Get Adobe Flash player
Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

Выступления Президента России в декабре 2014 года. 1. 8 декабря. Заседание Совета по науке и образованию. 2. 18 декабря. Большая пресс-конференция Владимира Путина. 3. 19 декабря. Расширенное заседание коллегии Министерства обороны. 4. 20 декабря. Торжественный вечер, посвящённый Дню работника органов безопасности. 5. 24 декабря. Совместное заседание Госсовета и Совета по культуре и искусству.

26.01.2015 19:14      Просмотров: 267585      Комментариев: 0      Категория: Российское государство

Выступления Президента России в декабре 2014 года

 


Выступления Президента России в декабре 2014 года.

1. 8 декабря. Заседание Совета по науке и образованию.

2. 18 декабря. Большая пресс-конференция Владимира Путина.

3. 19 декабря. Расширенное заседание коллегии Министерства обороны.

4. 20 декабря. Торжественный вечер, посвящённый Дню работника органов безопасности.  

5. 24 декабря.  Совместное заседание Госсовета и Совета по культуре и искусству. 

 

 

Заседание Совета по науке и образованию


Мероприятие состоялось в здании Государственного Эрмитажа, который в эти дни отмечает 250-летие. Перед началом заседания глава государства осмотрел экспозиции музея.

* * *

 

Стенографический отчёт о заседании Совета при Президенте по науке и образованию

 

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Заседание Совета по науке и образованию проходит сегодня в одном из лучших, а, наверное, Михаил Борисович [Пиотровский] скажет, что в лучшем, и мы с ним согласимся, музее мира – в Государственном Эрмитаже.

Эрмитажу исполнилось вчера 250 лет, и я от всех нас, Михаил Борисович, от всех членов Совета по науке поздравляю вас, всех сотрудников Эрмитажа, и ещё у меня будет возможность отдельно сказать об этом, но и в этом собрании тоже хочу поздравить с юбилеем. Поблагодарить за то, что Вы нам предоставили возможность в таких замечательных, красивых интерьерах собраться сегодня и поработать.

Что хотел бы отметить. И культура, и, конечно, наука на протяжении столетий являются символом национального успеха, гордости, да и, можно сказать, величия России. И сейчас очень важно не просто сохранять, но и преумножать наши достижения. Сегодня мы поговорим о дальнейшем развитии отечественной академической науки, о тех задачах, которые поставлены перед исследовательскими коллективами в Послании Федеральному Собранию.

Более года назад были начаты преобразования в системе Российской академии наук. Мы прежде всего исходили из того, что России нужна сильная, конкурентоспособная наука, которая может задавать новые направления научной мысли, обеспечивать технологическую независимость и суверенитет страны, работать на повышение качества жизни людей.

Именно поэтому были предприняты меры по укреплению исследовательской инфраструктуры, по созданию для наших учёных, научных коллективов современных, конкурентных условий для работы. Объединены интеллектуальные, кадровые, материальные ресурсы наших ведущих академий – Российской академии наук, медицинской и сельхознаук.

Речь идёт о формировании научно-технической политики, экспертизе государственных программ и проектов, консультировании органов власти. Этими полномочиями, конечно, нужно в полной мере воспользоваться, имею в виду расширенные полномочия президиума Российской академии наук. Созданы более гибкие и удобные механизмы финансирования науки. Новым инструментом грантовой поддержки науки стал Российский научный фонд.

«Культура и наука на протяжении столетий являются символом национального успеха, гордости, да и, можно сказать, величия России. И сейчас очень важно не просто сохранять, но и преумножать наши достижения».

Проведена серьёзная инвентаризация имущества. Не просто ничего не ушло «на сторону», наоборот, некоторые объекты фактически возвращены в собственность академических институтов. Отмечу, что год назад на заседании Совета по науке и образованию по просьбе Российской академии наук был введён мораторий сроком на один год на операции с имуществом академических институтов.

Мы с Владимиром Евгеньевичем [Фортовым] встречались не так давно, и президент Академии считает необходимым этот мораторий сохранить. Я согласен, давайте так и сделаем – сохраним мораторий на вывод научных учреждений из системы Федерального агентства научных организаций ещё на один год. И прошу агентство обеспечить гарантии сохранности имущества, ресурсов, чтобы они остались в распоряжении учёных.

Совершенствуется и система управления наукой, расширяются права научных коллективов, институтов – они смогут выбирать своих руководителей. Созданы условия для прихода на управленческие должности молодых перспективных профессионалов. При этом сохраняется преемственность: авторитетные, опытные учёные могут осуществлять научное руководство институтами. Отмечу, что такая система сегодня действует в наших вузах.

Прошу Федеральное агентство научных организаций совместно с Российской академией наук уделить самое пристальное внимание подготовке кадрового резерва, обеспечить высокий профессиональный и научный уровень кандидатов на должности руководителей. Эта работа должна вестись на постоянной основе.

Уважаемые коллеги! Ситуация, которая сложилась вокруг России, полностью подтверждает правильность наших действий по укреплению потенциала академической науки. Повторю, фундаментальная база, научные заделы – это важнейшие ресурсы развития страны, нужно ими эффективно распоряжаться.

Мы столкнулись с определёнными вызовами, не буду сейчас об этом говорить. Это касается и сотрудничества по различным направлениям, к которым вы имеете прямое отношение, имею в виду ограничения, связанные с передачей нам современных технологий.

Это не очень хорошо, но в чём-то это может быть нам на руку. Потому что если легче было что-то купить, то сейчас нужно будет вложить определённые средства, чтобы создать самим. Понятно, что это процесс непростой, можно сказать, сложный, но тем не менее в существующих обстоятельствах есть и очевидный плюс. Россия получила мощный импульс к научному и технологическому развитию.

Прошу Правительство совместно с академическим, научным сообществом, деловыми объединениями в короткий срок определить критические точки в импортозамещении, как я говорил в Послании, там, где это целесообразно и необходимо. Следует чётко понимать, какие технологии необходимо развивать в первую очередь и как обеспечить их быстрое внедрение в реальное производство (такие заделы уже существуют) и как этим можно воспользоваться.

При этом не нужно слепо копировать существующие зарубежные разработки. Обращаю внимание – отечественные инженеры и конструкторы должны найти собственные, оригинальные, как говорят, «нелинейные» решения задач, стоящих перед экономикой и промышленностью.

Далее. В Послании Федеральному Собранию уже говорил о том, что мы не должны заниматься только текущими проблемами. Надо уже сейчас искать решения задач завтрашнего дня. Здесь вижу особую роль нашей академической науки. Подчеркну: несмотря на текущие сложности, мы не будем сокращать объёмы финансирования науки.

Напомню, что общий объём финансирования Программы фундаментальных научных исследований на период до 2020 года составляет более 834 миллиардов рублей. Это действительно серьёзные средства, и их нужно использовать с максимальной пользой и максимальной отдачей для страны. Считаю, что в эту программу следует внести необходимые дополнения и коррективы с учётом долгосрочных приоритетов научного и технологического развития страны. Просил бы такие приоритеты определить.

Что хотел бы ещё отметить. В любой науке, особенно фундаментальной, многое зависит от конкретного исследователя, от коллектива исследователей. Научный поиск зачастую может приводить к самым невероятным открытиям.

Конечно, вы лучше меня знаете, что в истории науки такое происходило не раз. Вместе с тем следует исходить не только из возможностей и интересов конкретных учёных и конкретных учреждений, институтов. Не только из того, что мы умеем делать сегодня, но и из тех вызовов, с которыми наша страна столкнётся в будущем, в перспективе нескольких десятилетий.

Важнейшим направлением деятельности академических институтов должны стать междисциплинарные исследования, базисные возможности для этого созданы. Теперь нужно провести необходимые структурные изменения среди научных институтов, и главное здесь – не допустить механического слияния.

Принципиально важно сохранить эффективные, дееспособные научные коллективы. Нужно очень бережно относиться к тому, что выстраивалось годами. Необходимо внимательно отнестись к предложениям самих научных организаций, определить единые подходы к преобразованиям, в том числе расширить участие РАН в принятии решений по вопросам научной деятельности институтов. Считаю, что серьёзную роль должен играть и Научно-координационный совет при Федеральном агентстве научных организаций.

Вместе с тем реструктуризация объективно назрела, да она, собственно говоря, и идёт. Поэтому нельзя откладывать назревшие решения на потом. Надо объединять интеллектуальные ресурсы и научную инфраструктуру, укреплять взаимодействие учёных на стыке отдельных дисциплин, где рождаются прорывные разработки и открытия.

Уже сейчас рождаются технологии, которые изменят мир, сам характер экономики, образ жизни миллионов, если не миллиардов людей. Через 3–4–5 лет они выйдут на мировой рынок, а к 2030 году станут повседневностью, как сегодняшние компьютерные технологии. И мы должны быть лидерами в этих процессах. Не потребителями или не только потребителями, а глобальными поставщиками продукции нового технологического уклада.

В Послании Федеральному Собранию было объявлено о запуске Национальной технологической инициативы. Она должна объединить наших учёных, ведущие вузы, научные центры, проектные команды, наших соотечественников, которые работают в высокотехнологичных отраслях за рубежом. Прошу Российскую академию наук, президиум РАН принять самое активное участие в формировании Национальной технологической инициативы, а научные институты – включиться в её реализацию.

Давайте перейдём к работе.

Вначале попросил бы выступить Андрея Александровича Фурсенко. Пожалуйста.

А.ФУРСЕНКО: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Осенью прошлого года государством был предпринят целый ряд важных шагов, качественно меняющих организацию фундаментальных исследований в России. И наиболее значимое из этих решений – это принятие закона о Российской академии наук. За минувшее время удалось провести первый и очень важный этап – реформирование академического сектора науки.

«Более года назад были начаты преобразования в системе РАН. Мы исходили из того, что России нужна сильная, конкурентоспособная наука, которая может задавать новые направления научной мысли, обеспечивать технологическую независимость и суверенитет страны, работать на повышение качества жизни людей. Именно поэтому были предприняты меры по укреплению исследовательской инфраструктуры, по созданию для наших учёных, научных коллективов современных, конкурентных условий для работы».

Во-первых, обеспечено бесперебойное финансирование с самого начала 2014 года более 1000 организаций, которые перешли из трёх государственных академий в ведение ФАНО. При этом, несмотря на то что год был очень непростой, объём финансирования институтов вырос на 20 процентов.

По-новому организована работа по управлению государственным имуществом упомянутых здесь организаций. Особо стоит отметить, что удалось обнаружить, оформить, поставить на баланс более шести тысяч объектов, которые ранее в реестре федерального имущества были не учтены.

Подготовлена и обеспечена нормативно, а это значит, что завершается изменение законодательства, приняты необходимые правовые акты, регламенты и так далее, организована работа по выборам директоров научных организаций. При этом система стала более демократичной, и последнее слово, что очень важно, остаётся за коллективами институтов. То есть слово, решение коллектива института является окончательным и обжалованию не подлежит.

Проведена большая работа по обеспечению реализации полномочий РАН, связанных с осуществлением научного руководства фундаментальными исследованиями в Российской Федерации и экспертной работы. Правительством Российской Федерации определены требования и порядок направления на экспертизу в РАН научно-технических проектов, отчётов и программ.

Подписано соглашение между ФАНО и РАН о разграничении полномочий, приняты два регламента, ещё шесть согласованы и ждут подписания. Ещё шесть находятся в работе. Но главный регламент, который сегодня крайне важен и актуален, – это регламент о подготовке государственного задания, он согласован Российской академией наук, ФАНО и позволяет в новый год войти с новыми утверждёнными государственными заданиями.

Российская академия наук предложила новую редакцию основополагающего документа – программы фундаментальных научных исследований в Российской Федерации на долгосрочный период. Сейчас эта программа согласовывается, но когда эта программа будет принята, то у нас возникнет реальный базовый документ для продвижения и обеспечения работы в этой сфере. Причём я упомянул только наиболее важные результаты этого года, более подробно они изложены в розданных материалах, и я думаю, что они будут упомянуты и в выступлениях.

Но есть не только решения, есть и проблемы. Их тоже немало, и возникают они в первую очередь из-за недостаточной скоординированности действий ФАНО и РАН в ряде вопросов, а также зачастую из-за непоследовательности в реализации заложенных законом возможностей и последовавших за этим решений Правительства. То есть очень многие вещи, которые в принципе возможны, на сегодняшний день затягиваются. Я приведу несколько примеров.

Первое. Одной из очень важных проблем закрепления молодёжи в науке является обеспечение их жильём. В своё время были приняты решения, под эти решения были выделены деньги. Были проблемы, однако достаточно большое количество жилья либо построено, либо заканчивается строительство. Сфера имущественных отношений между федеральным органом исполнительной власти и федеральным государственным учреждением полностью законодательно урегулирована, там нет никаких законодательных проблем.

Для ФАНО России и для РАН, не связанных подведомственностью, передача имущества осуществляется не напрямую, а через Росимущество, по установленным Росимуществом процедурам. Это всем известно. Если я не ошибаюсь, примерно полгода идёт подготовка этих документов, до сих пор эти документы в полной мере не оформлены. И это означает, что готовые квартиры не могут быть переданы молодым учёным, которые эти квартиры давно ждут. Надо просто задействовать эти процедуры.

Второй пример. В прошлом году в Послании Президента была поставлена задача корректировки перечня приоритетных направлений науки, технологий, техники и перечня критических технологий в Российской Федерации. Этот вопрос, коллеги, мы неоднократно поднимали, обсуждали на нашем Совете. Сегодня предложен перечень, он пришёл к нам в Администрацию.

Он, с одной стороны, не учитывает в полной мере новые реалии и ориентирует учёных на продолжение тех же работ, которые они ведут все последние годы. Кроме того, в этом перечне перечислены все направления, в которых ведутся или планируются к проведению исследования, то есть практически перечислены все те работы, которые сегодня находятся «на столе».

То же самое относится в значительной степени и к перечню приоритетов фундаментальной науки, предложенному РАН. При этом сложно назвать направления исследований, которые не попали в эти перечни. То, что попало, практически любая работа, которую вы считаете более или менее значимой, она в эти перечни попадает, но тогда эти работы не надо называть приоритетными. Просто надо называть, что есть общая программа работ. Приоритеты – это то очень небольшое количество проектов, на которых государство считает принципиально важно и необходимо сосредоточить особые усилия и сконцентрировать какую-то часть средств.

Третий вопрос. Организация экспертизы, несмотря на провозглашение вневедомственного подхода, такой на настоящий момент в полной мере не стала. Сегодня в рамках реформы академического сектора науки создана правовая основа для осуществления Российской академией наук экспертных функций.

О качестве проведённых фундаментальных исследований в первую очередь должно судить академическое сообщество. И Российская академия наук представляет это академическое сообщество. В этом смысле оценка эффективности научных организаций независимо от их ведомственной принадлежности должна проводиться Российской академией наук. В этой связи я хочу сказать, что вообще требование о том, чтобы Академия занималась экспертизой, повышает требования не только к сотрудникам, аппарату Академии наук, но и к членам Академии наук, на которых экспертиза в значительной степени должна быть возложена. Поэтому звучало предложение, оно в первый раз звучало, когда только начинались реформы, об увеличении стипендий, которые получают члены Академии наук. Этот вопрос поднимался, в своё время он поднимался даже Председателем Правительства. И я считаю, что к этому вопросу мы можем и должны вернуться.

Перечисленные вопросы, решения по экспертизе так же, как и многие другие, не требуют изменений в законодательстве. Достаточно правительственных и ведомственных решений, ну и доброй воли со стороны всех участников, для того, чтобы они заработали.

У нас сегодня началась совместная работа РАН и ФАНО по реструктуризации институтов академического сектора, в первую очередь по реализации одобренных Вами, Владимир Владимирович, четырёх пилотных проектов. Было четыре проекта, которые мы предлагали. Уже всё довольно сильно подготовлено, продвинуто. Я могу сказать, что сегодня совместная работа Академии наук, Агентства позволяет принимать по этим четырём проектам решения.

Мне представляется крайне важным, чтобы этим дело не ограничилось, а чтобы совместно Российская академия наук и ФАНО интенсифицировали работу по реструктуризации сети подведомственных организаций. Тем более, насколько я знаю, имеется порядка 100 инициативных предложений от институтов РАН. При этом, естественно, решение о реструктуризации необходимо принимать с учётом мнения учёных советов институтов и президиума Российской академии наук.

Кроме того, сейчас крайне важно для завершения первого этапа реструктуризации академического сектора доработать ряд нормативно-правовых и регламентных документов, позволяющих выстроить эффективное взаимодействие Академии и Правительства, потому что там тоже не все документы до конца доведены.

Есть ещё одно решение, которое Вы только что упомянули и которое имеет ключевое значение для развития фундаментальных исследований, точнее, для организации их финансирования, – это принятие по Вашей инициативе закона о Российском научном фонде. В этом году Российский научный фонд практически сразу после создания организовал систему экспертизы, объявил линейку из ряда конкурсов. В результате появились новые лаборатории, а академические институты впервые представили на конкурс, и часть из них оказались победителями, свои программы развития.

В этом году академические институты, их сотрудники получили около 5 миллиардов рублей за счёт проектов фонда. Причём в конце года эти деньги не надо лихорадочно тратить, как часто бывает, когда получают деньги из бюджета, они переходят (юридически создана возможность их перехода, в отличие от бюджетных) на следующий календарный год. Это то, о чём много раз говорили научные сотрудники.

«Совершенствуется система управления наукой, расширяются права научных коллективов, институтов – они смогут выбирать своих руководителей. Созданы условия для прихода на управленческие должности молодых перспективных профессионалов. При этом сохраняется преемственность: авторитетные, опытные учёные могут осуществлять научное руководство институтами».

Кроме этого в соответствии с поручением по итогам нашего Совета была проведена работа по передаче финансирования фундаментальных и поисковых исследований из федеральных целевых программ в систему научных фондов. Но справедливости ради надо сказать, что это коснулось только программ Министерства образования и науки. Дмитрий Викторович Ливанов, который присутствует здесь, эту работу чётко, в соответствии с поручениями, выполнил.

Что касается остальных ведомств, то они сообщили, что из 26 федеральных целевых программ, финансируемых за счёт выделяемых на гражданскую науку средств бюджета, ни одна не содержит расходы ни на фундаментальные, ни на поисковые исследования. Хотя когда мы смотрим результат этих работ, то они как раз очень похожи, потому что они кончаются отчётами, кончаются статьями, но не каким-то практическим результатом. Аркадий Владимирович [Дворкович] присутствует здесь, просто чтобы он, может быть, ещё раз критически посмотрел, как обстоят там дела. Мне кажется, что разделение инструментов финансирования для разных стадий научной работы (там, где есть фундаментальная работа, там, где есть НИРы, там, где есть ОКРы) очень важно, потому что иначе деньги перебрасываются на другие цели, и, в общем, они расходуются существенно менее эффективно.

В целом я предлагаю поддержать действия Правительства и Российской академии наук (Правительство – я имею в виду в том числе и Агентство), признать необходимым продолжить реализацию всех принятых документов и решений в сфере фундаментальных исследований, интенсифицировав работу в рамках существующих подходов. Это необходимо для завершения переходного периода, настройки новых принципов работы всей системы, с тем чтобы когда этот базовый этап будет завершён, мы могли бы уже, оценив, посмотреть, требуются ли какие-то более существенные изменения.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Владимир Евгеньевич, пожалуйста.

В.ФОРТОВ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Прежде всего я хотел бы искренне Вас поблагодарить за то, что в своё время, год назад, Вы приняли энергичные и своевременные действия, остановив первоначальный вариант закона о реформе, и тем самым спасли нашу Академию от полной ликвидации.

Говоря о сделанном за год Академией, я хотел бы подчеркнуть, что начальный, годичный этап реформ прописан в законе достаточно конкретно – со сроками, задачами, этапами. А вот последующий этап, к которому мы сейчас только приступаем, отражён в законе неконкретно, мутно, и поэтому нуждается в дополнительном юридическом обеспечении. Об этом я скажу, если Вы позволите, в конце своего выступления.

На первом этапе мы двигались по понятной траектории и руководствовались базисным принципом о том, что переход институтов от РАН к ФАНО произошёл бы безболезненно, так, чтобы учёные этого перехода не почувствовали. Я согласен с Андреем Александровичем, что этот принцип в целом удалось реализовать на практике. Академией наук был разработан и принят новый, всего 13-й за всю историю Устав Российской академии наук. За Академией сохранялось право заниматься наукой, что, как это ни удивительно, встретило и встречает сейчас активное сопротивление наших оппонентов.

В соответствии с законом было осуществлено объединение Российской академии наук, сельскохозяйственной академии и медицинской в одну академию. А наши коллеги из медицинской и сельскохозяйственной академий стали полноправными членами большой Академии. Синхронно с этим были организованы новые тематические отделения, которые сразу же приступили к работе. Благодаря введённому Вами мораторию институты и кадры были сохранены в целом.

В качестве примера эффективной и дружной работы РАН и ФАНО я бы привёл работу по конкретным научным программам президиума. Они в научном плане формировались и управляются РАН, а финансируются ФАНО. По этой найденной нами оптимальной схеме взаимодействия Академии и ФАНО сегодня эффективно работают 42 научные программы и 30 программ отделений, которые покрывают фактически весь спектр современной науки. В этих работах занято около 10 тысяч учёных из 450 институтов.

Кроме того, в этой связке РАН – ФАНО недавно заработали четыре новые отдельные научные программы, которые были сформированы в соответствии с Вашими недавними приоритетами. Это Арктика, медицинские науки, математическое моделирование и оборонные исследования. Совместную работу по программам мы считаем хорошим примером для дальнейшего. Такого рода совместные проекты, по мнению учёных, надо всячески поддерживать и развивать. Это пример бесконфликтной и эффективной работы. Александр I в своё время говорил: «Когда я вижу в саду пробитую тропу, я говорю садовнику: делай тут дорогу». Это естественный процесс, который сейчас может быть расширен.

Другим показательным примером синхронной работы РАН и ФАНО является работа кадровой комиссии (Андрей Александрович сказал об этом) Совета при Президенте, нашего Совета, который по этой схеме уже рассмотрел около полусотни кандидатов из 22 институтов. Мы наращиваем наши усилия по прогнозам, по экспертизе, по оценке перспектив развития конкретных отраслей экономики.

В качестве живого примера я бы привёл разработку Стратегии развития энергетики до 2030 года, которая была сделана совместно РАН и Минэнерго. Совсем недавно мы закончили вместе с Советом Безопасности документ «Основы государственной политики и регионального развития». Таких примеров у нас всё больше. Четыре инновационных проекта я Вам передал совсем недавно, и они пошли в дело по Вашим указаниям.

Важным элементом в нашей экспертной деятельности является работа по педагогической и научной экспертизе учебников начальной, средней и высшей школ. У нас создан и успешно работает десяток экспертных групп по всем научным направлениям. Это позволило проэкспертировать 1446 учебников от 20 издательств. Эта работа сейчас налажена и идёт довольно устойчиво.

Всего за год по обращениям из Администрации Президента России, Правительства, Совета Безопасности, из различных ведомств РАН участвовала в разработке 700 материалов, на которые мы даём свои заключения и оцениваем их значимость и перспективность. Мы продолжаем считать своей обязанностью усиление работы инновационного прикладного плана. Вместе с ФАНО мы подписали и реализуем более двух десятков масштабных соглашений и проектов с отраслями и регионами.

При этом особое внимание уделяем импортозамещению и приоритетам, о чём Вы говорили в своём вступительном слове, складывающимся в новых политических и экономических условиях. Поэтому мы заметно усилили оборонные исследования. Здесь успешно заработала новая форма сотрудничества путём организации виртуальных, совместных с Минобороны научно-технических центров и лабораторий. Мы также ввели отдельную должность вице-президента в нашей структуре по оборонной тематике.

Перечисленные выше направления по инновациям и обороне, экспертизе и прогнозированию могут естественным образом войти в президентскую технологическую инициативу, провозглашённую в Вашем недавнем Послании стране. И мы уже начали работу в этом направлении. Нам представляется это очень интересным направлением.

Как я Вам недавно докладывал, усиливаем работу по международному сотрудничеству. За год реформ более тысячи наших учёных приняли участие в сотнях зарубежных мероприятий. Было проведено около 20 крупных международных съездов (Каспаров с Вами встречался, президент Каспаров – химическая наука) с участием тысяч иностранных коллег. Многие из них с пониманием относятся к той ситуации, которая сложилась, и не намерены сворачивать научные деловые контакты с нами. Напротив, мы, со своей стороны, только приветствуем расширение научных связей.

Я не могу не упомянуть о том, что нам удалось вернуть десять крымских научных институтов под эгиду РАН. Это, как мы сейчас видим, их поддержало в трудное время и удержало от гибели.

Подводя краткий итог первого этапа, мы видим, что он прошёл под лозунгом: «Сделай так, чтобы учёные не почувствовали перехода от РАН к ФАНО!» Но ведь реформа затевалась не для того, чтобы учёные не почувствовали, а как раз для того, чтобы они почувствовали изменения к лучшему.

Поэтому на втором этапе реформ, первое, следует стремиться к тому, чтобы каждый последующий управленческий шаг имел бы конкретную цель улучшения не на бумаге, не в лозунгах, а в реальной научной работе. Я бы воздержался от шагов, не дающих ясного, видимого, ощутимого положительного эффекта для учёных (именно для учёных, а не для тех, кто сейчас управляет ими), ведь, согласно Курчатову, «в любом деле важно определить приоритеты, иначе второстепенное, хотя и нужное, отнимет все силы и не даст дойти до главного». Только таким образом мы сможем преодолеть возникшее в результате реформ отчуждение работающих учёных от управленцев.

«Мы столкнулись с определёнными вызовами. Если легче было что-то купить, то сейчас нужно будет вложить определённые средства, чтобы создать самим. Понятно, что это процесс непростой, но тем не менее в существующих обстоятельствах есть и очевидный плюс. Россия получила мощный импульс к научному и технологическому развитию».

Я считаю отсутствие диалога и контакта с учёными одним из серьёзных просчётов на начальном этапе реформ, ведь, по недавней статистике «Ромир», только 10 процентов учёных страны понимают цель и задачи реформ, понимают, зачем они задуманы и проводятся в таком силовом виде. В результате Президент страны должен был в ручном режиме разруливать возникающие проблемы типа спасения Академии от ликвидации и введения годичного моратория, что, как мы видим, кардинально оздоровило ситуацию. Это спасло институты от растаскивания желающими поживиться. Увы, таких желающих поживиться и поуправлять имуществом Академии становится всё больше. Поэтому мы считаем, что то предложение, которое Андрей Александрович сделал про продление моратория, было бы очень полезно нам.

Второе. Проблема, которая стала притчей во языцех, – это лавинообразное увеличение бюрократии, бумаготворчества и формализма. Мы помним, что одним из базисных лозунгов реформы было: «Освободим учёных от несвойственных для них функций, пусть они занимаются своим прямым делом – наукой, административную нагрузку возьмут на себя управленцы, тем более что в ФАНО собраны квалифицированные менеджеры и руководитель ФАНО является очень активным и понимающим дело специалистом».

Сейчас этот благой тезис на практике явно не срабатывает. В четыре-пять раз возросло количество запросов, инструкций, совещаний в виде научной переписки. Она обрушилась на учёных как лавина, не оставляя времени для творческой работы, убивая инициативу, выталкивая молодёжь из науки и в конечном счёте подрывая нашу конкурентоспособность.

Возможно, это болезнь роста ФАНО. Здесь мы должны работать вместе с ФАНО, убрать бюрократическую нагрузку до минимально возможного уровня. Нам надо всем вместе приступить к реальным действиям по развитию, а не формализации науки. Сейчас, подводя годичный этап реформ, мы видим, что выполнен значительный объём технической работы по передаче имущества. К реальным проблемам мы только приступаем.

А ведь диагноз-то нашей науке хорошо известен: это крайняя, до 80 процентов изношенность научной инфраструктуры, устаревший, часто реликтовый приборный парк, хроническое недофинансирование, запредельный возраст учёных, молодёжь, жильё, пакет социальных проблем и многое другое, о чём говорят учёные страны многие годы. Мы от этих проблем никуда не денемся, и нам с ФАНО нужно сосредоточиться именно на этих задачах. Только в этом случае реформы принесут ощутимую пользу и получат поддержку, станут понятными учёным страны.

И последнее, самое главное. Непростой год трудных, болезненных преобразований показал один врождённый дефект закона о реформе и других сопряжённых с этим законом документов – это отсутствие чёткого законодательного разделения полномочий между Академией и ФАНО. Главной целью реформ является, как мы помним, ясный и короткий тезис о том, что РАН отвечает за науку, а ФАНО – за финансово-хозяйственное обеспечение научной работы.

Этот бесспорный тезис неоднократно озвучивался Президентом, и он приветствуется учёными. С ним, казалось бы, все согласны. И это естественно, каждый должен заниматься своим делом и там, где он компетентен. На практике же граница компетенций между Академией и ФАНО законодательно, увы, не установлена, поэтому сильно размыта и легко деформируется.

В результате у нас в науке сложилась юмористическая ситуация, когда центр компетенции находится в одном месте – в Академии наук, а центр управления – в другом, в ФАНО. Такой дуализм, как следует из теории управления, ведёт к неустойчивости и в результате – к аварии. В нашем случае авария – это когда Академия превратится в клуб учёных, а ФАНО – в ещё одну параллельную академию наук.

Я убеждён, что сейчас крайне необходимо этот сюрреализм ликвидировать. Это, кроме всего прочего, поможет ФАНО выйти из-под критики и достойно справиться с возложенными на Агентство тяжелейшими функциями управления громадным хозяйственно-имущественным комплексом из тысячи организаций.

Показательный пример нестыковки последнего времени, вызванный этим дуализмом, – это начатая ФАНО реструктуризация без участия Российской академии наук. Хотя не только такое участие, но ещё и методическое руководство со стороны Академии прямо предписывается не только логикой, но и духом закона, и прямыми Вашими поручениями.

В результате возникают странные ситуации. Я Вам докладывал о комбинациях, не хочу сейчас их озвучивать, они довольно выразительные. И опять Президенту страны, чтобы избежать кампанейщины, пришлось вручную разруливать такого рода ситуацию и давать поручение проработать вопрос о реструктуризации сначала на четырёх пилотных проектах.

Мы убеждены, что при дальнейшей реструктуризации, там, где она необходима, следует исходить только из научной целесообразности и только после предстоящей нам масштабной смены возрастных директоров и сутевой проверки работы институтов. И только после оценки правильности принятых решений на примере пилотных проектов можно двигаться дальше.

Кроме того, мы должны понимать, что речь идёт не только об объединении институтов, существуют просто противоположные ситуации, когда в крупном институте, пусть даже слабом и недостаточно развитом, существуют сильные научные группы, их надо выделять, каким-то образом с ними работать и проводить анализ этого дела. Делать это можно, по нашему мнению, только тогда, когда мы провели сутевую оценку этих институтов, а потом уже принимать управленческое решение.

В этой ситуации особую тревогу вызывает реструктуризация в регионах. В ходе последних событий региональная наука оказалась под большой угрозой из-за её атомизации, потери управляемости и поспешной, часто идущей мимо региональных научных центров и отделений реструктуризации.

Кроме того, к нам постоянно поступает информация о желании региональных и центральных вузов прибрать к рукам академические организации, с тем чтобы таким образом повысить свой не слишком высокий рейтинг. Да и введение, конечно, моратория в части реструктуризации как минимум делу бы не повредил.

