные, просроченные продукты и фальшивые лекарства.

Ложь, обман и мошенничество у нас сейчас везде. О масштабах сегодняшней лжи известный сатирик Виктор Трушкин выразился так: «Люди уже ничему не верят, даже сигналам точного времени. Их обманывают на каждом шагу, вот они и не верят…».

…Владимир Васильев о советском прошлом не сожалеет: «Я бы никогда не хотел, чтобы оно вернулось. Никогда». Да и на здоровье. Но зачем же так врать о нём, о советском прошлом?

* * *

Антисоветизм лишил способности к сравнению маститого актера театра «Современник» и одновременно ведущего телепередачи «Жди меня» Игоря Квашу. В интервью еженедельнику «Аргументы неделi» он заявил: «В течение 70 лет советской власти чувство сострадания убивалось в людях сознательно. Даже было расхожее выражение: „Жалость унижает человека“».

Это какая-то чушь несусветная. Как Кваша себе представляет «сознательное убийство в людях сострадания»? Это что, вся классическая русская литература, главнейшей идеей которой является сострадание, была в советское время под запретом? Надо полагать, что Кваша все же учился в советской школе. Но антисоветизм так его пришиб, что не помнит он, видимо, как учил в школе «Муму» И. С. Тургенева, «Каштанку» и «Ваньку Жукова» А. П. Чехова. И напрочь забыл о пионерском тимуровском движении, сущность которого состояла именно в сострадании (в современной России ничего подобного тимуровскому движению до сих пор нет).

На самом деле все наоборот: именно в советское время сострадание было нормой. Система образования в стране воспитывала сострадание с помощью как русской литературы XIX — начала XX века, так и советской литературы. Сохранившийся у меня ученический билет суворовца содержал несколько разделов, в том числе, естественно, раздел «Обязанности суворовца». Так вот, среди прочих обязанностей есть и такая: «уважать старших, быть внимательным и предупредительным к старикам, маленьким детям, слабым, больным, уступать им дорогу, место, оказывать им всяческую помощь».

Сострадание было обычным делом в советском быту. После Великой Отечественной войны жизнь была трудной, но все друг другу помогали. На нашей одноэтажной улице, на окраине г. Запорожья, жили две вдовы фронтовиков: у одной было три несовершеннолетних сына, а у другой — такого же возраста три дочери. В начале 50-х годов я был маленьким ребенком, но хорошо помню, что этим женщинам помогали все соседи, кто чем мог. И я ни разу нигде не слышал, чтобы кто-то говорил: «Жалость унижает человека». А вот выражение «Сам погибай, а товарища выручай» звучало повсюду: и в школе, и на улице, и дома.

О разнице в уровне сострадания советского и нынешнего общества говорит и такой бросающийся в глаза факт: в советское время было нормой уступать места в общественном транспорте инвалидам, больным старикам и просто пожилым людям, а сейчас это практически не встречается.

Кстати, сострадательная телепередача «Жди меня» — это ведь калька (сейчас говорят — «римейк») советской телепередачи «От всей души», которую вела замечательная ведущая Валентина Леонтьева.

Бывший пресс-секретарь Ельцина, а ныне руководитель стратегического центра ЗАО «Аргументы и факты» Вячеслав Костиков часто публикуется в одноименном еженедельнике. От многих его статей и заметок впечатление такое, что писал он их, не приходя в сознание. Так, в статье «От улыбки станет веселей?» сокрушается: «Русский человек по характеру, природе улыбчив и доброжелателен. Но коммунистический эксперимент, занявший почти весь XX век, круто изменил его лик. Стер с него улыбку и спокойствие. Нетрудно догадаться почему. Все работало не на человека, а на достижение „великих целей“. Нормальный человек с его слабостями, личным счастьем был не нужен. А вот послушный труженик, беспрекословно выполняющий указания вождя, очередного партийного съезда, „сталинский винтик“ — да».

С одной стороны, заявление Костикова свидетельствует о его, мягко говоря, неадекватности: между улыбками населения и общественным строем связь, конечно, есть, но очень слабая — чуть больше связи между бузиной в огороде и дядькой в Киеве. Но, с другой стороны, молодежь под влиянием подобной чуши уже считает, что в СССР жили исключительно мрачные люди, советская власть так их гнобила, что и улыбаться они не могли.

Поэтому и приходится доказывать очевидное — что Волга впадает в Каспийское море, то бишь что в СССР жили нормальные люди, в большинстве своем спокойные, доброжелательные и улыбчивые. О чем имеется множество свидетельств.

Народный артист Советского Союза Евгений Матвеев в 1997 г. в интервью газете «Советская Россия» вспоминал о советских людях военного времени: «Война, как ни странно, сыграла в моей судьбе, в душе очень положительную роль. Сформировала во мне уважение к человеку. Я видел столько достойных поступков, которые просто поразили мое воображение! Горе было. Муки, голод, холод — все было. А я не помню злых глаз у людей. Не помню… Видел в глазах горе, печаль. Но все светилось через добро, через желание помочь… Сегодня я вижу всё больше злых глаз. Везде: в метро, в магазине… В магазине, где как будто полно товаров и нет очередей…».

А после войны советские люди тем более были веселы и улыбчивы. А чего им было не радоваться? Они победили фашизм и жили в сильной, быстроразвивающейся, уважаемой во всем мире стране. Жизнь с каждым годом становилась все лучше и лучше. Пободов для радости и улыбок было достаточно. Конечно, среди населения были и нытики-костиковы, но не они определяли настроение в стране.

И «винтиками» себя советские люди не считали, а чувствовали себя полноправными хозяевами жизни. Недавно я наткнулся на поучительную в этом смысле информацию. В книге «Москва послевоенная» помещена выдержка из информации оргинструкторского отдела МГК ВКП(б) о реакции трудящихся на присуждение Сталинских премий в 1946 году. В этой выдержке сообщается: «Рабочий научно-исследовательского института № 42 т. Румянцев заявил: Я согласен с присуждением Сталинских премий работникам науки, труды которых двигают вперед нашу промышленность, но зачем так поощрять артистов? Рабочие у нас мирятся с трудностями в интересах восстановления разрушенного войной хозяйства, а не для того, чтобы балерины получали до 100 тыс. руб.». Рабочий завода № 5 т. Кондрашов эту же мысль выразил так: «Хорошо, что наше правительство уделяет много внимания работникам науки и техники, в частности таким, как Жданов, открывшим новый метод расщепления атомного ядра. Но работники искусства не заслуживают таких больших премий». Начальник смены завода № 315 т. Грачев сказал: «Как можно в такое тяжелое время выдавать такие крупные суммы работникам балетного и оперного искусства? Нам дадут на весь цех, где работает 40 человек, 2 тыс. руб., и ломаешь голову, кого премировать. А ведь каждый рабочий старается не меньше любого артиста».

Разве это суждения «винтиков»? Это слова рачительных хозяев, слова уверенных в себе людей, считающих свой труд не ниже труда артистической «элиты».[53]

* * *

Запретительство в СССР, считают антикоммунисты, было, как и дефицит, «тотальным». Владимир Жириновский 9 октября 2002 г. так и объявил в Госдуме: «Нам советская власть все запрещала». Ну абсолютно все! Правда, при ближайшем рассмотрении оказывается, что и в этом деле память изменяет антисоветчикам.

Алла Чеботарева — руководитель танцевального центра «Форум», президент Международной академии танцевального искусства, многократная чемпионка России по бальным танцам — в интервью журналу «Женское здоровье» жаловалась «…Цензура была и в бальных танцах… Запрещались все „буржуазные“ танцы, такие как танго, быстрый фокстрот, румба и вообще все латиноамериканские танцы. Крутить бедрами в советские времена было нельзя…».

Это же надо — в антисоветском помрачении ума госпожа Чеботарева запамятовала даже, с каким танцем вошли в историю спортивных танцев на льду советские спортсмены, многократные чемпионы мира и олимпийских игр Людмила Пахомова и Александр Горшков. Напоминаю — с танго «Кумпарсита». Не сохранилось, видимо, в памяти Чеботаревой и знаменитое танго 30-х годов «Утомленное солнце», под исполнение которого Павлом Михайловым танцевали еще наши бабушки и дедушки. Наконец, мой личный опыт протестует против сентенций Чеботаревой. В конце 50-х годов в Кавказском Краснознаменном суворовском военном училище на уроках бальных танцев статная красавица Лилия Петровна Маркелова (преподаватель музыки и танцев) обучала нас, юных суворовцев, не только классическим танцам (падеграс, падепатинер, полька-тройка, различные виды вальсов), но и более современным: танго, фокстротам и даже уже забытым, но в то время модным липси и летка-енка.

Я уже приводил слова поэтессы Елены Скульской: «На протяжении 70 лет… у нас ничего не было, кроме книг, … у нас не было фильмов — мы только слышали о них. У нас не было знания другой жизни — мы были за „железным занавесом“».

В очень глубокое беспамятство впала сударыня. Как это — не было фильмов зарубежных? А фильмы выдающихся мастеров итальянского неореализма: «Похитители велосипедов» Витторио де Сика, «Рокко и его братья» Лукино Висконти, «Развод по-итальянски» Пьетро Джерми? А прекрасные экранизации произведений Виктора Гюго («Собор Парижской Богоматери» с Джиной Лолобриджидой и Энтони Куином, «Отверженные» с Жаном Габеном и Бурвилем) и Александра Дюма («Три мушкетера» и «Граф Монте-Кристо» с Жаном Марэ)? А фильмы с участием прекрасных актеров Грегори Пека, Одри Хепберн, Юла Бриннера, Питера Устинова, Рода Стайгера, Элизабет Тейлор, Марчелло Мастрояни, Софи Лорен, Анни Жирардо, Филиппа Нуаре, Жерара Филипа, Джульетты Мазины, Фернанделя, Бриджит Бардо, Мерилин Монро, Луи де Фюнеса и многих, многих других. По данным Госкино в СССР закупалось большое число зарубежных фильмов: в 1958 г., например, были закуплены и вышли экраны на страны 113 иностранных фильмов. И это были лучшие ленты мирового кино. В последние пятнадцать лет в завалившем страну зарубежном кинематографическом мусоре я не встречал фильмов, которые по художественному уровню и человечности могли бы сравниться, скажем, с фильмом Федерико Феллини «Ночи Кабирии».

Журналист Александр Славуцкий, задавая вопросы Георгию Гараняну, утверждал, что «в 50-е годы прошлого века музыкантам, учившимся в консерваториях или музыкальных училищах, играть джаз было категорически запрещено…». В ходе интервью он еще раз повторил: «Вы играли запрещенный в советское время джаз…».

Во, как! Жил я себе, жил, ходил в советское время безмятежно на концерты джаз-оркестров Леонида Утесова, Эдди Рознера, Олега Лундстрема и не подозревал, что посещаю запрещенные мероприятия. А еще с преступным легкомыслием покупал запрещенные, как указывает месье Славуцкий, пластинки с джазовыми композициями Эллы Фицжеральд, Луи Армстронга, Дюка Эллингтона, Бенни Гудмана, Гленна Миллера и др.

Конечно же, никакого такого запрета на джаз не было. Да, кому-то (в том числе и властью облечённым людям) он не нравился, как сейчас многим не нравится отечественная попса. Да, на джаз рисовали карикатуры и писали о нем фельетоны. Но с момента появления в Советской России (джаз-бэнд В. Парнаха — 1922 г.) джаз никогда не запрещали, джаз-оркестры А. Цсфасмана и Л. Утёсова пользовались огромной популярностью в 20–30-е годы, а после войны в стране появились сотни джазовых коллективов, большинство из которых вполне успешно концертировали все советские годы…

Антикоммунистическая амнезия — болезнь коварная: страдающие этим недугом часто попадают в неловкое и даже смешное положение.

В Москве довольно известен Евгений Бунимович — учитель математики, поэт, журналист и к тому же многолетний депутат Мосгордумы. В общем, разносторонне одарен и образован. Но заражен вирусом антикоммунизма и потому, впадая в антисоветскую риторику, теряет память. Так, в февральском номере «Новой газеты» за 1998 г. Е. Бунимович по поводу гимна Советского Союза негодовал: «Меня умиляют ностальгические рассуждения о Союзе нерушимом Александрова — Михалкова, о том, что этот гимн помнили и пели Краснознаменным хором. Пусть хоть подождут, пока вымрут свидетели, а потом уже принимаются за легенды и мифы».

В припадке антисоветизма Бунимович запамятовал, что годом раньше в той же «Новой газете» по тому же поводу, но нечто совсем противоположное написал писатель Эдуард Успенский. Причём, если Бунимович гневно выразил своё мнение, то Успенский описал реальный факт — концерт «неофициальной» песни, состоявшийся в 1996 г. в Политехническом музее. Но представим слово самому писателю. Вот что он пишет: «…я говорю: „Дорогие друзья! Смотрите как здорово получается! Эти песни никогда не издавались, не записывались, а вы их поёте. А заставь вас сейчас спеть гимн Советского Союза, и не сможете…“. Зал говорит: „Сможем!“ Я говорю: „Не сможете!“ Зал говорит: „Сможем!“ Я говорю: „Хорошо! Пойте! Только пойте стоя!“ Зал встал! И вот когда встал этот зал, пять гитаристов и фортепиано как заиграли „Союз нерушимый…“: запели! Стоит эта громада и поёт, гордо, красиво поёт, лица светлые! Спели первый куплет, спели припев „Славься, Отечество…“ Я говорю: „Спасибо. Я проиграл!..“».

* * *

У Владимира Познера другие проблемы с памятью. Антикоммунизм лишил его базовых знаний логики и социологии. Поэтому в его телепрограммах сплошь и рядом встречаются безграмотные и ложные суждения. Так, одну из своих передач «Мы» он назвал так: «Что мы выбираем: российскую свободу или советский порядок?» В продырявленной антикоммунизмом памяти «телеакадемика» не сохранилось знание элементарного правила логических рассуждений: понятия, имеющие разный объем и содержание (а понятия «свобода» и «порядок» различны по объему и содержанию) в аспекте выбора не сопоставимы. Вопрос, вынесённый в название передачи, так же абсурден, как и вопрос: «Что мы для жизни выбираем — воздух или воду?»

Вопиюще некорректен и вопрос, заданный Познером в начале программы «Времена», посвященной Великой Отечественной войне (3 апреля 2005 года): «Кто победил: Сталин или народ?» Вопрос этот так же глуп и бестактен, как вопрос, задаваемый недалекими людьми детям: «Кого ты больше любишь: маму или папу?»

Не помнит В. Познер и базовый принцип процедур экспертного оценивания — принцип симметрии: если есть антагонистические мнения по обсуждаемому вопросу, то они должны быть равно представлены. В программах В. Познера этот принцип не соблюдается. Так, в программе «Времена» от 25 января 2004 г., посвященной В. И. Ленину, его роли в истории России, участвовали академик, президент международного фонда «Демократия» А. Н. Яковлев, художественный руководитель театра им. Ленинского комсомола М. А. Захаров, историк и писатель Р. А. Медведев, профессор С. Г. Кара-Мурза и писатель В. В. Ерофеев. Из этих пяти человек четверо — антикоммунисты и антиленинцы и только С. Г. Кара-Мурза выступал в защиту В. И. Ленина. Соотношение мнений экспертов 4:1 — при таком соотношении говорить об объективности обсуждения не приходится. Это пропаганда, а не аналитика.[54]

Ну и совсем уж нелепы и смешны сентенции В. Познера по поводу негативного имиджа у нашей страны за рубежом в интервью еженедельнику «Аргументы и факты» (№ 14, 2009 г.).

Нелепа и безграмотна его характеристика православной церкви как нетолерантиой. Всё наоборот — православная церковь во все времена была терпима к другим религиозным конфессиям. Она, в отличие от католической церкви, никогда не вела религиозных войн, не организовывала крестовых походов на иноверцев, не сжигала на кострах инквизиции сотен тысяч инакомыслящих.

Смешны потуги В. Познера объяснить негативный имидж России за рубежом ее сохраняющейся «советскостью». Он так и говорит «Россия — это всё ещё советская страна. Ведь люди, которые управляют страной на разных уровнях, ходили в советскую школу, были пионерами, комсомольцами, коммунистами. Они были сформированы совсем другим обществом. И пока они живы, глубинных психологических изменений не будет». Это полная чушь: страну уважали и ей подражали именно тогда, когда она была советской. Я в те годы бывал в различных зарубежных странах и в целом везде чувствовал дружелюбное, уважительное отношение к СССР и его людям.

Печально, что человек с таким мусором в голове много лет властвует на российском телевидении.

* * *

Антикоммунистическая зараза не обошла стороной и российские научные круги. Вирус антикоммунизма не только лишает ученых способности к системному мышлению, но и стирает в их памяти даже простейшие научно-методологические знания. Прежде всего, поражает методологическая беспомощность антикоммунистов с учеными степенями и званиями в оценке событий, явлений и процессов советской эпохи. Такое создается впечатление, что они вообще не имеют представления о логике оценивания, о процедурах выбора адекватных критериев и показателей оценки.