И в заключение. Я убеждён, чтобы двигаться вперёд, необходимо провести чёткое и законодательное разграничение компетенций, полномочий и ответственности между РАН и ФАНО. Это когда решения по важным вопросам на стыке или перекрытии компетенций принимаются только при согласии двух сторон – РАН и ФАНО.

Сейчас речь идёт о принципиальном решении, Владимир Владимирович, которое необходимо принять, так как сегодня мы видим, что паллиативные технические решения типа изготовления многочисленных регламентов по локальным вопросам либо подключение научно-координационного совета лишь усугубят ситуацию и только бюрократизируют её.

Совсем недавно при обсуждении этого вопроса с Вами Вы дали поручение проработать юридическую сторону дела и понять, реально ли это реализовать на практике. Юристы Института государства и права Российской академии наук и Института сравнительного правоведения Правительства показали нам, что юридическая форма разделения хорошо известна и работает, например, в Большом театре, с которым часто сравнивают Академию, имея в виду высокий профессиональный уровень и признанный мировой авторитет этих двух организаций, они звучат очень близко. Даже говорят, что это визитная карточка иногда.

Так вот, в Большом театре учредителем и собственником является Российская Федерация, а функции и полномочия учредителя и собственника осуществляются Российской Федерацией и Министерством культуры в соответствии с уставом театра о разграничении. Такой принцип разграничения полномочий не нов, особенно уместен для творческой организации и сейчас работает для Эрмитажа, где мы заседаем, в Президентской библиотеке, а также в Институте законодательства и сравнительного правоведения и во многих других случаях.

Похожие вещи было бы необходимо ввести в отношении институтов РАН. Я знаю, что не все коллеги из нашего Совета одобряют это предложение и предлагают оставить, по существу, как есть. Но ведь годичный опыт тяжёлых реформ ясно показал нам, что, не решив этого принципиального вопроса, не закрепив законодательно за РАН научную компетенцию, а за ФАНО – административно-хозяйственную, мы просто обречены на пробуксовку и аварию в реформах.

Для нас в Академии важно, что в самом начале реформ Вы, Владимир Владимирович, предвидя возможные дефекты закона и документов о реформе, неоднократно указывали на возможность и даже необходимость корректировки закона путём принятия поправок и указов. Сейчас, я убеждён, наступил как раз этот самый случай. Я просил бы Вас, Владимир Владимирович, внести соответствующий пункт в проект решения и дать указание безотлагательно решить важнейший для нас вопрос о разделении компетенции. Это, безусловно, улучшит и ускорит процесс реформирования.

И совсем последнее. На Академию наук сейчас возложена новая ответственная функция, Андрей Александрович очень подробно и правильно про это говорил. Это тяжёлое и новое для нас дело, хотя по каким-то направлениям, я перечислил, мы уже двигаемся довольно устойчиво. Было бы здорово, конечно, каким-то образом, понимая всё-таки трудности с сегодняшним бюджетом, найти возможность поддержать учёных, поскольку количество новых функций, объём работы и качество работы, которую предстоит сделать, будут очень важны. И конечно, увеличить оплату за звание, которое сегодня находится у академиков на уровне 50 тысяч всего, а у членкоров – 25, было бы очень здорово и к месту.

«Важнейшим направлением деятельности академических институтов должны стать междисциплинарные исследования».

В.ПУТИН: Спасибо большое, Владимир Евгеньевич.

Вы привели в качестве примера параллель с Большим театром и сказали, что творческим процессом руководят на месте, что называется, в самом театре, а хозяйственные и прочие вещи осуществляются Министерством культуры. Здесь примерно то же самое. У нас ведь ФАНО и выполняет эту функцию, в данном случае квазиминистерскую по управлению имуществом.

В.ФОРТОВ: Я согласен с Вами.

В.ПУТИН: Я что-то не очень понимаю, в чём разница.

В.ФОРТОВ: Разница в том, что надо написать, что за науку отвечает Академия наук, потому что во всех документах, в четырёх местах Положения о ФАНО сказано: с учётом мнения (в том числе с учётом мнения). Понимаете, это не юридическая форма.

В.ПУТИН: Согласен, давайте подумаем.

А сейчас послушаем Михаила Михайловича Котюкова. Что касается материальной части вопроса, то я с Вами согласен, Правительство в целом тоже согласно. Нужно поговорить о параметрах, об объёмах, но в целом мы к такому шагу готовы и это сделаем. Но надо посмотреть, с Минфином согласовать по срокам и, повторяю, по уровню повышения. Но в целом мы все согласны.

В.ФОРТОВ: Спасибо.

В.ПУТИН: Михаил Михайлович, пожалуйста.

М.КОТЮКОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета и участники заседания!

За ФАНО России закреплено 1010 организаций, 732 из которых являются научными организациями. В них работают почти 20 процентов всех российских исследователей, треть из которых являются молодыми учёными. Наши организации используют 10 процентов средств федерального бюджета, направляемых на научные исследования на разных стадиях. И за эти 10 процентов бюджета фактически обеспечивается 60 процентов всего публикационного потока Российской Федерации.

За истекший год ФАНО подготовлена нормативно-правовая база, полностью позволяющая реализовать весь функционал учредителей и собственников в отношении подведомственных организаций. Уже на 80 процентов завершена работа по изменению уставов подведомственных организаций, приведению их в соответствие, до конца года мы работу завершим полностью. Во всех уставах научных институтов закреплены полномочия Российской академии наук в части научно-методического руководства деятельностью этих научных организаций. Мы эти тексты полностью с Академией наук согласовали.

Впервые в полном объёме стали выполняться все требования законодательства в отношении работы с подведомственными унитарными предприятиями. Составлены программы их деятельности, начата аттестация руководителей. Кроме этого, полностью регламентирован процесс выборов и назначения директоров в научных институтах. Уже в 11 научных организациях выборы завершены, директора, фактически вновь избранные, назначены. В истекающем году существенно увеличен приём в аспирантуру, что позволит в будущем формировать дополнительно кадровый резерв.

За год мы провели инвентаризацию федерального имущества, планируем до конца этого года в среднем 60 процентов имущества зарегистрировать. Параметрами бюджета в 2015–2016 годах нам предусмотрены средства для завершения в полном объёме этого процесса. В том числе эта работа потребовала существенного бюрократического вала запросов, мы несколько раз выверяли эти достаточно большие объёмные показатели. Рассчитываю, что по этой части объём административной нагрузки существенно сократится.

Весь бюджет, за который отвечает ФАНО России, составляет примерно 93 миллиарда рублей в год. Владимир Владимирович, это деньги, как я говорил, не такие большие в масштабах общероссийского научного бюджета. И конечно, с учётом моратория, если бы он распространялся и на эту строчку, неснижения, то нам было бы, наверное, проще выполнять те задачи, о которых мы говорим.

Ключевые функции в отношении подведомственных организаций закреплены нашим Положением как фактические вопросы, где мы должны вырабатывать с Российской академией наук общую точку, общую повестку: это формирование государственных заданий, программы развития организаций, оценка результативности и эффективности деятельности организаций, развитие кадрового потенциала, совершенствование инфраструктуры научной деятельности и так далее. Для чёткой структуризации работы по всем этим направлениям мы работаем, как мне казалось, очень плотно вместе с Академией наук.

Сформированы рабочие группы и советы, их больше десяти. Подготовлено соглашение о взаимодействии и соответствующие регламенты. Два уже подписаны, шесть находятся у Владимира Евгеньевича на окончательном утверждении, они согласованы рабочей группой, которая составлена у нас на паритетных началах. Вместе подготовлена новая система оплаты труда, система оценки результативности деятельности научных организаций, которая должна заработать с 2015 года уже в полном объёме. Составлена программа информатизация, которая должна как раз существенно снизить объём бумажного документооборота, с которым мы в этом году столкнулись. Сформирован Научно-координационный совет, состоящий из учёных, ведущих исследования на признанном серьёзном уровне, и уже на следующей неделе назначено первое его очное заседание. Он как раз призван дополнительно повысить координацию работы в отношении Академии наук, институтов и Федерального агентства по всем тем вопросам, которые мы должны решать сообща.

По тем поручениям, которые Вы давали в части запуска интеграционных проектов, могу сказать, что всем четырём проектам на сегодняшний день имеются обращения руководителей и поддержка коллективов, мы получили поддержку президиума Российской академии наук. Подготовлены концепции программ развития всех этих организаций. В принципе мы готовы дальше двигаться. Составлены совершено чёткие сетевые планы-графики по каждому из направлений.

Знаю, что на сегодняшний день обращений по продолжению программ преобразований достаточно много, и часть из них находится в президиуме Российской академии наук. Я рассчитываю, что предметная позиция будет сформирована, и мы будем от этой позиции уже дальше отталкиваться в следующих наших задачах.

Владимир Владимирович, какие вопросы сегодня ещё остаются достаточно актуальными сверх того, о чём сказал уже Владимир Евгеньевич? Нам действительно необходимо повысить координацию работы по научным исследованиям. Есть соответствующее поручение Правительства. Думаю, что мы в ближайшие годы должны будем в рамках уточнений программы развития науки и технологий, которая является основной государственной программой для наших организаций, найти ответы на ряд этих вопросов, в том числе это касается и использования научного оборудования, часть которого является действительно уникальной и должна работать как настоящий центр коллективного пользования.

Серьёзный вопрос по обеспечению жильём молодых учёных. Часть средств, выделенных в предыдущие годы, не была в полном объёме использована. И здесь большая просьба продлить участие молодых учёных в реализации Федеральной целевой программы «Жилище» на весь срок действия данной программы. В сегодняшней редакции это заканчивается 2014 годом, но показатели, как я сказал, в полном объёме, к сожалению, выполнены быть не могут.

Также у нас неоправданно затянулся вопрос с разграничением имущества между Российской академией наук и институтами, потому что часть объектов находится на балансе Российской академии наук, а фактически используется институтами. Нам нужно обязательно этот вопрос дорешать. Андрей Александрович сказал, что административных преград нет никаких, нужно просто эту работу оперативно завершить.

Считаю, что мы в ближайшее время сможем завершить подготовку всех необходимых регламентов для чёткого обеспечения нашего функционирования и автоматизировать работу с подведомственными организациями, что должно привести к снижению бумажного документооборота.

«Уже сейчас рождаются технологии, которые изменят мир, сам характер экономики, образ жизни миллионов, если не миллиардов людей. И мы должны быть лидерами в этих процессах. Не потребителями или не только потребителями, а глобальными поставщиками продукции нового технологического уклада».

В.ПУТИН: Большое спасибо.

Андрей Валерьевич Лисица, пожалуйста, прошу Вас.

А.ЛИСИЦА: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Совета!

Я хотел бы охарактеризовать ситуацию с точки зрения перспектив научных организаций, которые относились к отраслевым академиям наук, и в первую очередь академической медицинской науки, хотя допускаю, что принцип может также сработать и в сельхознауках.

Надо понимать, что отраслевая наука долгое время решала глобальные практические проблемы. Но я бы не ставил здесь знака равенства между глобальной практической проблемой, как, например, лечить заболевание, каким способом это осуществлять, и фундаментальной постановкой проблемы – например, как защитить большее количество людей от болезни.

Итак, снялись межведомственные барьеры, вынужденно или на добровольной основе произошёл контакт с фундаментальными учёными, которые собственно пациентов и не видели: это физики, химики, информатики, математики. Считаю, что такое взаимопроникновение междисциплинарного характера может привести к кардинальным изменениям, и в итоге мы можем получить медицинскую науку, ориентированную на массовую доступность и обращённую к большему числу населения.

Я имею в виду, что, какой бы ни был клинический центр продвинутых медицинских технологий, его ресурсы будут ограничены тысячами, десятками тысяч пациентов в год, а граждан – 150 миллионов. К каждому врача не приставишь, а здоровых довольно мало, есть недообследованные, как иногда говорят клиницисты – иногда в шутку, иногда всерьёз. И перспективы решения этой фундаментальной проблемы заключаются именно в кооперации фундаментального уровня Российской академии наук и практики учреждений медицинской сферы, которые сейчас вошли в этот пул.

Ну, конкретные примеры. Например, проект «Протеом человека» уже объединил десять научных организаций, чтобы мониторировать состояние здоровья на молекулярном уровне и предвосхищать болезнь.

Далее. Мы слышим о персонализированной медицине, этот вопрос школы академика Ивана Ивановича Дедова постоянно выносится на повестку дня. Но там есть фундаментальнейшая математическая задача, как дать оценку индивидуальному наблюдению исходя из среднестатистической модели. И абсолютно эквивалентная задача стоит в современной физике высоких энергий при обработке, в частности, данных лазеров на свободных электронах.

Биомедицинская наука. Триумф биомедицинской науки – это расшифровка генома «за тысячу долларов». Но интерпретации этому стоит не тысячу и даже не миллион долларов: механизма интерпретации геномов нет. И здесь интеграция с фундаментальными законами управления, анализа, дешифровки информации будет продуктивной.

Таким образом, перечень можно продолжить, в том числе указать на связки с гуманитарными дисциплинами. Я считаю, интеграция глобальных вызовов и их фундаментальные трактовки может дать конкретный задел для конкретных продуктов, которые будут влиять на качество жизни граждан, многих граждан.

Думаю, что интеграция медицинской классики с фундаментальной наукой предоставляет всем нам уникальный шанс. И хочу отметить, что стратегия агентства тут вполне адекватна с точки зрения науки о жизни. Система выведена из стационарного равновесия и по законам биологической адаптации должна оптимизироваться в новой точке сборки, как отвечающая уже современным реалиям.

Каким образом оптимизироваться? Я считаю, это задача в первую очередь учёных и их же ответственность. И отмечу, что задача эта поставлена командой Михаила Михайловича, с одной стороны, жёстко, а с другой стороны – профессионально корректно. Игнорировать её невозможно. Думаю, что это итог преобразования текущего года, которое я в целом оцениваю как положительное.

Спасибо.

В.ПУТИН: Благодарю Вас.

Коллеги, пожалуйста, кто хотел бы ещё сказать? Прошу Вас.

М.КОВАЛЬЧУК: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Я бы хотел поговорить о том, что, мне кажется, надо понять вообще, почему возник вопрос о реформе науки и зачем он нужен. Хочу обратить внимание на следующее. Мы с вами должны понимать, что мы живём при революционном изменении парадигмы развития науки. До сегодняшнего дня на протяжении 300 лет со времён Ньютона наука пыталась понять, как устроен мир. Во времена Ньютона был учёный одной специальности, он назывался по-английски – «натурфилософ», а по-русски – «естествоиспытатель». Человек посмотрел вокруг себя, не понял и обожествил окружающий мир. И учёный был одной специальности, была одна наука. После этого 300 лет мы, поскольку не поняли целое, разбирали единую неделимую природу на узкие дисциплины и построили сегодня узкоспециализированную систему науки и образования. И на ней построена отраслевая экономика. Фактически три сотни лет мы этим занимались. Когда я поступал в университет, там было 10 факультетов, а сегодня – 40. У вас сотни специальностей. И мы на этой узкой специализации построили уникальную цивилизацию, в которой живём и плодами которой пользуемся.

Но при этом мы пришли в космологический тупик. Приведу только один пример. Мы хорошо знаем, что из возникших 14 миллиардов лет назад во время Большого взрыва энергии и материи мы пользуемся, понимаем и оперируем только 5 процентами, то есть 95 процентов энергии и материи нам непонятны: это тёмная энергия, тёмная материя.

Теперь вопрос в чём? Мы сегодня разбирали природу и шли по пути анализа. Но фактически мы с вами имеем в руках коробку с пазлами. И эти пазлы – это узкие дисциплины, в которых мы достигли глубинного понимания.

Сегодня парадигма науки изменяется, мы можем начать противоположный процесс: из этих отдельных дисциплин складывать единый образ неделимой природы – и фактически перейдём на новый технологический уклад. Но для этого нужна междисциплинарность. Это сегодня стало понятно всем, это изменение парадигмы. Но вопрос заключается в том, кто сможет это сделать. Сегодня вся система организации науки и образования в мире против междисциплинарных исследований.

Возьмём Академию наук. В ней есть физика, химия, математика – вроде есть всё. Но каждое отделение находится за китайской стеной: свои журналы, свои институты, своё финансирование и так далее. Та страна, которая первая это поймёт и перестроит свою систему, выиграет XXI век.

Если мы посмотрим на ландшафт российской научной среды, научно-образовательной, то за последние несколько лет произошли тектонические изменения. Вы посмотрите, у нас на новый уровень подняты два университета – Московский и Петербургский, восемь федеральных университетов и 29 исследовательских. Хочу обратить внимание, что Академии наук Российской Федерации не было, зато  академии наук были в каждой республике, которые мы потеряли. Когда Советский Союз распался, мы потеряли всю зону науки вокруг. У нас осталась наука только в крупных городах России, что было просто принципиально опасно, такая концентрация филиалов.

Сегодня создание федеральных университетов завершило построение пояса науки, которого мы лишились во время распада Советского Союза. Ключевой вопрос теперь – перестройка нашего основного потенциала фундаментальной науки. Чем быстрее мы создадим плацдарм для междисциплинарных исследований, тем гарантированней мы будем готовы к новому прорыву на междисциплинарной базе.

Хочу вам сказать ответственно, что, по моему глубокому убеждению, наша страна сегодня в силу определённых негативных вещей: общей слабости и полуразвала – оказалась наиболее подготовлена среди всех развитых стран (у которых жёсткая система) к перестройке, к принципиально новой структуре, нацеленной на междисциплинарный прорыв. Чем быстрее мы завершим реорганизацию тысячи институтов, находящихся под крышей ФАНО, в крупные комплексы, нацеленные на решение конкретных важных вопросов, тем быстрее мы займём подобающее место, которое соответствует нашей стране, которое мы всегда занимали до сегодняшнего дня, реализуя прорывные проекты.

И мне кажется, Владимир Владимирович, я бы сказал так, это нехорошо говорить, но у меня такое ощущение, что у Академии, точнее у президиума, есть некие фантомные боли. Ведь институты на самом деле уже находятся в ФАНО, это очень важно. И Академия сегодня, как штаб науки, должна возглавить научный процесс перестройки, он должен происходить адекватно с точки зрения прогноза, с точки зрения экспертизы, помогая ФАНО совершать организационные действия.

Вот Владимир Евгеньевич бросил фразу, я даже её записал, что мы – центр компетенции. Центр компетенции находится не в президиуме и не только в президиуме – он находится в научных советах институтов, которые принимают эти решения. Вот я знаю конкретно, например, Институт кристаллографии, к которому я имею отношение: целый ряд институтов собрались, договорились, составили внятную программу, и учёные советы этих институтов единогласно проголосовали за необходимость объединения. Какая компетенция может быть выше этой?

Те институты, которые сложили свои предложения, провели через учёный совет (а таких как минимум уже десяток есть), надо ускоренным образом как пилоты, пилотные проекты, запустить. Потому что мы упускаем время и упускаем будущее страны, если будем топтаться и решать формальные проблемы. Мне кажется, что ключевой вопрос – фиксация в нашей стране принципиально новой, самой передовой, ориентированной на будущие прорывы междисциплинарной системы организации науки и образования. Существенные шаги уже сделаны – осталось чуть-чуть.

Е.ПРИМАКОВ: Прежде всего, я не согласен с моим другом Михаилом Валентиновичем, который, по сути, предлагает ликвидировать Академию. Я хотел бы сказать, что сейчас, после того как началась реформа, действительно, в Академии были очень разные настроения. Но благодаря, Владимир Владимирович, Вашему вмешательству и большой работе, которую проводит Администрация Президента, сейчас удалось более или менее стабилизировать обстановку. Она должна, конечно, включать в себя улучшение работы Академии, безусловно, но в то же самое время она должна быть стабильной.

Буду максимально конкретен. Для полной стабилизации обстановки, создания условий для развития науки необходимо разделить собственные функции РАН, ФАНО и общие функции, которыми им нужно заниматься вместе. Считаю, что ФАНО – это управление собственностью (они очень хорошо в этом отношении работают), финансирование институтов. А если говорить о РАН, это научно-организационное руководство институтами и создание, хочу особо подчеркнуть, ситуационных междисциплинарных групп, может быть, при центрах как комплексного пользования для имплементации конкретных проектов. Вот эта сейчас задача, мне кажется, стоит очень остро перед Академией.

Если говорить об общих функциях, то это, конечно, выработка критериев оценки институтов, это объединение или ликвидация институтов, формирование основных направлений развития науки. Но здесь ФАНО выступает как агент Правительства, я думаю, а не в собственном качестве.

«Приоритеты должны определяться не по принципу импортозамещения, а по принципу того, что нам точно нужно, перспективно и необходимо для развития науки и, может быть, там, где мы не сможем ничего получить, если сами не сделаем».

Вот все эти вещи нужно решать. Если есть расхождения по всем этим вопросам, то не надо, мне кажется, загружать и так занимающегося с утра до ночи нашего Президента всем этим, а ставить эти вопросы на президиуме нашего Совета. И пускай окончательное мнение будет высказано президиумом нашего Совета. Это в отношении ретроспективных моментов.

Теперь я хотел бы сказать несколько слов о необходимости развития сейчас некоторых направлений в нашей науке. Владимир Владимирович, я обратил большое внимание, и, собственно, не я один, очевидно, на то, что Вы расшифровали импортозамещение и связали импортозамещение с модернизацией экономики. Это чрезвычайно важно, потому что даже тогда, когда мы по импорту всё получали, Вы, наверное, помните хорошо, что тогда принят был закон об обнулении таможенных пошлин на ту продукцию, которая не производится у нас в стране, и плюс снятие НДС.

Я тогда работал в Торгово-промышленной палате, и мы провели исследование статистическое, и оно показало, что только 13 процентов наших промышленников, производителей закупают оборудование сегодняшнего или завтрашнего дня, а остальные все по дешёвке покупают то, что уже ушло. Здесь, мне кажется, очень важно – и не только по этому вопросу – активизировать вот этот центр в Правительстве, о котором Вы говорили в своём Послании Федеральному Собранию. Контроль над этим необходимо установить очень жёсткий.

И второй вопрос. В то же самое время и, судя по публикациям в средствах массовой информации, недостаточное внимание уделили, мне кажется, той части Вашего выступления, где Вы говорите о необходимости диверсификации экономики и необходимости сейчас наряду с сырьевой направленностью, Вы от неё не отказываетесь и правильно делаете, но нужно несырьевые создавать крупные компании, крупные производители несырьевые. И здесь особое значение должна иметь наука, и я думаю, что Правительству стоило бы сейчас всё-таки откорректировать ту федеральную целевую программу, которая была принята по развитию науки и техники 5 лет тому назад, и до 2020 года она определила всё. Но как можно определить до 2020 года, когда мы сейчас сталкиваемся с совершенно новыми проблемами?

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое, Евгений Максимович.

Прошу, пожалуйста.

В.САДОВНИЧИЙ: Спасибо, Владимир Владимирович.

Хочу сказать, что РАН, безусловно, национальное достояние, Вы об этом сказали. Конечно, надо всё сделать, чтобы это достояние работало на нашу страну. Вообще целью всех реформ, любых реформ, должно быть улучшение ситуации. Мне кажется, что главная цель этой реформы, которая была, – улучшение ситуации научного работника. Надо стремиться к тому, чтобы он чувствовал себя лучше, работал здесь, не стремился уехать, создавал вокруг себя школы, и тем самым мы бы укрепляли науку нашей страны, а следовательно, нашу экономику и нашу страну.

Мне кажется, мы на верном пути. Думаю, что на начальном пути какие-то шероховатости, безусловно, решаемые, это не есть принципиальные вопросы. Но я целью своего выступления хотел выбрать одну тему – это РАН и университеты.

Владимир Владимирович, мы провели недавно крупнейшее социологическое исследование настроения коллектива Московского университета. Опрошено было 6 тысяч студентов, 1000 аспирантов, несколько тысяч преподавателей, профессоров. Приведу только цифру, касающуюся темы заседания.

У нас огромная аспирантура, не только в России, не только в МГУ, но и в других университетах, и в Академии. Только 15 процентов аспирантов желают сейчас заниматься наукой, хотя раньше аспирантура была по определению кузницей кадров. Причины они называют разные: мотивация, зарплата, востребованность и так далее. Мне кажется, это есть главное, чтобы молодые люди, которые ещё очень многое могут сделать в науке, целью своей ставили заниматься наукой и её приложениями. Если мы добьёмся, что не 15, а 75 процентов аспирантов будут по окончании учёбы хотеть работать в науке, это и будет означать, что наша цель достигнута.

Как мы можем улучшить ситуацию? Предлагаю более активную интеграцию университетов и Академии наук. Не МГУ, конечно, жаловаться, у нас работают 300 академиков и членов-корреспондентов всех наук. У нас есть два факультета, сделанных совместно с наукоградами: один факультет в Черноголовке, декан вице-президент Алдошин, второй факультет в Пущино, биологический, декан академик Мирошников, – то есть у нас есть конкретные факультеты: наукоград и Академия наук.

Но всё-таки надо честно признаться, мы не смогли преодолеть барьер. Одни живут по одним законам, другие по другим. Такой полной эффективности нашего сотрудничества, я говорю сейчас откровенно, думаю, что нет. Нам надо добиться большего, чтобы Академия наук и наши университеты, в том числе и университеты в регионах, были более или менее единым целым.

Второе. Я хотел сказать, что, конечно, мы сделали, допустим, сотрудничество, а где практика? Мне кажется, что мы должны заполнить брешь, отраслевая наука, корпорации, фундаментальная наука, то есть создание кластеров. Кластер «Академия» – участвуют институты Академии, университет и крупная промышленная корпорация или несколько промышленных корпораций. Ведь надо решать уже конкретные задачи, в том числе импортозамещение, о котором Вы говорили, высокие технологии, применять наши фундаментальные знания. К сожалению, у нас есть только отдельные примеры этих кластеров.

И третье. Евгений Максимович, Михаил Валентинович сказали о межфакультетской тематике, междисциплинарной тематике. Хочу привести один пример. Три года назад в университете было объявлено, что будут читаться курсы не по данному направлению, а межфакультетские, то есть которые применимы для разных дисциплин. Все преподаватели были против: это будет нагрузка, у нас хватает своих курсов. Я сказал: давайте попросим студентов на сайтах – если они запишутся на эти межфакультетские курсы, мы будем их читать, если нет, не будем. За один день записалось 15 тысяч студентов. Сейчас читается 150 межфакультетских курсов, вот один из авторов – Владимир Алексеевич Соловьев, читает космос, на который ломятся студенты.

Это означает, что [запрос] на междисциплинарное сотрудничество уже есть, студенты этого хотят, они не хотят уже узко специализироваться, а хотят более широко смотреть на знания, на мир и, следовательно, на свою будущую работу. Думаю, что сотрудничество по межфакультетским тематикам между университетом и Академией наук очень перспективно.

В качестве позитивного примера хочу сказать, Владимир Владимирович, что тогда обсуждалось, при реформе, создание кадровой комиссии, сейчас она создана, я имею честь в неё входить. Комиссия работает по принципам, близким к тому, что есть в университетах, и первые заседания, уже два было, показали, что это правильная работа по подбору кадров на перспективу. Это тоже одно, на мой взгляд, из неплохих решений, связанных с реформой Академии.

А.ДВОРКОВИЧ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Буквально несколько слов.

Первое. Правительство сможет решить стратегические задачи, которые Вы поставили в Послании, которые у нас содержатся в программных документах, только с помощью академической науки и, конечно же, при участии и университетской науки. Ни о какой ликвидации Академии наук, ни о каком ослаблении её роли в настоящий момент речи быть не может. Это просто очень странная, мне кажется, мысль и посылы, и мы делаем сейчас всё, чтобы выстроить рациональную, разумную систему совместной работы.

Но что реально является препятствием? Об этом только что было сказано, по сути, превалирование формы над содержанием. У нас законы построены на том принципе, о котором сказал Михаил Валентинович. Они построены на отраслевом принципе, на разделении сфер деятельности и влияния. Образование отдельно от науки, фундаментальная наука отдельно от прикладной науки. Это сразу же влияет на организационные механизмы, влияет на механизмы финансирования, не даёт возможности нормальным образом без ежедневного ручного управления реализовывать серьёзные совместные научные проекты. Это касается не только науки на самом деле, это касается абсолютно всего, но в науке это очень хорошо проявляется.

Вот эту разобщённость в сфере законодательства нужно убрать, исключить, сделать это как можно быстрее и прекратить говорить, что у нас образовательная организация – это образовательная, которая занимается наукой; научная – это научная, которая занимается образованием. Ведущие центры науки и образования – это реально научно-образовательные организации все, все до одного. А те, которые не занимаются одновременно тем и другим, как правило, не являются ведущими центрами.

По содержанию. Какая сейчас есть проблема в связи с бюджетными ограничениями? Поскольку растёт только бюджет, связанный с военными разработками, ведущие научные центры, в том числе Академия наук, начинают заниматься на 90 процентов только исследованиями, связанными с программой вооружений. Это, с одной стороны, отвечает приоритетам нынешнего периода, с другой стороны, ведёт к деградации гражданских исследований во многих центрах.

Реализовывать приоритетные прорывные проекты можно, только если не просто зафиксировать текущее финансирование, а на именно приоритетные проекты выделить хотя бы минимальные дополнительные средства. Это позволит, во-первых, определить с учётом критических технологий и приоритетов прорывные проекты, во-вторых, реализовать их на основе совместной деятельности Академии и других научных исследовательских центров. При этом перечень критических технологий и перечень основных направлений науки и техники должен действительно носить междисциплинарный характер.

Проект отчасти такой характер носит, я здесь не совсем согласен с Андреем Александровичем, но действительно отчасти. Там есть вещи, которые являются результатом желаний отдельных ведомств и отделений Академии наук. Все, естественно, захотели внести своё, никто от своего отказываться не хочет и, конечно же, не должен, но мы пока действительно не смогли по некоторым направлениям определить действительно комплексные приоритетные междисциплинарные проекты. Надеюсь, что вместе эту работу завершим в течение ближайших недель.

По дальнейшей организации этой работы – я согласен с принципом двух ключей на самом деле, здесь никакого противоречия нет. Сейчас есть формулировки в уставах, в положениях, в законе, которые действительно предписывают либо Академии, либо ФАНО действовать с учётом мнения партнёра. Мы готовы прописать – пока это, мне кажется, лучше сделать на уровне постановления Правительства – такие регламенты, при которых будет действовать принцип двух ключей, а при наличии разногласий будем принимать решение либо на уровне руководства Правительства, – я являюсь курирующим вице-премьером, и 90 процентов разногласий имею возможность снимать, – наиболее критические будут оставаться на усмотрение Председателя Правительства либо Ваше как Президента, определяющего стратегические направления развития страны и науки в том числе. Этот принцип в ближайшее время я считаю нужным действительно зафиксировать, мы о формулировках точно можем договориться.

Наконец, что касается интеграционных проектов. Действительно, четыре проекта уже практически структурированы, в двух головных центрах я уже был недавно, ещё два посещу буквально в ближайшие дни. Мне кажется, что по этим четырём проектам нужно двигаться, при этом не останавливать анализ остальных заявок – анализ вести, но принимать решение по остальным заявкам после того, как будут сформулированы чёткие «дорожные карты» и начнётся реализация четырёх проектов, чтобы не допустить организационных ошибок, провалов при реализации отдельных этапов и, таким образом, не дискредитировать саму идею. Но, повторяю, анализ и в президиуме Академии наук, и в ФАНО, и в Правительстве необходимо продолжить.

Хотел бы поблагодарить Академию наук за очень конструктивную работу все последние месяцы. Янедавно только начал заниматься этой темой, считаю, что мы вместе сможем добиться тех результатов, о которых сегодня говорим.

И.ТИХОНОВИЧ: Владимир Владимирович, я тоже представляю здесь академию отраслевую, которая вошла в состав большой Академии. Надо сказать, что это действительно был очень положительный момент. И я целиком согласен с положительными оценками нынешнего этапа реформы, которые здесь высказывались.

В отношении разграничения функций Академии и ФАНО – на мой взгляд, это не такая большая проблема, институты не так уж сильно от этого страдают. Мы действительно получаем поддержку из ФАНО, особенно материальную, административно-хозяйственную, и это надо всячески развивать. Академия наук тоже не чужда нам, и комплексные проекты по развитию, скажем, комплексной оценки плодородия почв или другие, о чём здесь говорилось, – это всё совсем новые возможности, которые открылись в результате такого объединения.

Здесь приводили примеры с Большим театром, что вот там хорошо, – я приведу другой пример, прошу прощения, если кого-то он покоробит. Я помню, что вот такие функции, о которых сейчас говорит ФАНО, выполнял в своё время обком партии и выполнял очень положительно, отвечая за всё, что в институтах происходит, но тем не менее оставляя фундаментальные исследования на усмотрение учёных советов и экспертных советов.

Но хотел бы я сегодня поднять вот какой вопрос. Мне кажется, что в решении проблем, о которых сегодня так заинтересованно говорят коллеги, большую роль могли бы сыграть научные общества. За последнее время активность научных обществ как-то снизилась, это я говорю самокритически, поскольку представляю общество генетиков и селекционеров. А ведь эти общества могли бы играть роль и пропаганды науки, и привлечения молодых кадров, и, скажем, борьбы с антинаучными идеями, да, в конце концов, в идеологическом противостоянии наши общества тоже могли бы быть тоже вполне реальными инструментами. Хотелось бы только получить определённую поддержку. В своё время работа научных обществ очень плотно курировалась Академией, и там была даже финансовая поддержка, но сейчас на этом мы не особенно настаиваем.

В Вашем Послании, Владимир Владимирович, очень обнадёживающе звучали слова о некоммерческих организациях, об их новом статусе. Научные общества тоже требуют для своей работы определённого понимания наших проблем. И мне представляется, что если бы такая поддержка была бы оказана, это принесло бы совместную пользу всем нам.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Пожалуйста, Татьяна Ивановна.

Т.МОИСЕЕНКО: К междисциплинарности. Вот смотрите, получается так, что сейчас четыре пилотных проекта, и около ста институтов заинтересованы в том, чтобы создать крупные кластеры, объединиться. Но они все объединяются по ведомственной принадлежности. Я знаю ситуацию изнутри. Например, водные ресурсы, готовится кластер, много желающих, геологи тоже объединяются. А где же междисциплинарность в этом случае?

Давайте возьмём биосферу. Здесь физики нужны, математики нужны науке о жизни, причём от клеточного, генетического до молекулярного [уровня]. Эволюционисты нужны. Куда мы сейчас идём, как мы будем развиваться? Ведь это очень важно – сохранить условия.

Здесь, понимаете, наравне с тем, что, бесспорно, нужны и такие кластеры, чтобы усилить, с одной стороны, действия учёных по направлению, например, в геологии, в науках о земле, о жизни, а с другой стороны, необходимы такие, может быть, пилотные проекты, которые свяжут эти направления для решения крупной фундаментальной проблемы. Это первый вопрос. Моё предложение в этом заключается, чтобы всё-таки наравне с крупными кластерами формировались и настоящие междисциплинарные исследования, где будут взаимно прорастать учёные.

Второй вопрос. Конечно, взаимодействие ФАНО и РАН. Смотрите, Владимир Владимирович, Вы так чудесно сказали нам, я даже здесь с эмоциями скажу, что учёные должны заниматься наукой, а организационные вопросы пусть решает ФАНО. Это было на одном из первых наших заседаний. Наш институт написал Вам письмо, не знаю, дошло оно или нет, но мы приветствуем это решение.

Но сейчас я понимаю, что ФАНО только становится на ноги. У меня не было в жизни – я 15 лет в руководстве – года тяжелее, чем этот. 8–10 писем, здесь все руководители сидят, приходит в день, и ответ надо дать завтра, в крайнем случае послезавтра. Все сведения, которые запрашивают, разные отделы – и в сущности всё, всё есть в Интернете, мы всё это вывешиваем, мы открыты.

Михаил Михайлович [Котюков] сказал, что он стремится снять с нас бюрократию, и здесь я поддерживаю Владимира Евгеньевича [Фортова], это действительно у нас был тяжёлый год, но будем надеяться, что эта реорганизация пройдёт, и мы действительно будем заниматься наукой больше времени.

Спасибо за внимание.

Е.КУДРЯШОВА: Я бы хотела несколько тезисов.

Первое. Хочу поддержать Михаила Валентиновича в том, что, на мой взгляд, – и мы вчера это обсуждали на «круглом столе», который проходил на юридическом факультете Санкт-Петербургского университета и назывался «Междисциплинарное образование в контексте современной науки», – что мы сейчас стоим на пороге новой научной парадигмы, которая требует междисциплинарности, конвергентности, синергии и открытости.

Второй тезис связан с тем, что совсем недавно по инициативе Федерального агентства научных организаций, при участии членов научного совета программы, которая называется «Поисковые фундаментальные научные исследования в интересах развития арктической зоны Российской Федерации», это программа Российской Академии наук, и при участии институтов РАН и центров от Дальнего Востока до северо-запада России и нашего федерального университета, прошёл очень интересный дискуссионный клуб под названием «Арктика как системообразующий проект социально-экономического развития России».

Коллеги, такие геополитические регионы, как Дальний Восток, Крым, Арктика и другие, действительно являются сегодня системообразующими и требуют комплексных научных исследований: и фундаментальных, и прикладных. Если сегодня Арктикой занимается огромное количество министерств и ведомств, такие как Минэкономразвития, Минкультуры, Минтранс, Минприроды, МЧС, Министерство обороны и многие другие, а также вышел указ об определении сухопутных территорий арктической зоны Российской Федерации, всё это требует комплексного подхода, а значит, нужна открытость, нужна межведомственность.

В этом контексте нам представляется, например, что программа научных исследований, связанных с Арктикой, конечно, должна быть расширена и должно развиваться сетевое сотрудничество институтов Российской Академии наук с отраслевыми НИИ, например, такими как Арктический и антарктический институт Росгидромета, и, конечно, с ведущими вузами Российской Федерации. Мы очень одобрительно относимся к инициативе, которая в этом году была в Российском научном фонде, где было поддержано больше 30 проектов, связанных с Арктикой. Но нам кажется, что можно было бы так же, как в других странах – членах Арктического совета и даже странах – наблюдателях Арктического совета, выделить отдельное направление, связанное с междисциплинарными арктическими исследованиями в интересах нашей российской Арктики, нашего государства.

Нам представляется, что можно было бы создать национальный российский научно-образовательный портал, который мог бы стать эффективной площадкой аккумуляции результатов научных исследований и координации научно-образовательной деятельности России в Арктике. Те результаты, которые получаются и будут получены в результате научно-исследовательской деятельности, могли бы стать основой для разработки нового [учебного] курса, – мы его условно называем «арктиковедение» – того пула знаний, которыми должны обладать все люди, работающие в Арктике, независимо от той базовой специальности, которую они получили или по которой трудятся.

И, наконец, результатом «круглого стола», который проходил под эгидой ФАНО в нашем регионе, было предложение, оно было поддержано всеми, о создании федерального центра комплексных исследований Арктики как некоего оператора или координатора в помощь Правительству Российской Федерации, Федеральному агентству научных организаций. И вот губернатор Архангельской области выступил с инициативой, чтобы такой центр был создан в Архангельске. Восемь учреждений, подведомственных ФАНО, насколько мне известно, подписали соответствующее соглашение на эту тему. Мы, Владимир Владимирович, как федеральный университет, чётко следуем указанию, которое Вы дали на встрече со студентами нашего университета 9 июня, о том, что обязательно нужно, чтобы наш университет работал на государственную стратегию и на государственную программу развития Арктики.

Спасибо.

Е.ВЕЛИХОВ: Уважаемый Владимир Владимирович, я думаю, что курс на самом деле реформы правильный, но у меня есть одно замечание. Мне кажется, что нам нужно обратить особое внимание на то, чтобы при этой кластеризации, создании кластеров, была правильная оценка [эффективности]. Потому что разная может быть оценка, но сегодня она в значительной степени делается по линии цитирования, по линии количества публикаций и так далее.

Мне кажется, что самое главное – всё-таки должны быть такие кластеры, они в этой классификации называются «научные», у которых в конце всё-таки есть новая технология, новая промышленность. Ведь, скажем, Курчатовский институт был чем хорош: он создавал новые отрасли промышленности. Сейчас на самом деле настолько быстро развивается наука, что нам нужно обязательно, чтобы при выборе кластеров оценивалось не только по цитированию, и не столько по цитированию, сколько именно по созданию новых промышленностей.

Н.ТЕСТОЕДОВ: Владимир Владимирович, я не знаю, как остальные, я впервые услышал, что наложен мораторий ещё на один год на преобразование Российской Академии наук и ФАНО. Я понимаю, что это решение вынужденное...

В.ПУТИН: Это совсем не так, я не сказал, что мы останавливаем какие-то преобразования. Преобразования, наоборот, надо продолжать.

Н.ТЕСТОЕДОВ: Но мораторий остаётся ещё на один год.

В.ПУТИН: Мораторий на отчуждение имущества от Академии. Это не значит, что не нужно институты объединять, создавать кластеры, какие-то другие формы искать. Отчуждение имущества, материального комплекса от Академии на сторону – вот о чём идёт речь.

Н.ТЕСТОЕДОВ: Проблемными вопросами сегодняшнего совещания явились два. Один сформулирован в документе, представленном нам, о том, что дальнейшая работа по работе Академии должна приниматься организациями ФАНО, при этом мнение Российской академии только учитывается. Вот правильно было сказано: должен быть принцип двух ключей, и это решает всё, потому что не может администратор успешно решать научную задачу.

Если позволите, я сошлюсь на пример, потому что рядом [с этим залом в Эрмитаже] Зал воинской славы. В своё время достаточно продвинутый менеджер и управленец Наполеон Бонапарт ответил Роберту Фултону, изобретателю парохода, предложившему ему план пароходного флота для завоевания Англии, следующим образом: «Вы предлагаете, чтобы корабль плыл против течения и против волн, разведя огонь под палубой? У меня нет времени на эти бредни». После этого Англия осталась, Наполеон пошёл на Россию, и история изменилась.

Поэтому здесь очень важно, когда решения принимаются собственно Академией или с её «вторым ключом».

Второе. Очень небезобидными мне кажутся слова и дискуссия о том, какая должна наука превалировать сегодня, университетская или академическая. У меня такое ощущение, что сегодня под этот принцип пытаются чуть-чуть развалить Академию наук и под университеты, и под государственные научные центры, которые не входят в Российскую Академию наук, забрать наиболее мощные направления. Это должна решать сама Академия, об этом заявлял в своей программе Владимир Евгеньевич Фортов два года назад. Надо дать время Академии. Несомненно, участие ФАНО должно быть обязательно, потому что все ресурсные ограничения идут через эту организацию. Считаю, что это совместное мероприятие и должно привести к успеху.

Н.КРОПАЧЕВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги!

Безусловно, реформа РАН – это не что-то постороннее для Санкт-Петербургского университета не только потому, что в университете тоже много академиков. Мы поменьше Московского университета, почти вдвое, а академиков и членов-корреспондентов Российской Академии наук у нас втрое меньше, но среди них много директоров институтов, руководителей отделов в институтах. Поэтому происходящее в Академии хорошо известно. Но не только поэтому.

Дело в том, что то, что происходило у нас, Владимир Владимирович, после того как добро было дано на принятие закона о двух университетах, во многом, если не сказать по сути, не повторяет или повторяет сейчас в Академии наук то, что происходило в Санкт-Петербургском университете. В конце 2009 года прозвучала та фраза, которая сегодня уже звучала не раз в стенах Санкт-Петербургского университета, правда, на учёном совете о том, что нужно освободить учёных от несвойственных функций. Что вызвало это в университете? Вызвало бурю непонимания и неприятия деканов факультетов, заведующих кафедрами, многих и многих.

Буря эта была долгой, но вот интересный факт, я даже записал это. Недавно, выступая на заседании учёного совета, академик Русанов – один из таких активных академиков, который противодействовал происходящему в университете разделению вот этих полномочий, произнёс такие слова: «Какая задача администрации по отношению к учёным, по отношению к научной работе? Главная задача администрации – создать условия для эффективной научной работы, и в этом направлении администрацию даже не в чем упрекнуть. Прошло всего пять лет, но по целому ряду направлений сделано всё, что можно было сделать. И мы только сейчас пришли в счастливое состояние – ну никогда за 60 лет жизни университета у нас не было таких условий, как сегодня».

Да, это 5 лет, в течение которых мы проходили тот же самый путь. Первый этап – мы смотрели собственность, оформляли участки земли, здания, банковские счета, возвращали имущество. Дальше создавали правила, которые сейчас так быстро создаются, Михаил Михайлович, Вами и вашей командой. Мне кажется, что не хватает важного: открытости должно быть больше, и упрёк со стороны руководства Академии наук здесь, наверное, не случаен. В случае если открытости будет больше, будет и понимание тогда у учёных, что делается, зачем делается, и помощь со стороны учёных, как это делать лучше в их интересах, осознание в этом случае важности освобождения учёных от несвойственных им функций, будет и реальная поддержка со стороны учёных.

Что ещё открывается? И здесь я хотел бы снова вернуться к той конференции, которая проходила вчера, и словам Михаила Валентиновича. Безусловно, междисциплинарность и научных исследований, и образовательных программ, а здесь министерство не только сейчас, но ещё во времена Андрея Александровича [Фурсенко] сделало очень много, ведь мы перешли от факультетского принципа образования к образованию по конкретным образовательным программам. В результате, теперь участие учёных и преподавателей – химиков, физиков, математиков – в одной конкретной образовательной программе становится нормой. В университете не 24 факультета, на которые поступают студенты. Сегодня в Санкт-Петербургском университете 300 образовательных программ, каждая из которых в той или иной мере комплексная.

Мешали ли преграды, которые существовали раньше, развитию университета и его междисциплинарности? Очень мешали. Те преграды, которые сейчас Михаил Михайлович и его коллеги снимают, откроют возможность междисциплинарности двигаться вперёд? Безусловно, откроют. Но для этого нужна большая гласность.

В заключение я хотел бы процитировать снова академика Русанова, который на этом же учёном совете сказал следующее: «У меня наукометрия снижается год от года! Я эти слова сказал на заседании кафедры и дал слово кафедре, что приму все меры, чтобы исправить ситуацию». В ответ я ему сказал: «Наукометрия не главное!». Он меня, безусловно, понимает. Уверен, что при тех темпах, которые сейчас есть в ФАНО, при правильности действий, которые совершаются, в ближайшее время кто-то из присутствующих лидеров Академии наук – а я думаю, что это будет не через пять лет, а года через два, – произнесёт те же слова, которые сказал академик Русанов.

В.ПУТИН: Спасибо.

Сначала замечание, скажем, такое не кардинальное, не существенное и не относящееся к преобразованиям в сфере Академии наук, а относящееся к сегодняшней нашей жизни. Это касается импортозамещения и обнуления таможенных пошлин ввозных и даже отмены НДС на некоторые товары, о которых упомянул Евгений Максимович.

Я хочу сразу оговориться и сказать, что когда я частенько говорю об импортозамещении, то всегда оговариваю: там, где это целесообразно. Вот кто бы и как бы ни хотел выстроить вокруг нас какие-то сложности, в современном мире, особенно в случае, если страна сама открыта миру, всё завернуть, закрыть и «хватать и не пущать» невозможно, просто нереально абсолютно. Это значит, что и нам не нужно всё импортозамещать. Можем мы бананы выращивать или нет? Можем. А нужно? Нет, потому что они будут дорогими, и уж бананы мы точно купим где-нибудь.

Хочу, чтобы вот это понимание было и тогда, когда мы приоритеты определяем. Приоритеты должны определяться не по принципу импортозамещения, а по принципу того, что нам точно нужно, перспективно и необходимо для развития науки и, может быть, там, где мы не сможем ничего получить, если сами не сделаем. Но, безусловно, это для нас открывает новые возможности, совершенно очевидно, потому что и в той же оборонной части наука сегодня, конечно, очень сильно выросла – она всегда была, эта составляющая, но сегодня она очень сильно выросла, эта составляющая двойного назначения. Это всем понятно и ясно.

Ну а что касается обнуления таможенных пошлин, то раньше всегда это мотивировалось тем, что у нас не производится, а нам нужно отрасли практического производства обновлять и обновлять на современной базе, наши предприятия должны быть современными, эффективными и конкурентоспособными. И всё, вроде, правильно, но в то же время практика показывает: как только мы обнуляем пошлины на что угодно, ничего внутри по этому направлению не растёт, просто всё сразу фактически закрывается. Потом возобновить даже слабые ростки какого-то производства становится практически невозможно. Поэтому в этих процессах, связанных с импортозамещением и с ограничениями внешними, действительно, и здесь никакого преувеличения, есть и минусы, и плюсы, и неизвестно чего больше.

Теперь по поводу дискуссии, что важнее: академическая наука или вузовская? Вы знаете, мне кажется, что это несерьёзный спор, его нет, этого спора и быть не может. Это очевидная вещь, что в разных странах по-разному складывалась организация науки, и у нас наука в значительной степени изначально была сосредоточена прежде всего, конечно, в академических институтах, в Академии наук. А вузы всегда занимались подготовкой кадров. Но так же очевидно, что сегодня в мире и образовательные процессы, и научные процессы сближаются так же, как сближается межотраслевое значение всех различных сфер деятельности. Это очевидный процесс.

Нам нужно, как это ни печально, но, может быть, тоже в ручном режиме отыскать эту золотую середину, объединяя, но ничего не разрушая, не дай бог. Мы ещё в одном месте ничего, может быть, как следует не создали, другое уже разрушили, то, что наработано там веками. Ни в коем случае этого делать не будем. Но сближать, взаимно дополнять друг друга не только возможно, а обязательно нужно делать, аккуратно, не разрушая, а только наращивая наши возможности. Надеюсь, что по такому пути мы с вами и пойдём.

Теперь по поводу того, собственно говоря, ради чего мы и собрались, пообсуждать, как дальше будем развивать реформу. Я ещё раз хочу вернуться к тому, что было сказано Евгением Максимовичем Примаковым. Мне кажется, что это очень рациональный подход, а именно: чётко разделить ответственность, за что ФАНО отвечает, за что Российская Академия наук отвечает, и определить общую функцию, общую ответственность. Аркадий Владимирович [Дворкович] говорил, фактически поддержал этот подход двух ключей, то, о чём, собственно говоря, и просит Владимир Евгеньевич. Давайте мы так и сделаем, только давайте мы сначала не на закон выйдем, а выйдем на постановление Правительства. Вместе с Академией наук, вместе с ФАНО, вместе с президиумом нашего Совета определите основные параметры этого постановления, посмотрим, о чём вы договоритесь, пожалуйста, изложите всё на бумаге, положите это на бумагу, пускай это начнёт работать, а потом посмотрим, как это всё функционирует. Если нужно, внесём какие-то изменения, дополнения, а потом выйдем и на принятие соответствующего закона, чтобы нам потом закон не курочить каждый раз, а исходя из практики сделать окончательно.

По поводу того, что растут только исследования, связанные с обороной, это не совсем так. Они растут, эти исследования, потому что рост был предусмотрен соответствующей программой вооружений и программами исследований. Но и они тоже, имея в виду бюджетные ограничения, растут не так, как было предусмотрено первоначально, а эти темпы роста сокращаются так же, как, собственно, сокращаются некоторые другие темпы роста финансирования по некоторым другим направлениям.

Здесь хотел бы на что обратить внимание? Мы с вами хорошо знаем, как в советские годы развивалась Академия наук: там, наверное, почти на 90 процентов всё было связано так или иначе с «оборонкой». Но в современном мире, и я уже об этом сказал, а вы знаете это гораздо лучше, чем я, действительно, составляющая двойного назначения кардинально выросла.

Когда мы говорим о некоторых отраслях производства, которые сейчас насыщаются деньгами гособоронзаказа до 2020 года, то я всё время не устаю повторять [следующее]. Вот смотрите, допустим, судостроительные предприятия, какие-то другие сейчас имеют большое количество заказов, но они [заказы] не вечно будут. Вот произойдёт обновление армии и флота, а мы переразмерим сейчас возможности, нам нужно либо плавнее это делать на предприятиях, либо заранее посмотреть, как это будет использоваться, те мощности, которые будут созданы. То же самое мы должны делать и в научных исследованиях, ровно то же самое. Конечно, это не одно и то же, но принцип должен быть такой. Тогда, может быть, вот эти вещи, связанные с сокращением темпов роста... Хочу обратить внимание, у нас не сокращаются абсолютные величины – темпы не такие, как нам бы хотелось, – и как мы планировали раньше увеличение финансирования, мы и по гражданской науке будем увеличивать финансирование, и по вузовской науке, там, где это целесообразно и даёт эффект, тоже будем делать. Причём по разным направлениям: и прямое финансирование, и по линии грантовой поддержки.

В этой связи, конечно, я ещё раз хочу сказать, что предложение президента Академии наук по поводу увеличения ежемесячных денежных выплат членам Академии наук, действительным членам и членкорам будет поддержано.

Спасибо большое за внимание. Всего хорошего.

 

 

 

 

Большая пресс-конференция Владимира Путина

URL:  http://news.kremlin.ru/transcripts/47250

Пресс-конференция Владимира Путина.

 

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Очень рад вас видеть в хорошем расположении духа, в боевом настроении. Как мы и делали в прошлый раз, я начну, скажу о результатах работы за год, а затем постараюсь ответить на ваши вопросы.

Первое – это, естественно, самое основное, экономический показатель. Рост валового внутреннего продукта – он за 10 месяцев текущего года составил 0,7, может быть, будет где-то 0,6 процента. Вчера мы с коллегами собирались, более точно подводили итоги. Сальдо торгового баланса выросло на 13,3 миллиарда долларов и составило 148,4 миллиарда долларов.

После прошлогодней паузы немного ускорилось промышленное производство. За январь–октябрь прирост составил 1,7 процента. На низких значениях находится и уровень безработицы. Он у нас опускался даже ниже пяти процентов, сейчас где-то в районе пяти, может быть, 5,1 процента.

Продолжает развиваться агропромышленный комплекс. Думаю, что по результатам года его рост составит 3,3 процента. И, как вы знаете, в этом году у нас рекордный урожай – 104 миллиона тонн.

Несмотря на все турбулентности на финансовом рынке, федеральный бюджет в этом году будет свёрстан с профицитом, то есть доходы будут превышать наши расходы на 1,2 триллиона рублей, это примерно 1,9 процента ВВП. Минфин ещё досчитывает, но то, что бюджет будет профицитным, – это точно.

Главным итогом года в социальной сфере нужно назвать, конечно, позитивную демографическую динамику. Естественный прирост населения за десять месяцев – 37,1 тысячи человек. У нас снижается смертность и увеличивается рождаемость. Это очень хороший тренд, и, безусловно, нужно сделать всё для того, чтобы его сохранить. Как мы и обещали, мы продолжаем индексировать материнский капитал: в 2014 году он составил 429 408,5 рублей.

Достигнуты и превышены установленные на 2014 год целевые соотношения заработной платы по десяти категориям работников. Вы знаете, о чём идёт речь. Это, прежде всего, педагоги школ, учреждения дополнительного образования, социальные педагоги, преподаватели вузов, врачи, средний и младший медперсонал, работники учреждений культуры. В 2014 году были дважды проиндексированы пенсии: с 1 февраля на 6,5 процента и с 1 апреля ещё на 1,7 процента.

Большое внимание в этом году мы уделяли повышению боевых возможностей и боеспособности Вооружённых Сил. Не буду всё перечислять. Остановлюсь только на социальном показателе. В 2014 году постоянное жильё получили 11 700 военнослужащих Министерства обороны. Служебным жильём обеспечены 15 300 военнослужащих. Это 100 процентов от запланированных годовых показателей.

Это то, что я хотел бы сказать вначале по цифрам. Теперь несколько слов о текущей ситуации. Думаю, что все мы понимаем, что главный вопрос сегодняшнего дня, главный вопрос, который интересует граждан нашей страны, – о том, в каком состоянии находится экономика, национальная валюта, как будет развиваться ситуация в социальной сфере в этой связи. Попробую очень кратко, несколькими предложениями охарактеризовать эту ситуацию, сказать о том, как, я думаю, она будет развиваться. После этого пресс-конференцию в принципе можно заканчивать. (Смех в зале.) Но если у вас будут наводящие вопросы, я постараюсь на них ответить.

Итак, конечно, сегодняшняя ситуация спровоцирована внешними факторами прежде всего. Но исходим из того, что нами многое не сделано из того, что мы планировали сделать и говорили, что мы должны сделать по диверсификации нашей экономики в течение практически предыдущих 20 лет. Сделать это было достаточно сложно, если вообще возможно, с учётом как раз этой благоприятной в данном случае внешнеэкономической конъюнктуры, когда бизнес старался деньги вкладывать в основном туда, где можно было извлечь максимальную и быструю прибыль. Перестроить этот механизм достаточно сложно.

Сегодня ситуация, как вы знаете, поменялась. Влияют на сегодняшнюю ситуацию и внешнеэкономические факторы прежде всего, конечно, цена на энергоносители, на нефть, а за ней тянется и цена на газ. Считаю, что и Центральный банк, и Правительство принимают адекватные меры в сегодняшней ситуации. Есть вопросы и к Правительству, и к Центробанку по поводу своевременности, качества принимаемых мер, но в целом абсолютно адекватно и в правильном направлении происходит действие.

Надеюсь на то, что вчерашнее, сегодняшнее снижение курса иностранной валюты и повышение стоимости национальной – рубля – сохранится. Возможно ли это? Возможно. Возможно ли дальнейшее снижение цен на нефть и будет ли это влиять на национальную валюту, а соответственно, и на все другие показатели, включая инфляцию и так далее? Да, возможно.

Что мы в этой связи собираемся делать? Мы собираемся использовать меры, которые мы использовали, и достаточно успешно, напомню, в 2008 году. В этом случае нужно будет сосредоточить внимание на помощи людям, которые в этом действительно нуждаются, и сохранить, я хочу это подчеркнуть, сохранить все наши плановые показатели по социальным вопросам и проблемам, имея в виду, конечно, прежде всего пенсии, имея в виду заработные платы бюджетников и так далее.

Безусловно, если ситуация будет неблагоприятно развиваться, то нам придётся вносить какие-то коррективы в наши планы. Безусловно, придётся что-то сокращать. Но так же безусловно, и я хочу это подчеркнуть, как говорят специалисты, «отскок в плюс», последующий рост и выход из сегодняшней ситуации неизбежен как минимум по двум причинам. Во-первых, рост мировой экономики будет сохраняться, темпы снижаются, но рост точно будет сохраняться. Экономика будет расти. И наша экономика выйдет из сегодняшней ситуации.

Сколько на это потребуется времени? При самом неблагоприятном стечении обстоятельств, я думаю, что года два. И, повторяю ещё раз, после этого рост неизбежен, в том числе и потому, что внешняя экономическая конъюнктура будет меняться. С ростом мировой экономики потребуются дополнительные энергетические ресурсы. Но за это время, и в этом я уже не сомневаюсь, нам всё-таки многое удастся сделать с точки зрения диверсификации нашей экономики, потому что жизнь сама будет нас заставлять это делать. По-другому будет просто невозможно функционировать.

Поэтому в целом, и, повторяю, это безусловно, мы будем исполнять все наши социальные обязательства, опираясь на те резервы, которые у нас есть. И, слава богу, они у нас даже в этот год подросли.

Напомню, что резервы Центрального банка – 419 миллиардов долларов. Центральный банк не намерен их «палить» бездумно, и правильно. Резервы Правительства, ФНБ, Резервный фонд подросли в этом году примерно на 2,4–2,5 триллиона рублей. Общий объём резервов – 8,4 триллиона. Опираясь на эти резервы, уверен, мы спокойно будем решать основные социальные вопросы, будем заниматься диверсификацией экономики, и неизбежно, повторяю ещё раз, ситуация встанет в нормальное русло.

На этом я хотел бы закончить вступительную часть. Повторяю, можем заканчивать в целом, но если есть вопросы, пожалуйста, то я готов на них ответить.

Д.ПЕСКОВ: Вы знаете, я в этом году хотел бы начать с тех, кто целый год работал вместе с Владимиром Владимировичем, с кремлёвского пула. Первому я хочу дать слово Вячеславу Терехову, «дуайену» вообще кремлёвского пула, который много-много лет уже работает вместе с Владимиром Владимировичем, ездит во все уголки планеты, во все города нашей страны. Пожалуйста.

В.ПУТИН: Это кумовством называется: «Ну как не порадеть родному человечку!».

В.ТЕРЕХОВ: Зато у меня интересная работа.

Я всё-таки хотел бы немножко уточнить, Владимир Владимирович. Судя по ситуации в стране, сейчас идёт глубокий валютный кризис, такой, что даже в Центральном банке говорят, что в страшном сне не могли предусмотреть.

Как Вы думаете, через эти два года, о которых Вы говорите, будет лучше, пройдём ли мы через финансовый экономический кризис? За этот «чёрный» для рубля понедельник-вторник была лавина критики и в адрес Центрального банка, и председателя, и Правительства, соответственно. Согласны ли Вы с ней?

Спасибо.

В.ПУТИН: Я сказал, что при самом неблагоприятном стечении внешнеэкономической конъюнктуры такая ситуация может продлиться – приблизительно, никто же не может точно сказать – в течение двух лет. Это совсем необязательно. Ситуация может выправиться и раньше. Она может начать выправляться в первом, во втором квартале, в середине следующего года либо в конце следующего года...

Этого никто не может сказать. Очень много факторов неопределённости. Поэтому назвать это кризисом, назвать это как-то по-другому – можно какие угодно слова применять... Но мне кажется, я достаточно ясно сказал, что Центральный банк и Правительство в целом действуют адекватно сложившейся ситуации. Полагаю, что некоторые вещи – собственно говоря, такая критика звучит и со стороны экспертного сообщества, – некоторые действия можно было бы совершать оперативнее.

В чём, на мой взгляд, должна состоять конкретика? И что делают, собственно говоря, Центральный банк и Правительство? Во-первых, они, как вы знаете, подняли ключевую ставку. Надеюсь, что эта ключевая ставка будет держаться не весь период этих сложных событий, связанных с внешней экономической конъюнктурой, а так или иначе экономика будет приспосабливаться.

На чём основан мой оптимизм? На том, что экономика неизбежно будет приспосабливаться к жизни и работе в условиях низких цен на энергоносители. Это просто по факту будет происходить.

Как быстро произойдёт это приспособление, если цены сохранятся такими, какие они есть сегодня, либо будут снижаться даже ниже 60, 40, я не знаю, сколько угодно. На самом деле для нас – сколько угодно, просто будет происходить структуризация самой экономики. Как быстро это будет происходить? Трудно сказать. Но то, что это будет, это неизбежно! Вот я хочу это подчеркнуть. Это по факту жизни произойдёт.

Что делает Центральный банк? Вот он поднял эту ключевую ставку. Что ещё нужно делать? И что Центральный банк и так делает? Нужно, для того чтобы стабилизировать национальную валюту, пока немного зажать рублёвую ликвидность, отпустить и дать возможность доступа участников экономической деятельности к валютной ликвидности. И, собственно говоря, банк так и делает. И так у него ставка достаточно низкая по валюте – 0,5.