Выше уже был обсужден ряд примеров утраты профессиональных знаний учеными «антикоммунистической ориентации». В предыдущих главах показано, что дремучее методологическое невежество проявили академики РАН Н. П. Шмелев, А. Г. Аганбегян и доктор философских наук А. С. Ципко (при «обосновании» избытка тракторов и комбайнов в СССР), доктора экономических наук Отто Лацис и Егор Гайдар (при «доказательствах» неэффективности колхозно-совхозного строя), доктор исторических наук И. В. Бестужев-Лада (при «определении» причин индустриализации страны), доктор экономических наук Г. Х. Попов (при «оценках» начала Великой Отечественной войны, роли в ней ленд-лиза, сталинской «экспансии социализма» и «бесчинств» советских солдат в Германии), доктор филологических наук Б. В. Соколов (при «расчетах» соотношения потерь Красной Армии и вермахта на советско-германском фронте), доктора исторических наук В. А Тишкова (при сравнении жизни в СССР и в ельцинской России), доктор экономических наук А. В. Улюкаев (при восхвалении частной собственности).

Как видите, антикоммунистический вирус более всего поразил представителей общественных наук, главным образом экономистов и историков.[55] Это свидетельствует о тяжелом методологическом кризисе, в котором находятся эти науки.

Красноречивыми свидетельствами катастрофически низкого научного уровня официальной исторической науки стали скандальное обращение института истории РАН по поводу выноса тела Ленина из Мавзолея и участие представителей этого института в телепроекте «Имя России». В рамках последнего проводились различные ток-шоу, в том числе и о Сталине. В этом ток-шоу удручающее впечатление произвела речь директора Института российской истории РАН член-корреспондента РАН А. Н. Сахарова. В ней не было даже попытки научного анализа деятельности Сталина, определения показателей и критериев оценки его роли в истории страны, осмысления результатов сталинской эпохи. Такое впечатление, что А. Сахарову неведомы ни методология системного анализа, ни методы квалиметрии. Это была речь не ученого, а идеологического работника, причём невысокой квалификации. Странновато звучали в устах члена-корреспондента РАН чисто идеологические клише о том, что Сталин создал нежизнеспособную систему, убрал своих соратников и т. д. И уж совсем недопустимо для учёного искажение смысла высказываний исторических личностей. А. Н. Сахаров, ссылаясь на книгу Лиона Фейхтвангера «Москва. 1937», заявил, что Сталин якобы с презрением относился к народу. Ничего подобного в книге Лиона Фейхтвангера нет.

* * *

На рубеже 80-х — 90-х годов прошлого века «продвинутая» общественность увлеченно обличала пороки советской власти. На этой ниве усердствовали диссиденты, «шестидесятники» и многие «мастера культуры». Обличители при этом характеризовались как образцы высокой нравственности. Вот, например, что писал о диссидентах энциклопедический словарь «Политология»: «Общая численность диссидентов в СССР не превышала 2 тыс. человек. Но их роль в общественной жизни страны благодаря гражданскому мужеству, нравственной чистоте и интеллектуальному богатству многократно превосходила их количество. Деятельность диссидентов по формированию и сохранению общественных идеалов, общечеловеческих ценностей и демократических принципов приближала и подготавливала переход СССР и союзных с ним государств от тоталитаризма к демократии».

Не менее «белым и пушистым» был имидж у антисоветских «мастеров культуры». Но к концу 90-х годов ситуация изменилась: благостный образ диссидентов, шестидесятников и в целом «творческой интеллегенции» оказался галлюцинацией.

Во-первых, с лубочных образов диссидентов и антисоветской «творческой интеллигенции» слезла позолота, и миру явилась их весьма гнусная сущность. Оказалось, что мнение о «нравственной чистоте» и «интеллектуальном богатстве» диссидентов и правозащитников сильно преувеличено: они за редким исключением озабочены защитой исключительно своих прав, а на права и интересы миллионов россиян им глубоко плевать.

Поразили общество своими безнравственными и даже подлыми поступками «мастера культуры». В октябре 1993 года они призвали Ельцина «раздавить гадину» — законно избранный Верховный Совет (тогда кумир шестидесятников Булат Окуджава потряс всех тем, что не только одобрил ельцинский расстрел парламента, но и наслаждался им), а 42 «литератора» (в том числе «властители дум» нескольких поколений: писатели Алесь Адамович, Виктор Астафьев, Григорий Бакланов, Борис Васильев и Даниил Гранин, поэты Белла Ахмадулина, Юрий Давыдов, Андрей Дементьев, Булат Окуджава и Роберт Рождественский) подписали обращение к Ельцину, в котором назвали защитников Верховного Совета негодяями, убийцами, фашистами и с жандармским рвением потребовали запретить коммунистическую партию и ряд изданий, в том числе «Правду» и «Советскую Россию».[56] Александр Зиновьев справедливо заметил, что это обращение «не имело прецедентов по подлости, жестокости и цинизму», а его «подписантов» и по сей день в обществе поминают есенинскими строками: «Он малый свой талант покрыл большим позором».

В период президентских выборов 1996 года многие «мастера культуры» просто заходились в антисоветской истерике. Известный кинодеятель Виктор Мережко заверял в специально выпущенной антикоммунистической мерзкой газетенке «Не дай бог!», что готов ради ельцинской свободы голодать.[57]

Во-вторых, «реформы», за которые так рьяно ратовала «творческая интеллигенция», дали чудовищные результаты.

Катастрофически снизились объёмы промышленного производства и сельского хозяйства. В развалины превратился научный и производственный потенциал государства. Некоторые важные отрасли промышленности перестали существовать. Страна потеряла продовольственную безопасность.

Жизненный уровень подавляющего большинства населения резко упал в результате многократного ограбления в ходе «шоковой терапии», приватизации, деятельности финансовых пирамид, ликвидации социальных льгот. Появились миллионы бомжей, безработных, беженцев. Началось и продолжается вымирание народа, страна за годы реформ потеряла более 10 млн. граждан.

В нравственном отношении общество беспрецедентно деградировало: заметно возросло количество преступлений: по сравнению с советскими временами число убийств увеличилось в 2 раза, грабежей и разбоев — в 3 раза, а преступлений, связанных с оборотом наркотиков — в 11 раз. Резко вырос алкоголизм среди потерявшего нравственные ориентиры населения. Особенно этот порок разросся в разрушенном «реформами» селе. Невиданные масштабы приняло взяточничество. Коррупция пронизала все стороны жизни. В стране появились сотни тысяч беспризорных детей — явление, полностью искорененное советской властью. Возникли и укрепились немыслимые в СССР проституция, сутенерство, рэкет, торговля людьми и рабство. Ложь, наглость и хамство перестали считаться пороками. День и ночь растлевают молодежь телевидение и печатные СМИ. Выросли целые поколения не тронутых нравственностью маугли, которым все «по барабану», кроме развлечений и наслаждений.

Во всех этих катастрофах, разрушениях, бедах и страданиях народа есть большая доля вины диссидентов, «шестидесятников» и прочей «творческой интеллигенции». Казалось бы, глядя на дела рук своих, они должны бы ужаснуться, примолкнуть и затаиться. Казалось бы, они должны понять, что никто их тех, кто способствовал разрушению Советского Союза и поддержал «реформы», не имеет права претендовать на звание «нравственного ориентира нации» (а тем более на звание «совести нации»).

Но нет. Ничего не поняли ослепленные антисоветизмом «мастера культуры».[58] Снова и снова на телевидении и в печати они беззастенчиво славословят себя, устраивают пышные юбилейные торжества с фанфарами и фейверками и раздают друг другу бесчисленные премии, призы и титулы. И исступленно клянут все советское.[59]

Не стыдятся своих поступков «подписанты» и «поддержанты»: из всех «подписантов», говорят, только Юрий Давыдов выразил сожаление о том своем поступке. А остальные, видимо, так и не считают, что совершили подлость: как ни в чем не бывало, долгое время рассуждал о нравственности в телепередаче «Народ хочет знать» поэт Андрей Дементьев, поучает телезрителей и читателей Даниил Гранин, Белла Ахмадулина совершенно спокойно, не краснея, заявляет: «Я никогда не делала ничего плохого — не писала плохо, не переводила плохо и не вела себя плохо, хотя была в очень трудных ситуациях» («Новый Регион — Культура», 10.04.2007).

Что у них с совестью? Им бы хором да в монастырь — замаливать грехи перед народом, — а они опять не слезают с телеэкранов, раздают пышущие ненавистью ко всему советскому интервью и скулят, скулят, скулят: «проклятая советская власть мне недодала», «меня зажимали», «мне не давали», «мне запрещали», «меня не выпускали» — и все «мне», да «мне».

* * *

После беспрецедентных провалов в экономике в активе российских «реформаторов» остался лишь один козырь — свобода слова. О ней как об огромном завоевании непрестанно говорят демократы всех мастей. При каждом удобном случае ее поминают в средствах массовой информации, она называется «чуть ли не единственным достижением нашего общества в итоге последних крупных перемен» и даже Горбачева и Ельцина оправдывают тем, что «они дали нам свободу слова».

В действительности никакого такого «завоевания» и «достижения» нет — это стойкая галлюцинация, возникшая в результате двойной подмены понятий. Во-первых, понятие «свобода слова» заменено более узким понятием «свобода политического слова», а, во-вторых, под «свободой политического слова» понимается лишь возможность свободно критиковать власть. Между тем понятие «свобода слова» гораздо шире такого толкования. Энциклопедический юридический словарь определяет свободу слова как «возможность публично (устно, письменно, с использованием средств массовой информации) выражать свое мнение (мысли)». В любом обществе граждане выражают свое мнение в трех сферах жизнедеятельности:

бытовой;

трудовой (деловой);

общественно-политической.

Возможность свободно высказаться в быту касается всех и каждого— этим правом пользуются 100 % граждан России. Теоретически возможности высказать свое мнение в быту как в России советской, так и в России «демократической» одинаковы — законами РСФСР и РФ запрещено использование свободы слова в быту для клеветы, оскорбления (ст. 130, 131 УК РСФСР и ст. 129, 130 УК РФ) и нецензурной брани (ст. 158 Кодекса об административных нарушениях). Но практически бытовая свобода слова в современной России уменьшилась по сравнению с РСФСР. Объясняется это кардинальными изменениями в общении людей. Во-первых, намного сузилась сфера неконфликтного общения людей в быту. Не только политика и экономика, но даже темы искусства — ранее комфортной области общения — стали конфликтными. Годы «реформ» разделили людей, в том числе и по отношению к «творческой интеллигенции». Для одной части общества Олег Табаков и Олег Басилашвили, Марк Захаров и Эльдар Рязанов, Евгений Евтушенко и Василий Аксенов, Геннадий Хазанов и Михаил Жванецкий и еще многие им подобные «мастера культуры» являются по-прежнему элитой страны. Но другая часть общества считает их «озверевшими в эгоизме» (эпитет известного диссидента Вадима Белоцерковского) ничтожествами и относится к ним соответственно— с брезгливостью и презрением. Во-вторых, резко упал уровень общения. Он стремительно приближается к пещерному: словарный запас общения у многих ограничен, как у Эллочки-людоедки, двумя десятками слов, половина из которых матерные. В-третьих, катастрофически ухудшился стиль общения. Трудная жизнь, безысходность, вечная борьба за существование, неуверенность в завтрашнем дне, с одной стороны, и непрерывный показ зарубежных и отечественных фильмов и сериалов с убогим, агрессивно-истерическим стилем общения их героев, с другой стороны, сделали общение наших соотечественников в быту взрывоопасным. Наконец, в-четвертых, уменьшилась потребность в общении. Прогрессирующее одичание общества, появление на улицах большого числа бомжей, нищих, наркоманов, беспризорников, мигрантов, гастарбайтеров, психически неуравновешенных людей, растущая бытовая преступность, когда обыденными стали насилие, увечья и даже убийства «на почве неприязненных отношений», а также многолетняя настойчивая пропаганда в СМИ людоедского западного индивидуализма привели к тому, что люди стали избегать общения.

Печальный результат всех перечисленных изменений общения в быту: оно из открытого и желанного превратилось в угрюмое и настороженное. Сейчас люди просто боятся высказывать свое мнение во многих бытовых ситуациях. Давно уже не слышно в общественных местах замечаний хамам, грубиянам и сквернословам: все опасаются «неадекватной» реакции. Зато нецензурная брань, не получая отпора, быстро распространилась в обществе: она постепенно перестала считаться неприличной, получила благозвучное название «ненормативная лексика» и теперь слышна в транспорте, в магазинах, на улице — везде. Фактически за годы «реформ» свобода слова в быту выродилась в свободу матерного слова.

* * *

Свобода слова в трудовых коллективах. Возможность свободно выражать свое мнение в деловой сфере жизнедеятельности (это затрагивает 66 млн. человек, занятых в экономике, т. е. 45 % населения страны) у трудящихся современной России даже теоретически меньше, чем у советских рабочих и служащих. Данные табл. 5.1. показывают, что сейчас у работников существенно ограничены возможности критики своих руководителей. Теперь, во-первых, начальник ничем не рискует, преследуя несговорчивого работника, — закон уже такого работника не защищает, а, во-вторых, по нынешнему Трудовому кодексу, работодатели имеют гораздо больше возможностей для увольнения неугодных подчинённых.

Таблица 5.1. Юридическая защита свободы слова в трудовых коллективах

Юридические меры Законодательство РСФСР Законодательство РФ
Уголовная ответственность должностных лиц за преследование за критику Конституция РСФСР, ст.47 /9/, УК РСФСР, ст. 139/6/ Не предусмотрена
Уголовная ответственность должностных лиц за незаконное увольнение работника из личных побуждений УК РСФСР, ст. 138 Не предусмотрена
Уголовная ответственность за воспрепятствование законной деятельности профсоюзов УК РСФСР, ст. 137 Не предусмотрена
Запрещение увольнения работника без согласия профсоюзного органа КЗоТ РСФСР, ст.35 /10/ Не предусмотрено *

* В Трудовом Кодексе РФ статьей 85 при увольнении работника по некоторым основаниям предусмотрен учет мотивированного мнения профсоюзного органа. Но эта норма не носит обязательного характера для работодателя.

На практике дело обстоит еще хуже. Если в Советском Союзе каждый работник имел четыре степени защиты от произвола работодателей — его защищал закон, профсоюз, партийная (комсомольская) организация и отсутствие безработицы в стране, — то сейчас в государственных учреждениях осталось две степени защиты (закон и профсоюз), а в большинстве частных предприятий работников защищает только закон, да и то в урезанном виде. Более того, в ежегодных докладах о соблюдении прав человека и гражданина в Российской Федерации отмечается растущее число нарушений законных прав работников при найме и увольнении, игнорирование требований Трудового Кодекса РФ.

Время от времени факты бесправного положения наемных работников возмущенно (но безрезультатно) обсуждаются в СМИ. Корреспондент «Новой газеты» Елена Иваницкая некоторое время поработала корректором в одном из гламурных журналов. Вот ее впечатления о нравах в редакции этого журнала: «Руководство неусыпно следило, чтобы сотрудники не занимались ничем посторонним. И не переговаривались. Вообще. Ни о чем. Даже о текущих рабочих вопросах… Разумеется, и к редакционному телефону, и к собственному мобильному разрешалось прикасаться только по редакционным делам. Было одно исключение: сотрудница с маленьким ребенком получила по специальному заявлению персональное позволение один раз в день позвонить домой и задать один вопрос: все ли в порядке. „Only this question“».

О диких порядках, процветающих на модной московской радиостанции «Серебряный дождь», рассказала в своем интернетовском блоге бывшая сотрудница этой радиостанции, а Андрей Манчук их кратко описал и прокомментировал в статье «Офисный концлагерь»: «Утро работников этого московского офиса обычно начинается со штрафа за опоздание согласно специальному тарифу — один доллар за минуту задержки. При этом начальство не добавляет своим сотрудникам ни копейки за часы сверхурочной работы. Зато штрафует буквально за всё. Например — за включённый свет на рабочем месте. В ясную погоду секретари радиостанции обязаны немедленно отключать свет во всём офисном здании. Штраф за нарушение этого драконовского правила составляет десять долларов, и некоторые работники подвергаются ему почти каждый день — поскольку в офисе довольно темно, и люди „подпольно“ включают у себя лампочки, не желая окончательно загубить зрение.

Точно такой же десятидолларовый штраф полагается тем, кто пытается пронести к себе на работу хоть какую-нибудь еду — вплоть до банки кофе и упаковки сахара. Вместо этого работникам предложено покупать напитки в офисном автомате, цены в котором в два раза превышают среднегородские. Нельзя пользоваться и свежей водой в кулере — она предназначена только для гостей офиса. За нарушителями следят многочисленные видеокамеры — на них начальство не экономит.

Беспощадные штрафы карают и тех, кто долго сидит в курилке, и даже того, кто больше положенного задержался в туалетной кабинке. В этом случае весь коллектив офиса слушает по радио голос Дмитрия Савицкого — директора и собственника радиостанции, который самолично объявляет по внутреннему радио фразы вроде: „Мария, вернитесь из туалета на свое рабочее место!“.