В принципе, я не знаю, это дело Центрального банка – снижать её, не снижать, они должны это чувствовать и реагировать. Не раздавать золотовалютные резервы и не палить их на рынке, а идти по предоставлению кредитных ресурсов. Собственно говоря, они тоже это делают.

Один из известных инструментов – так называемые РЕПО. Либо на один день дают, на неделю, на 28 дней, на месяц почти, и на год. Это возвратные деньги, но они дают возможность участникам экономической деятельности воспользоваться этими валютными ресурсами. И делается всё правильно.

Только делать нужно, может быть, даже на полшага быстрее. Вы знаете, я, конечно, вижу критику в отношении Центрального банка, в отношении председателя Центрального банка. Она в чём-то обоснованна, в чём-то – нет. Но и Правительство не должно забывать про свою меру ответственности. Нужно работать с теми же экспортёрами, у которых достаточно большая валютная выручка.

Председатель Правительства встречался с руководителями наших крупнейших компаний, и мы видим: определённый результат есть. Конечно, многим из них нужно сейчас рассчитываться по кредитам, нужно думать о состоянии своих компаний.

Компания, так же как и рядовой гражданин, тоже думает, как бы что-то приберечь, припрятать на чёрный день. Правильно ли это экономическое поведение? С точки зрения экономической логики – нет. Но компании тем не менее это делают. И мы сейчас видим, что результат в целом имеется, так называемый отскок происходит.

Нужно принимать и другие меры по линии Правительства. Что я имею в виду? Например, конечно, прежде всего борьба с инфляцией, это задача Центрального банка. Но есть некоторые вещи, и мы об этом говорили, и публично я об этом уже говорил, когда мы с Правительством встречались. Например, цены на бензин, цены на продукты питания – надо этим заниматься. Причём в такой ситуации, в таких условиях надо заниматься, как бы кто ни критиковал, но именно в ручном режиме надо работать. Ежедневно, еженедельно встречаться с производителями, с участниками рынка, с торговыми сетями, с розницей и нефтяными компаниями, которые у нас в значительной степени рынок монополизировали, – ФАС должна как следует работать.

Эти действия должны быть совместными, коллективными, осмысленными. Без вторжения, конечно, в собственную компетенцию, скажем, Центрального банка либо Правительства. Тем не менее координация должна быть, и она должна быть своевременной.

Поэтому, конечно, можно «наезжать» на Набиуллину, но не забывать, что в целом их политика является адекватной. Не только Центральный банк несёт ответственность за экономическую ситуацию в стране.

Д.ПЕСКОВ: Ещё один старожил в президентском пуле –  Александр Гамов, пожалуйста, «Комсомольская правда», если у Вас есть что спросить.

А.ГАМОВ: Александр Гамов, «Комсомольская правда».

Мне, прежде всего, есть что сказать. Владимир Владимирович, я думаю, что сегодня очень многие ждали Вас, Вашего прихода на пресс-конференцию. Все гадали, какое настроение будет у Владимира Путина, потому что от этого во многом зависит настроение в стране. Вы пришли, несколько раз уже улыбнулись, и спасибо Вам за Ваш оптимизм. Надеемся, что всё действительно будет так, как Вы сказали.

А вопросы у меня такие. С 2008 года мы с Вами говорим о том, что пора слезать с «нефтяной иглы», перестраивать нашу экономику, делать её более эффективной. Но то, что происходит в эти дни, согласитесь, в общем-то, нам так это и не удалось.

Мы по-прежнему сидим на этой проклятой «игле», и неизвестно, сколько ещё будем сидеть. Скажите откровенно, как Вы чувствуете, сможем ли мы использовать нынешний кризис в благих целях, сможем ли с «иглы» слезть, перестроить экономику? Я понимаю, что быстро не удастся.

И второе. В своём Послании Федеральному Собранию Вы под аплодисменты страны и бизнеса изложили целый ряд послаблений, которые, в общем, давно напрашивались. Но такое сомнение, Вы же хорошо это понимаете, что главная в России опасность – это забюрокрачивание, заматывание, заигрывание всех нужных, важных, правильных решений, в том числе и президентских. Есть ли у Вас сейчас уверенность, что Ваши постулаты, Ваши мысли, Ваши решения на этот раз всё-таки будут выполнены и Ваш оптимизм будет подтверждён более реальными шагами?

Спасибо, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Уверенность даёт страховой полис, как мы знаем. Здесь страховка для нас – это правильная макроэкономическая политика и резервные фонды для решения социальных задач. В целом это такой надёжный полис, который эту уверенность вселяет.

Но что касается забюрокрачивания, могу вам сказать, здесь, наверное, есть коллеги из стран Европейского союза, – если вы их спросите про бюрократию в Брюсселе, они вам расскажут, как это делается. Наши бюрократы ещё отдыхают по сравнению с брюссельскими.

Эта проблема, конечно, всё равно существует, но дело не в бюрократии. Вы знаете, в чём дело? Я ведь в самом начале говорил, что сейчас скажу несколько фраз, несколько предложений, а потом можно пресс-конференцию заканчивать, и это, похоже, не шутка.

Дело ведь не в том, что у нас забюрокрачивают решения. Дело в том, что когда внешнеэкономическая конъюнктура подталкивает участников экономической деятельности вкладывать деньги, скажем, в энергетику, либо в химию, либо в металлургическую промышленность, то, как бы Правительство ни старалось настроить инструменты налогообложения, льготирования несырьевого бизнеса, это достаточно сложный процесс, потому что ресурсов бюджета, как правило, на это не хватает.

Они же, все эти инструменты, у нас применяются и используются на протяжении нескольких лет. Мы стараемся создать более благоприятные условия для развития производственной части бизнеса, реального производства, но это идёт довольно сложно. Особенно тогда, когда можно получить большую выгоду, вкладывая деньги в энергетику. Вы знаете, наверное, 80 процентов обращений в Правительство как минимум, поверьте мне, связано не с тем, чтобы вложить деньги в высокотехнологичные сферы, а чтобы получить какое-то месторождение. Почему? Потому что там деньги быстрые и большие.

Сейчас я подхожу к ответу на Ваш вопрос. Если конъюнктура складывается иначе, тогда сама жизнь подталкивает к тому, что деньги надо вкладывать в другие отрасли. И это вселяет оптимизм, как ни странно. Да, будет сложнее в чём-то. Да, нам нужно будет решать социальные вопросы во что бы то ни стало и исполнять социальную часть указов Президента 2012 года.

Можем мы это сделать? Можем. Но в то же время нужно воспользоваться этой ситуацией, чтобы дополнительно создать условия для производственного бизнеса и диверсификации экономики. Надеюсь, что именно сегодняшняя конъюнктура поможет нам это сделать.

Д.ПЕСКОВ: Андрей Колесников, мы не можем продолжать без Вашего вопроса.

А.КОЛЕСНИКОВ: Андрей Колесников, газета «Коммерсантъ».

Владимир Владимирович, в начале 2012 года в одной из своих предвыборных статей (которые потом были оформлены в майские указы, как известно) Вы, характеризуя текущую ситуацию, процитировали Александра Горчакова, – Вы сказали: «Россия сосредотачивается».

Скажите, пожалуйста, сейчас что со страной, по Вашему мнению, происходит? Что она делает: она по-прежнему сосредотачивается или, может быть, пора уже рассредоточиться – может, вообще пора расслабиться наконец-то?

Спасибо.

В.ПУТИН: Работать надо. И в этом смысле мало что изменилось. Более того, сегодняшние условия подталкивают нас. Я уже к этому подхожу с разных сторон, я так и вижу, что вы практически одну и ту же тему с коллегами поднимаете с разных сторон. Надо работать. И внешние условия заставляют нас быть более эффективными, переходить на инновационные пути развития.

Ведь что нужно для будущего нашей экономики? Нужно создать благоприятные условия для ведения бизнеса, обеспечить свободу предпринимательства, нужно гарантировать собственность, нужно перестать с помощью правоохранительных органов гонять всех, кто не понравится, и использовать эти инструменты для конкурентной борьбы. Нужно увеличить льготирование производственной части, нужно поднимать регионы Российской Федерации, которые требуют особого внимания, такие как Дальний Восток.

Делаем мы это или нет? Да. Но в Послании я же изложил целую программу того, что мы должны сделать. Я имею в виду и налоговые каникулы на четыре года, я имею в виду каникулы по проверкам на три года в отношении тех предприятий, которые три года не были замечены в каких-то серьёзных нарушениях, я имею в виду льготы для малого бизнеса. Нам нужно продолжить это сосредоточение и подкрепить его конкретной работой.

В.КОНДРАТЬЕВ: Владимир Владимирович, мы недавно отметили 25 лет падения Берлинской стены. Вы сами были свидетелем этого события 25 лет назад, когда работали в ГДР. Многое было достигнуто, может быть, не то, что мы думали вначале, много было надежд, но всё-таки были достижения. И благодаря Вашей настойчивости Россия даже была одно время недалеко от отмены визового режима с Европой.

В этом юбилейном году в течение каких-то нескольких недель возводится новая стена. Она не бетонная, но тем не менее явственная, незримая, но стена отчуждения, подозрительности, взаимного недоверия, взаимных упрёков. Куда может завести это похолодание? Некоторые говорят уже чуть ли не о пороге новой «холодной войны». Будем ли мы в будущем жить в разделённом мире или есть какие-то возможности всё-таки восстановить диалог и сотрудничество?

В.ПУТИН: Вы сейчас сказали о том, что рухнула Берлинская стена, а сейчас мы видим то, что возводятся какие-то новые стены. Я сейчас отвечу на этот вопрос и надеюсь, что Вы со мной согласитесь.

Мы не сейчас это видим. Вы же специалист по Германии, по Европе. Разве после Берлинской стены нам не говорили, что не будет расширения НАТО на Восток? Но оно же пошло немедленно. Две волны расширения. Это что, не стена? Да, это не нарыли, это виртуальная стена, но она начала создаваться. А система ПРО рядом с нашими границами? Это что, разве не стена?

Понимаете, никто не остановился. В этом же самая главная проблема сегодняшних международных отношений. Наши партнёры не остановились. Они решили, что они победители, что они теперь империя, а все остальные – вассалы, и нужно дожимать. Я говорил же это в Послании. Вот в этом проблема. Не остановились строить стены, несмотря на все наши попытки и жесты работать совместно, без всяких разделительных линий в Европе и в мире в целом.

И я думаю, что наша достаточно жёсткая позиция по известным кризисным ситуациям, в том числе на Украине, должна нашим партнёрам дать понять, что самый правильный путь – это прекратить строить эти стены и выстраивать общее гуманитарное пространство, пространство безопасности и экономической свободы.

Поскольку я упомянул об Украине – я видел плакат, Дмитрий Сергеевич, Вы меня извините, – всё-таки не могу не предоставить слово нашим коллегам с Украины. Пожалуйста.

Р.ЦИМБАЛЮК: Роман Цимбалюк, украинское агентство «УНИАН». Если позволите, два очень коротких вопроса.

В.ПУТИН: Прошу Вас.

Р.ЦИМБАЛЮК: Первый вопрос относительно карательной операции, которую вы устроили на востоке нашей страны, причём в основном против русскоязычного населения. Не секрет, что там воюют российские военнослужащие и российские боевики, которые всё это устраивают.

Вопрос: сколько Вы туда отправили российских военных? Сколько Вы отправили туда техники? Сколько из них погибло на территории Украины? Вы как Верховный Главнокомандующий что бы сказали семьям погибших российских офицеров и солдат?

И, если можно, очень кратко второй вопрос. У нас был президент, его звали Виктор, он сейчас скрывается на территории Российской Федерации. В своё время он посадил номер один партии «Батькивщина» Юлию Тимошенко в тюрьму. Она там отсидела, а сейчас номер один партии БЮТ сидит, но уже в российской тюрьме.

В.ПУТИН: Что-что? Ещё раз.

Р.ЦИМБАЛЮК: Номер один по списку Блока Юлии Тимошенко сейчас сидит в тюрьме, в российской. У меня вопрос: при каких условиях Вы отпустите украинскую лётчицу Савченко, украинского режиссёра Олега Сенцова и ещё как минимум 30 украинских военнопленных, которых вы удерживаете на территории России в различных СИЗО?

Спасибо.

В.ПУТИН: Начнём с последнего вопроса, а потом я, безусловно, отвечу и на Ваш первый вопрос.

Последний вопрос по гражданке Савченко, при каких условиях она может быть отпущена. Я здесь занимаю абсолютно открытую и понятную, на мой взгляд, позицию. Здесь в зале сидят коллеги тех наших журналистов (это, впрочем, и Ваши коллеги), которые погибли, исполняя свой служебный долг на юго-востоке Украины. Подчеркну, что эти люди не принимали участия ни в каких боевых действиях ни с одной стороны. Они были без оружия.

Обязанность всех государственных структур, в том числе и военных структур, охранять их жизнь и здоровье, дать им возможность исполнять свой долг для распространения объективной, полноценной информации, во всяком случае, так, как они её видят. Это общепризнанный в цивилизованном мире факт. Эти люди были убиты. По данным наших правоохранительных органов, наводчиком при этом убийстве была госпожа Савченко.

Если в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства выяснится, что она здесь ни при чём, что она ни в чём не виновата, она немедленно будет освобождена. Если выяснится, что она виновата и что она действительно участвовала в этом убийстве, исхожу из того, что российский суд примет соответствующее решение и она будет отбывать наказание в соответствии с решением суда. Вместе с тем заранее никто не имеет права человека объявлять виновным в совершении им какого-либо преступления, имею в виду, что в нашей стране действует принцип презумпции невиновности. Поэтому посмотрим, как будет развиваться предварительное следствие и к каким выводам придёт российский суд.

Что касается других военнослужащих, о которых Вы упомянули. Мы не считаем их никакими пленными, они содержатся у нас в наших местах лишения свободы и по ним проводится предварительное разбирательство, предварительное следствие в подозрении в причастности их к террористической деятельности. Вот это вторая часть Вашего вопроса.

Теперь первая – по поводу того, кто и за что несёт ответственность. У нас в России, собственно говоря, так же как почти в любой другой президентской республике, за всё отвечает Президент. Что касается военнослужащих – за их судьбу отвечает Верховный Главнокомандующий. Обращаю Ваше внимание, что у нас это одно и то же лицо.

Все люди, которые по зову сердца исполняют свой долг либо добровольно принимают участие в каких-то боевых действиях, в том числе и на юго-востоке Украины, не являются наёмниками, потому что за это денег не получают.

В нашем общественном сознании то, что происходит на юго-востоке Украины, действительно карательная операция, но она проводится сегодняшними киевскими властями, а не наоборот. Ведь это не ополченцы юго-востока направили свои боевые подразделения к Киеву, а, напротив, киевские власти подогнали вооружённые силы к юго-востоку, используют систему залпового огня, артиллерию и боевую авиацию.

В чём проблема и как из неё можно выйти? Постараюсь ответить и на этот вопрос. Проблема в том, что после совершения государственного переворота – а кто бы как ни называл и что бы по этому поводу ни говорилось, государственный переворот был совершён в Киеве, причём вооруженным путём – часть страны не согласилась с таким развитием событий.

Вместо того чтобы начать с ними хоть какой-то политический диалог, сначала начали применять правоохранительные органы, милицию. Когда это не получилось, начали применять армию. Когда и это не получилось, сегодня пытаются решить вопрос силовым способом с помощью экономической блокады.

Считаю, что этот путь абсолютно бесперспективный, вредный для судеб государственности Украины и для украинского народа. Надеюсь, что нам удастся в ходе диалога – а мы готовы выступать здесь как посредники – выйти всё-таки на прямой именно политический диалог и этими способами, этими политическими инструментами урегулировать ситуацию вплоть до восстановления единого политического пространства.

А.ВЕРНИЦКИЙ: Антон Верницкий, Первый канал.

Владимир Владимирович, происходящее сейчас с нашей экономикой – это расплата за Крым? Может, пора об этом честно сказать?

В.ПУТИН: Нет, это не расплата за Крым. Это расплата, это плата, вернее, за наше естественное желание самосохраниться как нация, как цивилизация, как государство. И вот почему. Я, уже отвечая на вопрос Вашего коллеги из НТВ, сказал, что мы после крушения Берлинской стены, после развала Советского Союза – в Послании тоже об этом говорил – абсолютно раскрылись перед нашими партнёрами. Что мы увидели?

Прямую полную поддержку терроризма на Северном Кавказе. Прямую, понимаете? Это что, партнёры разве так поступают? Я сейчас не буду вдаваться в детали, но это факт, и все это знают. По любому вопросу, что бы мы ни делали, мы всегда встречаем проблемы оппонирования и борьбу с нами.

Давайте вспомним, как страна готовилась к Олимпиаде 2014 года. С каким подъёмом, энтузиазмом мы это делали, для того чтобы устроить праздник не только для наших любителей спорта, но и для любителей спорта во всём мире.

Но ведь это же очевидный факт: были предприняты беспрецедентные попытки, явно скоординированные, дискредитировать и подготовку к Олимпиаде, и сам ход Олимпиады. Это очевидный факт. Зачем? Кому это надо? И так бесконечно.

Я приводил, знаете, на Валдайском клубе так называемом, пример и вспомнил наш наиболее узнаваемый символ – медведя, который охраняет свою тайгу. Вы знаете, в чём дело? Если продолжить такие аналогии, мне самому иногда приходит в голову мысль: может быть, мишке нашему надо посидеть спокойненько, не гонять поросят и подсвинков по тайге, а питаться ягодками, медком. Может быть, его в покое оставят?

Не оставят, потому что будут всегда стремиться к тому, чтобы посадить его на цепь. А как только удастся посадить на цепь, вырвут и зубы, и когти. В сегодняшнем понимании это силы ядерного сдерживания. Как только, не дай бог, это произойдёт, и мишка не нужен, так тайгу будут сразу прибирать.

Ведь мы же почти от официальных лиц слышали многократно, что несправедливо, что Сибирь с её неизмеримыми богатствами вся принадлежит России. Как несправедливо? А отхапать у Мексики Техас – это справедливо. А то, что мы на своей собственной земле хозяйствуем, это несправедливо, нужно раздать.

А потом, после этого, как только вырвут когти и зубы, тогда мишка вообще не нужен. Чучело из него сделают, и всё. Поэтому дело не в Крыме. Дело в том, что мы защищаем свою самостоятельность, свой суверенитет и право на существование. Вот это мы все должны понять.

И, если мы считаем, что одна из проблем, которые сегодня есть у нас, в том числе в экономике, в результате санкций, действенная, а это так и есть, из общего объёма проблем, если условно взять, процентов 25, наверное, это влияние санкций – 25-30. Но мы должны это понять. Мы хотим сохраниться и бороться, изменить, кстати, к лучшему, воспользовавшись этими явлениями сегодня, нашу структуру экономики, быть более независимыми, пройти через это – или мы хотим, чтобы нашу шкуру повесили на стенку. Вот у нас какой выбор. И Крым здесь ни при чём.

Д.ПЕСКОВ: Нашу сегодняшнюю трансляцию обеспечивает ВГТРК, телеканал «Россия».

Е.РОЖКОВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Евгений Рожков, телеканал «Россия 1», «Вести».

С Крымом всё более-менее понятно. Вопрос, наверное, здесь только в том, сколько придётся в итоге вложить денег в его развитие после непростого украинского прошлого. А задать хочу прежде всего самый больной и острый вопрос – про то, что происходит на востоке Украины, про то, что происходит на части Украины, которую называют сейчас Новороссией, они сами называют себя Новороссией. Какой Вам видится судьба Новороссии, этой части Украины? Верите ли Вы в успех минских договорённостей, приведут ли они к миру? Ну и как дальше будем помогать Донбассу: так же как сейчас, гуманитарными конвоями, или чем-то ещё?

В.ПУТИН: Я уже, по-моему, отчасти ответил на Ваш вопрос, когда отвечал на вопрос Вашего украинского коллеги. Мы исходим из того, что кризис когда-то должен быть решён, и чем быстрее, тем лучше. Первое.

Второе. Он должен решаться и быть решён политическими средствами, а не с помощью давления, всё равно какого: либо экономической блокады, либо применением вооружённых сил. И мы, конечно, будем помогать людям, как мы это делаем сейчас. Вы знаете, уже десятый гуманитарный конвой направлен. Но мы должны всё-таки исходить и из основополагающих принципов международного права, и из права людей самим решать свою судьбу.

Я ведь не случайно, это не проходная фраза, сказал, что нужно восстановить мир, политическими средствами решать. Мы исходим из того, что будет восстановлено и общеполитическое пространство. Какое оно может быть, трудно сейчас сказать. Но, мне кажется, нужно к этому стремиться. К этому должны стремиться обе стороны, в этом проблема. Обе. И нужно уважать людей, которые живут на юго-востоке Украины. Нужно восстанавливать экономические связи.

Известно, что значительная часть электроэнергетики Украины работает на донбасских углях, но до сих пор не покупают. Нас просили оказать давление на юго-восток Украины, на Донбасс, с тем чтобы горняки согласились поставлять. Мы это сделали, но до сих пор не покупают. Почему? Потому что закрыли все банки, невозможно расплатиться. Мне коллеги буквально позавчера сказали: «Да, мы готовы платить, мы перечислили предоплату». Выясняю – нет никакой предоплаты. На карточки, якобы, горнякам. Но карточки не работают. И так по каждому вопросу. Тем не менее другого пути, как путь мирного урегулирования, не существует.

Что касается минских договорённостей, это очень важная часть, и мы – за их исполнение, потому что, во-первых, я был одним из инициаторов самой встречи в Минске вместе с Петром Алексеевичем Порошенко. Безусловно, Президент Украины, конечно, хочет урегулирования, и у меня нет сомнений в том, что он стремится к этому. Но он там не один. Мы сейчас слышим уже заявления других должностных лиц о том, что нужно там чуть ли не воевать до конца, что всё может привести к какому-то общеконтинентальному кризису. Мы слышим много воинственных заявлений. Думаю, что Президент Порошенко настроен всё-таки на урегулирование, но нужны конкретные действия, нужны шаги.

Минские договорённости – нужно их соблюдать или нет? Да, нужно. Повторяю, я был одним из инициаторов. Я сейчас скажу важную вещь, смотрите, хочу, чтобы все вы об этом услышали: наши представители в Минске подписали меморандум в сентябре, а к нему были приложены протоколы, которые определяли линию разграничения, так вот представители Донецка эти протоколы не подписали, вот в чём вопрос. Они с самого начала сказали: «Мы не можем». И, когда мы пытались настаивать, скажу это открыто, честно, здесь такие вещи, которые общественность должна знать, нам ответили: «Не можем мы уйти из этих деревень (там три-четыре деревни, которые являются спорными), у нас там семьи живут, у нас там дети, жёны, сёстры. Мы не хотим, чтобы их там всех поубивали и поизнасиловали». Вот в чём проблема, это самое главное. Но и украинские официальные лица не отводят свои подразделения из тех пунктов, откуда они должны были бы уйти – скажем, из аэропорта Донецка. Они же там сидят.

Но, знаете, какие последние события? Ополчение позволило им ротировать в аэропорту своих военнослужащих, в баню их свозило, продукты питания им посылает. Знаете, можно, конечно, улыбнуться на этот счёт, но, с другой стороны, ведь в этом есть и какой-то позитив. Может быть, в конце концов людям удастся договориться.

Все настаивают на обмене военнопленными. Я считаю, что нужно всех поменять на всех без всяких условий. Но жизнь сложнее. Когда появляются списки, выясняется, что – во всяком случае, как нам говорят представители ополчения Донбасса – в этих списках с украинской стороны есть лица, которые были задержаны совсем не в связи с боевыми действиями на юго-востоке Украины, а где-нибудь в Херсоне или Одессе, надо сверять эти списки. Мы тем не менее настаиваем. Я считаю, что нужно, чтобы люди до Нового года, до Рождества оказались в своих семьях – вне зависимости ни от каких других обстоятельств.

Вчера была договорённость о том, чтобы обменять 30 человек. Представители ополчения выехали на место обмена, появился представитель официальных властей Киева и сказал: «Нет, менять не будем вплоть до следующей встречи в Минске». Можно, конечно, и по этому пути пойти, но, если можно было, привезли 30 человек, то забрали бы их хотя бы. Понимаете?

Ладно, это детали. Во всяком случае всё-таки такой позитив, в том числе и с точки зрения поиска совместного решения к исполнению минских договорённостей, – это очень важный и нужный процесс.

Сейчас договорились о том, что в ближайшее время, сегодня-завтра, в форме видеоконференции должен состояться диалог, а следующий шаг должен произойти уже на встрече в Минске. Но здесь важно ещё и другое: важно, чтобы киевские власти тоже исполняли все свои договорённости. Была договорённость о том, что будет принят закон об амнистии. Где он? Нам всё время говорят о том, что был принят закон об особом статусе. Но он не мог действовать, этот закон, понимаете вы или нет? Потому что закон мог вступить в силу и реально начать работать только тогда, когда был бы принят другой акт об этой разделительной линии, а он так и не был принят. Поэтому нужно прекратить заниматься компиляцией. Нужно понять, что если Украина хочет восстановить мир, спокойствие и территориальную целостность, то нужно уважать людей, которые проживают на отдельных территориях страны, а уважая, вести с ними прямой, открытый, честный политический диалог, именно политический, и прекратить давление. Надеюсь, что в конце концов по этому пути все и пойдут.

Д.ПЕСКОВ: Я незаслуженно забыл про наше ведущее информационное агентство: Вероника Романенкова, пожалуйста.

В.РОМАНЕНКОВА: Спасибо. Агентство ТАСС, Вероника Романенкова.

В этом году стало ясно, что энергетическая дипломатия превратилась в ключевой фактор геополитики. Насколько оправдан разворот России на Восток, газовые контракты с Китаем и Турцией? Просчитаны ли все подводные камни этих проектов, ведь многие до сих пор полагают, что китайский контракт нерентабелен, а «турецкий поток» поставит Россию в зависимость от Турции? У Вас есть что возразить?

В.ПУТИН: Нет, и возражать не собираюсь. Это, знаете, настолько очевидные вещи, даже спора нет никакого. Я часто слышу «разворот России на Восток». А Вы почитайте американскую аналитику. Там пишут о развороте США на Восток. Это есть или нет? Отчасти есть.

А почему? Это связано с политикой? Нет, это связано с процессами в глобальной экономике, потому что восточная часть АТР – Азиатско-Тихоокеанский регион – развивается быстрее, чем все остальные части мира, появляются новые возможности.

С точки зрения энергетики для Китая, для Индии, для той же Японии, для Южной Кореи потребности в энергоресурсах растут семимильными шагами. Там всё развивается быстрее, чем в других регионах мира.

Поэтому что же нам, от этого отказываться, что ли? У нас всё, что мы сейчас делаем, было запланировано давно, ещё до всяких проблем в глобальной и даже в нашей экономике. Это просто реализация того, что мы задумывали раньше.

Что касается контракта с Китаем, он не убыточный. Мы с обеих сторон, я хочу это подчеркнуть, с обеих сторон пошли на льготирование, это правда. На льготирование этого проекта пошла как китайская сторона, я сейчас не буду говорить, какое именно льготирование, там ничего необычного нет.

Просто Правительство приняло решение о том, что предоставит определённые льготы участникам этого процесса, и мы, со своей стороны, приняли решение о предоставлении определённых льгот. И проект, безусловно, стал рентабельным. Безусловно!

Тем более что мы договорились о формуле цены, которая мало чем отличается, если вообще чем-то отличается, от той формулы, которую мы применяем в отношении Европы, но с учётом коэффициентов, связанных с рынком этого региона мира. Это абсолютно нормальное дело.

И кроме всего прочего это позволит нам, России, получая и концентрируя огромные ресурсы на начальном этапе этого проекта, не просто трубу экспортную протащить, а начать газификацию Дальнего Востока. Это позволит нам сделать ещё один очень важный шаг. Какой? Соединить западную трубопроводную газовую систему и восточную. И иметь возможность перебрасывать ресурсы с Востока на Запад и с Запада на Восток тогда, когда это будет выгодно с точки зрения мировой конъюнктуры. Чрезвычайно важная вещь.

Ну и без этого мы просто не смогли бы приступить к газификации регионов Дальнего Востока и Восточной Сибири. Это абсолютно выгодная вещь. Я уж не говорю про то, что это огромная стройка, рабочие места, поступления во все уровни налоговой системы, оживление этого региона мира и наших дальневосточных регионов.

Что касается Турции, турецкая экономика тоже растёт. Она нуждается, так же, как и АТР, в дополнительных энергоресурсах. Мы построили так называемый «Голубой поток» много лет назад. И сейчас турецкие партнёры ставят вопрос о том, чтобы увеличить поставки прежде всего на внутренний турецкий рынок. Что же мы, отказываться будем, что ли?

У нас все договорённости основные с ними есть, связанные с формулой цены, связанные с графиком поставок и так далее. Мы примерно представляем и знаем их потребности. Конечно, мы продадим то, что у нас есть, и то, в чём они нуждаются. Конечно, будем это делать.

Возможен ли так называемый европейский хаб на границе Турции и Греции? Это не от нас зависит. Это зависит в значительной степени от наших европейских партнёров. Хотят они иметь устойчивые, гарантированные, абсолютно понятные поставки из России энергоресурсов, в которых они крайне нуждаются, без транзитных рисков? Замечательно, мы тогда будем работать.

Тогда можно через Грецию выйти и в Македонию, можно дальше выйти в Сербию, можно опять прийти в Баумгартен, в Австрию. Не хотят? Ну и не будем. Просто вопрос в том, что дешевле и надёжнее поставок из России нет и в ближайшей исторической перспективе не предвидится.

Г.ДУБОВИЦКИЙ: Григорий Дубовицкий, «РИА Новости».

Владимир Владимирович, я вернусь к теме ситуации на валютном рынке, тем более она развивается каждый день, миллион россиян это волнует. Многие эксперты, и Вы в том числе, говорили, что одной из причин такой ситуации могут быть действия валютных спекулянтов. Назывались даже конкретные компании, конкретные фамилии. Вы можете назвать этих людей, кто они, россияне или какие-то зарубежные люди? И почему не удаётся их побороть? Они так сильны или мы так слабы?

И, если позволите, второй вопрос по этой же теме: планируют ли ЦБ и Правительство такие меры, как фиксация курса рубля или деноминация рубля?

В.ПУТИН: Это то, что было сделано как раз нашими украинскими партнёрами и никакого положительного результата не принесло. То есть или заставлять продавать, Вы это имеете в виду, заставлять участников экономической деятельности, экспортёров наших основных товаров, у которых есть валютная выручка, в обязательном порядке продавать. Но завтра они придут и купят опять, как это было в Киеве, и в других странах так происходит.

Следующим шагом нужно ограничивать их в приобретении на внутреннем рынке, но так мы далеко зайдём. Поэтому ЦБ не планирует, насколько мне известно, и Правительство тоже, ограничивать наших экспортёров по таким показателям, и правильно делает.

Это не значит, что Правительство не может работать хотя бы через своих представителей в совете директоров. Понимаете, это же наши крупнейшие энергетические компании, они с госучастием прежде всего, и поэтому влияние там возможно. Но никаких директивных указаний, ограничений не планируется, и мы это делать не будем.

Что касается так называемых спекулянтов. Это не уголовно-правовое понятие – спекулянты на валютном рынке. Это могут быть иностранцы – участники валютного рынка, различные фонды, они присутствуют на российском рынке и достаточно активно работают.