Желая поговорить с подчинёнными, директор сзывает их ударами большого гонга, а затем обращается к сотрудникам сверху вниз, со специального балкона, откуда он по обыкновению наблюдает за работой коллектива — как будто барин с крыльца господского дома. „В нашем офисе не ходят, а бегают!“, — заявляет этот новый рабовладелец. Ему ничего не стоит вернуть за дверь своего секретаря, если она недостаточно быстро доставила ему факс, чтобы девушка принесла бумажку еще раз — на этот раз бегом. А матерное обращение в адрес подчиненных, которые регулярно позволял себе директор, вообще стало притчей во языцех среди его „крепостных“.

…В нашей стране существует множество компаний, работники которых ходят в туалет строго по графику, а в начале рабочего дня сдают охране свой мобильный телефон и другие личные вещи. В одном из московских супермаркетов на шестерых работников приходится четверо надзирателей — не меньше, чем на зоне. В конце каждого месяца служба охраны проверяет все звонки с корпоративных телефонов своих сотрудников, чтобы оштрафовать их за „личные“ разговоры…»

Надо сказать, работники частных да и многих государственных учреждений и предприятий против дискриминационных условий найма и увольнения не протестуют, молчаливо переносят произвол работодателей. И это неудивительно, поскольку в стране существует безработица. А при безработице свобода слова в трудовых коллективах в принципе невозможна. Её нет и не может быть, в том числе и в трудовых коллективах благополучных «цивилизованных» и «демократических» стран Запада. По этому поводу Владимир Максимов в статье «Янки, убирайтесь домой», заметил: «Одна моя знакомая американка очень точно определила суть ее собственной демократии: „Я знаю множество моих соотечественников, которые постоянно и резко критикуют президента и правительство нашей страны, но я, сколько себя помню, не встретила ни одного, кто бы осмелился критиковать своего прямого начальника“». Поэтому когда сладкоголосый «российский американец» (или «американский россиянец»?) В. Познер внушает: «В СССР мы не могли критиковать правительство — теперь свободно можем», помните, что одновременно с приобретением права критиковать правительство вы теряете право критиковать своих начальников. В рыночной (капиталистической) экономике право на критику имеют лишь хозяева и начальники, т. е. свобода слова в трудовых коллективах сохраняется только у работодателей (их в нашей стране около 1 млн. человек — 0,6 % от численности населения).

* * *

Свобода слова в общественно-политической жизни. И, наконец, сфера общественно-политическая. Казалось бы, уж тут-то свободы слова — через край. Но при ближайшем рассмотрении оказывается, что все не так уж радужно. Даже юридически. Приведенные в табл. 5.2 данные говорят о том, что в современной России конституционных ограничений на свободу выражения общественно-политических мнений больше, чем было в РСФСР.

Таблица 5.2. Ограничения свободы слова в общественно-политической жизни

Запрещается использование свободы слова Законодательство РСФСР Законодательство РФ
Для возбуждения национальной ненависти и розни (вражды) Конституция РСФСР, ст.34, УК РСФСР, ст.74 Конституция РФ, ст.29, УК РФ, ст. 282
Для возбуждения расовой ненависти и розни (вражды) Конституция РСФСР, ст.34, УК РСФСР, ст.74 Конституция РФ, ст. 29, УК РФ, ст.282
Для возбуждения религиозной ненависти и розни (вражды) Конституция РСФСР, ст.50, УК РСФСР, ст.74 Конституция РФ, ст.29, УК РФ, ст.282
Для возбуждения социальной ненависти и розни (вражды) Не предусмотрено Конституция РФ, ст. 29, УК РФ, ст.282

По Конституции РФ, а теперь и в соответствии со ст. 282 Уголовного кодекса РФ, запрещается разжигание не только расовой, национальной, религиозной, но и социальной вражды.[60]

А понятие «социальная вражда» очень растяжимое. Наше негативное отношение к таким «социальным группам», как, скажем, рэкетиры или наркоторговцы, тоже ведь может трактоваться как «социальная вражда». А уж что касается чиновников, банкиров и олигархов, то их ст. 282 УК РФ, по существу, запрещает критиковать. По судам затаскают. И прецеденты уже есть. В весенней выборной кампании (февраль-март) 2007 г. в г. Инте (Республика Коми) представители «Единой России» подали жалобу в суд на 13 кандидатов в городское Законодательное собрание, требуя отстранить их от участия в выборах за разжигание социальной розни — «провинившиеся» кандидаты публично протестовали против передачи республиканским руководством городской птицефабрики в собственность сомнительным личностям.

Реально выразить своё мнение по политическим вопросам каждый человек может либо на собраниях и митингах, либо в средствах массовой информации. Что касается собраний и митингов, то эйфория от возможности говорить там все, что угодно, давно прошла. Сейчас уже всем ясно, что «митинговая» свобода слова ничуть не лучше «кухонной». И та, и другая лишь «спускают пар», но не дают никакого эффекта. Их отличие состоит только в размере аудитории: на кухне вас слышат несколько человек, а на митинге — несколько десятков (в лучшем случае несколько сотен) человек.

Другое дело — средства массовой информации. Их часто называют «четвертой властью». И это справедливо. Телевидение, радио, пресса — это действительно власть. Еще задолго до президентской кампании 1996 г. один из высокопоставленных чиновников телевидения как-то в порыве откровенности сказал: «…если мы захотим, то следующим президентом России будет компания „Проктер энд Гэмбл“». Мощь СМИ отметил Станислав Говорухин в интервью «Аргументам и фактам»: «За большие деньги с помощью СМИ можно за один месяц из обычного человека сделать кого угодно. Вот Ельцин пошел на выборы в 1996 году, когда рейтинг доверия у него был 2–3 процента. Но он победил. Потому что за 2 месяца газеты, радио и телевидение совершили чудо. Наши СМИ за большие гонорары могут за минимальные сроки сделать из какого-нибудь киндер-сюрприза значимую персону». Действительно, в периоды выборов «четвертая власть» уже неоднократно и наглядно продемонстрировала свою силу, «оказывая определяющее воздействие на деятельность, поведение людей» (определение власти по Энциклопедическому словарю) с помощью информационного насилия — наиболее действенного из всех видов насилия.

Если СМИ — власть, то, во-первых, какова легитимность этой власти, во-вторых, перед кем она ответственна и, в-третьих, интересы какой части общества она отражает и защищает?

С легитимностью у «четвертой власти» плохо, в смысле ее нет. Эту власть не только никто не избирал демократическим путем, но и руководство большинства телеканалов, радиостанций и печатных СМИ никто из обладающих легитимностью не назначал. Таким образом, «четвертая власть» — власть самозваная.

Ещё хуже обстоит дело с ответственностью «четвёртой власти». Ни Конституция, ни Уголовный кодекс РФ, ни Закон «О средствах массовой информации» практически никакого контроля за деятельностью СМИ не предусматривают. А многочисленные безуспешные попытки хоть как-то ограничить произвол СМИ, типа закона о Высшем совете на телевидении и радиовещании, показали, что СМИ не допустят никакого постороннего общественного контроля за своей деятельностью. Сегодня «четвёртая власть» — власть ничем не ограниченная, т. е. диктаторская.

О том, чьи интересы отражают и защищают СМИ, откровенно как-то высказался Н. Сванидзе: он сообщил, что 90 % тележурналистов разделяют либеральные идеи гайдаровско-чубайсовской команды. Поскольку на всех последних выборах за эти идеи голосует 1–2 % участников, то выходит, что современные российские средства массовой информации отражают и защищают интересы ничтожного меньшинства населения.

Таким образом, российская «четвертая власть» представляет собой нелегитимную (самозванную) диктатуру отражающую и защищающую интересы ничтожного меньшинства населения страны.

А при диктатуре какая может быть свобода слова? Только подцензурная. Но, в отличие от прямолинейной советской цензуры (кстати, как сейчас выясняется, А. Н. Яковлев энд КО специально доводили ее до абсурда, чтобы, дискредитировать советскую власть, коммунистическую идею), цензура в современных СМИ существует в более тонких, неявных формах.[61] Можно выделить пять таких форм: цензура игнорированием, цензура дискредитацией, цензура нейтрализацией, цензура искажением и ложью и, наконец, цензура экономическая.

Цензура игнорированием. Мнения и взгляды, не соответствующие идеологическим установкам «четвертой власти», не получают права на существование в СМИ. Так, на декабрьских выборах 2007 г. за коммунистов проголосовали, по официальным данным, около 12 % участников. Если этот результат экстраполировать на всю страну и учесть, что за социалистическое будущее страны голосовали сторонники партий «Справедливая Россия» и «Патриоты России», то выходит, что коммунистические идеи разделяют не менее 15 млн. граждан России, но на телевидении не существует ни одной передачи, в которой не то чтобы пропагандировались, а хотя бы серьёзно обсуждались коммунистические идеи. Иными словами, значительная часть населения страны лишена возможности выражать и распространять свои политические взгляды на телевидении. В Советском Союзе тоже не было телепередач, пропагандирующих иной образ жизни, чем социалистический, но тогда против блока коммунистов и беспартийных (т. е. против коммунистических идей) голосовало 0,3 % участников выборов — около 600 тыс. человек. Это значит, что в современной России лишены права свободно высказывать и пропагандировать свои взгляды на телевидении в 25 раз больше людей, чем в Советском Союзе.

Впрочем, и люди некоммунистических взглядов, но негативно относящиеся к «либеральным реформаторам», отлучаются от СМИ. Знаменитый диссидент Владимир Максимов в последние годы своей жизни мог публиковать свои статьи только в оппозиционной «Правде». Недоступны большинство средств массовой информации для Валентина Распутина, Юрия Бондарева, Юрия Власова и для многих других инакомыслящих писателей и общественных деятелей. И даже огромные заслуги А. Солженицына в разрушении коммунистического строя, в уничтожении великого и гордого Советского Союза, в одичании и нравственной деградации народа не спасли его от изгнания с телевидения, как только он одно время стал говорить «не то».

Цензура дискредитацией. Арсенал средств, применяемых в СМИ для шельмования неугодных им идей, взглядов и людей велик и непрерывно пополняется. В течение многих лет специально смонтированными видеорядами, язвительно-пренебрежительными комментариями идет целенаправленная дискредитация советской эпохи, деятельности КПРФ. При этом тележурналисты подлость своих видеосюжетов объясняют тем, что они «лишь отражают действительность». Будто не знают они, что «отражение» зависит от позиции «отражателя». Еще в 20-е годы, когда практически существовало одно, и очень несовершенное, средство «отражения действительности» — фотография, — известный художник и фотограф Александр Родченко на просьбу сфотографировать здание спрашивал: «Вам как его снять: как дворец или как руины?»

Цензура нейтрализацией. Чаще всего этот тип цензуры применяется, когда СМИ не удается замолчать или проигнорировать какие-либо не нравящиеся им мнения. В таких случаях наряду с «идеологически невыдержанным» мнением зрителю (слушателю, читателю) предлагаются противоположные мнения, обычно в соотношении не менее 2:1. Если слово предоставлено Г. Зюганову, то за ним обязательно скажут что-нибудь противоположное Б. Грызлов и В. Жириновский или другая пара-тройка известных антисоветчиков.

Цензура искажением и ложью. Пожалуй, это самый распространенный в СМИ вид цензуры. Фальсификации и вранье приобрели на телевидении, радио, в прессе тотальный характер. Вырезает из своих передач «неправильные» мнения В. Познер, многократно занижают цифры участников оппозиционных митингов все каналы телевидения и т. д. и т. п. Особенно яростно лгут СМИ о советских временах. Например, за неделю с 5 по 9 марта 2007 г. в российских газетах с тиражом более 500 тыс. экз. о советском периоде не было опубликовано ни одного положительного материала, зато всяческих уничижительных и охаивающих статей и заметок — более 20. И это понятно. «Четвертой власти» нужно добиться, чтобы новые поколения граждан России ничего не знали о Советской стране, в которой люди жили дружно и достойно; не было безработицы, беженцев, нищих и беспризорных; воры и мошенники сидели в тюрьмах, а не в банках и офисах; престижными были профессии космонавта, ученого, врача, учителя, шахтера, металлурга, а не проститутки, киллера и спекулянта; в домах никто не ставил железных дверей, а милиционеры были приветливыми и ходили без автоматов. К сожалению, злобно-ядовитые усилия СМИ дают свои плоды: половина опрошенных детей рождения 1991 г. уже не знают, что такое СССР.

Цензура экономическая — наиболее эффективная форма неявной цензуры. Тиражи, а значит, и возможность влиять на общественное мнение у «демократических» и оппозиционных изданий несопоставимы. Суммарный тираж всех оппозиционных газет едва достигает 500 тыс. экз., тогда как только «Московский комсомолец» выпускается тиражом в 2,2 млн. экз., т. е. в 4 раза большим. А еще есть «Аргументы и факты» с тиражом более 3 млн. экз., «Комсомольская правда» (2 млн. экз.), «Аргументы неделi» (около 600 тыс. экз.), «Российская газета» (около 300 тыс. экз.) и множество изданий с тиражами от 50 тыс. до 200 тыс. экз. Мощные источники финансирования — отечественные и западные — позволяют «демократическим» изданиям безбедно существовать даже при незначительных тиражах. Тираж, например, «Независимой газеты» всего 40 тыс. экз., но выходит она шесть раз в неделю и на 16 страницах. Оппозиционные газеты такого себе позволить не могут: самая мощная из них — «Советская Россия» — при тираже в шесть раз большем (300 тыс. экз.) выходит три раза в неделю с максимальным объемом в 8 страниц (обычно только в четверг). Еще мощнее пресс экономической цензуры на телевидении и радиовещании: радио- и телеэфир полностью контролируются антисоветчиками.[62]

В совокупности действенность перечисленных форм скрытой цензуры такова, что разговор о свободе слова в СМИ просто беспредметен. Она существует только для лиц, «идеологически близких» власти и либеральным «реформаторам». Эти лица и мелькают постоянно на телеэкране, что-то бормочут в радиоэфире, заполняют своими изображениями и интервью газеты и журналы. Вот для них, и только для них, свобода слова в последние годы увеличилась. Сколько их, этих счастливчиков? По самым оптимистичным оценкам — не более 500 тыс. человек, что составляет менее 0,4 % населения страны.

Итак, в период «реформ» свобода слова реально расширилась примерно для 1 % населения страны, а для остальных 99 % граждан России она уменьшилась. Другими словами, в Советской России свободой слова пользовалось большинство населения страны, а сейчас в России (впрочем, так же, как и в других «рыночных» странах) свобода слова существует лишь для мизерного меньшинства.

Часть 6. Россия и Запад

Журналистка «Новой газеты» Юлия Латынина как-то брякнула: «Советский Союз… всё время боролся против иностранной агрессии. Против этой агрессии он боролся и в процессе борьбы превратил страну в концлагерь, её граждан — в рабов, а экономику страны — в машину по производству товаров исключительно военного назначения».

Гавриил Попов в книге «Заметки о войне» пишет, что «сталинская экспансия социализма» «заставила демократические страны Запада начать „холодную“ войну для отражения сталинской агрессии…», т. е. «заключительный этап Отечественной войны Сталин сделал первым этапом уже новой, „холодной войны“, началом подготовки к третьей мировой войне…».

Это типичное для антикоммунистов выведение на первый план второстепенных факторов, игнорируя главные. Причины «холодной войны» лежат не в идеологической, как считает Попов, а в геополитической плоскости. Россия, независимо от ее политического устройства, была, есть и будет (если, конечно, не развалится на множество мелких государств, как давно уже объявлял Попов) геополитическим соперником Запада. Об этом откровенно заявляют влиятельные западные политики. Збигнев Бжезинский, например, пишет: «Россия… была повержена в титанической схватке, и сказать, что это был Советский Союз (а не Россия), который был повержен, — не что иное, как бегство от политической реальности. Советский Союз был исторической Россией, называемой Советским Союзом. Россия бросила вызов США и была побеждена…» А Генри Киссинджер в одном из интервью газете «Нью-Йорк таймс» подчеркнул, что в геополитической области Россия и США остаются противниками.

Практическая внешняя политика США убедительно это подтверждает: в течение последних пятнадцати лет вокруг России стараниями США постепенно создается двойное кольцо враждебных ей, но дружественных США государств. И этот процесс продолжается (замкнуть западную часть «санитарного кордона» вокруг России мешает А. Лукашенко, и только поэтому он — «диктатор», «узурпатор» и вообще «исчадие ада»). Впрочем, геополитическое соперничество США и России — явление нормальное. Другое дело — какую форму оно принимает: конфликтную или нет. В этом смысле во время войны и после нее у СССР геополитические интересы были ограничены, советское правительство было ориентировано на неконфронтационное соперничество с Западом, предпочитало разделение «сфер влияния» с западными державами конфликту с ними. СССР в процессе возникновения «холодной войны» играл пассивную роль.