Это могут быть и наши компании, и в целом, я же в самом начале говорил, это вполне соответствует практике любой рыночной экономики. Они появляются всегда, когда можно заработать денег.

Не украсть, не кого-то надуть, а именно поработать на рынке, создавая для себя благоприятную ситуацию, подталкивая, допустим, как это было в начале этого процесса, скажем, в данном случае Центральный банк Российской Федерации выходить на рынок и продавать золотовалютные резервы в надежде поддержать курс национальной валюты, проводить так называемые интервенции.

Но ЦБ остановился, и правильно сделал. Надо было, может быть, только пораньше и пожёстче это сделать, тогда не нужно было бы, может быть, ставку поднимать до 17 процентов. Но это другой вопрос, это вопрос, так сказать, вкусовой, хотя он и является весьма существенным, это правда. Ну что, я сказал, кто это такие.

Знаете, два дня назад я с некоторыми из них разговаривал по телефону, по дружбе, и задал вопрос: что же вы придерживаете? Я, кстати, не заставлял ничего делать. «Нам нужно платить по кредитам скоро». Я говорю: понятно, а если по сусекам поскрести, можно на рынок выйти? Подумал, через секунду отвечает: три миллиарда долларов у нас есть. Три миллиарда в загашнике – понимаете, о чём идёт речь? Это же не 30 копеек. Это только у одной компании три миллиарда в загашнике. Так вот по три миллиарда, знаете, наберется не 30, а, может быть, 300 миллиардов. Но заставлять нельзя. Всё равно руководители компаний даже с госучастием, они должны чувствовать, что будет происходить, должны обеспечить устойчивость своих компаний, а для этого Правительство должно с ними работать в тесном контакте и обеспечить их вместе с ЦБ не только валютной, но и рублёвой ликвидностью тогда, когда это им нужно.

В.ПРИХОДЬКО: Добрый день, Владимир Владимирович! «Московский комсомолец», Виктория Приходько.

В ряде регионов нашей страны, в первую очередь в Москве, сокращается количество коек в больницах, соответственно, сокращается медперсонал. Как Вы к этому относитесь? Будет ли подобный эксперимент проведён на остальной территории России? Люди всё-таки опасаются, что из-за такой реформы им не будет предоставлено даже гарантированное Конституцией право на медпомощь.

Спасибо.

В.ПУТИН: Вы знаете, Вы затронули один из ключевых вопросов нашей текущей жизни, один из фундаментальных, я бы сказал. Образование, здоровье граждан, безусловно, должны постоянно находиться в поле зрения государства и региональных властей, в данном случае московских властей.

Конечно, мы должны видеть, понимать и тонко реагировать на то, что происходит в соответствующем профессиональном сообществе. И все изменения, которые планируются и происходят, мы должны, конечно, делать в контакте с представителями в данном случае медицинской общественности. Если московские власти на каком-то этапе упустили эту часть работы, то это ошибка, и это, безусловно, надо выправлять.

Но ориентироваться прежде всего при решении вопросов развития здравоохранения или образования мы должны на что? На людей, которые пользуются услугами здравоохранения или образования. Миллионы людей ждут от нас улучшения ситуации в сфере здравоохранения. Вот на это надо ориентироваться прежде всего – на потребителей, на граждан. А граждане что говорят? Они не довольны здравоохранением, несмотря на все предпринимаемые усилия. Мы должны проанализировать, почему так происходит и что надо сделать, для того чтобы ситуацию улучшить.

Я сейчас не буду давать оценок того, что сделали московские власти. Они действовали в рамках своей компетенции. Мы говорим о том, что у нас здравоохранение затратно, но не очень эффективно. У нас койки в стационарах часто используются не для лечения больного, а для того, чтобы оздоравливать пациентов, особенно в осенне-зимний период. Это, наверное, тоже неплохо, но койки не для этого созданы.

Нам нужно повышать высокотехнологичность медицинской помощи, как это делается в хороших клиниках – кстати говоря, у нас тоже. Четыре-пять дней человек на койке находится в стационаре, получает интенсивную терапию, а потом он долечивается амбулаторно. У нас сколько на койках проводят? Я сейчас боюсь ошибиться, но не четыре-пять дней в среднем. Гораздо больше.

Более того, московские власти считают, я не проверял, но они считают, что коечный фонд в Москве переразмерен на 30 процентов, и, конечно, с этим надо что-то делать. Почему? Потому что, если сохранять всё в таком виде, тогда нужно платить за землю, платить за электричество, за отопление и так далее. Это неэффективные расходы, они идут не на лечение людей, а на текущие неэффективные расходы. А лучше эти деньги сосредоточить на повышении качества оказания помощи, на обустройстве больниц и поликлиник современным оборудованием, на подготовке медицинского персонала.

Я сейчас говорю о своём отношении в целом к реформе здравоохранения, а не к действиям московских властей. Но то, что в последнее время было сделано московскими властями, мне кажется, в целом правильно. Во-первых, они начали этот диалог с медицинским сообществом. Во-вторых, они приняли решение по дополнительным компенсациям для высвобождающихся врачей: врачам-специалистам плюс к выходному пособию они платят, если я не ошибусь, 500 тысяч рублей, среднему медицинскому персоналу – 300 тысяч рублей, а младшему медперсоналу – 200 тысяч рублей.

Кроме того, готовится программа по переподготовке специалистов. Они могут за счёт городского бюджета от двух-трёх месяцев до двух лет проходить переподготовку. И, конечно, городские власти должны подумать о том, кто, где и в каком качестве будет дальше работать. Но это нельзя делать в отрыве от медицинской общественности. Я очень рассчитываю на то, что московские власти в таком направлении и будут действовать. Аккуратно, аккуратно, чтобы не навредить. Самое главное, чтобы они не забывали главный принцип не только врача, но и главный принцип всех преобразований в здравоохранении – не навреди.

Н.ГАЛИМОВА: Добрый день, Владимир Владимирович! Наталья Галимова, «Газета.Ru».

Выступая перед Федеральным Собранием после референдума в Крыму, Вы употребили выражения: некая «пятая колонна» и «национал-предатели» – Вы вроде никого конкретно не называли, но с Вашей лёгкой руки термин «пятая колонна» вновь вошёл в активный политический лексикон. Те, кто Вас поддерживает, с тех пор называют «пятой колонной» людей, не согласных с властью. А кого имели в виду Вы, когда говорили про «национал-предателей», «пятую колонну», и где для Вас заканчивается оппозиция и начинается «пятая колонна»? И, наконец, чувствуете ли Вы личную ответственность за возвращение этого термина, который только усиливает в обществе враждебность и раскол?

Спасибо.

В.ПУТИН: Не чувствую никакой ответственности в этом отношении. И все мои действия направлены на то, чтобы сплотить наше общество, а не разделять его. Если Вы считаете, что это произошло (а я Вам верю, наверное, так и есть, Вы, может быть, даже чуть тоньше это чувствуете), то я должен быть более аккуратным в своих публичных высказываниях, я подумаю над этим. Но лакировать всё бесконечно тоже невозможно, надо иногда вещи называть своими именами.

Вопрос чрезвычайно сложный. Я говорю совершенно откровенно, мне сложно ответить на это, потому что грань очень тонкая. Трудно, наверное, дать такое научное определение, где заканчивается оппозиция и начинается «пятая колонна».

В этом году мы все (а у нас Год культуры – 2014-й) отмечали юбилей Михаил Юрьевича Лермонтова, нашего гениального поэта. Мы все помним его строки, как он про Бородино писал: «Умрёмте ж под Москвой, как наши братья умирали!» Но он писал и другие: «Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ, и вы, мундиры голубые, и ты, им преданный народ». Он был оппозиционером? Конечно, был оппозиционером. Ведь, если вы знаете, наверняка многие здесь знают, когда он написал «На смерть поэта» на убийство Пушкина, то один из родственников пришёл к нему домой, увидев то, что он написал, и просил его смягчить текст стихотворения.

Он был так возмущён, что усугубил его, заострил и написал в конце: «И вы не смоете всей вашей чёрной кровью поэта праведную кровь!» Он, конечно, был оппозиционер к власти, но я считаю, что он был патриотом. Это очень тонкая грань. Ведь он был офицер, был очень смелый офицер, храбрый, под пули шёл за интересы страны.

Кстати говоря, в последнем фильме Никиты Сергеевича Михалкова вот такие же офицеры. Когда они довели дело до логического завершения – до революции, их потом революционеры утопили. И не знаю – если бы они ретроспективно вернулись к тому, с чего они начинали, действовали бы они так же по разрушению российской государственности, как делали вначале.

Но всё-таки грань между оппозиционерами и «пятой колонной» – она внутренняя, её трудно увидеть внешне. В чём она заключается? Оппозиционер, даже очень жёсткий, он в конечном итоге до конца борется за интересы своей Родины. А «пятая колонна» – это те люди, которые исполняют то, что продиктовано интересами другого государства, их используют в качестве инструмента для достижения чуждых нам политических целей.

П.ДАНИЛОВА: Добрый день! Студенческая газета «Открытка», институт ИГУМО, Полина Данилова.

С этого года ИГУМО начал реализацию Всероссийского проекта «Одарённые дети». Мы уже создали уникальную интернет-площадку для поиска и поддержки одарённых детей из всех регионов России. Этот проект помогает воспитывать чувство патриотизма, формирует социальную ответственность перед государством и, конечно же, развивает наши профессиональные навыки. Важно, что это не коммерческий, а социальный проект, его делают молодые для молодых.

И непосредственно вопрос: будет ли оказываться государственная поддержка подобным социально значимым проектам? И лично Вы, Владимир Владимирович, готовы ли поддержать наши начинания? Мы правда очень надеемся на Вашу помощь и поддержку. Заранее благодарю за ответ и приглашаю Вас в ИГУМО. Мы уверены, что Вам у нас понравится.

В.ПУТИН: Извините, а практически что вы будете делать?

П.ДАНИЛОВА: Сейчас уже работает портал «Одарённые дети» в тестовом режиме, с февраля он будет в открытом доступе. Это такая профессиональная интернет-площадка, где ребята будут общаться по профессиональным интересам.

В.ПУТИН: Они будут общаться, а вы как будете там функционировать?

П.ДАНИЛОВА: Там 25 номинаций. Они выбирают для себя, что им нравится, что им интересно, они общаются между собой и делятся опытом, узнают о конкурсах, где можно участвовать.

В.ПУТИН: Понятно.

Во-первых, это очень правильно, важно, и я хочу пожелать Вам всяческих успехов. Безусловно, мы стараемся поддерживать максимально проекты подобного рода, и ваш тоже. Я попрошу коллег отметить, что конкретно где делается и чем вам можно помочь.

Вы знаете, что совсем недавно в Послании мною было объявлено о том, что будут вводиться стипендии для особо одарённых детей – выпускников школ, которые поступают в вузы, чтобы им на протяжении всего периода обучения государство платило дополнительный бонус, дополнительную стипендию.

Что касается меня лично, в чём я бы ещё мог принять участие? Знаете, сейчас одну тайну вам раскрою, один из небольших проектов. Вы знаете, что после Олимпиады в Сочи мною был инициирован проект по созданию в нижнем кластере в Имеретинской долине постоянно действующего центра по подготовке школьников по нашим основным зимним видам спорта. Этот проект уже начался, но то, что я скажу дальше (Министр спорта сидит, слушает – чтобы он в обморок не упал только, он ещё об этом не знает), я хочу немножко видоизменить этот проект: я хочу, чтобы в этом центре, а мы уже подобрали объект достаточно большой и очень впечатляющий прямо на берегу Чёрного моря, во-первых, чтобы это был негосударственный проект, а во-вторых, чтобы кроме детей, которых мы сейчас собираем со всей страны из детских юношеских спортивных школ, там было ещё две части, чтобы мы туда собирали детей со всей страны из физико-математических школ и из музыкальных школ, и чтобы этот детский центр состоял из трёх частей: спорт, музыка, математика. Я очень рассчитываю на то, что нам в ходе этой работы, а сейчас там по спортивной линии 200 детей, по 21 дню 200 детей со всей территории страны, чтобы так же было и по музыкальным школам, чтобы так же было по физико-математическим школам.

Это поможет нам и специалистам, которые там будут работать, выбирать из этих ребятишек одарённых, особо одарённых детей, присматриваться к ним заранее, работать с ними чуть ли не индивидуально, помогать на следующем этапе найти себя в высшем учебном заведении и затем где-то в практической жизни. Так что мы с вами будем совместно двигаться по этому направлению.

Вам спасибо большое.

А.ЮНАШЕВ: Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Год назад Вы помиловали Ходорковского. Он тогда обещал Вам не заниматься политикой. Сейчас же он заявил чуть ли не о своих президентских амбициях. В связи с этим вопрос: не жалеете ли Вы…

В.ПУТИН: А где он будет избираться в Президенты?

(Смех в зале.)

А.ЮНАШЕВ: Кстати, вопрос: он просто оппозиционер или оппозиционер-патриот, на Ваш взгляд?

В.ПУТИН: Так у Вас один вопрос или два?

А.ЮНАШЕВ: У меня их три.

В.ПУТИН: А остальные что будут делать, пока мы с Вами дискутировать будем до утра?

Действительно, господин Ходорковский обратился с просьбой о помиловании, во всяком случае, бумагу соответствующую прислал. И вроде не собирался заниматься политикой. Но я, когда решение принимал о помиловании, исходил не из того, что он может или не может, будет или не будет заниматься политикой. Это его выбор. Он имеет право это делать так же, как любой гражданин Российской Федерации, если по соответствующим критериям подходит, в том числе и для того, чтобы избираться на высшие должности в стране. Бог в помощь, пусть работает.

Но я принимал решение по гуманитарным соображениям. Он тогда писал о том, что у него мама тяжело больна. Знаете, мама – это святое дело, я сейчас без всякой иронии говорю. И он отбыл большую часть наказания в местах лишения свободы. Какой смысл был человека там держать, имея в виду, что он может не иметь возможности с матерью попрощаться? Ведь об этом шла речь, он об этом мне писал.

Я ни о чём не жалею и думаю, что поступил абсолютно правильно.

П.ПЧЁЛКИН: Владимир Владимирович, вопрос про Олимпиаду, спорт и политику.

Одно из ярчайших событий этого года – это успех Олимпиады, как её провели, как подготовили. В этой связи – был реализован такой огромный проект – можно было бы рассчитывать на мультипликационный эффект в экономике, потому что построена огромная инфраструктура, вложено огромное количество денег. Страна показала, что она в состоянии реализовывать такие огромные проекты. Не кажется ли Вам, что России не удалось воспользоваться плодами Олимпиады, к сожалению, в связи с трагедией на Украине, которая произошла?

И ещё один вопрос просто вдогонку. Мы собираемся проводить в 2018 году чемпионат мира по футболу. Это достаточно дорогостоящее событие, к которому нужна подготовка, вложение денег. И в условиях санкций, падения цен на нефть и курса рубля Россия вообще потянет, на Ваш взгляд, чемпионат мира?

В.ПУТИН: Прежде всего по Олимпиаде. Думаю, что всё, чего мы хотели достичь при подготовке и проведении Олимпиады, мы всего достигли, даже больше того, о чём мечтали. Мы выиграли Олимпиаду, за что отдельное спасибо всем нашим олимпийцам и паралимпийцам, которые действительно настоящие герои этих событий.

Что касается событий на Украине, то, конечно, Олимпиада завершалась на фоне этих, прямо скажем, событий трагического характера. Но не мы же это сделали, не мы же там переворот устраивали. Это не от нас зависит. Лучше бы этого не было, но так случилось.

А что касается того, довольны мы Олимпиадой или нет? Конечно, довольны. Кстати говоря, об этом говорит загрузка объектов. Вы посмотрите, в некоторых странах после проведения Олимпиады пусто совсем. Конечно, есть межсезонье, сейчас было, там более или менее пустовато, но мы заранее подумали об этом и «Формулу-1» там построили и провели, сейчас чемпионат мира по шахматам там провели, массу других соревнований. Вот сейчас (я думаю, что Вы об этом знаете) всё забукировано начиная с конца декабря и до февраля включительно. Так что и до конца горнолыжного сезона там будет всё забито, просто вообще всё, ни одного места нет.

О чём это говорит? Это говорит о том, что у нас с вами, у граждан России, появился новый круглогодичный центр отдыха и оздоровления, и зимний, и летний. Кроме этого мы там будем проводить крупные соревнования по санно-бобслейному спорту, по другим видам спорта. Мы, сейчас я сказал, отвечая на вопрос Вашей коллеги, будем развивать там детский спорт. Хоккейная команда появилась в Сочи, замечательная команда. Она и проигрывает, конечно, она же молодая, но и выигрывает.

Там, знаете, прекрасные болельщики. Мне, помню, Ткачёв, губернатор Краснодарского края, говорил: «Не надо нам команду, у нас нет такой культуры хоккейной. У нас футбол надо развивать. Никто ходить не будет». Я был там не так давно, где-то месяц назад, посмотрел: полный зал, 10 тысяч человек. Полный зал. И болельщикам надо сказать спасибо. Вообще у хоккейных болельщиков уровень культуры достаточно высокий, ведь люди ходят с детьми, с жёнами, целыми семьями ходят, как на праздник. Замечательно. Это всё развивается и будет развиваться дальше.

Что касается чемпионата мира по футболу, да, это дорогая вещь. Но напомню, в отличие от многих других стран, которые даже отказываются от крупных соревнований, знаете, в чём разница у нас с этими странами? Количество людей, занимающихся физической культурой и спортом на тысячу человек, выше, чем у нас, причём выше намного. А почему? В том числе это происходит в связи с недостаточно развитой у нас спортивной инфраструктурой. И если мы хотим жить дольше, если хотим, чтобы население и люди у нас были здоровыми, чтобы они стояли в очереди не за водярой, а за возможностью покататься на коньках, то тогда нужно, чтобы была возможность кататься. Нужно создавать новые футбольные площадки, хоккейные, спортивные залы, важно, чтобы люди тратили имеющиеся у них денежки не на то, чтобы «махнуть» с друзьями, а на то, чтобы вместе пойти в спортивный зал, даже если он платный.

Надо создавать такую культуру, прививать навыки заниматься физической культурой и спортом, тогда у нас будет не 70–71 год, как сейчас, слава богу, у нас уже есть продолжительность жизни, а будет больше. И в этой связи нам нужно проводить такие соревнования, как чемпионат мира по футболу, потому что количество детей, которые будут заниматься футболом, увеличится резко.

И кроме всего прочего, эта инфраструктура будет не в одном городе Сочи, а будет более чем в десяти городах Российской Федерации с развитием транспортной инфраструктуры, с развитием системы здравоохранения, как это в Сочи произошло, и так далее. Это просто дополнительный повод для развития России. И на это денег не жалко.

К.СОБЧАК: Телеканал «Дождь», Ксения Собчак. У меня к Вам два вопроса, если позволите.

Первое. Пока все озабочены событиями в Украине, происходит событие, которое волнует нас, на территории Чеченской Республики. А именно: глава Чеченской Республики Рамзан Кадыров де-факто объявил, что на территории Чеченской Республики не работают законы Российской Федерации и не работает российская Конституция. А именно: публично он заявил о том, что будут некие расправы над родственниками людей, обвиняемых в терактах, по которым ещё не были приняты судебные решения.

В связи с этим хотелось бы получить ответ. Вы как юрист, как гарант Конституции будете ли защищать тех граждан, которые сейчас подвергаются, по сути дела, досудебным расправам? Их дома уже сжигаются. В единственной правозащитной организации, в ней сегодня происходят в Чечне обыски, был поджог и так далее. Как с этим быть и что с этим делать?

В.ПУТИН: Зачем ты ей дал слово?

Д.ПЕСКОВ: Виноват.

К.СОБЧАК: А можно сразу я второй вопрос тогда задам?

Д.ПЕСКОВ: По одному вопросу. Давайте уважать всех.

В.ПУТИН: Ладно. Давайте второй вопрос.

К.СОБЧАК: Второй вопрос. Я бы хотела всё-таки разъяснить для себя и нашей аудитории по поводу вот этой тонкой грани между «пятой колонной» и оппозиционерами. С Лермонтовым всё стало понятно, но вот хотелось бы с ныне живущими.

Вы, Владимир Владимирович, в своё время публично объявили о том, что против моего отца была развёрнута травля в СМИ. И мне кажется, что сегодня этот термин «травля» опять вернулся в нашу жизнь. Я имею в виду не только травлю Макаревича, травлю какими-то фильмами про выдуманных друзей хунты – а я знаю этих людей и знаю, что они, многие из них, точно патриоты своей страны, – всякими обзывалками типа «жидобандеровцы» на первых федеральных каналах.

У меня есть ощущение, что сегодня ситуация, в которой федеральные каналы специально сеют и разжигают ненависть внутри российского общества. Например, один сюжет о распятом мальчике из Славянска, показанный по первому федеральному каналу, где у государства есть блокирующий пакет.

Этот сюжет был признан, доказано уже, что это была ложь, но никто за этот сюжет не извинился. Вы не боитесь такого градуса ненависти в нашем обществе? Того, что одни люди так настроены против других? И что Вы собираетесь делать для того, чтобы этот градус ненависти снизить? Считаете ли Вы, что по-прежнему люди делятся на Ваших соратников и бандерлогов?

В.ПУТИН: Бандерлоги, конечно, существуют, это Киплинг ещё сказал, не я же.

А если по сути, начнём с первого вопроса, по поводу того, что было сказано Кадыровым в отношении родственников террористов, в отношении их жилья, изгнания из республики и так далее. Вы знаете, конечно, – и здесь у меня нет и не может быть никакого другого подхода, кроме одного, – в России все должны соблюдать действующие в нашей стране законы. Никто не считается виновным до тех пор, пока это не признано судом. Это первое.

Второе. Я уже говорил, что жизнь сложнее и многообразнее. И должен сказать вам из практики работы антитеррористических подразделений, как правило, – я не говорю «всегда», я сейчас поясню, что я имею в виду, – как правило, родственники людей, которые совершают теракты, знают об этом, это как минимум, в подавляющем большинстве случаев.

Но это не даёт права никому, в том числе и руководителю Чечни, право на какие-то досудебные расправы. Здесь абсолютно точно с Вами согласен. И более того, соответствующие правоохранительные органы сейчас проводят по этому случаю предварительную проверку. Кто были те люди, которые сожгли дома, уничтожили родственников террористов, это нужно выяснить, потому что это были люди в масках.

Само заявление Кадырова могло быть и просто эмоциональным, а этим мог кто-то и воспользоваться. Эмоции в таких случаях, мне кажется, понятны, потому что в ходе этого теракта в Чечне было убито 14 милиционеров. И началось всё с убийства сотрудников ДПС не в ходе какого-то боя, столкновения, а просто людей подло расстреляли в упор, и потом погибло ещё дополнительно большое количество людей, всего 14, 38 ранены, в том числе есть тяжелораненые.

Как вы знаете, тысячи людей потом вышли на митинг. В этих условиях, конечно, руководитель республики сделал определённые эмоциональные заявления. Уверен, эти заявления полностью соответствовали ожиданиям со стороны людей, но он не имел на это права. И совершенно правильно будет проверить все эти факты.

Повторяю, кроме публичных заявлений и последовавших затем действий, в том числе по уничтожению этих жилищ, должна быть проведена проверка и установлено, что же на самом деле произошло. Может быть, просто кто-то воспользовался этим и сделал это. Может быть, нет. И тогда соответствующие правоохранительные органы должны будут определённым образом отреагировать.

Вместе с тем, и вы это хорошо знаете, к сожалению или к счастью, как хотите, в мировой практике борьбы с террором такие методы применяются, самым активным образом применяются в Израиле. Но и это ещё не всё, дело не в Израиле.

Сейчас мы стали свидетелями того, что в Соединённых Штатах после 11 сентября были легализованы пытки. Это как можно объяснить? Больше того, они не просто были легализованы, разрабатывалась методика использования этих пыток.

Поэтому жизнь сложна и многообразна, но мы должны придерживаться закона, и здесь я с Вами согласен. Если мы будем выходить за рамки закона, это приведет нас к хаосу. Будем и эти факты тоже расследовать и реагировать на это.

Теперь что касается различных кампаний по травле, как Вы сказали. Я узнал об этом, когда в Москву приехал. У меня и так были подозрения, что в отношении Вашего отца была развёрнута травля, именно организована травля, но когда я приехал в Москву, то нашёл этому прямое подтверждение.

Мне и тогда казалось странным, что после приобретения Анатолием Александровичем Собчаком какой-то несчастной квартиры из 100 метров против него было возбуждено два уголовных дела в течение недели. Месяцами не возбуждают, а здесь в течение недели были возбуждены дела, а потом в ходе избирательной кампании сам факт возбуждения был распечатан в листовках и разбрасывался в Ленинграде с самолётов. Конечно, была явно кампания организована, причём организована определёнными представителями власти в борьбе с ним.

Хочу Вас заверить, что никакой организации какой бы то ни было травли в отношении людей, которые не согласны с нашими действиями, скажем, на Украине, в Крыму или по каким-то внутриполитическим вопросам, никто этим из официальных органов власти, представителей органов власти не занимается.

Если есть какая-то реакция общественности, людей, которые не согласны с этой позицией, то люди, которые столкнулись с этим сегодня, должны понять, что они не могут монополизировать право всех обвинять. Есть люди, которые не согласны с их позицией, и их тоже будут обвинять. Надо научиться на это реагировать адекватно, не шуметь и кричать на каждом углу: «Караул! Рятуйте, громадяне, меня шельмуют!» – а отвечать также в публичной сфере.

Что касается официальных органов власти, хочу ещё раз повторить: никаких попыток, никаких указаний, никакой организации никогда не было и не будет, какой бы то ни было травли в отношении кого бы то ни было. В отличие от нас наши, скажем, европейские партнёры поступают по-другому.

Например, тому же Газманову, Валерии или Иосифу Давыдовичу Кобзону Министерством иностранных дел Латвии было запрещено въехать на территорию Латвийской Республики. Вот это называется «позиция официальных властей». Такой позиции российских властей не было, нет и не будет никогда.

А.АНИЩУК: Добрый день, Владимир Владимирович! Алексей Анищук, агентство Reuters.

За последний год Россия оказалась вовлечена, пожалуй, в один из самых глубоких кризисов в своей новейшей истории. Началось всё с событий на Украине в конце прошлого года, продолжилось ухудшением отношений с Западом буквально до уровня «холодной войны». Сейчас, в последние дни мы видим глубокий валютный кризис, который вполне рискует перерасти в финансовый и экономический, риски такие есть. Я знаю, Вы часто склонны винить во всём происходящем некие внешние силы, но я также знаю, что некоторые представители элит, люди из Вашего окружения, наиболее информированные граждане России, даже несмотря на их публичную риторику, часто склонны винить в некоторых вещах как раз именно Вас, как человека, который на протяжении 15 лет принимает все ключевые решения в России.

В.ПУТИН: Назовите пофамильно.

А.АНИЩУК: К сожалению, не могу: часто жалуются на условиях анонимности. Но в последнее время такие, действительно, в разговорах с журналистами нотки проскальзывают.

В этой связи вопрос, я не буду занимать много времени: насколько Вы уверены в Вашем окружении, в том, что оно безоговорочно Вас поддерживает? И насколько Вы видите риски государственного или даже дворцового переворота? То, что Вы будете делать в случае «оранжевой» или, не дай бог, «красной» революции, Вы говорили много раз. А есть ли у Вас некий план на случай предательства окружения и дворцового переворота?

Спасибо.

В.ПУТИН: Насчёт дворцовых переворотов, успокойтесь: у нас нет дворцов, поэтому и дворцовых переворотов быть не может. У нас есть официальная резиденция Кремль, она хорошо защищена, и это тоже фактор нашей государственной стабильности. Но стабильность основана не на этом: она основана – не может быть никакой другой более прочной базы, чем поддержка российского народа. Я думаю, что Вы не будете со мной спорить в том, что по основным направлениям нашей внешней, да и внутренней политики такая поддержка есть.

Почему так происходит? Потому что люди душой и сердцем чувствуют, что мы (и я, в частности) действуем в интересах подавляющего большинства граждан Российской Федерации.

Теперь по поводу того, кто виноват, кто не виноват в этих украинских событиях, с которых началась серия катаклизмов сегодняшнего дня. Вы знаете мою позицию, я много раз говорил о том, что совершён госпереворот, и это огромная ошибка. Восточная Европа, наши соседи, в том числе и Украина, – это не банановая республика. Это даже не Северная Африка и не Сомали, где можно вот так, с помощью каких-то специальных средств, или боевиков, или людей, которые недовольны даже, может быть, политикой своего руководства, проводить государственные перевороты.

Вы говорите, что я кого-то обвиняю. Я никого не обвиняю – я просто констатирую факт. Но, тоже не вдаваясь в детали и подробности, скажу о дискуссиях, которые у нас с партнёрами на этот счёт есть. Вы знаете известное соглашение между оппозицией на Украине и властью от 21 февраля. Соглашение подписано, три министра иностранных дел, как гаранты этого соглашения, подписались: Германия, Польша и Франция. Мы имели разговоры с руководством Соединённых Штатов Америки, нам всё время говорили: только пусть Янукович не применяет силу, только пусть не применяет силу. Он не применил. Результат – госпереворот.

Нам говорят: «Ну а что мы могли сделать? Ситуация вышла из-под контроля, это называется «эксцесс исполнителя» в уголовном праве». Позвольте, если это эксцесс исполнителя, что вы должны были бы сказать, даже если вы не смогли остановить этих радикалов, которые ворвались в администрацию президента и захватили здание правительства? Вы должны были им сказать: «Знаете что, ребята, мы хотим вас видеть в Европе, мы хотим, чтобы вы подписали и ратифицировали соглашение об ассоциации, вы часть европейской семьи. Но если вы будете действовать таким способом, то вы никогда не будете в Европе и мы вас никогда не поддержим. Ну-ка, давайте возвращайтесь к соглашению 21 февраля, образуйте правительство национального единства и работайте вместе!»

Я уверен, что если бы такая позиция была занята, то сейчас не было бы ни гражданской войны на Украине и не было бы многочисленных жертв. Наши коллеги заняли другую позицию: от пирожков на Майдане перешли к посулам и обещаниям и политического, и экономического характера. Кстати, денежки-то надо заплатить украинскому народу, нет же ни фига, никто ничего не платит. Денег практически не дают, всё только через международные финансовые организации.

Поэтому я считаю, наша позиция была изначально абсолютно выверенной и объективной.

Теперь по поводу элит. Вы знаете, есть элитное вино, есть элитные курорты – нет элитных людей. Вы знаете, что такое «российская элита»? Это работяга, это крестьянин, это человек, на плечах которого держится вся страна, веками держалась, сейчас держится и будет держаться. Всё остальное разделение на какие-то элиты я считаю абсолютно необоснованным. Есть люди богатые и бедные, есть люди здоровые и больные, но они все равны перед страной, перед законом. Есть и богатые люди, которые настроены патриотично. Вы говорите – может быть, некоторые недовольны. Конечно, что им радоваться-то? Они недовольны. Но вопрос в том, как они думают выходить из этой ситуации: быть постоянно в зависимости, постоянно на крюке где-то?