«Заслуга» в возникновении «холодной войны» принадлежит западным странам. Отношение к СССР со стороны Англии и США в конце и сразу после войны становилось все более агрессивным и жестким, особенно после атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Атомное оружие сыграло особую роль в возникновении «холодной войны». Американская монополия на ядерное оружие являлась одной из причин могущества Соединенных Штатов. В те дни президент США Г. Трумэн заявил: «США сегодня — самая сильная держава, нет никого сильнее ее. Обладая такой силой, мы должны взять на себя ответственность и руководство миром». Поэтому США были твердо намерены диктовать свою волю другим странам. Впрочем, США это делали и в XIX веке, и сейчас — в XXI веке. Природа американского экспансионизма на протяжении всей истории США не изменилась. Возможные соперники, основным из которых после войны был Советский Союз, подвергались жесткой нейтрализации. По этому поводу известный американский политолог и историк Артур М. Шлезингер-младший в книге «Циклы американской истории» писал: «…Нации, стремившиеся защититься от американской агрессии, объявлялись угрожающими американской свободе. Отсюда война с Испанией, Первая и Вторая мировые войны, отсюда „холодная война“ (выделено мной. — В. Л.), отсюда война во Вьетнаме. Стремление к завоеванию мировых рынков, согласно тезису „открытых дверей“, объясняет все в американской внешней политике». Противодействие СССР в течение 1945–1946 гг. диктату со стороны США привело к официальному объявлению западными странами «холодной войны» с СССР. Это сделал У. Черчилль в речи «Мускулы мира», произнесенной им 5 марта 1946 г. в г. Фултон (штат Миссури, США). Черчиллю аплодировал сидевший в президиуме собрания президент США Г. Трумэн.

* * *

А теперь обратимся к нашему главному противнику на международной арене. Демократична ли Америка? Для антикоммунистов вопроса нет. Какие могут быть сомнения? Конечно же, США — оплот, светоч и эталон демократии. Но при ближайшем рассмотрении все это является обычной галлюцинацией.

Существует множество признаков, характеризующих «демократическое» государство (интернетовская энциклопедия — Википедия — перечисляет 24 таких признака). Но если исключить производные и второстепенные, то «демократическое» государство должно обладать тремя фундаментальными признаками:

свободными, честными, часто проводимыми выборами;

соблюдением гражданских прав человека;

свободой слова.

Со свободой слова мы уже разобрались: в капиталистических странах, в том числе и США, она в принципе невозможна. В отличие от СССР, где были ограничения свободы слова в мало кого волновавшей общественно-политической сфере, в США нет свободы слова в главной для человека сфере — трудовой.

Присмотримся теперь к положению дел в США и СССР с двумя оставшимися основополагающими признаками демократии.

Выборы в США проводятся часто. Но свободными их назвать можно лишь с большими оговорками, а честными их считать ну никак нельзя. Прежде всего, потому, что шансы на выбор в американские представительные органы власти могут иметь только люди, обладающие большими средствами для ведения избирательной кампании. Выборы в США (и не только в них) уже давно превратились в «забег денежных мешков» (например, затраты на проведение в ноябре 2006 г. выборов в Конгресс США составили около 2,6 миллиарда долл.). В результате членами Конгресса США становятся лица из высших и богатейших слоев американского общества. И именно интересы этих слоев населения США отражают конгрессмены. Интересы же большинства населения США отстаивать в Конгрессе некому: ни в Сенате, ни в Палате представителей нет представителей основных социальных групп: рабочих, фермеров, инженеров и т. д. Немудрено, что по данным журнала «US news and world report», 73 процента американцев считают, что их лидеры оторвались от жизни среднего американца, а опрос, проведенный совместно институтом Гэллапа, газетой «USA today» и CNN, выявил, что лишь 29 процентов американцев одобряют работу Конгресса. Большинство американцев уже давно разочаровались в выборах — на протяжении многих лет в выборах принимает участие не более 40 % американцев.

Таким образом, главный орган представительной власти в США — Конгресс — избирается меньшинством народа, а отражает интересы еще меньшей (богатой) части американского общества. Это не демократия, это — типичная олигархия.

В Советском Союзе ситуация была совсем иная: кандидаты в депутаты Верховного Совета СССР, во-первых, оценивались не по толщине их кошельков, а по реальным делам, а, во-вторых, выдвигались из всех основных социальных слоёв населении. Поэтому результаты выборов в Верховный Совет СССР были куда как более демократичными, чем результаты выборов в Конгресс США: например, в Верховный Совет СССР 8-го созыва (избран 14 июня 1970 г.) среди 1517 депутатов были избраны 481 рабочий (31,7 %) и 282 колхозника (18,6 %). Верховный Совет СССР такого социального состава, возможно, иногда действовал не лучшим образом, но он не допускал принятия законов, ущемляющих права трудящихся, т. е. большинства населения страны (чего нельзя сказать о нынешнем Федеральном собрании Российской Федерации).

Соблюдение гражданских прав человека в США. Посмотрим теперь, как соблюдаются в Америке гражданские права человека. Всеобщая декларация прав человека, принятая ООН в 1948 г., в 30 своих статьях перечисляет множество различных прав, но не ранжирует их по важности для человека. Впрочем, здравый смысл подсказывает, что человеку должны быть обеспечены гражданские права в следующей последовательности: сначала безопасность жизни, потом достойные условия жизни, а уж затем и другие права.

С безопасностью жизни людей в США плохо. Страна охвачена разгулом насилия. По данным министерства юстиции США, в 2004 году в стране было зарегистрировано более 5,18 млн. случаев насилия. Сравните — в СССР в 1990 г. (не самом благополучном для советской власти году) правонарушений, сопровождаемых насилием, было зарегистрировано 0,83 млн., т. е. в 6 раз меньше. Очень много преступлений в США связано с наличием в частном владении американцев большого количества огнестрельного оружия (чего в СССР никогда не допускалось). Согласно данным, опубликованным Бюро юридической статистики Министерства юстиции США, в 2004 году в США было зарегистрировано 339 200 преступлений, связанных с оружием, в том числе 11 300 убийств, 162 900 ограблений и 165 000 нападений. В докладе «Права человека США» российского Фонда исторической перспективы приведены примеры произвола полиции и других правоохранительных органов США в отношении рядовых американцев. Множество ошибок и посягательств на права людей совершает судебная система США. Известный лос-анджелесский адвокат в области уголовного права Марк Джерагос утверждает, что в США около 20 процентов приговоров выносится необоснованно.

Достойные условия жизни предполагают прежде всего достойную работу, достойное жилье и достойное медицинское обслуживание. Казалось бы, уж в этой части прав человека США являют собой образец. Антисоветчики, естественно, так и считают. Известный борец с КГБ Евгения Альбац в телячьем восторге пишет о США: «Страна, которую построили изгои Старого Света, стала не только самой мощной державой мира, но при этом сумела создать достойные условия жизни для своих сограждан».

На самом деле не всё так благостно. Работы — не то что достойной, а любой — не имеют миллионы американцев: согласно статистике министерства труда, в ноябре 2005 года число безработных в США составляло 7,6 миллиона, а уровень безработицы — 5 процентов. Кроме того, 3 млн. американцев по факту являются безработными, но таковыми не считаются, поскольку истёк их срок получения пособия по безработице. Ещё около 15 млн. чел. работают «по контракту» неполный рабочий день и не получают никаких льгот (отпусков, страхования по болезни, пенсий и т. д.). После крушения СССР усилилась эксплуатация трудящихся: за последние десять лет рабочая неделя в США удлинилась на 15 %, а средний ежегодный отпуск, предоставляемый американским рабочим и служащим, составляет сейчас лишь 10 дней.

Внутри трудовых коллективов в отношениях начальников к подчиненным господствует деспотизм. О том, что в западных трудовых коллективах демократии нет и в помине, писали еще знаменитые диссиденты-антисоветчики Владимир Максимов, Александр Зиновьев и Вадим Белоцерковский. И это понятно: как уже говорилось, при наличии безработицы демократии в трудовых коллективах в принципе быть не может.[63] Демократизм советских трудовых отношений — недостижимый идеал для американских наемных работников. Знакомый доктор наук уезжал в 1991 г. в США убежденным антикоммунистом, пять лет проработал там на высокооплачиваемой научной работе и вернулся в Россию в 1996 г. убежденным коммунистом. Основную роль в трансформации его взглядов сыграли царящие в США жестокость отношений подчинения, бесправие работников, их практически полная зависимость от работодателей.

В СССР среди начальников тоже хватало сволочей. Но на них была управа в лице народного контроля, профкомов, парткомов, райкомов, обкомов и так далее до Политбюро включительно. После перестройки рабовладельческие инстинкты, хамство и сволочизм части бывших советских начальников вырвались на волю, принимая иногда просто уродливые формы.

Высокий уровень безработицы и несправедливая система оплаты труда в США привели к массовому обнищанию населения: в 2004 году число официальных бедняков в США достигло 37 млн. чел., а в целом 42 % населения США живет в районе порога бедности. Удовлетворены же своей работой и условиями труда менее 20 % американцев.

Что касается достойного жилья, то и это право многим американцам не обеспечено — 14,4 млн. американских семей с низким уровнем дохода крайне нуждаются в улучшении жилищных условий. Проблема заключается в нехватке в США недорогого жилья. Около 3,5 млн. человек в США имеют опыт жизни на улице в течение длительного периода, из них 1,35 млн. — дети.

В Советском Союзе с жильем тоже всегда были трудности, но все граждане СССР имели право на бесплатное получение жилья, а в США этого нет. Чтобы иметь своё жильё средний американец вынужден брать крупный кредит в банке на 25–30 лет. Это изнуряющая кабала и вечный страх потерять работу, а значит, и жильё.

Медицинское обслуживание в США тоже не может быть названо достойным. Если в СССР медицинское обслуживание было гарантировано всем и бесплатно, то в США оно гарантировано только для тех, кто имеет медицинскую страховку. Но в 2004 году не были охвачены системой медицинского страхования 45,8 миллиона американцев, или 15,7 процента населения страны. Миллионы американцев просто не могут позволить себе пойти к врачу или провести курс лечения. По данным профессоров Дэвида Химмельштейна и Стеффи Вулхандлера (Медицинский журнал Новой Англии, 336, 1997 г.) в США без медицинской помощи ежегодно умирают почти сто тысяч человек. Галлюцинацией является и представление о высоком уровне медицинских услуг в США. В СССР качество медицинских услуг было выше. Известный детский врач Леонид Рошаль в интервью еженедельнику «Аргументы и факты» рассказывал: «Я посидел на приеме в Америке у участкового платного педиатра. Очень обаятельный человек. Приехал ко мне на потрясающей серебристой „БМВ“. Но я посмотрел, как всё организовано, какие рекомендации он дает пациентам… Ну клянусь вам, это советы нашего фельдшера!». На качественное медицинское обслуживание в США могут рассчитывать только очень состоятельные люди.

Итак, перечисленные выше основные гражданские права[64] реально обеспечиваются в США лишь сытому и имущему меньшинству, которое составляет не более 20 % населения страны. Это не демократия, это — типичная олигархия.

Таким образом, с точки зрения основополагающих признаков демократии — обеспечении свободы слова, соблюдения гражданских прав человека и обеспечении свободных и честных выборов — Советский Союз был государством демократическим, а США — страна сугубо олигархическая и деспотическая.[65]

* * *

Более подробно о признаках скатывания американской демократии к деспотизму пишет Наоми Вулф в статье «Путь Америки к фашизму» («The Guardian», 10 мая 2007 г.) перечисляет 10 признаков, характеризующих стремительное приобретение американской администрацией деспотических черт. Вот эти признаки с комментариями Наоми Вулфа.

Признак первый — создание устрашающего образа врага.

«После того, как 11 сентября 2001 г. нам нанесли жестокий удар, вся страна оказалась в состоянии шока. Менее полутора месяцев спустя, 26 октября 2001 г., Конгресс принял Закон о борьбе с терроризмом (Patriot Act)[66], фактически не имея возможности его обсудить — более того, многие утверждают, что парламентарии не успели даже толком прочесть законопроект. Нам сообщили, что страна переводится на „военные рельсы“, что мы ведем „глобальную войну“ против „всемирного халифата“, вознамерившегося „стереть с лица земли западную цивилизацию…“». Причем это свертывание гражданских свобод не имеет ограничения по времени.

Признак второй — создание системы тюрем, на которую не распространяется закон.

США создали такие тюрьмы — «Тюрьмы в Афганистане и Ираке, не говоря уже о Гуантанамо-бэй на Кубе, где заключенные подвергаются издевательствам, содержатся без ограничений по срокам и лишены доступа к нормальным судебным процедурам. Недавно Буш и его союзники в Конгрессе отказались разглашать информацию о так называемых „черных дырах“ — тайных тюрьмах, созданных ЦРУ по всему миру, куда бросают людей, похищенных прямо на улице… Из рассказов очевидцев, фотографий, видеоматериалов и документов государственных структур мы знаем, что люди — виновные и невиновные — подвергаются пыткам как в „официальных“ американских тюрьмах, так и в тех, чья деятельность никогда не расследовалась должным образом».

Признак третий — создание военизированных формирований из молодых сторонников, терроризирующих граждан.

«После 11 сентября для американских частных охранных предприятий наступил настоящий „золотой век“: администрация Буша отдала им на аутсорсинг ряд функций, традиционно выполнявшихся вооруженными силами. Наемники получают контракты на сотни миллиардов долларов, выполняя задачи, связанные с обеспечением безопасности внутри страны и за рубежом. Некоторые из этих „вольнонаемных специалистов“, работавшие в Ираке, обвиняются в пытках заключенных, запугивании журналистов и применении огнестрельного оружия против мирных иракцев. В соответствии с Приказом № 17, регламентирующим деятельность подобных „частных подрядчиков“, — его издал Пол Бремер (Paul Bremer), возглавлявший в свое время американскую оккупационную администрацию в Ираке — сотрудники частных охранных агентств освобождаются от уголовного преследования.

Вы скажете: ладно, Ирак — особый случай. Но это не так: после урагана „Катрина“ Министерство национальной безопасности наняло и отправило в Новый Орлеан сотни вооруженных сотрудников частных охранных агентств. Специалист по журналистским расследованиям Джереми Скэхилл (Jeremy Scahill) на условиях анонимности взял интервью у одного такого охранника, и тот признался, что в городе ему приходилось стрелять в невооруженных гражданских лиц. Этот эпизод связан с последствиями стихийного бедствия, но и бесконечная „война против террора“, которую ведет нынешняя администрация, создает возможность для того, чтобы в условиях чрезвычайной ситуации или кризиса отдать американские города на откуп подобным „частным наемным армиям“».

Признак четвёртый — организация слежки за гражданами.

«В 2005–2006 гг., когда Джеймс Райзен (James Risen) и Эрик Лихтблау (Eric Lichtblau) опубликовали в New York Times серию статей о тайной программе властей по прослушиванию телефонов граждан, „перлюстрации“ их электронных сообщений и отслеживанию международных денежных переводов, простым американцам стало ясно, что любой из них может оказаться „под колпаком“ у государства… подобная слежка обосновывается соображениями „национальной безопасности“; на деле же ее цель — обеспечить покорность граждан, препятствовать инакомыслию и независимой общественной деятельности».

Признак пятый — организация слежки за общественными организациями и их запугивание.

«По данным Американского союза за гражданские свободы (American Civil Liberties Union) спецслужбы внедряют своих агентов в тысячи антивоенных, экологических и иных общественных организаций. В секретной базе данных Пентагона среди 1500 „подозрительных инцидентов“ числится более 40 мирных антивоенных собраний, митингов и шествий, организованных американскими гражданами. Засекреченное Оперативное контрразведывательное управление (Counterintelligence Field Activity Agency) при Министерстве обороны собирает информацию об американских организациях, занимающихся вполне законной политической деятельностью: таким образом оно якобы выявляет „потенциальную угрозу терактов“. Недавно принятый закон — его прохождение прошло почти незамеченным— квалифицирует в качестве „терроризма“ некоторые виды общественной деятельности, например, акции в защиту прав животных. Таким образом, определение „терроризма“ постепенно расширяется, чтобы в него можно было включить политическую оппозицию».

Признак шестой — произвольные аресты и освобождения граждан.

«…В закрытом или „закрывающемся“ обществе непременно существует „черный список“ диссидентов и лидеров оппозиции: стоит туда попасть, и вы остаетесь в таком списке фактически навсегда. В 2004 г. американское Управление по обеспечению безопасности на транспорте подтвердило, что у него есть список пассажиров, которых службам безопасности аэропортов предписано, как минимум, подвергать тщательному обыску. И кто же оказался в этом списке? Две пожилые женщины-пацифистки из Сан-Франциско, либеральный политик сенатор Эдвард Кеннеди (Edward Kennedy), один из членов правительства Венесуэлы — его внесли туда после того, как президент этой страны раскритиковал Буша, и тысячи простых американских граждан.

Уолтер Ф. Мэрфи (Walter F. Murphy) — почетный профессор Принстонского университета, один из ведущих специалистов по конституционному праву в стране и автор классического труда „Конституционная демократия“ (Constitutional Democracy). Кроме того, в прошлом Мэрфи служил в морской пехоте, имеет ордена; да и по политическим взглядам не относится к либералам. Тем не менее 1 марта этого года его не пустили в самолет в аэропорту Ньюарка, „поскольку я включен в список лиц, неблагонадежных с точки зрения терроризма“. „Вы участвовали в каких-нибудь маршах сторонников мира? Мы многим запрещаем летать по этой причине“, — сказал ему служащий авиакомпании. „Я объяснил, — рассказывает Мэрфи, — что в таких маршах не участвовал, но в сентябре 2006 г. прочёл в Принстоне лекцию, — ее транслировали по телевидению и разместили в Интернете — в которой подверг резкой критике Джорджа Буша за допущенные им многочисленные нарушения Конституции“. „Этого достаточно“, — заметил служащий.

Американский гражданин Джеймс Йи (James Yee) был мусульманским военным священником в Гуантанамо; его обвинили в халатном обращении с секретными документами. Позднее обвинения против него были сняты, но он успел немало натерпеться от американского командования. Йи несколько раз арестовывали, а затем освобождали. И сегодня он испытывает на себе пристальное внимание властей. Другого американского гражданина, адвоката из Орегона Брэндона Мэйфилда (Brandon Mayfield) по ошибке сочли причастным к терроризму. Агенты спецслужб тайно проникли в его дом и конфисковали компьютер. Хотя Мэйфилд абсолютно невиновен, он до сих пор остается в „черном списке“».

Признак седьмой — запугивание «властителей дум».

«Сторонники Буша в законодательных собраниях нескольких штатов требуют от ректоров государственных университетов наказывать или увольнять преподавателей, критикующих нынешнюю администрацию. Что же касается государственных служащих, то администрация Буша пустила под откос карьеру одного военного юриста, выступавшего за право задержанных на справедливый суд, а один чиновник публично грозил юридическим фирмам, безвозмездно защищающим таких задержанных, что убедит их крупных корпоративных клиентов объявить этим компаниям бойкот.

А вот ещё один пример: женщина, работавшая в ЦРУ по контракту, написала в запароленном блоге, что „имитация утопления — это пытка“. Её лишили допуска к секретным материалам, необходимого для выполнения её служебных обязанностей».

Признак восьмой — организация контроля над прессой.

«По данным Комитета по защите журналистов (Committee to Protect Journalists), аресты представителей прессы в США достигли беспрецедентного масштаба: блогер из Сан-Франциско по имени Джош Вулф (Josh Wolf) — он мне не родственник, просто однофамилец — получил год тюрьмы за отказ передать властям видеозапись антивоенной демонстрации. Против репортера Грега Паласта (Greg Palast) Министерство национальной безопасности подало уголовный иск, обвинив в том, что он поставил под угрозу „важные объекты инфраструктуры“, снимая вместе с телепродюсером жертв урагана „Катрина“ в Луизиане. Кстати, Паласт — автор книги-бестселлера, в которой он критикует администрацию Буша.

Других репортеров и публицистов „наказывают“ иными методами. Джозеф Уилсон (Joseph Wilson) в авторской статье, напечатанной в New York Times, обвинил Буша, что тот втянул Америку в войну ложными утверждениями о покупке Саддамом Хусейном уранового концентрата в Нигере. В отместку администрация разгласила сведения о том, что его жена Валери Плейм (Valerie Plame) — агент ЦРУ, поставив тем самым крест на её карьере.

Однако судебное преследование или увольнение с работы не идут ни в какое сравнение с тем, как поступают американские власти с журналистами, пытающимися объективно освещать войну в Ираке. В распоряжении Комитета по защите журналистов имеются свидетельства о многочисленных случаях, когда американские военные угрожали применить оружие или открывали огонь по „неприкрепленным“ (т. е. независимым) репортерам и операторам самых разных СМИ — от „Аль-Джазиры“ до ВВС. И если рассказы сотрудников „Аль-Джазиры“ могут вызвать на Западе сомнения, то свидетельства других журналистов, например Кейт Эди (Kate Adie) из ВВС, нельзя не принять всерьез. В некоторых случаях журналисты получали ранения и даже погибали, как это случилось с Терри Ллойдом (Terry Lloyd) из ITN в 2003 г. Сотрудников CBS и Associated Press в Ираке американские военные задерживали и отправляли в свои пыточные застенки; представителям обоих СМИ не предъявили никаких доказательств вины их работников… Конечно, полностью „перекрывать кран“ новостей в сегодняшней Америке власти не будут — это попросту невозможно. Однако, как показали Фрэнк Рич (Frank Rich) и Сидни Блументаль (Sidney Blumenthal), отравить колодец информации, постоянно подмешивая в него ложь, им вполне по силам. И Белый дом уже управляет потоком ложной информации, которая обрушивается на нас с такой регулярностью, что отделить правду от неправды становится всё труднее… Когда граждане не могут отличить подлинную информацию от фальшивок, они все меньше требуют от власти отчета».

Признак девятый — представление инакомыслия в качестве синонима государственной измены.

Представление инакомыслия в качестве синонима государственной измены — «неизменный атрибут „закрывающегося“ общества; как и принятие законов, постепенно превращающих свободу слова в уголовно наказуемое преступление, и расширяющих толкование таких понятий, как „шпионаж“ и „предательство“. Когда Билл Келлер (Bill Keller), издатель New York Times, дал добро на публикацию статей Лихтблау и Райзена, президент Буш обвинил газету в разглашении секретной информации и назвал ее действия „позорными“, республиканцы в Конгрессе потребовали возбудить против Келлера уголовное дело о государственной измене, а правые обозреватели и издания на все лады твердили о совершенном им „предательстве“. Кое-кто из них, как отмечает Конэсон, не без злорадства напомнили читателям, что Закон о шпионаже предусматривает наказания вплоть до смертной казни.

…Большинство американцев не осознает, что с сентября прошлого года — когда Конгресс, ошибочно, опрометчиво принял Закон 2006 г. о „военных комиссиях“ — президент имеет право объявить любого гражданина США „неприятельским комбатантом“. Полномочия толковать понятие „неприятельский комбатант“ также предоставлены ему. Кроме того, президент может по собственному выбору делегировать любому представителю исполнительной власти право интерпретировать это понятие по собственному усмотрению, и, соответственно, арестовывать американцев. Даже если мы с вами — американские граждане, даже если позднее выяснится, что мы абсолютно невиновны в том, что он нам инкриминирует, он имеет все полномочия схватить нас хоть завтра, во время промежуточной посадки в аэропорту Ньюарка, или прямо в наших домах, переправить нас на военный корабль, превращённый в плавучую тюрьму, и держать там месяцами в изоляции в ожидании суда.

Мы, американские граждане, по крайней мере можем быть уверены, что рано или поздно нас ждет судебный процесс — по крайней мере, сейчас. Однако юристы из общественной организации Центр по конституционным правам (Center for Constitutional Rights), утверждают, что администрация Буша все энергичнее ищет способы обойти неотъемлемое право американских граждан на справедливый суд. „Неприятельский комбатант“— это категория, не связанная с конкретным преступлением; более того, чтобы в нее попасть, вообще не обязательно совершить нечто противозаконное. „Мы, несомненно, перешли к системе превентивного заключения по принципу — сдается нам, что у вас что-то плохое на уме, а значит, вы можете совершить что-то плохое, поэтому мы заранее отправим вас за решетку“, — отмечает пресс-секретарь Центра по конституционным правам».

Признак десятый — сосредоточение всей власти в своих руках.

«В этом году в нашей стране был принят „Закон Джона Уорнера“ о полномочиях в сфере обороны (The John Warner Defense Authorization Act), дающий президенту новые права распоряжаться национальной гвардией… New York Times в передовой статье забила тревогу по поводу происходящего: „В последнее время в Вашингтоне наблюдается тревожная тенденция — законы, затрагивающие основы американской демократии, принимаются втихомолку. Теперь президент имеет право использовать войска для выполнения полицейских функций внутри страны не только в условиях вооруженного мятежа, но и в случае стихийного бедствия, эпидемии, теракта и в любой ″иной ситуации″“. Критики считают это прямым нарушением „Закона о чрезвычайных полномочиях шерифа“ (Posse Comitatus Act), призванного не допустить использования федеральными властями вооружённых сил для выполнения полицейских функций внутри страны.

…Мы не замечаем, что нечто очень важное в нашей жизни уже кардинально изменилось, что наши возможности ослаблены как никогда: наши демократические традиции, независимый суд и свободная пресса сегодня действуют в обстановке „войны“, причем „затяжной“ (она просто не имеет конца, а театром боевых действий, как нам внушают, становится вся планета), в обстановке, которая дает президенту — чего мы пока не осознали — право по собственному произволу „даровать“ гражданам США свободу или бросать в одиночную камеру на неопределенный срок».

* * *

Надо сказать, что за пятьдесят послевоенных лет вся западная цивилизация под мощным влиянием США существенно изменила свой облик. И не в лучшую сторону. Пожалуй, лишь в научно-технической сфере действия Запада достойны подражания. В остальных сферах жизни западная цивилизация уже не может служить примером для человечества — слишком много негативных черт приобрела она в ходе «американизации».

Во-первых, современная западная цивилизация агрессивно-эгоцентрична. Запад убеждён в своём превосходстве над всеми существующими на Земле цивилизациями (бывший госсекретарь США Мадлен Олбрайт: «Мы высоко возвышаемся над другими и поэтому видим дальше, чем они»). Но это полбеды: никому не запрещается считать себя центром мироздания. Беда в том, что западная цивилизация считает себя цивилизацией господ и с фанатичной настойчивостью пытается подмять под себя весь мир.

В «новом мировом порядке», выстраивающемся с 1991 года по западным меркам, каждой стране уготовлена своя роль. России — незавидная. Об этом в свое время откровенно сказал 3. Бжезинский: «Новый мировой порядок будет строиться против России, за счет России и на обломках России».

Во-вторых, западная цивилизация деспотична и тоталитарна (как и США). В первую очередь, она деспотична «внутренне» — на уровне трудовых коллективов. «Внешняя» (публичная) демократия на Западе постепенно трансформируется в тоталитаризм. Демократические выборы, которыми так гордится Запад, уже давно превратились в «забег денежных мешков». Права и свободы человека ужались до прав и свобод сытого, имущего и агрессивно-алчного меньшинства. Незаметно, но неуклонно западному обществу прививается одномыслие. Это особенно ярко проявилось во время агрессии НАТО против Югославии и оккупации Ирака: откровенно бандитские акции Запад практически единодушно поддержал. А в их ходе попытки объективного освещения событий пресекались самым жестким образом.

Но если западные деспотизм и тоталитаризм для «своих» народов носят сравнительно мягкий, щадящий характер, то по отношению к «чужим» народам и странам они действуют в полном объеме. Иммигранты на Западе находятся, по существу, в положении рабов. Даже прозападная «Новая газета» с возмущением писала о бесчеловечном отношении к нашим эмигрантам в Германии и Франции. А обращение с неподдающимися западному диктату странами укладывается в известную схему: «шаг вправо (Ирак), шаг влево (Сербия) — расстрел».

Процессы глобализации, создание транснациональных корпораций (ТНК) усилили тоталитарные тенденции в жизни Запада. Могущественные руководители ТНК, оказывающие решающее влияние на мировое развитие, никем не избираются, никому не подчиняются и никем не контролируются. Властные возможности Александра Македонского, Наполеона и Гитлера просто ничтожны по сравнению с возможностями руководителей глобальных ТНК.

В-третьих, западная цивилизация сверхцинична и безнравственна. Запад был всегда циничен по отношению к остальному миру. Это выразилось в известном отношении западных стран к всевозможным диктаторам: «Он, конечно, сукин сын, но он наш сукин сын». После победы в «холодной войне» Запад просто распоясался.

Вызывающе безнравственно повели себя западные политики при объединении Германии. Официальные лица США и ФРГ били себя в грудь и клялись не расширять НАТО и не преследовать руководство ГДР. Все это было забыто после объединения Германии: НАТО пополняется новыми членами, а судебная система Германии покрыла себя несмываемым позором, осудив Эгона Кренца и других руководителей ГДР. Бывший посол США в России Джек Мэтлок так прокомментировал ситуацию: «Я был свидетелем этого, и тогда мы обманули русских. Почему же они должны верить нам сейчас?»

Беспардонным враньём оказалось утверждение западной пропаганды о многочисленных жертвах «этнических чисток» в Косово, послужившее основным аргументом в пользу натовских бомбардировок Югославии. Речь шла о десятках и даже сотнях тысяч погибших мирных албанцев, но многочисленные международные миссии после долгих поисков нашли захоронения лишь нескольких сотен албанцев, причем неизвестно: мирные ли это жители или боевики OAK.

Оккупация Ирака была осуществлена под лживо-циничным предлогом сокрытия Саддамом Хусейном оружия массового поражения.

А для ныне принимаемых в Европе постановлений и резолюций, уравнивающих Коммунизм и нацизм, возлагающих на Советский Союз равную с Германией ответственность за развязывание Второй мировой войны, даже определение «циничные» слишком мягкое. Цинизм ведь качество человеческое. Те же существа, что приняли эти постановления и резолюции, так гнусно отнеслись к своим спасителям — советским солдатам, что людьми считаться не могут. Это — нелюди.

* * *

Циничен Запад не только в политике, но и в экономике. Под прикрытием сладких речей о благах глобализации и мирового разделения труда западные страны практикуют грабеж и мошенничество в «особо крупных размерах». Вот несколько приемов из богатого арсенала средств, с помощью которых транснациональные компании стран «золотого миллиарда» в 90-х годах прошлого столетия преумножали свои богатства за счет остального человечества.

Приём первый — искусственное многократное занижение капитализации экономики стран, не принадлежащих к «золотому миллиарду». Когда осенью 1991 года по произволу Гайдара и КО (а скорее, по воле его западных советников) цена доллара скачком увеличилась с 0,83 рубля до 14 рублей, то тем самым экономика России за один день была «уценена» более чем в 15 раз. В последующие годы это позволило западным компаниям скупить многие эффективно работающие российские предприятия за бесценок.

Курс на искусственное занижение капитализации экономик незападных стран жестко выдерживается. В конце XX столетия эта задача эффективно решалась с помощью концепции «сплавливания» или «асфальтирования» экономик стран. Суть этой концепции заключается в том, что мировыми финансовыми кругами сначала искусственно вздувалась стоимость ценных бумаг страны-жертвы, а затем внешний капитал быстро изымался, вызывая резкое падение доходов на рынке ценных бумаг «асфальтируемой» страны. Ее национальная валюта девальвировалась, а капитализированная стоимость экономики многократно снижается. Так, капитализированная стоимость российской экономики после 17 августа 1998 г., по мнению С. Глазьева, снизилась более чем в 30 раз: стоимость, например, авиационного завода, способного производить 70 современных самолетов в год, снизилась до стоимости одного крыла подобного самолёта.

Приём второй — неэквивалентный обмен товарами и услугами между «избранными» и всеми остальными странами. У этого приема многовековая история: еще испанские конквистадоры успешно его применяли, меняя стеклянные бусы на золото туземных племен. Современные варианты неэквивалентного обмена более завуалированны, но их мошенническая сущность остается прежней. В ее основе лежат «ножницы» цен между сырьем и готовыми изделиями. На первые из них цены всевозможными способами занижаются, а на вторые — завышаются. По самым скромным оценкам, в 80–90-е годы прошлого века с помощью «ножниц цен» западные страны выкачивали только из стран третьего мира по 100 млрд. долл. ежегодно.

И, наконец, третий прием — строго дозируемая свобода торговли товарами и услугами на мировом рынке. С одной стороны, декларируются принципы неограниченной свободы перемещения товаров и услуг, отраженные в так называемом «вашингтонском консенсусе»: эти принципы требуют от всех государств открытости их экономик, свободных курсов валют, отказа от поддержки (протекционизма) своих товаропроизводителей. А с другой стороны, в западных странах существует абсолютно нерыночное антидемпинговое законодательство, действуют различного рода запреты, квоты, таможенные ограничения. Эти меры ограничивают доступ товаров, производимых в незападных государствах, на рынки стран «золотого миллиарда». Например, в отношении России действуют 67 дискриминационных ограничений. Провозгласив в «Стратегии национальной безопасности США в следующем столетии» борьбу против протекционизма, американские конгрессмены, тем не менее, в конце 90-х годов прошлого века устроили антидемпинговое разбирательство в отношении российских металлургических компаний. Поразительное лицемерие.

В разразившемся в 2008 году мировом экономическом кризисе виновен Запад, ибо именно он создал ничем не обеспеченную финансовую пирамиду. Но вновь, как и в 1997–1998 гг. основное бремя кризиса западные государства вполне успешно перекладывают на другие страны.[67]

Такие, мягко говоря, «непорядочные» действия стран «золотого миллиарда» и глобальных ТНК оказались возможными в силу отсутствия в мировом хозяйстве правил и норм, сдерживающих пиратские нравы его наиболее агрессивных и мощных участников. Это обстоятельство отметил бывший Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан, выступая в Гарвардском университете: «Глобализация экономики видится не как понятие, отражающее объективную реальность, а как идеология хищнического капитализма…»

Таким образом, пока в глобальной экономике свирепствует «закон джунглей», интеграция с западными странами для экономически слабого или ослабленного государства сродни движению кролика в пасть удава.