Сейчас одна из наших российских компаний, зарегистрированная где-то в офшоре на каких-то островах, приняла решение о дивидендах. Законная компания, легальная, работающая, правда, в офшорной зоне, большая. Приняли решение. Знаете, что дальше происходило? Поскольку там кто-то из «санкционированных» есть, сказали, что местные директора заявили: «Нет, мы не можем вам перечислить деньги за дивиденды, мы должны проконсультироваться». Им говорят: «С кем проконсультироваться? По закону вы обязаны». – «Обязаны, но не будем». Они говорят: «Но это же произвол, мы на вас в суд подадим!» Знаете, что они сделали? Как вы думаете, что они сделали? Не знаете. Я вам скажу: они уволились просто. Цирк, да и только, уволились. А без их подписи деньги не переводят. А потом, после этого, на эти должности директоров никого не подобрать, потому что команда пришла на эти должности не идти. Всё, деньги зависли.

Если вы говорите о представителях российского бизнеса, они хотят так жить? Большинство из них – нет. Самым главным защитником интересов российских граждан, чем бы они ни занимались, в том числе и бизнесом, может быть только сильное Российское государство.

М.БАЖЕНОВ: Добрый день. Михаил Баженов, «Бизнес ФМ».

Владимир Владимирович, в своём ежегодном Послании Федеральному Собранию Вы сказали о том, что у нас пройдёт амнистия капитала. Прошла уже неделя, но пока никаких подробностей мы не слышали. Хочется услышать подробности, когда она начнётся, сколько она продлится, какой объём капитала Вы планируете вернуть в страну.

И, пожалуй, ещё очень важное. Каким Вам видится механизм этой амнистии? То есть весь ли будет капитал возвращаться, в том числе и тот, который, может быть, получен незаконным путём, или не весь? Здесь, может быть, фильтр какой-то будет. А если будет фильтр, то как бизнесмены отнесутся к нему, поверят ли они, что этот фильтр можно будет пройти и спокойно продолжать бизнес в России? Какие у них, в конце концов, будут гарантии, что после того как они зарегистрируют свой бизнес в России, к ним не возникнет вопросов со стороны правоохранительных, налоговых органов и так далее?

В.ПУТИН: Понятно.

Первое. Сколько мы планируем вернуть капитала? Не планируем вообще. Вопрос не в возврате капитала, это не фискальная мера. Вопрос в легализации. Если бизнес хочет оставить деньги, имущество за границей, пусть оставляет. Вопрос в легализации, в том, чтобы они заявились здесь и зарегистрировались здесь. Вот это самое главное, я хочу, чтобы это было понятно.

Второе. Лично буду следить за тем, чтобы не было никаких нарушений в отношении механизмов и гарантий. Хочу предупредить всех своих коллег, в том числе из правоохранительных органов, будем принимать самые жёсткие меры к тем, кто будет нарушать тот принцип, о котором я сейчас сказал.

И, наконец, по поводу фильтров. Я считаю, что никаких фильтров не должно быть. Все, кто хочет сюда прийти, здесь зарегистрироваться, легализоваться, должен получить такое право. По поводу криминального характера действует презумпция невиновности, о которой я уже много раз говорил. Если не будет ничего другого, то всё считается легальным.

Ну и, наконец, механизмы. Пока они не отработаны, об этом нужно думать, Правительство сейчас работает. Я считаю, что нужно легализовать не только то имущество, которое есть в офшорах, но и то имущество, которое записано, переписано, скрыто на каких-то подставных фирмах, на родственников и так далее внутри самой России. Нужно всем заявить один раз о том, что кому принадлежит, перевернуть эту страничку и пойти дальше.

Е.ТАРАНДА: Владимир Владимирович, здравствуйте, меня зовут Евстолия Таранда. Я представляю первый арктический телеканал «Ямал-Регион» и регион Ямал. Вам передают очень многие привет и слова поддержки, держитесь на внешнем контуре. У меня вопрос будет касаться нашего региона.

Жители, северяне, волнуются, потому что не будет выборов губернаторов Ямала, Югры. Не приведёт ли это к укрупнению? И в целом потом объединения трёх субъектов не произойдёт – Ямала, Югры и Тюменской области? Дело в том, что Вы не раз бывали у нас, знаете, какие у нас условия, какая специфика жизни, работы. Сами понимаете, мы бы не хотели, чтобы это произошло. Какова Ваша позиция на эту тему? Не будет ли один субъект от границ Казахстана до Арктики?

В.ПУТИН: Что касается субъектов Федерации, объединения и всего, что с этим связано, у нас есть федеральный закон и никакого другого пути, кроме объединения различных субъектов в один, не существует, кроме волеизъявления тех людей, которые проживают на этих территориях.

В разных регионах это решается по-разному: или нужно проводить референдум на всех территориях, референдумы, или нужно проводить это решение через соответствующие парламенты. Навязывать сверху никто ничего не будет, и это считаю контрпродуктивным.

В то же время (и здесь все это хорошо знают) у нас абсолютно неравномерно распределены производительные силы по территории Российской Федерации. У нас доходы различных субъектов Федерации отличаются друг от друга в разы (не помню уж во сколько, в 26, что ли, раз или даже больше), доходы бюджетов соответствующих регионов. Уровень жизни людей в этой связи отличается тоже в разы, медицинское обслуживание, образование и так далее.

В общем и целом это плохо, но, повторяю ещё раз, это чувствительная вещь, особенно если это связано с национальными республиками. Мы ни в коем случае не будем идти по пути принудительного объединения. Люди только сами, на основе своего жизненного опыта, на основе понимания того, что происходит в экономике, в социальной сфере, могут принять соответствующее решение.

Конечно, наверное, есть политические силы, которые хотят объединиться, есть политические силы, которые не хотят. Это должно происходить максимально публично, и максимально должна быть общественность в это вовлечена. Никакого навязывания сверху не будет.

ДЖОН СИМПСОН (как переведено): Господин Президент, меня зовут Джон Симпсон. Я представляю «Би-би-си».

Западные страны сейчас почти единогласны в том, что началась новая «холодная война» и что, честно говоря, Вы тоже внесли в это вклад. Мы практически каждый день наблюдаем, как российские самолёты осуществляют очень опасные манёвры в направлении воздушного пространства западных стран. Я думаю, что это осуществляется по Вашим указаниям, поскольку Вы являетесь Главнокомандующим российских войск и только Вы обладаете возможностью направлять российские войска на территорию других суверенных стран, как в направлении Крыма, так и других стран.

Сейчас вы сталкиваетесь с большой проблемой в том, что касается российской валюты. Вам необходимо заручиться поддержкой, в частности, из западных стран.

Я хотел бы задать следующий вопрос: может быть, Вы хотели бы воспользоваться возможностью на этой пресс-конференции заявить западным странам, что сейчас Вы готовы к тому, чтобы заняться эффективным и конструктивным решением проблем на Украине?

Спасибо.

В.ПУТИН: Вам спасибо большое за вопрос.

По поводу наших учений, манёвров, развития Вооружённых Сил. Вы сказали, что Россия в известной степени внесла свой вклад в ту напряжённость, которую мы сейчас наблюдаем в мире. Россия внесла свой вклад, но только в том смысле, что она всё жёстче и жёстче защищает свои национальные интересы. Мы не атакуем – в политическом смысле этого слова, – мы ни на кого не нападаем. Мы только защищаем свои интересы. И недовольство наших западных партнёров, прежде всего американских, связано с тем, что мы делаем именно это, а не с тем, что мы в сфере безопасности допускаем какие-то действия, которые провоцируют напряжённость.

Я поясню. Вы говорите о полётах нашей авиации, в том числе о полётах стратегической авиации. Знаете ли Вы, что Россия в начале 90-х годов полностью прекратила, как это делал Советский Союз, полёты нашей стратегической авиации в отдалённых районах патрулирования? Мы полностью прекратили, а американские стратегические самолёты с ядерным оружием продолжали летать. Зачем? Против кого? Кому угрожали? Мы не летали и не летали, не летали и не летали из года в год. И вот только пару-тройку лет назад возобновили эти полёты. Так кто провоцирует? Мы, что ли?

У нас практически только две базы за границей и то на террористически опасных направлениях: в Киргизии, после того как туда зашли боевики из Афганистана, по просьбе киргизских властей, тогда Президента Акаева, и в Таджикистане – тоже на границе с Афганистаном. Думаю, что и вы заинтересованы в том, чтобы там было всё спокойно. И это обосновано, понятно и ясно.

Американские базы по всему земному шару. И Вы хотите сказать, что мы ведём себя агрессивно? Здравый смысл-то есть или нет? В Европе что делают американские вооружённые силы, в том числе тактическое ядерное оружие? Что там делают?

Послушайте, у нас бюджет Министерства обороны на следующий год вырос, но он в долларовом эквиваленте где-то, чтобы мне не ошибиться, 50 миллиардов примерно. А бюджет Пентагона почти в десять раз больше – 575 миллиардов, по-моему, утвердил Конгресс недавно. И Вы хотите сказать, что мы проводим агрессивную политику? Здравый смысл-то есть или нет?

Мы, что ли, свои вооружённые силы выдвигаем к границам Соединённых Штатов либо других государств? Базы НАТО кто двигает к нам, военную инфраструктуру? Не мы. Нас кто-нибудь слушает, хоть какой-то диалог с нами по этому поводу ведут? Нет, вообще никакого. Всегда в ответ только одно: не ваше дело, каждая страна имеет право выбирать свой способ обеспечения безопасности. Да, хорошо. Но тогда и мы тоже будем это делать. Почему нам это запрещено?

И, наконец, я уже говорил об этом и в Послании – система противоракетной обороны. Кто вышел в одностороннем порядке из договора, который, безусловно, являлся одним из краеугольных камней всей системы международной безопасности? Мы, что ли? Нет. Это сделали Штаты. В одностороннем порядке вышли. Создают угрозы для нас. Разворачивают элементы стратегической ПРО не только на Аляске, но и в Европе, и в Румынии, и в Польше – прямо возле нас. И Вы хотите сказать, что мы проводим агрессивную политику?

Вопрос: хотим ли мы равноправных отношений? Да, хотим. Но при безусловном уважении наших национальных интересов и в сфере безопасности, и в сфере экономики.

Мы 19 или сколько там лет вели переговоры по присоединению к ВТО. Пошли на очень многие компромиссы. И всегда исходили из того, что эти договорённости являются железобетонными. Сейчас не буду говорить, кто прав, кто виноват. Я считаю, что мы правы в ходе украинского кризиса, я уже об этом говорил и много раз. И считаю, что наши партнёры западные не правы. Но сейчас оставим это. Мы присоединились к ВТО. Там есть правила. В нарушение всех этих правил и в нарушение норм международного права и Устава Организации Объединённых Наций в отношении российской экономики введены санкции в одностороннем порядке, абсолютно неправовым способом. Мы не правы опять?

Мы хотим развивать нормальные отношения и в сфере безопасности, и в борьбе с терроризмом. Мы будем работать вместе по нераспространению ядерного оружия. Мы будем вместе работать над такими угрозами, как распространение наркотиков, организованной преступности, распространение тяжёлых инфекционных заболеваний, в том числе эболы. Мы будем это всё вместе делать, в том числе будем работать и в экономической сфере, если этого хотят наши партнёры.

С.ЖАРКИНОВА: Здравствуйте, господин Президент! Саида Жаркинова, я из Казахстана, представляю телекомпанию «Мир».

У меня, естественно, вопрос интеграционного характера. С 1 января следующего года в полную силу вступает Евразийский экономический союз, и к «большой тройке» – Казахстану, Белоруссии и России – присоединяются Армения и Киргизстан. В условиях кризисных явлений в наших экономиках есть ли повод для беспокойства? И, на Ваш взгляд, не превратится ли этот общий рынок в общий кризис?

В.ПУТИН: Вы знаете, ведь Казахстан, так же как и Российская Федерация, – это нефтегазодобывающая страна, и поэтому вне всякой связи с интеграцией в рамках Евразийского экономического союза так или иначе Казахстан, так же как и Россия, сталкивается с неблагоприятной, в данном случае внешнеэкономической конъюнктурой.

Способны ли мы выйти из этой ситуации? Я уже сказал, неизбежно выйдем из этой ситуации с положительным знаком, со знаком плюс. Неизбежно. И в силу роста мировой экономики и потребностей в энергоресурсах, которые у нас есть, никуда не денутся, и в силу того, что наши экономики так или иначе, безусловно, приспособятся к низким ценам на энергоносители.

Но в чём смысл предложения, которое было сделано Президентом Назарбаевым в своё время и которое мы успешно реализовываем с точки зрения интеграции? Что вместе это делать легче, освобождая пространство свободы для передвижения товаров, рабочей силы и капитала. Конечно, вместе это сделать легче. Более того, за время существования Таможенного союза в последние годы наш товарооборот увеличился на 50 процентов. Это всё-таки серьёзный объективный показатель, и мы будем опираться в том числе и на плюсы, связанные с интеграцией.

«Крестьянская жизнь». Без крестьян нельзя, тем более что 104 миллиона тонн в этом году... Поздравим их ещё раз, крестьян наших, с результатом. Спасибо им большое.

С.САМСОНОВА: Здравствуйте! Светлана Самсонова, газета «Крестьянская жизнь», Волгоград.

Вопрос у меня, естественно, касается развития сельского хозяйства. Его развитие невозможно без решения кадровых проблем. Я приведу пример. У нас есть фермер в Волгоградской области, Михаил Ротов. У него недавно ушёл на пенсию работник, токарь, и он никак не может найти ему замену: и зарплату предлагал по сельским меркам более или менее нормальную, и дом, и питание. Тем не менее никто не хочет идти к нему. С подобной ситуацией сталкиваются и другие фермеры, особенно в сфере овощеводства. Никто не хочет заниматься грязной работой, и фермеры боятся, что уже, например, на следующий год мало кто выйдет в поля. Фермеры считают, что такая ситуация с кадрами – это угроза национальной продовольственной безопасности. Разделяете ли Вы эту точку зрения? Что вообще можно сделать, как решить кадровую проблему в сельском хозяйстве?

В.ПУТИН: Безусловно, я разделяю озабоченности представителей сельского хозяйства по поводу того, что в современных условиях нелегко работать. Но вместе с тем нельзя и не разделять оптимизма тех, кто считает, что расчистка внутреннего рынка для отечественных производителей создаёт дополнительные серьёзные возможности для развития сельского хозяйства.

Что касается кадров, то, конечно, об этом нужно подумать заранее, государство об этом думает. Это касается и подготовки средних специалистов, это касается подготовки специалистов в высшем звене. Всеми этими кадровыми возможностями надо пользоваться. У нас замечательные, просто замечательные высшие и средние учебные заведения, которые готовят специалистов в области сельского хозяйства.

У нас Академия сельского хозяйства влилась в большую академию. Я надеюсь очень, что это даст синергетический положительный эффект и для этой важнейшей отрасли российской экономики.

Кроме всего прочего, мы только вчера и с Председателем Правительства об этом говорили, Правительство приняло дополнительно решение добавить около 20 миллиардов в следующем году, помощь сельскому хозяйству будет где-то в 200 миллиардов рублей по разным направлениям. Надеюсь, что аграрии это почувствуют. Нам, конечно, очень важно сейчас сделать так, чтобы средства, которые будут получены в результате реализации рекордного урожая в 104 миллиона, дошли до сельхозпроизводителей, чтобы они ни в коем случае не осели исключительно в каком-то среднем посредническом звене.

Ну а кадры… Надо вовремя, своевременно привлекать. И с учётом того, что цены на продовольственные товары у нас объективно, а где-то и необъективно всё-таки подрастают, и для потребителя это, конечно, не очень хорошо, но для сельхозпроизводителей это шанс. Надеюсь, что этим шансом все воспользуются.

Е.ЕВТЯКОВА: Здравствуйте! Алёна Евтякова, телеканал «Губерния», Воронежская область.

Владимир Владимирович, скажите, пожалуйста, в моём регионе сейчас (он входит в десятку по вводу нового жилья) объёмы ипотеки выросли до 60 процентов. В связи с экономической ситуацией как будет выглядеть та самая ипотека, кредиты на неё и собственно программа «Молодая семья»?

Если можно, ещё такой смежный подвопрос. Мне не простят, если я его не задам, можно будет практически не возвращаться в город. Скажите, пожалуйста, я когда готовилась к поездке, спрашивала знакомых: «А что бы вы спросили у Владимира Путина?» И подруги моей тёти все как одна: «Да это же главный жених России!» Да, вот так. Больше года холостяцкая жизнь. Есть ли у Владимира Владимировича время на личную жизнь? Если можно, начните с первого вопроса.

В.ПУТИН: Подругам Вашей тёти передавайте привет горячий! Спасибо им за такое внимание.

Что касается ипотеки, это серьёзный вопрос, это реально очень серьёзный вопрос. Конечно, при 17 процентах ключевой ставки Центрального банка развивать ипотеку – сложное дело, если вообще возможно.

Должен сказать, что за текущий год и за предыдущий ипотека развивалась большими темпами, чем мы ожидали, – сейчас боюсь ошибиться в абсолютных величинах, но это больше ожидаемого, повторяю. Сколько были ипотечные? По-разному: сначала – 9,5, потом – 10, но люди очень активно брали.

Больше того, после того как ключевые ставки Центрального банка с начала года с 5,5 процента увеличивались, объём ипотеки не сокращался, а коммерческие банки, как это ни странно, не повышали соответственно уровень ипотечных кредитов – они держали. Я очень надеюсь, что и сейчас банки не будут спешить с пересмотром ставок под ипотечные кредиты.

Почему? Потому что это важно и для людей, и для решения социальных задач, обеспечения жильём, это важно и для экономики, потому что примерно 30–35 процентов от общего объёма финансирования по ипотеке идёт непосредственно прямо в строительную отрасль, а она является мультипликатором для целого ряда других отраслей промышленности.

Но, без всяких сомнений, если эта ставка задержится на какое-то время, Правительство, да и Банк России должны будут подумать над специальными инструментами для поддержки ипотеки: и специальной (имею в виду молодых специалистов, молодых учёных, молодые семьи, военнослужащих), но и общей ипотеки.

Какие здесь возможны варианты? Самые разные, но суть в одном: субсидирование, ничего другого мы не придумаем. Очень важно, и это возможно сделать, чтобы такой сегмент, очень важный для людей и для экономики, был сохранён.

Я говорю, почему возможно? Мы говорили, и я сейчас упомянул ещё раз, ключевая ставка поднята для сохранения макроэкономической стабильности в стране. И правильно, потому что мы, именно опираясь на макроэкономическую стабильность, можем сохранить здоровую экономику. И именно это даёт мне основания оптимистично заявлять, что рано или поздно при такой здоровой экономике мы точно выйдем в положительный тренд.

Но Банк России при этом, при резком поднятии ключевой ставки, обращаю ваше внимание, сохранил ставку для малого и среднего бизнеса в 6,5 процента, а для всего остального бизнеса по так называемым проектам, проектному финансированию, – 9 процентов. Плохо только, что до сих пор Правительство не предложило соответствующих проектов, а механизм должен работать так.

Напомню вам и через вас всем людям, которые бизнесом занимаются: если есть хороший проект, экономически целесообразный, выгодный и стабильный, нужно прийти в коммерческий банк; этот банк должен прийти в соответствующую правительственную комиссию; правительственная комиссия должна подтвердить, что это действительно эффективный и жизнеспособный проект. И банк под это получает соответствующую ликвидность из Центрального банка под ключевую ставку, в данном случае 6,5 или 9 процентов. Вот это для бизнеса малого и среднего и для проектного финансирования сохранено. То же самое или что-то подобное можно сделать и для ипотеки.

По поводу Вашей тёти: я уже приветы передал, всё в порядке, не беспокойтесь. (Смех.)

Мне мой один приятель из Европы, большой начальник, как-то недавно после событий прошлого года говорит: «Слушай, у тебя есть любовь?» Я говорю: «В каком смысле?» – «Ну, ты любишь кого-нибудь?» Я говорю: «Ну да». – «А тебя кто-нибудь любит?» Я говорю: «Да». Он, наверное, решил, что я озверел совсем. Он говорит: «Ну, слава богу», – так водочки махнул. Так что всё в порядке, не беспокойтесь. И с Людмилой Александровной у меня очень добрые отношения, дружеские. Мы с ней регулярно видимся, уж не говорю про детей, это само собой разумеется. Не так часто, как бы мне хотелось, но всё в порядке.

Давайте позволим задать вопрос господину из Турции, а потом из Грузии.

В.МАМАТОВ: Владимир Владимирович, добрый день! Маматов Владимир, газета «РепортёрЪ», город Киров, он же Вятка.

Д.ПЕСКОВ: Но Вы же не из Турции.

В.МАМАТОВ: Да, ну что делать, так получилось. (Смех.) Спасибо за аплодисменты.

На фоне глобальных макроэкономических вопросов и тёти, и всего остального абсолютно копеечный вопрос. По сельскому хозяйству задавали вопрос по поводу токаря, мне понравился. У меня тоже очень маленький вопрос, но жизненный.

У нас ситуация в области такая же. У нас делают вятский квас.

В.ПУТИН: Квас?

В.МАМАТОВ: Вятский квас.

В.ПУТИН: Я чувствую, кваску-то махнули уже. (Смех.)

В.МАМАТОВ: Владимир Владимирович, а я хотел Вас угостить, но охрана не дала ничего пронести.

В.ПУТИН: Они, знаете, иногда как говорят – мне приносят что-нибудь в подарок, а они говорят: «Владимир Владимирович, сами будете есть и пить или будем проверять?»

В.МАМАТОВ: Я понял, дегустатора специального нет, хорошо.

Вопрос такой. Мы делаем этого кваса много, очень хорошо, делаем давно.

В.ПУТИН: Я вижу! (Смех.)

В.МАМАТОВ: Но беда в том, что его не ставит ни «Ашан», ни основные торговые сети его не берут, хотя по вкусовым качествам и по цене мы легко бьём «Кока-колу», «Пепси-колу» – всё, что они делают. Что нам делать с вятским квасом и с торговыми системами: можем ли мы как-то в них войти или нет?

В.ПУТИН: Вы знаете, шутки шутками, но вопрос абсолютно правильный. Не знаю, насколько вредный напиток «Кока-кола», но многие специалисты говорят, что так и есть, особенно для детей. Я не хочу обижать «Кока-колу», бог с ним, пускай они разбираются, но то, что у нас есть свои национальные безалкогольные напитки (безалкогольный ведь напиток, да?), в том числе квас, это точно совершенно.

И вода, кстати, у нас замечательная своя, вот это нужно, безусловно, продвигать. Вы знаете, только это нельзя сделать директивно, мы не можем выгонять с рынка, создавать неблагоприятные условия для работы на нашем рынке тем инвесторам, которые пришли, начали работать, заняли определённую нишу. Мы не можем этого делать. Но мы можем вам и будем стараться помогать  отвоёвывать принадлежащий вам по праву российский национальный рынок. Это такой непростой процесс, но мы постараемся вам помочь.

Давайте всё-таки турецкому коллеге дадим слово.

Ф.САФАРОВ: Фуад Сафаров, турецкое информагентство «Джихан».

Уважаемый Владимир Владимирович! Вы недавно были с официальным визитом в Турции. Но странно, после Вас европейцы-бюрократы поторопились и тоже совершили визит в Турцию.

В.ПУТИН: Что?

Ф.САФАРОВ: Европейцы-бюрократы. Судя по всему, они хотели уговорить Турцию, чтобы Турция присоединилась к санкциям против России. Могли бы прокомментировать?

И как Вы оцениваете будущую перспективу двухсторонних отношений?

Второй вопрос. Есть непризнанная страна Северный Кипр, они 40 лет живут под санкциями Европы. Они ждут от России как державы, чтобы Россия могла помочь решению кипрского вопроса.

В.ПУТИН: Начну с последнего.

Что касается Кипра вообще – Северного и Республики Кипр на юге, Вы знаете, что мы стараемся занять сбалансированную позицию и довести дело до такого решения проблемы, которое устроило бы как северную, так и южную часть острова, как турецкую, так и греческую.

У нас очень добрые отношения с Турцией, соответственно так или иначе это распространяется на Северный Кипр. Я уже не говорю про Грецию, у нас особые отношения с Грецией, имея в виду и религиозную общность. Это данные конкретные, совершенно локальный вопрос, но очень важный для людей.

Мы будем, как и прежде, стремиться к сбалансированному решению без навязывания извне, что очень важно, с тем чтобы люди сами между собой договорились. Потому что, стоит только вмешаться извне, что-то навязать, всегда такие договорённости не являются долговечными.

Но определённый оптимизм всё-таки есть – то больший оптимизм, то меньший, всё-таки контакты есть, и на границе происходит какая-то либерализация и послабление. Будем дальше двигаться в этом направлении.

Что касается уговоров Турции присоединиться к санкциям, я и не сомневался. Я когда был там, господину Эрдогану сказал: «Может быть, о некоторых вещах нам сейчас не стоит публично говорить, не стоит дразнить гусей, а то завтра налетят сюда?» Но господин Эрдоган – крепкий мужик, он мог не делать этого. Я говорю: «Давайте не будем некоторые вещи объявлять». Но он подумал и говорит: «Нет, будем». Это выбор наших турецких партнёров. Он говорит: «Нам скрывать нечего, мы ничего ни у кого не собираемся украсть, утащить. Мы решаем наши двусторонние отношения».

Кстати говоря, вы знаете, много было в нашей истории трагического и драматического, и много хорошего было во времена Ататюрка. Что бы я хотел в этой связи сказать? И в Европе ведь тоже складывалось очень непросто между различными странами и народами. Я думаю, что нам очень хороший пример сотрудничества, выстраивания отношений в современных условиях демонстрируют, скажем, Германия и Франция. Сколько они воевали между собой: и Первая мировая война, и Вторая мировая война, и 1870 год – чего только не было, но в современных условиях выстроились в рамках одного союза, работают очень эффективно. И мы должны хорошие примеры брать на вооружение.

У нас с Турцией очень много, хочу это подчеркнуть, совпадающих региональных интересов. Более того, без активного участия Турции в решении ряда региональных вопросов эти вопросы и решены быть не могут. Поэтому мы очень заинтересованы в развитии отношений и будем это делать.

В.ПУТИН: «Синьхуа» нельзя обойти. Миллиард 300 миллионов человек в Китае живёт.

ФАНЬ ВЭЙГО: Спасибо.

Фань Вэйго, информационное агентство «Синьхуа», Китай.

Уважаемый Президент! Как Вы оцениваете развитие российско-китайских отношений в уходящем году? И какими Вам видятся перспективы развития этих отношений в следующем году? Как известно, в следующем году в Уфе состоятся саммиты БРИКС и ШОС. Как Вы оцениваете взаимодействие России и Китая в этих структурах?

Большое спасибо.

В.ПУТИН: Начну с конца. Должен сказать, что ШОС, и мы об этом знаем, создавалась как структура для решения пограничных вопросов после развала Советского Союза между Китаем и бывшими республиками Советского Союза. Должен сказать, что она в этой части сработала очень эффективно и выполнила свою задачу. У нас ведь не было никаких конфликтов, слава богу, никаких неудовольствий в отношении друг друга. Вопросов было много, они все решены, и решены на основе учёта интересов и Китая, и всех других участников ШОС, в том числе и России.

Но эта структура вышла за рамки своих первоначальных границ, уже в виртуальном смысле этого слова. Она вышла за рамки тех задач, ради которых создавалась. Почему? Да потому, что она востребована. Этого бы не случилось, если бы международное сообщество и сами страны – участницы ШОС не поняли и не осознали, что они заинтересованы в дальнейшей совместной работе.

Сейчас, вы знаете, интерес к совместной работе в рамках ШОС проявляют и Иран, и Пакистан, и Индия, и ряд других стран, которые являются наблюдателями. В качестве постоянных и полноправных членов Шанхайской организации сотрудничества заявили себя уже и Индия, и Пакистан. И мы сейчас рассматриваем этот вопрос. Но, безусловно, это влияет и на отношения между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой.

Мы хорошо знаем, что Китай в страновом измерении является нашим крупнейшим торгово-экономическим партнёром, у нас под 90 миллиардов долларов оборот будет в этом году, и он растёт, несмотря на все трудности в мировой экономике, и будет расти дальше, в этом я нисколько не сомневаюсь.

Наша главная задача заключается в диверсификации наших торгово-экономических связей. И в этом отношении мы двигаемся, и двигаемся позитивно, я имею в виду, что мы всё больше и больше уделяем внимания вопросам изменения структуры нашего товарооборота за счёт высокотехнологичной части. Мы строим, как вы знаете, атомные электростанции и будем дальше это делать, если в этом Китай заинтересован. Мы работаем вместе в космосе, в авиастроении и в самолётостроении, в создании новых вертолётов тяжёлого класса, мы работаем по целому ряду других новых перспективных направлений.

И, что самое главное, у нас много совпадающих интересов на международной арене, в том числе это касается стабилизации ситуации на международной арене. Мы очень тесно сотрудничаем на площадке Организации Объединённых Наций и в Совете Безопасности. Сотрудничество России и Китая на этой площадке, безусловно, является одним из очень важных элементов, стабилизирующих сегодняшнее положение в мире.

К.УИВЕР: Кортни Уивер из Financial Times.

У меня вопрос по поводу Евтушенкова. Он вчера вышел на свободу. Если есть реальный уголовный иск против него, реальные уголовные дела, то почему он вышел на свободу сразу после того, как компания «Башнефть» перешла государству? Это знак для крупных бизнесменов в России, что правила игры в России сейчас меняются и может быть пересмотр приватизации в России?

Спасибо.

В.ПУТИН: Дело «Башнефти» не имеет ничего общего с пересмотром итогов приватизации. Почему? Потому что судом не поставлена под сомнение законность приватизации, судом поставлен под сомнение факт передачи имущества из собственности Российской Федерации в региональную собственность, а не факт приватизации. Ещё раз подчеркну, к приватизации не имеет никакого отношения. Единственное, в чём заподозрили следователи Следственного комитета господина Евтушенкова, это только в том, что, по их мнению, зная о высокой стоимости этого актива, когда он уже находился в собственности субъекта Федерации, а, по предварительной оценке Следственного комитета, эта стоимость была где-то 5–7 миллиардов долларов, он купил это за 2 миллиарда.

И дело не в том, что он занизил цену при покупке, а дело в том, что он таким образом легализовал, помог легализовать неправомочным собственникам, как считает следствие, после ряда итераций актив оказался в частной собственности в конце концов, даже не в собственности Республики Башкортостан, помог как бы отмыть деньги. Но следствие не доказало этого факта. В этой части с него обвинения сняты, а что касается перехода из собственности «Системы» в федеральную, это не имеет отношения к приватизации. Ещё раз повторяю, это имеет отношение только к неправомерной, как считает суд, передаче из федеральной собственности в региональную. Вот и всё.

Я надеюсь, что и сама «Система», которая много сделала для развития, скажем, микроэлектроники, очень активно работает по другим направлениям, а не только в сфере ТЭК, не только восстановит свои позиции на бирже. Мы об этом поговорим, я хочу встретиться с нашими ведущими бизнесменами перед Новым годом, я это делаю регулярно, и господин Евтушенков тоже приглашён на эту встречу.

Д.ПЕСКОВ: Владимир Владимирович, может быть, всё-таки Грузию? Обещали.

В.ПУТИН: Да, пожалуйста.

Т.ГОЦИРИДЗЕ: А я уже подумала, что Вы не хотели отвечать.

В.ПУТИН: Нет-нет.

Т.ГОЦИРИДЗЕ: Грузинская телекомпания «Маэстро», Тамара Гоциридзе.

Каковы перспективы российско-грузинских отношений? Считают ли опять в России, что Грузия – это отрезанный ломоть? Или же есть возможность их вывести на какой-то новый уровень, так как за последнее время динамика отношений Грузии с Евросоюзом и НАТО более активная, чем, допустим, с Россией? Насколько уже назрело, чтобы встретились главы государств России и Грузии? Насколько есть для этого повод и темы?