* * *

Цинизм и безнравственность охватили и другие сферы жизни западной цивилизации. Даже такой апологет Запада, как М. Жванецкий, вынужден признать: «Ценности, которыми мы дорожили, исчезли во всем мире. Это кризис общения, кризис человечности и порядочности. Все „это“ пришло из Америки и покатилось по миру. Когда-то я смотрел на Запад с большим уважением, там было место и хорошей литературе, и музыке, и великим фильмам. Но вдруг оттуда хлынули непонятные комедии, английский мат, оставляющие ощущение абсолютного ухода порядочности и кризиса духовности…»

Можно и далее перечислять пороки западной цивилизации, но и рассмотренного достаточно для понимания, что «столбовая» дорога цивилизации стала сейчас очень опасной, поскольку она пропитана безнравственностью и просто кишит «цивилизованными» мошенниками, ворами и бандитами, готовыми обобрать любого более слабого «попутчика».

Мало того, все очевидней, что эта «столбовая» дорога ведет человечество в эволюционный тупик. Причем сразу в двух отношениях — ресурсном и демографическом. Ещё в 1992 году Конференция ООН по охране окружающей среды пришла к выводу, что если все страны мира пойдут по пути западной цивилизации, земных ресурсов для существования человечества не хватит. С другой стороны, для западной цивилизации замаячила перспектива депопуляции, т. е. вымирания[68]. В результате погони за высоким уровнем жизни в странах Запада резко снизилась рождаемость. Сейчас рождаемость в «цивилизованных» странах не обеспечивает даже простого воспроизводства населения. В Европе, например, по прогнозу Демографического отдела ООН, сделанному в 2001 году, коренное население к 2050 году сократится с 728 млн. чел. до 600 млн. чел… Если так и дальше пойдет, то через пару столетий западная цивилизация исчезнет с лица Земли, а ее территория будет полностью занята выходцами из «нецивилизованного мира».

Эта же безрадостная перспектива маячит перед плетущейся за западными странами Россией. Поэтому нужно сворачивать со «столбовой дороги» цивилизации — грязной, безнравственной и ведущей человечество к гибели. И чем раньше, тем лучше.

Использованная литература

Аганбегян А. Г. Экономическая перестройка. — М.: Экономика, 1988.

Алексеева Г. «Бутик „Старый чуланчик“» // «Российская газета», 27 декабря 2007.

Андреев Е. М., Дарский Л. Е., Харькова Т. Л. Население Советского Союза 1922–1991 гг. — М.: «Наука», 1993.

Антонов-Овсеенко А. В. Противостояние // Литературная газета. 1991, 3 апреля.

Аптекарь П. А. Оправданы ли жертвы. / Военно-исторический журнал, № 3,1992.

Аргументы и факты, № 15, 2008.

Балаев В. Х. По заслугам // «Дуэль» № 50 (141), 1999.

Беляев Н. И. Русско-турецкая война 1877–1878 гг. — М.: Воен-издат, 1956.

Бережков В. М. Как я стал переводчиком Сталина. — М.:ДЭМ, 1993.

Бескровный Л. Г. Русское военное искусство XIX в. — М.: Наука, 1974.

Бестужев-Лада И. Россия накануне XXI века. 1904–2004. От колосса к коллапсу и обратно. — М.: Российское педагогическое агентство, 1997.

Большой Российский энциклопедический словарь. — М.: Большая Российская энциклопедия, 2007.

Бугай Н. 20–50-е годы: принудительное переселение народов // nasledie.ru/oboz\N11_93/023.htm

Бутенина Н. В. Ленд-лиз: сделка века. — М.: Издательский дом ГУ ВШЭ, 2004.

Бушин B. C. Честь и бесчестие нации. — М.: Республика, 1999.

Бушин B. C. За Родину! За Сталина! — М.: Изд-во Эксмо, 2004.

Бушин B. C. Измена: Знаем всех поименно! — М.: Изд-во Алгоритм, 2005.

Бушков А. Сталин. Осень императора: — СПб.: Издательский дом «Нева», 2005.

Быков В. Страшно жить. //Российская Федерация сегодня, № 5, 2002.

Были ли потери Красной Армии в Великой Отечественной войне чрезмерными? // «Дуэль», № 17–18, 2005.

Валовой Д. В. Рыночная экономика. Возникновение, эволюция и сущность. — М.: ИНФРА-М, 1997.

Великая Отечественная война, 1941–1945. События. Люди. Документы: Краткий ист. справочник. — М.: Политиздат, 1990.

Великая Отечественная Катастрофа: сборник статей. — М.: Яуза, Эксмо, 2007.

Вид слабоумия // «Советская Россия», 18.11. 2006.

Вишлев О. В. Накануне 22 июня 1941 г. Документальные очерки. — М.: Наука, 2001.

Военная история Отечества с древних времен до наших дней. В 3 т. М.: Мосгорархив, 1995. Т. 2.

Военная энциклопедия. — Петербург, Петроград: Т-во И. Д. Сытина, 1911–1914.

Вознесенский Н. А. Военная экономика СССР в период Отечественной войны. — М.: Издательский дом «Экономическая газета». 2003.

Война и мы. Кн.1. Человеческий фактор. — М.: Библиотека газеты «Дуэль», 2000.

Волобуев О. В. и др. История России. XX век: Учеб. для общеоб-разоват. учеб. заведений. — М.: Дрофа, 2001.

Волф Наоми. Путь Америки к фашизму / «The Guardian», 10 мая 2007.

Вопросы истории, № 12, 1995 г.

Восьмой ежегодный демографический доклад «НАСЕЛЕНИЕ РОССИИ 2000» // www.demoscope.ru/center.html

Всеобщая декларация прав человека. — М.: Права человека, 2006.

Всесоюзная перепись 1939 года. Основные итоги. — М.: Наука, 1992.

Выборы в Советском Союзе 1928–1984 гг. // agitclub.ru

Газета. ру, 29 марта 2007.

Геббельс Й. Дневники 1945 года. Последние записи: пер. с нем. — Смоленск: «Русич», 1998.

Гельфанд B. C. Население СССР за 50 лет (1941–1990): Статистический справочник — Пермь: Изд-во Перм. ун-та, 1992.

Глазьев С. Ю., Кара-Мурза С. Г., Батчиков С. А. Белая книга. Экономические реформы в России 1991–2002 гг. М.: Эксмо, 2004.

Глупость эпохи // «Советская Россия», 11.02.1999.

Голенков А. Предлагаю «объяснить» Сталина / в сборнике «Иосиф Виссарионович Сталин». — М.: «ИРИС-ПРЕСС»,1994.

Городецкий Г. Роковой самообман: Сталин и нападение Германии на Советский Союз. — М.: «Российская политическая энциклопедия», 2001.

Гриф секретности снят: Потери Вооруженных сил СССР в войнах, боевых действиях и военных конфликтах: статистическое исследование (В. М. Андроников, П. Д. Буриков, В. В. Гуркин и др.; Под общ. ред. Г. Ф. Кривошеева. — М.: Воениздат, 1993.

Гришин С. К. Контрреволюция. //«Дуэль», № 7, 2009.

Гулин Анатолий. И не комиссар, и не еврей… Моя неволя // «Новый Мир», № 7, 2005 г.

Дашичев В. И. Стратегия Гитлера: путь к катастрофе. — М.: Наука, 2005.

Делягин Михаил. Тест на прагматизм и ответственность / «Человек и Труд» № 3, 2002.

Дмитриев К. Миграции, новые диаспоры и российская политика // «Неприкосновенный запас», 2002, № 5.

Доброноженко Г. Ф. Кто такой кулак: трактовка понятия «кулак» во второй половине XIX — 20-х гг. XX вв. // Стратификация в России: история и современность / Отв. редактор Рапопорт Ю.М… Сыктывкар: Изд-во СЫКТГУ, 1999.

Емельянов Ю. В. Сталин: на вершине власти. — М.: Вече, 2002.

Если бы победили фашисты // «Советская Россия», 26.11.1998.

Жванецкий М. Я жду от всего этого только хорошего! // «Аргументы и факты», № 52, 2008.

Жуков Ю. «Иной Сталин» — М.: Вагриус, 2003.

Земсков В. Н. ГУЛАГ (историко-социологический аспект)// Социологические исследования. 1991, № 6, С. 10–27; 1991, № 7.

Земсков В. Н. Судьба «кулацкой ссылки»// Отечественная история. 1994, № 1.

Земсков В. Н. Заключенные, спецпоселенцы, ссыльнопоселенцы, ссыльные и высланные (Статистико-географический аспект) // История СССР. 1991, № 5.

Зиновьев А. А. Гибель русского коммунизма. — М.: ЗАО Изд-во Центрполиграф, 2001.

Знаменитой докторской колбасе 70 лет // malaja-rodina.ru

Золотов Ю. А. Делающие науку. Кто они? Из записных книжек. — М.: КомКнига, 2006.

Иванов Р. Ф. Сталин и союзники: 1941–1945 гг. — Смоленск: «Русич», 2000.

Ивашов Л. Г. Россия и мир в новом тысячелетии. — М.: ООО «ПАЛЕЯ-Мишин», 2000.

Иосиф Сталин — Лаврентию Берии: «Их надо депортировать…»: Документы, факты, комментарии. С.138–139.

Исаев А. В. Антисуворов. Десять мифов Второй мировой. — М.: Эксмо, Яуза, 2004.

К науке отношения не имеют (о «подсчетах» боевых потерь в ходе Великой Отечественной войны доктора филологии Бориса Соколова) // «Независимое военное обозрение», № 36, 2001.

Каминский Л. С., Новосельский С. А. Потери в прошлых войнах (1756–1918). Справочная книга — М.: Медгиз, 1947.

Кара-Мурза С. Г. Советская цивилизация. — М.: Алгоритм, 2001.

Кара-Мурза С. Г. Манипуляция сознанием. — М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001.

Кара-Мурза С. Г. Потерянный разум. — М.: Изд-во Эксмо, Изд-во Алгоритм, 2005.

Карель П., Бедекер Г. Немецкие военнопленные Второй мировой войны 1939–1945 гг. — М.: Изд-во Эксмо, 2004.

Кацва Л. А. История России. Советский период: 1917–1941 гг. Учебник для 10–11 классов средней школы. — М.: МИРОС, Аниква. 2002.

Качалин А. «Признак капитализма» // «Дуэль», № 52, 30.12.2003.

Керсновский А. А. История русской армии в 4 томах. — М.: Голос, 1993.

Коваль Т. В. Конспекты уроков по истории России XX в., 9 кл.: Метод, пособие. — М.: Изд-во ВЛАДОС-ПРЕСС, 2001.

Кодекс законов о труде РСФСР от 09.12.1971 г. // consultant.ru

Кодекс об административных правонарушениях РФ от 30.12.2001 № 195-ФЗ // consultant.ru

Кожинов В. В. Россия. Век ХХ-й (1901–1939). История страны от 1901 года до «загадочного» 1937 года (Опыт беспристрастного исследования). — М.: Алгоритм, 1999.

Козлов В. И. Национальности СССР. Этнодемографический обзор. — М.: Финансы и статистика, 1982.

Конквист Р. Большой террор // Нева, № 9–12, 1989, № 1–12, 1990.

Конквист Р. Жатва скорби. Советская коллективизация и террор голодом. — Лондон, Overseas Publications Interchange Ltd, 1988.

Константин Ушаков. Пропасть или взлет? Вступление России в ВТО: ясности пока нет… // Журнал «СЮ», № 6, 10.07.2003.

Конституция РСФСР 1978r.// constitution.garant.ru

Коротич Виталий. От первого лица. — М.: ACT, Фолио, 2000.

Корсун Н. Г. Греко-турецкая война 1919–1922 гг. — М.: Воениздат, 1940.

Корсун Н. Г. Итало-абиссинская война 1935–1936 гг. — М.: Воениздат, 1939.

Коэн С. Бухарин: Политическая биография. 1888–1938.— М.: Прогресс, 1988.

Кривошеев Г. Ф. Историк должен ликовать и горевать со своим народом. // «Военно-исторический журнал», 2002, № 11.

Кричевский Н. Без ГОСТов — на погосты // «Московский комсомолец», 28 ноября 2007.

Кронштадтский завод — история колбасы // kmz.spb.ru/page/88.

Кружат вороны лжи //«Советская Россия», 20.04.2000.

Крым многонациональный. Вопросы и ответы. Вып. 1. / Сост. Н. Г. Степанова. Симферополь: Таврия, 1988.

Кусжанова А. Ж. Социальный субъект образования / CREDO NEW, № 1,2002.

Кьеза Джульето. Прощай, Россия! — М.: Изд. — во «Гея», 1998.

Лебединцев А. З., Мухин Ю. И. Отцы-командиры. — М.: Изд-во Яуза, Изд-во Эксмо.

Левицкий Н. А. Русско-японская война 1904–1905 гг. — М.: Воениздат, 2002.

Лойберг М. Я. История экономики: Учебное пособие для студентов высших учебных заведений. — М.: ИНФРА-М, 2003.

Лопатин Л. Н., Лопатина Н. Л. Коллективизация как национальная катастрофа. Воспоминания её очевидцев и архивные документы. — Кемерово, Кемеровский общественный научный фонд «Исторические исследования», 2000.

Лужеренко В. К. и Пронько В. А. О трагедии военнопленных // «НГ», 02.07.99

Львов Д. С. Развитие экономики России и задачи экономической науки / Отд-ние экон. РАН. — М.: ОАО «Изд-во „Экономика“», 1999.

Люлечкин В. Сборник содержит сведения государственной важности (о потерях армии и населения в годы войны)/«Русский Глобус», май 2004, № 5.

Максимов В. Е. Самоистребление. — М.: Голос, 1995.

Максудов С. «О фронтовых потерях Советской Армии в годы второй мировой войны» // «Свободная мысль», 1993, № 10.

Манн Томас. Письма. — М.: Наука, 1974.

Манчук Андрей. Офисный концлагерь / www.communist.ru.

Маршалы Советского Союза. Личные дела рассказывают / Институт военных и историко-патриотических проблем и исследований. — М.: Любимая книга, 1996.

Меллентин Ф. В. Бронированный кулак вермахта. — Смоленск: Русич, 2000.

Мельтюхов М. И. Советско-польские войны. Военно-политическое противостояние 1918–1939 гг. — М.: Вече, 2001.

Мерцалов А. Н., Мерцалова Л. А. Иной Жуков. — М.: 1996.

Мерцаловы А. Н. и Л. А. Людские потери РККА (1941–1945) и историческая наука СССР — РФ. // «Военно-исторический архив», № 11 (59), 2004.

Мировые войны XX века: В 4 кн./ Ин-т всеобщей истории. — М.: Наука, 2002. Кн. З. Вторая мировая война: Ист. очерк. — 2002.

Млечин Л. М. Иосиф Сталин, его маршалы и генералы. — М.: ЗАО, Центрополиграф, 2004.

Моисеев Н. Н. С мыслями о будущем России. — М.: Фонд содействия развитию соц. и полит, наук, 1997.

Мольтке. История германо-французской войны 1870–1871 гг. Перев. с нем. — М.: Воениздат, 1937.

Москва послевоенная. 1945–1947. Архивные документы и материалы. — М.: Изд. — во объединения «Мосгорархив», 2000.

Мухин Ю. Убийцы Сталина. — М.: Яуза, 2005.

Мухин Ю. И. Крестовый поход на Восток. «Жертвы» Второй мировой. — М.: Изд-во Яуза, Изд-во Эксмо, 2004.

Мухин Ю. И. Наука управлять людьми: изложение для каждого. М.:Фолиум, 1995.

Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933–1945 гг. Пер. с нем. — М.: Воениздат, 1956. Т. 3.

Народное хозяйство РСФСР за 60 лет. Статистический ежегодник. — М.: Статистика, 1977.

Народонаселение стран мира / Под ред. Б. Ц. Урланиса. М.: Статистика, 1974.

Невежество и цинизм в одном «флаконе» // «Советская Россия», 8.12.2005.

Николаев Владимир. Советская очередь: прошлое как настоящее // Журнал «Неприкосновенный запас. Дебаты о политике и культуре», № 5(43) 2005.

Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т.2.— М.: Государственное издательство юридической литературы, 1954.

Опасные догмы // «Советская Россия», 03.08.2000.

Первышин В. Г. Сталин и Великая Отечественная война. — М.: Компания Спутник+, 2004.

Плотников В. И. Ночной кошмар с Николаем Сванидзе. — М.: Изд-во Алгоритм, 2005.

Поздеева Л. В. Ленд-лиз для СССР: дискуссия продолжается // Вторая мировая война: актуальные проблемы. М., 1995.

Позднов М. Смертная казнь в СССР в 1937–1938 годы. // www.geocities.com./capitolHill/Parliament/7231/kazn.htm.

Поланьи К. Великая трансформация: Политические и экономические истоки нашего времени. — СПб.: Алетейя, 2002.