И самое последнее: какую роль может сыграть Россия в урегулировании конфликта? Я уточняю, что, признав со стороны России две территории Грузии и разместив там войска, конфликт-то остаётся в принципе неурегулированным. Что для этого может предложить Россия?

В.ПУТИН: Вы знаете, ведь вопрос, так же как по юго-востоку Украины, заключается в том, чтобы договариваться с людьми, которые живут на территориях. Я в своё время уговаривал Михаила Николаевича Саакашвили, который сейчас в бегах находится, – кстати, мы здесь совершенно ни при чём, никто же, наверное, [нас] не заподозрит в том, что его гоняют, как вшивого по бане, по всему миру сейчас действующие грузинские власти – не по нашей инициативе, мы здесь совершенно ни при чём, – и даже не дают ему рабочую визу в США, насколько я знаю. Я его в своё время уговаривал, говорил: «Михаил Николаевич, не надо этого делать, ни в коем случае не начинайте боевых действий». – «Нет, ни в коем случае». И начал. Результат известен. Но очень трудно сейчас выйти.

Я понимаю, это боль Грузии и грузинского народа, рана кровоточащая. Но ведь 1919 год (тоже все знают), были очень тяжёлые события, когда после распада Российской империи Грузия объявила о создании независимого государства, а Абхазия сказала, что хочет остаться в составе России. И было всё то же самое: и та же карательная операция, и боевые действия. Это же не забылось. Понимаете, это не мы придумали. Нас всё время все обвиняют во всех смертных грехах, что мы провоцируем. Ничего мы не провоцируем. Так сложилось. Надо договариваться с этими людьми. И мы готовы этому способствовать. Но после того как эти предупреждения были проигнорированы, начались боевые действия, да, Россия признала независимость этих республик. Надо исходить из реалий.

Можно ли в этих условиях что-то делать? Я Вам честно скажу: сложно очень. Тем не менее надо на первом этапе хотя бы наладить отношения, прямые контакты иметь, диалог должен быть какой-то политический, а не отвергать с порога. Если это удастся сделать, то мы всячески будем способствовать этому процессу. А к чему он приведёт, я сейчас не могу сказать. Не могу.

Что ещё?

Т.ГОЦИРИДЗЕ: О встрече.

В.ПУТИН: О встрече. Вы знаете, внутри Грузии у нас очень мало контактов, к сожалению. Практически их, можно сказать, нет. Там и внутриполитическая борьба не прекращается, мы видим. То, что от нас просили в своё время, это либерализовать поставку грузинских товаров на российский рынок, мы это сделали. И сделали в ответ на решение Грузии не препятствовать присоединению России к Всемирной торговой организации, несмотря на наши политические разногласия. Это был очень хороший жест со стороны грузинского руководства, и мы ответили на этот жест открытием нашего рынка.

Мы и дальше готовы двигаться в этом направлении. И если грузинское руководство сочтёт возможным, мы будем рады любого представителя грузинского руководства – и Президента, и премьера – видеть в Москве.

Д.ПЕСКОВ: Владимир Владимирович, может быть, коллега из Чечни, потому что у нас Чечня затрагивалась?

Будьте любезны.

А.КАРИМОВ: Добрый день, Владимир Владимирович!

Альви Каримов, пресс-секретарь главы Чеченской Республики, телеведущий, автор передачи «Диалоги», героем которой были Вы, за что я Вам очень благодарен.

У меня вопрос такой. Конечно, санкции и так далее, недружественное отношение целого ряд стран к России – это понятно. Но обидно, что к этому подключились и славянские народы, славянские страны, которые всегда считались для нас дружественными.

В этой связи хотелось бы узнать Ваше мнение: в перспективе возможно по-прежнему, чтобы славянские народы – Сербия, Польша, Чехия, Болгария, Россия и так далее – составили какой-то дружественный, если даже не государственный союз? Я имею в виду в перспективе. И чтобы они с одних позиций выступали на международной арене, как это сейчас делают англоязычные страны.

И следующий у меня вопрос. Я хотел бы сказать, что госпожа Собчак передёргивает факты. Рамзан Ахматович никогда не нарушал Конституцию и никогда не допустит того, чтобы на территории Чеченской Республики её нарушали.

К.СОБЧАК: Он сделал такое заявление, это правда.

А.КАРИМОВ: Я молчал, когда Вы нагло, беззастенчиво лгали.

К.СОБЧАК: Я могу свои слова продемонстрировать Вам.

Д.ПЕСКОВ: Ксения, Вам не мешали задавать вопрос.

А.КАРИМОВ: Я хотел бы задать такой вопрос. Когда ни в чём не повинные люди, сотрудники ДПС, учителя, журналисты, их жизни ставятся под сомнение, когда гибнут твои боевые товарищи – у сотрудника ДПС, который просто нёс свою службу, остались четверо маленьких девочек сиротами, две из них ДЦП-больные, и жена беременная, – и когда глава республики точно знает, что определённые семьи находились в контакте с боевиками – не боевиками, а террористами, боевиков нет уже, – когда эти семьи просили содействовать тому, чтобы эти люди были возвращены, они этого не сделали. Они звонили им в лес, говорили: «Как, сыночек, ты там спишь? Не холодно ли?» – и так далее.

Глава республики говорит, что это уже называется по закону содействием терроризму. Он говорит, что этих людей нужно привлекать к ответственности. Как Вы считаете, нужно ли в отношении террористов применять весь арсенал сил, средств, возможностей, для того чтобы не ставить под угрозу жизни сотен и тысяч человек, ведь в данном случае, если бы не были оперативно приняты меры, жертв было бы 500, 1000 и больше?

Извините за эмоциональность.

В.ПУТИН: Понятно.

Что касается пострадавших и семей погибших. Уверен, что Рамзан никогда не оставит в беде и нужде семьи своих боевых товарищей. Если надо, и мы тоже им поможем. Это первое.

Второе. Что касается пособничества, то, конечно, все пособники должны привлекаться, но, разумеется, в рамках действующего законодательства, в рамках действующего закона. А что там было на самом деле, повторяю, будет понятно в ходе предварительного разбирательства. И то, что нужно бороться с терроризмом по всей поляне, включая и элемент пособничества, это без всяких сомнений. Но, повторяю, только в рамках действующего закона.

По поводу славянских стран. Вы знаете, они находятся в достаточно сложном экономическом положении, а значит, очень зависимы, зависимы от давления. Видите, даже это давление, связанное, конечно, и с внешнеэкономической конъюнктурой, но отчасти и с санкциями, и на нас влияет, но на эти малые страны влияет ещё сильнее.

Они очень зависимые. И поэтому их суверенитет, конечно, подвергается большим испытаниям. Но я уверен и знаю, я просто это знаю, внутри народа тяга к определённому если не политическому, то культурному и духовному единству сохраняется, сохранится и никуда не денется, истребить её невозможно.

Н.СЕЛЬДЕМИРОВА: Здравствуйте! Наталья Сельдемирова, «Авторадио». Поскольку я представляю автомобильную радиостанцию, то и темы будут соответствующие.

Первое, что я хотела бы спросить. Когда вводились антисанкции, то пошли упорные слухи о том, что у нас запретят импортные автомобили. Сейчас, конечно, это уже произошло само собой: не запретили, а то, что их сейчас не ввозят из-за колебания курсов. Но всё-таки теоретически хотя бы в целом такое возможно – запрет импортных машин?

И второе. Вы, наверное, не в курсе, но в народе прозвали службу эвакуаторов «крокодилами». Этот милый (показывает игрушечного крокодила), но в жизни всё гораздо страшнее, они «жрут» всё подряд.

Люди просто не справляются уже с такими штрафами, причём они бывают часто необоснованными. Если человек припарковал машину около дома, то под покровом ночи её могут просто увезти. Такое творится в столице у нас сейчас.

Причём можно было человеку дать штраф в три тысячи рублей за неправильную парковку – но нет же, эвакуируют! За это нужно платить ещё деньги. Человек на следующий день мотается по всей Москве. В общем, это многомиллионный бизнес, это всем очевидно. Как Вы считаете, справедливо такое обирание граждан? Тем более в сегодняшней сложившейся непростой экономической ситуации.

В.ПУТИН: Что касается импортных машин. Действительно, когда мы столкнулись с таким санкционным незаконным беспределом, конечно, у нас в Правительстве начали думать о том, а чем ответить. И один из вариантов ответа – это запрет на ввоз на российский рынок и новых, и подержанных машин.

Почему? Потому что все мировые бренды уже работают в России. Запрет на ввоз готовой техники, без всяких сомнений, поддержит их производство, во-первых. А во-вторых, будет достаточно жёстким и для экономики тех стран, которые занимаются этой санкционной деятельностью.

Вы абсолютно правы, при сегодняшнем курсе это просто не имеет никакого экономического смысла, потому что курс сам по себе всё расставил на место. Придерживаться мы, конечно, будем и поддерживать будем тех производителей, в том числе иностранных производителей, которые приходят в Россию, соглашаются с условиями глубокой локализации – 50 и более процентов.

Что касается эвакуации, то, конечно, всё должно быть в меру, понимаете? Кроме автомобилистов есть ещё и пешеходы, которые не довольны тем, что в некоторых местах, особенно в центре Москвы, невозможно не только проехать, но даже и пройти. Поэтому городские власти так же, как и в любой другой столице, московские в частности, должны были наводить порядок.

Повторяю, всё должно быть в меру и в рамках отработанных правил. А эти правила, без всяких сомнений, должны приниматься публично, во всяком случае, согласовываться с общественностью, если надо, выноситься на суд различных общественных организаций, в том числе и московского отделения Общероссийского народного фронта, на Общественную палату и обсуждаться среди депутатов.

Если правила отработаны, они должны соблюдаться всеми, в том числе и участниками движения, и городскими властями. Разумеется, эти штрафы, нормы не должны быть запредельными, должны соответствовать уровню доходов. Это точно. Я просто не знаю, сколько с людей берут, но надеюсь, что здравый смысл будет иметь место.

Извините, вот «Калининградка» написано. Давайте Калининград послушаем, очень важный тоже регион России.

Е.НЕСМАЧНАЯ: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

Спасибо за то, что дали возможность задать Вам вопрос. Меня зовут Елена Несмачная, газета «Калининградка», естественно, из Калининградской области.

Все, наверное, понимают, что мы живём в отрыве от основной России, у нас так и называют: мы и большая Россия. К сожалению, так есть. Вокруг нас наши друзья, мы их считаем друзьями, часто к ним ездим. Но в то же время очень часто с той стороны приходят новости, что они усиливают силы НАТО, что они обороняются со всех сторон от нас, пишут о том, что мы хотим на них напасть...

В.ПУТИН: А вы не собираетесь?

Е.НЕСМАЧНАЯ: Нет. А я хотела у Вас спросить...

В.ПУТИН: Успокойтесь.

Е.НЕСМАЧНАЯ: Нет, вопрос у меня связан с другим: будет ли усилена российская группировка в Калининградской области?

И ещё, если можно, второй вопрос: что будет со строительством Балтийской АЭС? Тоже очень волнующий людей вопрос.

В.ПУТИН: Строительство Балтийской АЭС идёт, насколько я понимаю, и всё по плану, как Кириенко докладывает. У нас очень эффективно работающая компания «Росатом», и все технологии, которые применяются сегодня и внутри России, и на экспорт, являются технологиями так называемого постфукусимского уровня, то есть это повышенный уровень безопасности. Я думаю, что, наверное, никто из наших конкурентов таких технологий по безопасности пока ещё не применяет. Это первое.

Второе, что касается отношений с соседями. Я знаю, что на региональном уровне отношения складываются действительно очень добрые и дружественные, без всякого преувеличения. И мне руководители региона и муниципалитетов, и самой Калининградской области многократно говорили о том, что они заинтересованы в развитии этих, особенно приграничных, отношений. В Калининград много ездит и поляков, и немцев. И наши граждане из Калининграда очень часто там бывают. Я думаю, что надо фобии оставить, а сотрудничество развивать.

Вот там плакат «Ветераны». Обязательно надо дать слово людям, которые хотят об этом поговорить. Пожалуйста.

А.ИВАНОВ: Владимир Владимирович, здравствуйте!

Иванов Алексей, город Кириллов, Вологодская область, районная газета «Новая жизнь».

Уважаемый Владимир Владимирович! В следующем году у нас будет 70 лет победе в Великой Отечественной войне. Ветераны Великой Отечественной войны глубоко благодарны Вам за то, что Вы смогли улучшить жилищные условия всем тем, кто в этом нуждается.

Но, к сожалению, есть такая категория граждан, которая называется «труженики тыла». У них был очень замечательный, большой, огромный вклад в общее дело – в победу в Великой Отечественной войне. Не собираетесь ли Вы и Правительство страны улучшать жилищные условия именно этой категории граждан?

Спасибо.

В.ПУТИН: Мы всегда исходили из того, что и труженики тыла, и ветераны боевых действий в широком смысле этого слова заслуживают особого внимания со стороны государства. Я прекрасно знаю эту тему, которую Вы сейчас подняли. Но, повторяю ещё раз, когда мы принимали решение, и я лично это делал, об ускоренном обеспечении жильём ветеранов Великой Отечественной войны, мы исходили из одной цифры, она измерялась несколькими десятками тысяч человек. Когда начали это делать, получилось, что там сотни тысяч человек, понимаете? И эта цифра постоянно увеличивалась. Это было абсолютно неожиданно не только с социальной, но и с бюджетной точки зрения.

Поэтому мы должны завершить сначала всё, что было намечено сделать для ветеранов Великой Отечественной войны, ну и, конечно, нужно думать о том, как помогать людям, которые, работая в тылу, обеспечили победу в Великой Отечественной войне.

Я сейчас говорю об этом очень аккуратно, потому что мы должны, прежде чем что-то публично сказать – а это очень публичное заявление, на всю страну, – просчитать каждый шаг, особенно в современных условиях.

Красная табличка, скромно девушка сидит без всякой надежды на то, что её заметят.

Пожалуйста.

Л.НАЛБАНДЯН: Здравствуйте! Спасибо, что заметили. Лиана Налбандян, журналист «Собеседника».

В этом году мы все отмечаем Ваш рекордный рейтинг популярности у народа. Недавно один из социологических фондов провёл опрос, согласно которому россияне назвали Вас человеком года среди российских политиков.

Проблема в том, что Ваши ближайшие конкуренты набрали 2–4 процента, то есть у Вас был огромный отрыв. Вас не смущает такое безоговорочное первенство, а значит, и одиночество на политическом поле?

Спасибо.

В.ПУТИН: Мне не скучно, так что Вы на этот счёт не беспокойтесь. (Смех в зале.) А потом, Вы знаете, я много раз на этот счёт высказывался. Это всё не застывшие вещи, и надо к этому относиться по-серьёзному. Что значит относиться по-серьёзному в моём понимании? Дело надо делать, работу работать, а не думать о том, как бы что сохранить: лишний служебный телефон или рейтинг. Как только начинаешь задумываться о сохранении каких-то рейтингов, то в эту же секунду он начинает падать, потому что вместо конкретной работы начинается профанация.

До сих пор такой стиль работы меня не подводил. Надеюсь его сохранить в будущем и надеюсь, что он тоже будет приносить свои положительные результаты. Главным образом не для того, чтобы это было отмечено на бумаге, а в жизни страны. Для людей чтобы было лучше – вот к чему надо стремиться.

Пожалуйста, девушка с платочком.

Е.ВИНОКУРОВА: Спасибо, иначе меня руководство убило бы.

В.ПУТИН: Ничего себе свободные средства массовой информации у нас.

Е.ВИНОКУРОВА: Владимир Владимирович, я бы хотела продолжить тему, которую начали мои коллеги, тему «пятой колонны», тему врагов России, и спросить у Вас, считаете ли Вы некоторые категории людей врагами России, а именно тех руководителей госкорпораций, которые сперва просят занять им триллионы из бюджета, потом на миллионы проводят закупки айфонов, потом выбрасывают на рынок страны облигации, а также не забывают выплатить себе миллионные бонусы; тех чиновников, даже в Вашем близком окружении, которые живут действительно во дворцах, учитывая, что наши бабушки сейчас считают копейки на хлеб; тех людей, которые руководят государственными телеканалами, показывают сюжеты про распятых детей, которые формируют наш отрицательный имидж на Западе и вредят Вашему личному имиджу, затрудняют переговорный процесс и провоцируют рознь; тех политиков, которые открыто призывали в эти месяцы дикого напряжения для нас всех, я думаю – для Вас тоже, к тому, чтобы Россия развязала агрессивную войну, то есть совершали фактически уголовное преступлении, и тех силовиков, которые оставались абсолютно безучастны к этому, но зато, например, отрядили целый отряд следователей на то, чтобы вести дело о якобы краже картин сторонниками Навального, учитывая, что автор картин заявляет, что кражи не было, что опять же только вредит нашему имиджу на Западе и осложняет нашу сегодняшнюю ситуацию.

И последнее. Владимир Владимирович, какая годовая зарплата у Игоря Ивановича Сечина?

Спасибо Вам огромное.

В.ПУТИН: Зарплату Сечина не знаю. Я, честно говоря, даже свою зарплату – как бы приносят, я их складываю, на счёт отправляю, даже не считаю. А что касается Сечина, честно говоря, не знаю, но знаю, что сотрудники крупных наших компаний, конечно, получают очень солидные деньги. Но мы должны смотреть на их уровни заработной платы не по сравнению со средним заработком в стране даже, хотя должны это иметь в виду всегда, но смотреть, как их коллеги в таких же корпорациях в мире получают.

Потому что сегодня там Сечин может работать, завтра, может быть, мы пригласим какого-то иностранного специалиста. Но для того чтобы пригласить специалиста – не хочу, чтобы это рассматривалось так, что Сечина собираемся увольнять, он будет работать, он работает, кстати, достаточно исправно и весьма эффективно, он эффективным менеджером оказался, но я сейчас не про него – я говорю про то, что в некоторые компании мы можем пригласить и иностранных специалистов, но мы не можем иностранному – платить одну зарплату, а нашим – другую. Это всё-таки нужно сопоставлять в целом по отрасли уже в мире, что называется. Поэтому Вы меня простите, но такой популизм неуместен.

Но, конечно, при этом нужно элементы социальной справедливости соблюдать. А в чём они могут проявиться? В так называемых золотых парашютах, это точно. И я согласен с депутатами Государственной Думы, и с Правительством, что эти «парашюты» нужно вычищать. Это делаем не только мы, это и в других странах делается, и надо это делать в будущем.

Теперь по поводу чиновников из моего ближайшего окружения. В моём ближайшем окружении нет чиновников и, надеюсь, никогда не будет. Они все коллеги, но я ни с кем не сближаюсь и не собираюсь сближаться. Есть определённая государственная функция, которую исполнять исправно, сближаясь с кем-то в личном плане, практически невозможно. Я это давно осознал, понял и поэтому стараюсь со всеми держаться на определённом расстоянии, но работать доброжелательно и с полным пониманием той ответственности, которая стоит перед людьми. Можно, конечно, бесконечно их трепать, этих чиновников, но не забывать, что от их эффективной работы зависит судьба миллионов и миллионов наших граждан, их социальное и экономическое самочувствие.

Есть ли в чьих-то действиях признаки того, что они перегибают палку, что называется? Наверное, есть. Это всегда происходит и везде. Надо за этим внимательно следить. И, если представители средств массовой информации будут на это обращать внимание, это самый лучший способ того, чтобы бороться со всякими перегибами, в том числе и в отношениях с оппозицией, некоторых из этих людей Вы сейчас упомянули.

Каждый имеет право на собственное мнение. Каждый имеет право на то, чтобы высказывать свою позицию, но, ещё раз повторяю, в рамках действующего закона, не раскачивая страну и не присваивая себе монополию на истину в последней инстанции.

Давайте теперь по Ирану.

Р.САФАРОВ: Раджаб Сафаров, журнал «Деловой Иран».

Владимир Владимирович, ровно год тому назад Вы здесь, в этой аудитории, заявили о том, что «Иран – наш сосед, он приоритетнейший наш партнёр»... Я цитирую Вас.

В.ПУТИН: Спасибо за доверие.

Р.САФАРОВ: Что «мы намерены развивать отношения во всех направлениях с этой страной. И это принципиальнейший выбор, наш принципиальный выбор».

Но год прошёл, на самом деле товарооборот уменьшился, никаких особых контактов, которые могли бы привести к каким-то конкретным, крупным соглашениям, не получилось. Иран не зовут в ШОС, Ирана нет в Евразийском сообществе, Иран на самом деле не участвует в крупных энергетических проектах. Тот большой нефтяной контракт, который в начале этого года был подписан, так и не реализован.

Более того, на самом деле я исхожу из того, что товарооборот, который в этом году есть, меньше чем полпроцента от товарооборота с другими странами у России.

И получается парадокс. Никто в России не отвечает за это состояние, ни один чиновник, ни один государственный деятель не несёт ответственности за падение товарооборота с Ираном. Может быть, стоит Вам подумать, чтобы на самом деле назначить или уполномоченных представителей Президента или от Правительства, чтобы каждый по ключевым странам отвечал именно за товарооборот в развитии торгово-экономических отношений?

И самое последнее. От действий послов очень многое зависит. Может быть, стоит как-то посмотреть по-другому на деятельность послов? Если посол в течение одного года не развивает или не содействует торгово-экономическим отношениям хотя бы на пять процентов, серьёзное замечание. Если во втором году нет такого развития, то тогда сменить, может быть, посла?

На самом деле я исхожу из того, что от взаимодействия нашего с вами (в плане взаимодействия с Ираном имеется в виду) очень многое зависит. Вы в прошлом году обещали, что посетите Иран, этого не произошло. Вы обещали, что будет подписано крупное экономическое соглашение с Ираном, тоже не произошло этого. Я не понимаю: или в Вашей стратегии что-то изменилось, или команда всё-таки не реализовывает Ваши директивы?

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Первое, что касается послов. Конечно, в обязанности посла входит постоянное улучшение межгосударственных связей, но впрямую в его обязанности не входит увеличение товарооборота. Если мы будем поступать в соответствии с Вашими рекомендациями, то мы послов не напасёмся.

А какова эффективность работы дипломатической миссии в той или иной стране, это определяет Министр иностранных дел и в конечном итоге – Ваш покорный слуга по докладам Министерства иностранных дел. Мы, безусловно, посмотрим, в том числе и после Вашего выступления, на эффективность работы нашего посольства, но в целом мы удовлетворены тем, как они работают.

Что касается товарооборота, то он действительно несколько снизился. Мы обсуждали это и с Президентом Ирана. Мы предпринимаем попытки улучшить товарооборот, его структуру и объёмы.

Это зависит не только от нас. Это зависит от той обстановки, которая складывается в мировой экономике. Это процессы чисто объективного характера, потому что Иран – это тоже нефтегазодобывающая страна, и в значительной степени экономика Ирана так или иначе завязана на мировой нефтегазовый сектор.

Сейчас мы все являемся свидетелями понижения цен на энергоносители, на нефть. Много всяких разговоров на этот счёт, почему так происходит. То ли это какой-то сговор между Саудовской Аравией и Соединёнными Штатами, для того чтобы наказать Иран, для того чтобы повлиять на экономику России, на Венесуэлу и так далее.

Может быть, а может быть, и нет. Может быть, это просто борьба традиционных производителей сырья с той же сланцевой нефтью, и скоро (она уже где-то подошла к своей нулевой себестоимости) может опуститься, и подержать ещё такую ставку – всё в конечном итоге развалится, и цены пойдут вверх. Мы этого достоверно сказать не можем.

Могут ли совпадать интересы, скажем, администрации США и основных добытчиков сырья? Могут. Потому что администрация, в принципе, очень спокойно относится к тем вложениям, которые сделаны частными компаниями в сланцевую нефтедобычу. Для них главное – общий уровень цен.

Если он будет постоянно держаться низко, этот уровень цен, то в конечном итоге компании перестанут вкладывать в трудноизвлекаемые запасы, в новые месторождения, и на фоне роста мировой экономики это когда-нибудь так скакнёт, что, в принципе, будет плохо даже для индустриально развитых стран. Многие это понимают.

Кстати сказать, наши китайские друзья это прекрасно понимают. Они не заинтересованы в том, чтобы нефть опускалась слишком низко и держалась так долго. Иран зависит от этого, и с этим ничего не поделаешь. Мы ищем возможности диверсификации сотрудничества с Ираном и будем это делать, и мы делаем это искренне.

Что-то получается, что-то нет. Мы работаем и в сфере машиностроения, в сфере авиастроения, мы ищем другие возможности диверсификации помимо нефтегазового сектора, но тот контракт, о котором Вы сказали, мы искренне стремились к его реализации. Вы не правы, когда говорите, что у нас некому за это отвечать. У нас Министр энергетики неоднократно бывал в Иране и приглашал сюда своих партнёров.

Это был очень сложный процесс поиска компромиссного, взаимоприемлемого решения. В конце концов он найден. Там очень всё непросто с расчётами, там целый комплекс проблем, но в целом мы их решили. Но нужна воля с обеих сторон, нужно, чтобы эти контракты, в том числе в области нефти, были выгодными.

Не Правительство же готово реализовывать иранскую нефть, это соответствующие компании должны сделать, но надо, чтобы эти контракты были выгодными для них. Это непростое дело, но мы искренне заинтересованы и будем это делать, будем работать по поиску путей расширения, увеличения нашего товарооборота.

И конечно, мы будем вместе работать с иранскими партнёрами и друзьями над решением иранской ядерной программы. Я думаю, что мы очень близки к решению этой проблемы. Иранское руководство демонстрирует очень большую гибкость, на мой взгляд, очень большую гибкость.

Я вообще даже не очень понимаю, почему до сих пор не подписано окончательное решение по иранской ядерной программе, надеюсь, что это произойдёт в ближайшее время. И если это так, то думаю, что мы увидим существенные изменения и в наших экономических связях.

Р.САФАРОВ: А Ваша поездка в Тегеран?

В.ПУТИН: Моя поездка в Тегеран вполне возможна. И мы согласуем это по дипломатическим каналам в удобное время и для наших партнёров, и для меня. Я был в Тегеране…

Понимаете, важна поездка не для поездки. Ведь я приеду в Тегеран, мы что там будем делать? Встречаться с Президентом, но я с ним только что встречался, и не один раз. Будем и дальше поддерживать контакты.

Если мы увидим, что нужен отдельный визит, у нас ограничений нет. Понимаете, у нас нет никаких ограничений, связанных с каким бы то ни было внешним давлением. Мы обещали, что построим атомную электростанцию, и мы это сделали.

Мы сейчас подписали новые контракты на продолжение нашей совместной работы, и мы это сделаем. Так что вопрос просто технический характер носит. Будем работать.

Вот там девушка сидит, «Мама» у неё на плакате написано.

Пожалуйста.

О.ПАНИНА: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

Панина Ольга, журнал «Открытая Россия». Я председатель Всероссийского общественного движения «Союз матерей России», многодетная мама.

Вопрос в следующем. Недавно в СМИ прошла информация о том, что в Государственной Думе находится на рассмотрении законопроект о возрождении в России звания «Мать-героиня», которое, соответственно, предусматривает определённые преференции в качестве пенсионного обеспечения и единовременных выплат.

Вопрос такой: поддерживаете ли Вы возможность возрождения такого звания, естественно, в сегодняшних реалиях, и если да, то могли бы Вы лично содействовать скорейшему принятию данного законопроекта либо каким-то образом внести подобное предложение?

Спасибо.

В.ПУТИН: Вы знаете, как я отношусь ко всему, что связано с демографией. Здесь поддержка семей, поддержка многодетных семей, поддержка женщин, которые приняли решение о рождении детей – второго, последующего, первого ребенка, не важно, – это очень важный вопрос. Это касается и материальной составляющей, и моральной. И поэтому я, конечно, готов буду поддержать всё, что связано с поддержкой семей, материнства и детства.

Когда мы вводили материнский капитал, я изначально тогда, если вы помните, говорил о том, что это делается с целью материальной и моральной поддержки женщин. И мужчины нашей страны прекрасно это понимают, я вижу, что это решение пользуется поддержкой не только у женской части нашего общества, но и у мужской, потому что на мужчинах особая тяжесть всегда лежит, на их плечах. Мы же любим своих женщин, поэтому и мужчины это поддерживают. И дальше это будем делать. Повторяю, и материально будем изыскивать дополнительные возможности, и будем изобретать любые шаги, связанные с моральной поддержкой.

Я посмотрю, на каком уровне находится этот законопроект. Не вижу никаких, абсолютно никаких препятствий, для того чтобы этот законопроект двигался.

Вы знаете, мы уже больше трёх часов с вами работаем. Нам нужно постепенно заканчивать. Давайте последние три вопроса.

«Про ТВ».

Н.ПЕШЕХОНОВА: Надежда Пешехонова, телекомпания 2ТВ. Мы представляем телеканал «Волгоград-1» в Волгограде.

Вы очень много говорили о том, что нужно создавать общественное независимое телевидение, и в то же время с 1 января 2015 года вступает в силу закон запрета рекламы на платных каналах. Не считаете ли Вы, что этот закон противоречит политике открытого, неподконтрольного телевидения? Потому что доступные каналы в любом случае получают дотации из бюджетов разных уровней и не могут являться независимыми.

И личный вопрос. У нас телеканал распространяется в кабельных сетях. Естественно, мы не платный телеканал и платим кабельным сетям за то, чтобы там присутствовать. Даже наши юристы не могут понять, коснётся ли этот закон таких каналов, как наш.

Спасибо большое.

В.ПУТИН: Вы знаете, я боюсь, что в деталях не воспроизведу ситуацию, которая там складывается, но складывается эта ситуация по чисто экономическим соображениям. Рекламный рынок в тех условиях, в которых мы живём, всегда сужается. И мы должны принять решение: мы общефедеральные каналы либо должны поддерживать напрямую из федерального бюджета, что достаточно сложно, поскольку у нас есть и другие проблемы, связанные с обеспечением пенсий, пособий – армия, всё, что угодно, всё, что напрямую связано с бюджетом, – или дать им возможность всё-таки воспользоваться теми сокращающимися объёмами рекламного рынка, который присутствует в России.

Это не наше было решение и не наше предложение. Это не было инициировано властями. Эти решения были инициированы представителями масс-медиа, точнее, руководством этих каналов. Хорошо это или плохо, но логика заключается в том, что если кабельные каналы существуют, то их никто не закрывает, но тогда нужно, чтобы они научились сами зарабатывать деньги, в том числе переходили на платную систему работы. А дело уже аудитории – хотят люди за это платить или нет.

С.АБЛЯЕВА: Здравствуйте!

Я представляю первый крымскотатарский канал, телеканал АTR, Крым, Симферополь.

Ещё весной Вами был принят указ о реабилитации депортированных народов из Крыма. Но, к сожалению, местная власть не делает никаких реальных шагов по реализации этого указа. Как Вы считаете, почему указ до сих пор без жизни?

Спасибо.

В.ПУТИН: Я не считаю, что этот указ без жизни, и вот почему. Потому что, первое, этого никто не может отменить: ни местные власти, ни какие-то другие. Мы объявили о политической реабилитации всех репрессированных народов: и крымскотатарского народа, и немцев, и греков, и армян, и болгар – всех людей, которые подверглись репрессиям. На мой взгляд, это имеет достаточно серьёзное политико-моральное значение.

Но это далеко не всё. Мы объявили также о том, – и это было принято на федеральном уровне, и Вы сейчас вспомнили про указ, – мы объявили о том и приняли решение о том, что все основные языки на полуострове: русский, украинский, крымскотатарский – являются государственными, чего никогда не было раньше в истории крымскотатарского народа. И это тоже очень серьёзная вещь, касающаяся общего морального состояния крымскотатарского народа, ощущения себя полноценными гражданами Российской Федерации. Конечно, это должно всё потихонечку быть реализовано на региональном уровне.

Но и это ещё не все. Самый важный вопрос – это, конечно, вопрос легализации земли. Я понимаю, что это сложно. Крымско-татарское население составляет только часть людей, которые проживают в Крыму. И я знаю, что далеко не все согласны с таким решением, потому что говорят: если мы будем постоянно легализовывать самозахваты, то порядка никогда не наведём.

Но я полагаю, и я прошу, чтобы меня люди, которые в Крыму живут, услышали и поняли. Всё-таки вопрос с репрессированными народами – это отдельная тема. И государство многое задолжало этим людям. Нужно эту страницу закрыть и после этого сказать, что все равны.

И нужно соблюдать закон. Какой бы человек ни был национальности или этнической группы, все должны одинаково соблюдать закон. И конечно, местные власти должны найти такие приемлемые для всех решения, которые бы позволили имплементировать всё, что прописано в законе. Я знаю, что это обсуждается в крымском парламенте. И если пока этого окончательного решения нет, то оно должно быть. Это следующее.

И наконец, в завершение ещё один вопрос. Мы разрабатываем программу, согласно которой все ранее репрессированные народы, в том числе и крымско-татарский народ, должны будут почувствовать поддержку с точки зрения экономики и социальной сферы: строительство дорог, строительство детских садов и другой социальной инфраструктуры.

Это, к сожалению, не вопрос прямо с сегодня на завтра, но его никто не забыл. Почему не с сегодня на завтра? Не потому, что денег нет, хотя денег никогда нет, даже в самые тучные годы их не хватает, но потому что это требует проработки. Нужно понять, где строить, сколько строить, как строить и так далее. Но это мы точно будем делать.

И завершающий вопрос. Давайте про экономику. Мы с экономики начали, экономикой давайте и закончим.

А.КОЛЯНДР: Владимир Владимирович, Вы говорили, что рубль падает и экономические проблемы – из-за падения цен на нефть. Но рубль начал снижаться ещё в 2013 году, инвестиции перестали идти в экономику ещё раньше. Об экономических проблемах министры экономического блока в Правительстве говорили до того, как начал снижаться рубль. И это получается как с простудой: здоровый человек простуду переживает на ногах, больной человек страдает тяжело.

Не считаете ли Вы, что экономические проблемы являются следствием кадровых, внутриполитических и внешнеполитических шагов последних, скажем, двух-трёх лет? И считаете ли Вы, что Вы лично несёте ответственность за эти шаги – падение доллара и экономические проблемы?

И последний вопрос. Приняли ли Вы уже решение о том, будете ли Вы баллотироваться на следующий срок, и будет ли это решение зависеть от курса рубля и экономики?

В.ПУТИН: Это зависит от общих результатов работы в стране и на президентском, и на правительственном уровне, и на уровне Центрального банка. Решение о президентских выборах 2018 года принимать рано кому бы то ни было.

Надо настойчиво работать в интересах граждан Российской Федерации. А по результатам и по настроениям в обществе можно будет сделать вывод о том, кому идти на выборы в 2018 году. Первое.

Второе. Ответственность за всё, что происходит в стране, всегда лежит на главе государства и дальше по ранжиру вниз. И от этой ответственности я никогда не уклонялся и уклоняться не собираюсь.

И наконец, по поводу кадровых ошибок и так далее. Ошибки всегда есть. В целом, повторяю, должна быть поднята персональная ответственность и сотрудников Центрального банка, и ответственных сотрудников Правительства Российской Федерации за результаты работы на каждом участке, который им доверен.

Вместе с тем считаю, что в целом административные структуры и правительственные и финансовые власти справляются с теми задачами и с теми проблемами, перед которыми стоит сегодня страна.

Я сказал вначале и хочу этим закончить – да, времена непростые, они вызваны целым рядом объективных, а может быть, и субъективных обстоятельств в связи с тем, что можно было более своевременно, более чётко артикулируя, принимать соответствующие решения.

Но в целом политику и Правительства, и Центрального банка считаю правильной. И она даёт нам все основания полагать, что, сохраняя макроэкономическую устойчивость и здоровое состояние самой экономики, опираясь на резервы, которые у нас есть, мы можем решить и социальные задачи, которые были обозначены в указах 2012 года, и выйти из той ситуации, которая сложилась на сегодняшний день, либо в ближайшей, либо в среднесрочной перспективе.

И я сказал – почему. Потому что экономика неизбежно приспособится к условиям низких цен на энергоносители, и она будет обязательно диверсифицироваться.

И второе. Даже если мы исходим из того, что низкие цены будут сохраняться на энергоносители и даже будут снижаться, неизбежно наступит момент, когда произойдёт их плановый, можно сказать, рост в связи с ростом мировой экономики и потребности в энергоносителях.

Я не сомневаюсь, что это будет. Как это будет, как будут работать официальные власти и финансовые, и административные, и правительственные, посмотрим и будем давать оценки их работе по результатам.

Но в одном мы с вами точно можем быть уверены, что мы этот период пройдём и из непростой, конечно, сегодняшней ситуации выйдем, укрепив свои позиции и внутри страны, и в мировой экономике, и на международной арене.

Имея в виду, что все ресурсы, которые нам были нужны для выполнения не только социальных обязательств, но и по развитию оборонной сферы, по модернизации армии, флота, они у нас все заложены, все обеспечены, и, безусловно, все эти планы будут реализовываться.

Самое главное – это обеспечить социальное благополучие людей, проиндексировать пенсии пенсионеров, несмотря на определённое сокращение доходов бюджета. Сможем ли мы это сделать или не сможем? Точно сможем.

И в следующем году мы проиндексируем пенсии не по прогнозной, а по фактической инфляции. Этим вопросам – вопросам социального благополучия граждан – мы будем уделять особое внимание в предстоящий период. И уверен, все эти вопросы будут решены.

Большое вам спасибо за внимание. Поздравляю вас с наступающим Новым годом!

 

 

Расширенное заседание коллегии Министерства обороны

URL:  http://news.kremlin.ru/transcripts/47257

 

Владимир Путин принял участие в расширенном заседании коллегии Министерства обороны Российской Федерации. Президент обозначил приоритетные задачи в сфере обороны на 2015 год.

* * *

В.ПУТИН: Уважаемые товарищи!

Мы проводим коллегию в новом Национальном центре управления обороной России. Он приступил к постоянному боевому дежурству. Поздравляю вас с этим событием.

Среди задач центра – анализ и прогнозирование развития геополитической обстановки, а также координация деятельности органов власти в области обороны. Возможности нового комплекса должны повысить качество управления Вооружёнными Силами, а сам центр займёт ключевое место в системе обеспечения обороны и безопасности страны, будет содействовать решению тех серьёзных задач, которые стоят перед Вооружёнными Силами.

Россия, как всегда, будет последовательно отстаивать свои интересы и суверенитет, будет стремиться укреплять международную стабильность, выступать за равную безопасность для всех государств и народов.

Между тем обстановка вокруг нас проще не становится: вы знаете и о создании эшелонированной системы противоракетной обороны США, возросла и активность НАТО, в том числе в Европе, прежде всего в Восточной Европе.

В этой связи хочу отметить, что наша военная доктрина тем не менее не меняется, она носит, как известно, исключительно оборонительный характер. Однако свою безопасность мы будем отстаивать последовательно и жёстко.

В этом, 2014 году и в этой аудитории, конечно, нельзя не вспомнить и о крымских событиях. Хочу вновь поблагодарить руководство Вооружённых Сил, личный состав частей и подразделений за чёткие, сдержанные, выверенные действия, за мужество и профессионализм в период крымских событий.

Уважаемые коллеги, события последнего времени показали, что российская армия меняется, обретает новый облик, становится современной, готовой выполнять самые сложные и ответственные задачи. Это наглядно подтверждают и итоги прошедших в этом году внезапных проверок, а также результаты, показанные частями и соединениями в ходе более чем 3,5 тысячи тренировок и учений, в том числе самых масштабных из них – «Восток-2014».

Отмечу и то, что в текущем году задания гособоронзаказа выполнены практически полностью. Об этом мы подробно говорили сейчас на совещании, посвящённом единому дню приёмки военной продукции.

Вместе с качественным развитием Вооружённых Сил растёт и престиж воинской службы. В этом году конкурс в ряде вузов Минобороны достигал 6 человек на место. Число контрактников возросло более чем на 75 тысяч человек. Появилась реальная конкуренция за право служить в армии по контракту на рядовых и сержантских должностях. В большинстве своём это хорошо подготовленные, мотивированные к службе люди; две трети контрактников 2014 года имеют высшее или среднее специальное образование.

Вместе с тем абсолютно очевидно, что армия и флот нуждаются в дальнейшем совершенствовании и развитии. Необходимо в полном объёме реализовать задания гособоронзаказа и все другие программы в сфере военного строительства.

Обращаю ваше внимание на следующие приоритетные задачи.

Первое – это завершение разработки Плана обороны на 2016–2020 годы. Он должен быть представлен на утверждение через год – в декабре 2015 года.

В этом году внесены коррективы в Федеральный закон «Об обороне», подготовлены изменения в Военную доктрину. На их основе и с учётом утверждённого 26 ноября 2014 года замысла обороны должны быть разработаны документы краткосрочного, среднесрочного и долгосрочного планирования.

Второе – это развитие всех составляющих стратегических ядерных сил, которые являются важнейшим фактором поддержания глобального равновесия и фактически исключают возможность крупномасштабной агрессии против России. В 2015 году в состав стратегических ядерных сил должны поступить более 50 межконтинентальных баллистических ракет – вы представляете, какая это мощная сила. Предстоит продолжить модернизацию стратегической авиации, поставить на боевое дежурство ракетные подводные крейсеры «Владимир Мономах» и «Александр Невский».

В среднесрочной перспективе, до 2021 года необходимо полностью перевести на современное вооружение ядерные силы наземного базирования, модернизировать весь парк ракетоносцев «Ту-160» и «Ту-95МС», а также разработать стратегический бомбардировщик нового поколения.

Третье. В 2015 году необходимо завершить создание Воздушно-космических сил. Развёртывание этого нового вида Вооружённых Сил России позволит в единой боевой связке использовать авиационные комплексы, средства ракетно-космической и противовоздушной обороны, тем самым существенно повысить уровень защиты воздушно-космического пространства над Россией.

Четвёртое – это качественное усиление обороны стратегически важных регионов страны: Арктики и ряда других территорий.

15 декабря на базе Северного флота было образовано Объединённое стратегическое командование. В будущем году предстоит завершить создание военной инфраструктуры на Новой Земле, островах Котельный, Врангеля и мысе Шмидта. Прошу держать эти вопросы под постоянным контролем.

И вновь подчеркну, мы не собираемся заниматься милитаризацией Арктики. Наши действия в Арктике носят сдержанный и разумный по масштабам характер, но абсолютно необходимый характер для обеспечения обороноспособности России.

Пятое. Для поддержания высокой, постоянной боеготовности нужно продолжить практику внезапных проверок. В будущем году они должны охватить все военные округа, виды и рода войск, а также соответствующие федеральные и региональные органы власти и управления.

Кроме того, в будущем году пройдёт российско-белорусское оперативное учение «Щит Союза – 2015», а также стратегическое командно-штабное учение «Центр-2015», которое позволит отработать вопросы обеспечения безопасности в значимом для России Центрально-Азиатском регионе.

И в целом важно укреплять взаимодействие с нашими союзниками, с партнёрами по ОДКБ.

Уважаемые коллеги, неизменным приоритетом остаётся для нас решение социальных проблем и вопросов военнослужащих. По состоянию на декабрь этого года, по линии Минобороны постоянное жильё получили более 13 тысяч военнослужащих, в том числе 4,8 тысячи с использованием новой формы – жилищной субсидии на приобретение или строительство жилья. А служебное жильё получили более 18 тысяч человек, это почти на 9 процентов выше запланированного годового показателя.

В 2015 году нужно сохранить эту позитивную динамику и, прежде всего, выполнить планы по строительству 24 тысяч служебных квартир. Вновь хочу подчеркнуть, в течение ближайших лет фонд служебного жилья должен быть сформирован полностью.

Напомню также, что в рамках развития военной инфраструктуры до 2020 года предстоит обустроить 535 военных городков. Более четверти из них уже готово, в следующем году должны быть сданы ещё 142 городка. Как мы и договаривались, во всех крупных городках  (с численностью жителей более 1,5 тысячи человек) должны быть и спорткомплексы с бассейнами, и культурно-досуговые центры, и так далее – вся социальная инфраструктура. Современные условия для службы, возможности для работы, учёбы, интересного досуга для семей военнослужащих – всё это имеет огромное значение для престижа воинской службы, да и для морального состояния войск в целом.

Уважаемые товарищи, в будущем году мы будем торжественно отмечать знаменательную дату – 70-летие Победы в Великой Отечественной войне. Этот праздник – символ героизма нашего народа, мужества нашей армии, тех традиций, которые передаются у нас из поколения в поколение и на которые, уверен, всегда будут равняться Вооружённые Силы, все солдаты и все офицеры России.

Рассчитываю, что вы отметите год 70-летия великой Победы достойными результатами в боевой подготовке, и, разумеется, желаю вам успехов.

Хочу ещё раз поблагодарить руководство и личный состав Вооружённых Сил за добросовестную службу.

Спасибо большое за внимание.

<…>

В.ПУТИН: Уважаемые товарищи, наша работа подходит к концу.

Что хотел бы сказать в завершение, сделано немало, сделано много, но предстоит сделать ещё больше.

Сейчас некоторые наши, как мы их называем, «партнёры» – конкуренты – уже называют наши Вооружённые Силы и высокотехнологичными, и эффективными, и современными. Это хорошо, конечно, что даются такие оценки. Но мы с вами должны исходить из реалий, а реалии мы с вами должны проверять на практике, в ходе учёбы, в ходе освоения современной техники, которая поступает и будет поступать в войска, в ходе подготовки кадров и повышения дисциплины, что совершенно необходимо для Вооружённых Сил.

Наша постоянная работа с промышленностью показывает, что планы развития Вооружённых Сил Российской Федерации являются не только масштабными, но и впечатляющими. Уверен, что это впечатление, о котором я сейчас сказал, найдёт своё понимание после того, как все наши планы будут реализованы.

Но нам нужно наладить совместную работу промышленности и Вооружённых Сил: и по освоению новой техники, и по своевременному вводу её в эксплуатацию, постановке её на боевое дежурство. Для этого, конечно, нужно своевременно тоже, грамотно, с наименьшими затратами готовить инфраструктуру – не только кадры, но и инфраструктуру. Невозможно, когда лодки у нас стоят у стенки и вырабатывают ресурс для самообеспечения. Это касается не только лодок, это касается и авиации, это касается и всех других систем. Неправильно и не по-государственному, когда новейшие ракетные комплексы, в том числе те, которыми мы, безусловно, гордимся и которые поступают на вооружение в Сухопутные войска, хранятся ненадлежащим образом. Специалисты понимают, о чём я говорю.

То есть предстоит сделать ещё очень много, и я очень рассчитываю на то, что нам с вами, так же как и в этом году, в будущем удастся наладить эту очень ответственную совместную работу. Она должна быть налажена не только с промышленностью, но и с гражданскими органами власти и управления.

Министр сейчас некоторые вещи сказал – хочу их подтвердить, так и есть. В ходе учений и отработки совместных действий с гражданскими органами власти стало ясно, что нормативно правовая база нуждается в совершенствовании. Допустим, сегодня мобилизационная подготовка возложена на Министерство обороны, точнее на комиссариаты соответствующие, а фактическую работу должны проводить руководители субъектов Федерации, и для них эта работа является второстепенной. Но мы понимаем, что в известных условиях эта работа становится или может стать чрезвычайно важной. И поэтому нам необходимо концентрировать административный ресурс на выполнении стоящих в этой сфере задач. Это первое.

И второе. Территориальная оборона возложена сегодня на различные ведомства и никак не централизована. И в этом смысле тоже нужно поднять ответственность руководителей субъектов Российской Федерации. Прошу Совет Безопасности проработать эти вопросы с Правительством, с соответствующими заинтересованными ведомствами и представить свои предложения по совершенствованию этой нормативно-правовой базы. Имею в виду необходимость поднятия ответственности руководителей регионов Российской Федерации и за мобилизационную готовность, и за так называемую территориальную оборону.

Уважаемые коллеги, товарищи генералы и офицеры, вы видите, в какой обстановке мы сегодня живём, какие угрозы вокруг нас возникают. Мы сегодня очень коротко об этом упомянули, но сидящие в этом зале специалисты и так всё понимают. Часто мы сталкиваемся с неадекватной реакцией на защиту наших национальных интересов.

Но мы с вами должны работать спокойно, ритмично, по-деловому относиться и к тем недоработкам, которые выявляются в ходе практической работы, в ходе учений или внезапных проверок, и, безусловно, обязаны выйти на решение тех задач, которые стоят перед страной в сфере обороны и безопасности, в полной мере ответить на ожидания российского народа, который надеется на Вооружённые Силы, надеется на руководство Министерства обороны, на командиров подразделений, на личный состав Вооружённых Сил. Решение этой задачи, должное решение этих задач зависит от вас.

Хочу пожелать вам успехов, поблагодарить за работу в уходящем году и пожелать успехов в новом. Спасибо вам и всего доброго!

 

Торжественный вечер, посвящённый Дню работника органов безопасности

URL:   http://news.kremlin.ru/transcripts/47269

 

Владимир Путин выступил на торжественном вечере, посвящённом Дню работника органов государственной безопасности. Глава государства поздравил сотрудников и ветеранов российских спецслужб с профессиональным праздником.


В.ПУТИН:  Добрый день, уважаемые товарищи, дорогие ветераны!

Поздравляю вас с Днём работника органов безопасности, с праздником!

Сегодня мы чествуем тех, кто стоит на страже национальных интересов Российской Федерации, защищает её суверенитет и территориальную целостность, конституционный строй и безопасность наших граждан.

Эта служба требует особых качеств, особого склада характера, твёрдой веры в свою страну, в правоту и справедливость своего дела, в то, что судьба Отечества превыше всего, – так было действительно всегда в истории органов безопасности.

История спецслужб богата яркими подвигами и легендарными именами. В России с уважением относятся ко всем поколениям людей, которые берегли нашу страну от внешних и внутренних угроз, преклоняются перед героизмом и стойкостью наших ветеранов.

В наступающем году мы будем торжественно отмечать 70-летие Великой Победы. В разгром врага сотрудники органов безопасности, контрразведчики, разведчики, пограничники внесли поистине неоценимый вклад.

Нашей стране пришлось пройти и через «холодную войну», и через прямую агрессию международного терроризма. И всегда сотрудники органов безопасности были, что называется, на передовой, с честью выполняли свой долг. И в нашей недавней истории, мы это знаем хорошо. Никогда не забуду ребят, которые жизнью своей заплатили за то, чтобы страна чувствовала себя в безопасности в годы, когда международный терроризм действительно «наседал» так, что казалось, этому не будет конца.

Уверен, традиции, на которых воспитываются сотрудники органов безопасности, будут надёжным, верным ориентиром для тех, кто сегодня в строю. И кто в будущем выберет для себя эту почётную профессию – профессию защищать свой народ.

Уважаемые товарищи!

Сегодня от каждого зависит очень многое. И к эффективности, качеству работы органов безопасности предъявляются самые высокие требования.

Обстановка в мире далека от стабильной: растёт число угроз и рисков, игнорируются нормы международного права. В ход идут все средства: и шантаж, и провокации, и экономическое, и информационное давление, ставка на радикальные элементы, националистические группировки; попытки дестабилизировать внутреннюю ситуацию, и тем самым поставить под полный контроль целые страны.

Откровенно звучат заявления и о том, что Россия должна дорого заплатить за свою независимую позицию, за то, что поддерживает соотечественников, за Крым и Севастополь, – иногда кажется, просто за то, что мы существуем.

Очевидно, что запугать нас, сдержать, изолировать Россию ни у кого не получится, никогда не получалось и никогда не получится. Попытки такие проводились всегда, на протяжении столетий, я уже об этом говорил публично, а в ХХ веке многократно: и в 20-е, и в 40-е годы, и позже. Ничего не получилось, и сейчас ничего не получится. При этом мы должны быть готовы проходить через определённые трудности и давать всегда адекватный ответ на любые угрозы нашему суверенитету, стабильности, единству нашего общества.

В этой связи ещё раз отмечу важность жёсткой и бескомпромиссной борьбы с терроризмом и экстремизмом. В этом году благодаря вашим решительным действиям предотвращено 60 преступлений террористической направленности, из них 8 терактов. Пресечена деятельность 46 террористических и экстремистских групп.

Необходимо и дальше повышать эффективную превентивную работу. Укреплять взаимодействие с институтами гражданского общества, в том числе в противодействии экстремизму, национализму и ксенофобии.

Предельная собранность и мобилизованность требуется от контрразведывательных подразделений. Активность зарубежных спецслужб, «работающих» по России, растёт. Так, только по линии контрразведки в текущем году выявлено свыше 230 кадровых сотрудников и агентов иностранных спецслужб.

Самое серьёзное внимание следует уделить охране государственных рубежей, обеспечению устойчивой работы органов государственного управления, защите экономических интересов России.

Большой круг задач у Службы внешней разведки. Прежде всего в сфере прогнозирования и анализа потенциальных рисков и угроз, а также в оценке характера и вероятного развития ключевых международных событий.

Отмечу и напряжённую работу сотрудников ФСО. Прежде всего при обеспечении безопасности участников и гостей зимней Олимпиады и Паралимпиады в Сочи, других важных крупных мероприятий.

Дорогие друзья!

Хочу поблагодарить всех вас и ваших коллег за честную и добросовестную работу. Верю в ваш патриотизм и преданность своему делу, преданность нашему Отечеству, в вашу стойкость и готовность к любым испытаниям, в то, что каждый из вас будет с честью защищать достоинство и национальные интересы нашей великой Родины.

Ещё раз поздравляю всех присутствующих, всех сотрудников органов безопасности, ветеранов с праздником.

Позвольте пожелать вам всего самого доброго в наступающем, 2015 году.

 

 

Встреча с представителями палат Федерального Собрания

URL:  http://news.kremlin.ru/transcripts/47276

 
 
В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Я пригласил вас только для того, чтобы поблагодарить за совместную работу в уходящем году.

Сделано было немало. Я не буду сейчас перечислять ни количество законодательных актов, которые были приняты, ни те вызовы, с которыми страна столкнулась и которые мы успешно преодолели, – с вашей помощью в том числе.

Хочу вас поблагодарить за очень конструктивную, слаженную совместную работу. Но вместе с тем хотел бы обратить внимание также на то, что ситуация непростая и предстоит сделать ещё больше.

Имею в виду, что нам нужно и структурно экономику перестраивать, нам нужно преодолевать сложности, связанные и с внешнеэкономической конъюнктурой. При этом нужно, безусловно, решать все социальные задачи, которые стоят перед государством и которые были сформулированы ещё в майских указах 2012 года.

У нас для этого всё есть, но для того, чтобы ритмично, слаженно и эффективно работать, нужна координация всех ветвей власти: и исполнительной власти, и президентских структур, и, конечно, законодателей – как верхней, так и нижней палаты.

Уверен, что мы с вами – несмотря на те вызовы, с которыми мы сталкиваемся, – все эти сложности преодолеем и пойдём дальше и будем развиваться. У нас для этого всё есть.

Но, конечно, может быть, потребуется принимать оперативные решения, принимать их быстро, слаженно. Очень рассчитываю на то, что вы будете работать в тесном контакте с Правительством – так, как это бывало в прежние времена, когда такая работа была востребована.

Ещё раз большое вам спасибо. С наступающим вас Новым годом!

В.МАТВИЕНКО: Владимир Владимирович, я тоже постараюсь кратко, в таком же стиле, как Вы.

Прежде всего хочу поблагодарить Вас за постоянное внимание, которое Вы уделяете Федеральному Собранию, региональным парламентам, Совету законодателей.

Вы в своём выступлении дали оценки уходящему году. Полагаю, что он войдёт в историю как год знаковый, год, который дал нашим гражданам чувство гордости за свою страну, патриотизма, осмысления особой миссии России, её роли в современном мире.

Год был напряжённым, насыщенным. Я не буду отчитываться, скажу лишь, что Совет Федерации в полной мере осуществлял полномочия, возложенные на него Конституцией. У нас очень серьёзно обновилась палата, почти на треть. Пришли новые, свежие люди, конкретные представители регионов, очень заинтересованные в работе, энергичные. Это сказалось и на содержании, и на качестве нашей работы.

Владимир Владимирович, конечно же, и нами, и Государственной Думой была проделана большая работа по интеграции новых двух субъектов в правовое, экономическое и социальное пространство, Крыма и Севастополя. Мы, законодатели, не приемлем необоснованных обвинений в адрес России о якобы аннексии Крыма. Проведённый нами анализ решений, принятых в 1954 году о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав Украинской ССР, говорит о незаконности этого волюнтаристского акта, который был принят с нарушением действовавшей Конституции и законодательных процедур. Поэтому в Совете Федерации мы начали подготовку законопроекта, в котором передача Крыма признаётся не имеющей юридической силы и правовых последствий с момента принятия.

Естественно, мы активно участвовали и уделяли внимание юго-востоку [Украины]. По нашей инициативе был создан Общественный комитет поддержки юго-востока, два дня назад от имени Совета Федерации мы направили за счёт средств членов Совета Федерации 10 тысяч подарков детям ДНР и ЛНР.

Что касается непростой нынешней ситуации, Владимир Владимирович, иногда приходит мысль: может быть, нам нужна была такая встряска, чтобы наконец начать решать те проблемы, которые были и до кризиса, – и структурные реформы в экономике, и новую индустриализацию, и навязший уже в зубах благоприятный инвестиционный деловой климат. Я уверена, что мы из этой ситуации выйдем более сплочёнными. Как Вы правильно сказали, в России огромный запас прочности и огромная выживаемость. Нет никаких оснований для паники, хотя кое-кому этого хочется, пытаются нагнетать ситуацию.

Совет Федерации разработал план по реализации Вашего Послания, законодательного обеспечения тех задач, которые Вы поставили в Послании в самых разных сферах. Мы понимаем, что озвученные Вами задачи требуют незамедлительного оперативного принятия решений без затягивания, с соответствующей реакцией на обстоятельства. И мы готовы принимать в их реализации самое активное участие.

Я хочу Вас также от имени Совета Федерации поздравить с наступающим Новым годом! Пожелать такого же терпения, Владимир Владимирович, такой же выдержки, которые Вы проявляете. Вы должны понимать, что мы – единая команда, и мы преодолеем все вызовы и все угрозы.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

С.НАРЫШКИН: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Завтра завершается осенняя сессия [Государственной Думы], завершается по графику заключительным пленарным заседанием. Депутаты разъезжаются по регионам и будут встречаться со своими избирателями, с трудовыми коллективами.

Как уже говорилось, уходящий год был очень насыщенным для всей страны, а для Государственной Думы, пожалуй, самым интенсивным по объёму выполненной законотворческой работы и по значению принятых актов, в том числе и историческому значению принятых актов.

Сейчас всех нас, конечно, беспокоит позиция нашей национальной валюты, влияние колебаний курса рубля в целом на экономику, на состояние социального сектора.

Сегодня Совет Государственной Думы принял решение о создании межфракционной рабочей группы по контролю за ситуацией на финансовых рынках. У парламента есть необходимые инструменты для проведения такого контроля.

Со своей стороны мы предпринимаем также вполне реальные шаги, чтобы защитить и макроэкономическую стабильность, и социальную стабильность в обществе. Главное, конечно, сейчас, мы понимаем, – сохранить доверие к банковской системе. На прошлой неделе, в пятницу, Государственная Дума в оперативном порядке, в исключительном порядке приняла закон о докапитализации российских банков в общем объёме на 1 триллион рублей. Эти средства выделяются не на биржевые спекуляции, а на поддержку банков и на поддержку вкладчиков.

Для влияния на бюджетную систему, как я уже сказал, у нас есть все необходимые инструменты контроля, нами был принят и закон о Счётной палате как органе парламентского контроля, и собственно закон о парламентском контроле. Должен сказать, что депутаты не злоупотребляют, но очень аккуратно пользуются своими контрольными полномочиями, и порой, конечно, это чиновников если не раздражает, то беспокоит. Беспокоит соседство двух терминов рядом – парламент и бюджет, и в Правительстве даже порой выходят странные поручения в адрес профильных министерств: ограничить до минимума информацию, поступающую в Государственную Думу, чтобы держать депутатов подальше от бюджетных вопросов.

Надеюсь, что это просто недоразумение, тем более что контрольные полномочия парламента в этой сфере – это не помеха, а наоборот, это опора в государственном управлении. Я уже не говорю о том, что баланс полномочий в этой сфере между законодательной и исполнительной властью совершенно чётко определён в Конституции Российской Федерации.

Хотел бы коротко Вас информировать и о том, что совсем недавно, на прошлой неделе, обе палаты парламента публично представили второй по счёту отчёт о состоянии российского законодательства, проанализировали различные сферы законотворческой деятельности, в том числе, как сказала Валентина Ивановна, вопросы, касающиеся интеграции Крыма в правовое пространство Российской Федерации.

Мы сделали действительно довольно предметный анализ правовой истории Крыма, который показывает, что воссоединение Крыма с Россией было актом и законным, и справедливым. Об этом только что Валентина Ивановна сказала, анализируя акт 1954 года, об этом совершенно отчётливо говорят и результаты мартовского референдума нынешнего года, а ещё и январского референдума 1991 года, когда более 93 процентов участвующих в референдуме крымчан однозначно высказались за самую широкую автономию Крыма в составе союзного государства, но не унитарной Украины.

В Послании Федеральному Собранию Вы обращали особое внимание на качество российской юрисдикции и контроль за правоприменением. Здесь будет востребован весь арсенал методов парламентского контроля, который мы, начиная с первого года работы шестого созыва Государственной Думы, постоянно усиливали и расширяли.

Завершая, я хотел бы сказать, что мы сегодня в Государственной Думе завершили сбор предложений со стороны всех профильных комитетов и четырёх фракций Государственной Думы по тем инициативам, которые Вами были озвучены в декабрьском Послании. План по реализации этих инициатив, конечно же, будет стержневым документом во всей нашей работе в следующем году.

Хотел бы присоединиться к благодарности в Ваш адрес за такое тесное взаимодействие с Государственной Думой, с парламентом в целом.

А.МАКАРОВ: Уважаемый Владимир Владимирович!

Разрешите остановиться на некоторых инструментах реализации задач, поставленных Вами в Послании. Таких инструментов на самом деле много, но позвольте остановиться только на четырёх из них. Это деофшоризация, амнистия капитала, эффективность бюджетных расходов и совершенствование законодательства, упрощающего жизнь бизнеса не только без выпадающих доходов, а наоборот, тех, которые позволят увеличить доходы бюджета только за счёт улучшения администрирования.

Почему выбраны эти четыре инструмента? Потому что это не только инструменты реализации Послания, но и огромные резервы. Сразу хочу сказать, откуда взяты данные, которыми я сейчас буду оперировать. Это данные из наших открытых источников. Но только эти источники я сопоставил с такими же открытыми данными других стран по той же самой тематике – данные международных организаций, данные нашего Центрального банка, ЮНКТАД [Конференция ООН по торговле и развитию].

Вы знаете, скажу честно, меня эти цифры поразили. После этого было проведено специальное исследование