Поливанов О. А., Рожков Б. Г. Отечественная история. 1917–1945. Учебное пособие для абитуриентов и студентов гуманитарных факультетов педагогических вузов. СПб, 1997.

Политическая декларация СПСУ / viberi — sps.ru/deklaraciya.htm.

Политология. Энциклопедический словарь. — М.: Изд-во Московского коммерческого университета, 1993.

Поляков Л. Е. Цена войны. Демографический аспект. — М.: Финансы и статистика, 1985.

Попов Г. «Тридцать седьмой год, или Материализация призрака» // «Московский комсомолец», 2 августа 2002.

Попов Г. Х. Заметки о войне. — М.: ООО «Агентство „КРПА Олимп“», 2005.

Пыхалов И. Великая оболганная война. — М: Яуза, Эксмо, 2005.

Пыхалов Игорь. Каковы масштабы «сталинских репрессий» // www.geocities.com/capitolHill/Parliament/7231/repress.htm.

Радзинский Э. Сталин. — М.: Вагриус, 1997.

РГВА. Ф. 31 983. Оп. 2. Д. 213. Л. 42, 69.

Родина, № 6–7, 1991.

Романенко К. К. Сталинский 37-й. Лабиринты кровавых заговоров. — М.: Яуза, Эксмо, 2007.

Российский статистический ежегодник. 2004; Стат. Сб. / Росстат.-М., 2004.

Россия и СССР в войнах XX века. Статистическое исследование— М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001.

Рушникова В. А. Ловкачи сыграли на дефиците. // «Советская Россия», 15 мая 2008.

Рыбаковский Л. Л. Людские потери СССР и России в Великой Отечественной войне. — М, 2001.

С позиций исторической объективности // «Военно-промышленный курьер», № 22, 2005.

Самуэльсон Л. Красный Колосс. Становление и развитие военно-промышленного комплекса СССР. 1921–1941. — М.: АИРО-ХХ, 2001.

Сведения о заключенных учреждений ГУИН в 1993–2005 гг. // www.prison.org/penal/stat\doc017.shtml

Симчера В. М. Развитие экономики России за 100 лет. Исторические ряды, вековые тренды, периодические циклы. — М.: ЗАО «Издательство „Экономика“», 2007

Смирнов А. Большие маневры.//Родина, № 4, 2000.

Советское кино 30–60-х годов в цифрах и фактах. 4.2. Кино-прокат // st-suvenir.ru.

Соколов Б. Запретные цифры // «Новая газета» № 22, 28.03–30.03.2005 г.

Соколов Б. Как подсчитать потери во Второй мировой войне. // «Континент», № 128, 2006.

Соколов Б. Мы не знаем всей правды даже о великих битвах. // «Культура», № 24, 22–24 июня 2006.

Соколов Б. Цена победы и мифы Великой Отечественной // Великая война: трудный путь к правде. Интервью, воспоминания, статьи. Серия «АИРО — научные доклады и дискуссии. Темы для XX века». Выпуск 17. — М.: АИРО-ХХ, 2005.

Соколов Б. В. Вторая мировая. Факты и версии. — М.: АСТ-Пресс, 2007.

Соколов Б. В. Правда о Великой Отечественной войне. С.-Петербург: Алетейя, 1998.

Соколов Б. В. Тайны второй мировой. — М.: Вече, 2000.

Солженицын А. И. Архипелаг ГУЛАГ. В 3 томах. — М.: Советский писатель 1989.

Сорокин А. И. Русско-японская война 1904–1905 гг. — М.: Воениздат, 1956.

Сталин И. В. Сочинения. В 13 т. М.: ОГИЗ, Государственное издательство политической литературы, 1952.

Строков А. А. История военного искусства. — М.: Воениздат, 1967.

Суворов В. День «М». — М.: Изд. дом «Новое время», 1994.

Суворов В. Ледокол. — М.: Изд. дом «Новое время», 1994.

Суровая драма народа: ученые и публицисты о природе сталинизма. — М.: Политиздат, 1989.

Тибо П. Эпоха диктатур. — М.: Изд-во «Крон-Пресс», 1998.

Тишков В. Мы стали жить лучше. // «НГ-сценарии», 12.01.2000.

Трудовой кодекс РФ от 30.12.2001 № 197-ФЗ. // consultant.ru.

Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 14.02.2008) // справочно-поисковая система «Консультант плюс».

Уголовный кодекс РСФСР от 27.10.1960. // consultant.ru.

Уголовный кодекс РСФСР. С изменениями на I июля 1938 г. — М.: Юридическое издательство НКЮ СССР, 1938.

Улюкаев А. Постсоциалистический либерализм // «НГ — Политэкономия», № 11, июль 1999.

Уралов В. М. Саморазгром России: Причины реставрации капитализма в России и её возможное будущее. — М.: Славянский диалог, 1998.

Урланис Б. Ц. Войны и народонаселение Европы. — М.: Издательство социально-экономической литературы, 1960.

Уткин А. «Россия над бездной (1918 г. — декабрь 1941 г.)». — Смоленск: «Русич», 2000.

Уткин А. И. Вторая мировая война. — М.: Алгоритм, 2002.

Фейхтвангер Лион. Москва. 1937. — М.: Захаров, 2001.

Филиппов А. О готовности Красной Армии к войне в июне 1941 г. // Военный вестник (АПН). 1992. № 9.

Харботл Т. Битвы мировой истории. Перев. с англ. — М.: Внешсигма, 1993.

Хомяков А. Дело академика Стечкина и «дело „Промпартии“». // «Новый мир», № 12, 2006.

Цена Победы: как закрепляется ложь // «Советская Россия», 12.02. 2005.

Цена сталинской индустриализации. / The New Times, 15 ноября 2007.

Ципко А. С. Можно ли изменить природу человека? / в сб. «Постижение духа». — М.: Политиздат, 1991.

Цыганок А. А готовились воевать на чужой территории. // Независимое военное обозрение, 17 июня 2005.

Черная книга коммунизма. Преступления, террор, репрессии. — М.: Издательство «Три века истории», 2001.

Шиппманн Генрих. Мой путь в рязанский плен // «Карта», № 1, 1992.

Шлезингер-мл. A. M. Циклы американской истории. — М.: Прогресс, 1992.

Шмелев Н. Авансы и долги // «Новый мир», № 6,1987,

Шмелев Н. П. Экономические перспективы России. — СОЦИС, 1995, № 3.

Энциклопедический юридический словарь. — М.: «Инфра-М», 1999.

Ярмарка глупостей и мифов // «Советская Россия», 28.10. 2008.

Примечания

1

Л. Самуэльсон объясняет этот «сдвиг в сторону милитаризации» возросшей к концу 30-х годов угрозой войны.

2

Следствием распространяемых кулаками слухов о тотальном обобществлении имущества при вступлении в колхоз стало резкое сокращение в стране поголовья скота (крестьяне просто его вырезали, считая, что в колхозе он все равно пропадет). В конечном счете это стало одной из главных причин голода 1932–1933 гг.

3

Расчёты «избыточных смертей» произведены:

— для 1932–1935 гг. — по коэффициентам смертности населения страны в целом /48/ и данным о смертности спецпереселенцев /63/;

— для 1992–1995 гг. — по возрастным коэффициентам смертности и распределению населения по возрасту и полу.

4

В скобках — значения прироста коэффициентов смертности по отношению к 1991 г.

5

В романе Солженицын представляет Руську Доронина антисоветчиком, который получил по доносу 25 лет лагерей «ни за что». На самом деле Никифоров был осужден на 10 лет, из которых отсидел 8. И осужден он был за дело: вместе с приятелем он направил в американское посольство письмо, как говорилось в обвинительном заключении, «злостного антисоветского содержания от имени якобы существующей подпольной партии». В письме сообщалось, что их партия ставит задачу свержения советской власти. Никифоров с приятелем пытались встретиться с американцами «для получения указаний и практической помощи в борьбе против СССР», но американцы сами передали их письмо на Лубянку.

6

Препятствий для установления точного числа расстрелянных по политическим мотивам в СССР я не вижу. Думаю, что можно также выяснить, какая часть из них невинно пострадала и от кого: от Сталина или его врагов. Для выяснения этого нужны лишь желание и воля власти. Но их-то как раз и нет.

7

Дело дошло до того, что в 1996 году был реабилитирован командир 15-го кавалерийского корпуса войск СС немецкий генерал-лейтенант Гельмут фон Панвиц, повешенный в 1947 году по приговору Верховного суда СССР. Только через пять лет, в 2001 году, решение о реабилитации фон Панвица было отменено.

8

Суровость наказания зависит от внутри- и внешнеполитической обстановки. В 30-е годы в условиях враждебного окружения и реальной угрозы войны за перечисленные государственные преступления в СССР предусматривались жесткие меры наказания, в том числе смертная казнь. После Великой Отечественной войны, когда СССР стал сверхдержавой, смертная казнь в стране была вовсе отменена и не применялась с 1947 года по 1951 год.

9

По поводу этой категории расстрелянных обычно антисоветчики саркастически ухмыляются: как, мол, можно верить, что к реставрации капитализма стремились те, кто занимал высокие посты в советском государстве? А кто, интересно, реставрировал капитализм в республиках бывшего СССР? Да те же, кто был у власти в СССР: бывшие члены и кандидаты в члены Политбюро ЦК КПССС Ельцин, Назарбаев, Алиев, Ниязов, Бразаускас и др. Было бы наивным думать, что в 30-е годы не было подобных деятелей, мечтающих трансформировать власть в большую собственность.

10

В августе 2005 года глава Госсовета Чечни Таус Джабраилов сообщил, что с 1991 по 2005 год в Чечне погибли 160 тысяч человек. Впоследствии в интервью радиостанции «Свобода» Таус Джабраилов признал, что в число погибших им были включены все без вести пропавшие в Чечне, и что названные им цифры не могут считаться официальными, так как их нельзя подтвердить документально.

11

Десятками и сотнями тысяч погибших обернулись межнациональные войны и конфликты в других государствах, образованных после распада СССР: при днестровский, карабахский, грузино-абхазский, грузино-южноосетинский и др.

12

Мне могут попенять за вроде бы некорректное сравнение: мол, в 30-е годы людей расстреливала власть, а сейчас расстреливают и убивают частные лица, не имеющие отношения к власти. Это, конечно, верно, но, во-первых, и в 30-е годы много было расстрелов в интересах частных лиц, а не власти, а, во-вторых, ведь именно власть в постсоветский период своими действиями (или бездействием) создала условия для возникновения межнациональных и криминально-экономических конфликтов и войн.

13

Это перечень тех «счастливчиков», которым удалось с помощью адвокатов или стечения обстоятельств (изобличения настоящего преступника) доказать свою невиновность. А скольким не удалось?

14

Во времена «жутких сталинских репрессий» оправдательных приговоров было в несколько раз больше: так, во второй половине 1936 года судами было оправдано 8,1 % обвиняемых по ст. 58–10 (антисоветская агитация), в 1937 году — 2,4 %, в 1938-м — 5,7 % /56/.

15

Крайне правых «демократов» периодически, правда, «заносит»: то Ирина Хакамада брякнет о 95 млн. погибших, то Юрий Карякин и Борис Немцов ляпнут соответственно о 120 млн. и 150 млн. чел., «уничтоженных режимом».

16

Кстати, подсчитанные по «методу» Курганова среднегодовые потери населения России в 1991–2006 гг. составили 3,25 млн. чел., т. е. даже при откровенно антисоветском уклоне расчётного метода И. Курганова интенсивность потерь населения страны «при демократии» почти в 2,5 раза выше, чем «при тоталитаризме».

17

Примеры фантастичности результатов применения метода линейной экстраполяции к демографическим процессам описаны в книге известного отечественного демографа Урланиса Б. Ц. «Войны и народонаселение Европы». А Марк Твен ещё в XIX веке в повести «Жизнь на Миссисипи» остроумно высмеял примитивность линейной экстраполяции: «За сто семьдесят лет Нижняя Миссисипи стала короче на двести сорок две мили. В среднем это составляет чуть больше, чем миля с третью за год. Отсюда следует — в этом может убедиться любой человек, если он не слепой и не идиот, — что в нижнесилурийском периоде (он закончился как раз миллион лет тому назад: в ноябре юбилей) длина Нижней Миссисипи превышала один миллион триста тысяч миль…»

18

Резун уверен, что это он самостоятельно пришёл к такой версии начала войны. Думаю, что её ненавязчиво и незаметно подсказали Резуну соответствующие спецслужбы — они это умеют.

19

Издательство характеризует Д. Хмельницкого как Dr. Ing. (по-нашему — кандидат технических наук), архитектора и историка сталинской архитектуры, живущего в Берлине.

20

В пособии для учителей утверждается, что «только в 1937 г. более 40 000 офицеров уничтожено…». Эту же цифру «уничтоженных офицеров» упрямо повторяет в своих статьях и интервью кинорежиссер Алексей Герман (старший).

21

Леонид Млечин в книге «Иосиф Сталин: его маршалы и генералы» процитировал эти слова Сталина, но, судя по дальнейшему тексту, так и не понял, что Сталин имел в виду.

22

Подобные утверждения звучали и в упомянутой программе Алексея Пушкова «Постскриптум» от 18 ноября 2006 г.

23

Сталин не придавал особого значения моменту отдачи директивы на приведение войск в полную боевую готовность. По воспоминаниям управделами советского правительства Чадаева, 22 июня 1941 года Сталин после телефонного разговора с командующим Западным особым военным округом генералом армии Д. Г. Павловым сказал: «Павлов ничего конкретного не знает, что происходит на границе! Не имеет связи даже со штабами армий! Ссылается на то, что опоздала в войска директива… Но разве армия без директивы не должна находиться в боевой готовности?»

24

Михаил Жванецкий срок непротивления немцам увеличил аж до 1943 г: «У нас сражаться за Родину стали в 1943 году, когда воевали с немцем. До этого не защищали. Потому что было государство, был Сталин. Только когда Сталин отодвинулся, а придвинулась угроза Родине, все начали её любить». Ну да, в конце 1941 года никто Москву не защищал, немцы по своей инициативе освободились от ненужной боевой техники и отошли от Москвы на 250–300 км. И Сталинград осенью 1942 года никто, конечно, не отстаивал, а 300-тысячная 6-я немецкая армия фельдмаршала Паулюса, видимо, сама себя разгромила и сдалась в плен.

25

3арубежные военные эксперты были низкого мнения о боевой мощи Красной Армии. Военно-морской министр США Нокс заявил: «Гитлер расправится с Россией за срок от шести недель до двух месяцев», а военный министр Г. Стимсон информировал президента: «Германия будет основательно занята минимум месяц, а максимально, возможно, три месяца задачей разгрома России».

26

Но эти цифра, как показано в статье В. Лужеренко и В. Пронько включает не только красноармейцев, но и гражданское население. Дело в том, что по директиве вермахта военнопленными считались все мужчины в возрасте от 16 до 60 лет, то есть мужчины 44 возрастов. А в Красную Армию в то время призывались мужчины только 32 возрастов (в возрасте от 18 до 50 лет). Поэтому цифра советских военнопленных, приведённая в книге «Гриф секретности снят», в большей степени соответствует действительности, чем цифры немецких источников. Тем не менее, при сравнении потерь военнопленными потери Красной Армии в 1941 году примем в диапазоне 2335–3900 тыс. чел.

27

В книге Пауля Кареля и Гюнтера Беддекера «Немецкие военнопленные Второй мировой войны» сообщается: «…В июне 1945 года Объединенному Командованию союзников стало известно, что „в лагерях находится 7 614 794 военнопленных и невооруженных лиц военного персонала, из которых 4 209 000 к моменту капитуляции уже находились в плену“». Среди указанных 4,2 млн. немецких военнопленных, кроме солдат вермахта, было много других лиц. Например, во французском лагере Витри-ле-Франсуа среди пленных «самому младшему было 15 лет, самому старшему— почти 70». Авторы пишут об организации американцами особых «детских» лагерей для двенадцати-тринадцатилетних мальчишек из «Гитлерюгенда» и «Вервольфа». В статье «Мой путь в рязанский плен» Генрих Шиппманн отмечал: «…сначала брались в плен, хотя и преимущественно, но не исключительно только солдаты вермахта или военнослужащие отрядов CC, но и обслуживающий персонал ВВС, члены „Фольксштурма“ или полувоенных союзов (организация „Тодт“, „Служба труда рейха“ и т. д.). Среди них были не только мужчины, но и женщины, и не только немцы, но и так называемые „фольксдойче“ и „чужеродцы“ — хорваты, сербы, казаки, северо- и западноевропейцы, которые каким-либо образом воевали на стороне германского вермахта или причислялись к нему. Кроме того, при оккупации Германии в 1945 году арестовывался всякий, кто носил форму, даже если речь шла о начальнике железнодорожного вокзала». В целом среди 4,2 млн. военнопленных, взятых союзниками до 9 мая 1945 г. примерно 20 % не были солдатами вермахта. Это значит, что число пленных солдат вермахта, взятых союзниками за период с 6 июля 1944 г. до 9 мая 1945 г., лежало в диапазоне 3,3–4,2 млн. чел.

28

Подробный разбор безграмотных расчетов Б. Соколова приведён в моей книге «Правда сталинской эпохи» (изд-во «Алгоритм», 2008 г.).

29

Кстати, американский исследователь Сергей Максудов, опираясь на переписи населения СССР 1939 г. и 1959 г., а также на исследования зарубежных демографов, пришёл к выводу, что людские ресурсы, имевшиеся в распоряжении советского правительства для ведения войны, составляли 35 млн. чел.

30

Численность погибших на поле боя немецких солдат определена Первышиным тоже неверно.

31

Отметим, что Оверманс считал только погибших немцев, а служивших в вермахте лиц других национальностей он не учитывал.

32

Нужно сказать, что закон относительных потерь справедлив не только для войн в целом, но и для отдельных сражений. Даже в знаменитом сражении римлян и эпирцев при Аускуле (270 г. до н. э.) — классическом примере «чрезмерной цены победы», породившем выражение «пиррова победа», — относительные потери войск победителя — царя Пирра — были почти в два раза меньше относительных потерь римлян.

Впрочем, закон относительных потерь, как и любой закон, имеет свои границы применимости. Томас Хорботл приводит конкретные данные численностей и потерь сторон для 106 крупнейших сражений в войнах двух последних столетий: данные восьми из этих битв не соответствуют закону относительных потерь. Их анализ показал, что принципиально возможными причинами «ненормального» исхода войны (или битвы) могут быть:

• истощение сил побеждающей стороны;

• кризис внутренней жизни в побеждающем государстве (социальная напряженность, бунты, революция, эпидемии);

• преувеличение сил и возможностей противника;

• предательство военного и политического руководства;

• вмешательство внешних сил (государств).

В Великой Отечественной войне перечисленные факторы не действовали. Победа СССР в войне была убедительной и неоспоримой, причем и в случае, если бы все другие страны антигитлеровской коалиции в войне не участвовали.

33

Б. М. Шапошников был для Сталина наиболее авторитетным военным специалистом: только к нему Сталин обращался по имени-отчеству, а к остальным — по фамилии («товарищ Жуков», «товарищ Тимошенко»).

34

Если следовать библейской формуле закона возмездия («око за око, зуб за зуб»), то Красная Армия, потерявшая в боях с немецкими захватчиками погибшими, по официальным данным, 8,9 млн. чел., придя на территорию Германии, могла бы уничтожить не менее 54 млн. мирных немцев, т. е. уничтожить практически всю немецкую нацию. И это было бы только «справедливым возмездием», а «бесчинства» начались бы лишь при превышении этой цифры.

35

Подобные депортации имели место и в других странах антигитлеровской коалиции. В 1940 году все проживающие в Англии немцы были превентивно заключены в концлагеря, а 19 февраля 1942 года, спустя два с небольшим месяца после начала войны с Японией, президент США Рузвельт подписал указ о выселении из западных штатов всех без исключения лиц японской национальности, причем они переселялись не на новые места временного проживания, а в концлагеря, размещенные в центральной части страны. Одновременно с депортацией этнических японцев, из действующей армии США были уволены все военнослужащие японского происхождения.

36

Нужно иметь в виду также, что по переписи 1926 г. численность казахов была несколько завышена за счет присоединения к ним некоторой части киргизов и, возможно, других тюркоязычных групп.

37

Удивительную книгу написал И. Бестужев-Лада. Даже трудно поверить, что столько глупостей, местами переходящих в бред, написал автор добротных книг по поисковому и нормативному прогнозированию.

38

Гайдаровский «Институт экономики переходного периода», видимо, будет существовать вечно: любой период жизни страны можно смело называть «переходным».

39

Мне могут возразить, что в дорогих магазинах очередей нет. Так и в СССР в 30–50-х годах не было очередей в дорогих коммерческих магазинах.

40

Непрерывные стенания в телевизоре брилевых, флярковских и др. о «тотальном дефиците» в СССР сформировали у современных детей дичайшее представление о жизни советских людей. Вот выдержки из сочинений школьников на тему «Что такое СССР», опубликованные в 2002 г. в журнале «Огонёк»: «…все люди одевались одинаково, в городах люди всегда голодали», «за колбасой были 20-километровые очереди», «для покупок люди пользовались талонами, а не деньгами, потому что денег у людей не было», «дети не играли, а только учились и работали. В СССР были очень забитые дети», «простые люди жили в неотопленных квартирах, потому что всё тепло себе забирали чиновники».

41

В СССР цены на все товары народного потребления устанавливались государством и десятилетиями не менялись. В этих условиях торговцы могли получить сверхприбыль и лично обогатиться, лишь искусственно создав нехватку товаров повышенного спроса и продавая их «из-под прилавка» по завышенным ценам.

42

В. А. Рушникова сообщает: «…В середине 80-х годов я работала в Главном экономическом управлении Государственного агропромышленного комитета СССР и как очевидец могу утверждать, что перерабатывающие предприятия агропромышленного комплекса работали на полную мощность, а если и было снижение объемов производства по сравнению с 1970-ми годами (периодом, когда не было тотального дефицита), то очень незначительное, и оно никак не могло привести к резкому ухудшению продовольственного снабжения страны…»

43

Профессор, д.э.н. С. А. Дятлов, рассматривая состояние инвестиционной сферы России, писал в 1997 г.: «Долги по невыплаченной зарплате и пенсиям в два с лишним раза превышают товарные запасы…Можно говорить о том, что экономика России в ее нынешнем виде — это не только долговая экономика, но и экономика хронического дефицита, скрытого высоким уровнем цен и искусственным сжатием платёжеспособного спроса».

44

Вакханалия в рецептурах производства продуктов началась в 90-е годы, но наибольший размах она приобрела после принятия 27 декабря 2002 года Госдумой Федерального закона «О техническом регулировании». Закон предписывал разработку новых стандартов, а действие прежних ГОСТов на территории России отменялось. В условиях, когда старые нормативы отменили, а новые не приняли, Россию моментально заполонил российский и импортный фальсификат. Тем более, что в законе «О техническом регулировании» понятие «качество» было заменено понятием «безопасность», т. е. неважно, каков состав колбасы и как она производится, главное, чтобы она была безопасной для потребителя. Лишь 1 мая 2007 года старые ГОСТы были восстановлены до принятия новых стандартов.

45

Это не считая ресторанов «Центральный», «Арагви», в Доме Актёра (сгорел), в гостиницах «Националь» и «Интурист» (2 ресторана — снесены вместе с гостиницей).

46

Утверждения Н. П. Шмелёва об «избытке» в СССР металла и энергии являются беззастенчивой ложью — это подробно рассмотрено в книге С. Г. Кара-Мурза «Потерянный разум».

47

К1990 г. средняя советская пенсия выросла до 113 руб. (130 долл. США), и по покупательной способности она была больше средней современной пенсии в 4–5 раз.

48

На радость Н. П. Шмелёву, в стране теперь производится меньше, чем в США: электроэнергии — в 4 раза, а стали — в 1,3 раза.

49

При таких катастрофических результатах «реформ» поражает фанатизм и бесчувственность «реформаторов» и их клакеров: они продолжают отстаивать свои безумные идеи. В 2003 г., выступая в Новосибирском государственном университете, академик А. Г. Аганбегян снова лгал, что в СССР производилось чрезмерное количество тракторов, которые якобы не были востребованы. И Аганбегяна ничуть не волнует, что производство в стране тракторов, в том числе и с его помощью, сократилось в 20 раз, и крестьянам нечем обрабатывать землю. Не отказался от своих взглядов академик Н. П. Шмелёв. В 1997 г., когда уже было ясно: «реформы» разрушили экономику страны, он в интервью газете «Московский комсомолец» опять бубнил о том, что «колхозы и совхозы оказались нежизнеспособны», и возлагал все надежды на фермерство. Не был замечен в каких-либо покаяниях наиболее яростный сторонник фермерских хозяйств писатель Ю. Д. Черниченко. А Егор Гайдар в ноябре 2000 г. заявил: «…нет никаких, я вас уверяю, издержек реформ. Есть тяжелые социальные издержки банкротства социалистической системы. Социалистическая система действительно разорила страну… В 1991 г. …страна оказалась на грани голода. Вот реальная база того, что произошло. За последние годы нам удалось отвести угрозу голода, которая была вполне реальна в 1992 г.». Беспримерная наглость: разрушить бульдозером построенный другими добротный дом и при этом ещё и обвинить строителей в некачественном строительстве.

50

Если пересчитать производство основных продуктов питания в 2006 году на душу населения, то получим мяса — 36,5 кг, молока — 221 кг и яиц — 267 шт. А по физиологическим нормам, рекомендуемым Институтом питания АМН РФ, взрослый человек в нашей стране должен потреблять в год 75 кг мяса, 389 кг молока и 290 яиц.

51

Было бы ради чего так рисковать. Единственный бесспорный аргумент сторонников вступления России в ВТО — антидемпинговые преследования. По оценке Германа Грефа, ежегодный ущерб от антидемпинговых процедур в отношении российских производителей превышает 4 миллиарда долларов. Но, во-первых, сокращение хотя бы вдвое невозврата экспортной выручки могло бы практически полностью покрыть ущерб, наносимый экономике страны в результате применения антидемпинговых мер. А, во-вторых, по мнению других специалистов, в результате присоединения к ВТО Россия может терять ежегодно 1 % ВВП или 7 млрд. долларов.

52

Вообще-то рыночные отношения в принципе не могут существовать без лжи и обмана.

53

Вот ещё один пример антисоветской амнезии Вячеслава Костикова. В заметке «Памяти Юрия Левады» он называет Юрия Леваду человеком, «с именем которого связано восстановление в России доброго имени социологии, запрещенной в СССР как „буржуазной науки“». Это какой-то даже загадочный провал памяти. С чего бы в СССР запрещать науку, одним из трех «отцов-основателей» которой (наряду с Эмилем Дюркгеймом и Максом Вебером) был Карл Маркс? Чувствую, если так и дальше пойдёт, то вскоре появятся заявления, что в Советском Союзе и химия с физикой были под запретом.

54

Ведущий «Пятой студии» на телеканале «Россия» Сергей Брилев тоже, видимо, ничего не помнит о принципе симметрии: 26 октября 2007 года в программе, посвященной 90-летия Великой Октябрьской социалистической революции, у него против коммуниста Генадия Зюганова выступали четыре антикоммуниста — Эдвард Радзинский, Григорий Явлинский, Андрей Исаев и сам Сергей Брилев.

55

Множество примеров глубокого ослабления антикоммунизмом памяти и ума у облеченных высокими научными званиями экономистов и историков рассмотрены в книгах С. Г. Кара-Мурзы «Манипуляция сознанием» и «Потерянный разум».

56

В событиях начала 90-х годов лишь немногие из «творческой интеллигенции» вели себя достойно (народные артисты СССР Игорь Горбачёв, Татьяна Доронина, Василий Лановой, Евгений Матвеев, Юрий Соломин, писатели Валентин Распутин, Юрий Бондарев, Петр Проскурин, Василий Белов и некоторые другие). А большинство «мастеров культуры» проявили себя эгоистичными, ничтожными людишками.

57

Когда наступила эта самая ельцинская «свобода», а вместе с ней и голодовки трудящихся: шахтеров, учёных, педагогов, обманутых вкладчиков и т. д., то среди многочисленных голодающих почему-то ни разу не было видно Виктора Мережко.

58

Многие «мастера культуры», подобно известной журналистке Евгении Альбац, в конце 80-х и начале 90-х годов гневно обличали КГБ. Под воздействием в том числе и этих обличений КГБ несколько раз «реформировали». А потом грянули Буденновск, Первомайск, Дубровка, Беслан, которые выявили некомпетентность и беспомощность реформированных спецслужб. Результат — множество погубленных жизней мирных людей — взрослых и детей. И что, после этого обличители КГБ из числа творческой интеллигенции вышли на улицу, посыпали голову пеплом и покаялись в содеянном — пособничестве в разгроме российских спецслужб? Ничего подобного.

59

Некоторые активные антисоветчики из числа творческой интеллигенции, правда, порицают и нынешние порядки. Кинорежиссер Алексей Герман в интервью «Новой газете» с яростью говорил о том, что в российском кино властвует бизнес, и потому мы нынче не кинематографическая держава. И возмущался теми, кто у них в Репино подъезжает к магазину на машинах за «сто тысяч не рублей». Пианист Николай Петров в «Аргументах и фактах» негодует по поводу взяточничества и коррупции, беспризорничества и «трагического расслоения общества». Тут ведь либо одно, либо другое: за что, ребята, вы боролись, на то и напоролись. Бизнес в кинематографе и «рожи в „мерседесах“» — это неотъемлемая часть капитализма: они и в Париже, и в Нью-Йорке правят бал. Коррупция и расслоение общества в капитализме всегда были и будут. Так что если советская власть вам была не по нутру, то терпите всю современную мерзость.

60

До 2003 г. в ст. 282 УК РФ этого невнятного понятия — «социальная вражда» не было. В ней были запрещены: «Действия, направленные на возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды, унижение национального достоинства, а равно пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности граждан по признаку их отношения к религии, национальной или расовой принадлежности, если эти деяния совершены публично или с использованием средств массовой информации…» (ФЗ от 24 мая 1996 г. № 156-ФЗ). Но после выборов 2003 г., когда в Государственной думе большинство составили депутаты от партии «Единая Россия», в ст. 282 УК РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ были внесены поправки, и она теперь запрещает: «Действия, направленные на возбуждение ненависти либо вражды, а также на унижение достоинства человека либо группы лиц по признакам пола, расы, национальности, языка, происхождения, отношения к религии, а равно принадлежности к какой-либо социальной группе, совершённые публично или с использованием средств массовой информации…» (выделено мной. — B.Л.).

61

Писатель Аркадий Арканов по этому поводу заметил в интервью «Российской газете»: «Цензура есть. Просто тогда (в советские времена. — В. Л.) она была откровенная, а теперь более скрытая…»

62

О жесткости экономической цензуры в современной России говорил в 2008 г. в одном из своих интервью кинорежиссер Сергей Соловьев (www.mignews.com./news/interview/cis/240708): «…Мы говорим, что живём в бесцензурном обществе, но это враньё. Идеологическая цензура коммунистической поры выглядит по прошествии времени довольно милой. Тогда, скажем, Андрей Тарковский мог дважды снять „Сталкера“, потому что ему не понравился первый вариант. Теперь это невозможно. Ибо царит очень жесткая диктатура, осуществляемая теми людьми, которые имеют деньги. А откуда они у них взялись? Я пока не встретил ни одного человека, который бы мне толково объяснил, каким общественно полезным трудом он миллионы заработал. Вот тот же Алексей Герман всю жизнь работает как проклятый, но я не думаю, чтобы он хоть что-то заработал. Ну, может, только на ботинки. А у тех — миллионы и миллиарды! Да, при коммунистическом режиме были, конечно, страшные вещи, ГУЛАГ, например. Однако в целом такого жестокого ига и такой цензуры не было. Сегодня же в определенном смысле у нас в стране установилась финансовая власть фарцовщиков. Прежде я к ним относился в общем-то хорошо, потому что в основном это были дельные ребята. Сколько себя помню, ходил в фирменных джинсах, которые у них покупал. Но теперь фарцовщики являются основной движущей силой нынешнего строя. Неожиданный поворот истории, не правда ли? И это весьма жесткие ребята. Еще когда они джинсами торговали, тоже не каждому скидки делали на бедность».

63

Напомню, кто забыл или не знает, что в Советском Союзе безработицы не было, она была ликвидирована ещё в 1930 г.

64

Из других гражданских прав человека стоит выделить право на беспрепятственное получение объективной информации. Его в США нет, поскольку власть постепенно установила тотальный контроль над политическими и идеологическими взглядами населения. В целом в течение последних десятилетий общественный строй в США стремительно скатывается к деспотизму. Об этом пишет Наоми Вулф в статье «Путь Америки к фашизму».

65

Это хорошо понимал великий немецкий писатель, нобелевский лауреат Томас Манн. 9 февраля 1948 г. в письме Гейнцу-Винфриду Забаису он написал: «Демократия не хочет знать, что нравственно она вообще существует лишь в форме социализма».

66

Этот Закон привёл к свёртыванию элементарных норм демократии, к тайной слежке американских спецслужб за деятельностью неправительственных организаций, к бесцеремонному вмешательству государства в частную жизнь американцев, включая принявшее массовый характер прослушивание телефонных разговоров.

67

Мировой экономический кризис, кроме того, развеял миф об устойчивости и эффективности западной модели экономики. Конечно, особо упертые либералы продолжают бубнить о достоинствах капитализма, но подавляющее большинство экономистов считают, что мировая экономика должна быть кардинально изменена. Но что и как менять — никто толком не знает. Потому ситуация остается в неопределенном, подвешенном состоянии. Видимо, до тех пор, пока «жареный петух не клюнет».

68

В советское время антисоветчики потешались над выражением «загнивающий Запад». Действительность оказалась ещё кошмарней: Запад не загнивает, а вымирает.

 

 

Ещё статьи:
Комментарии:
Нет комментариев

Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна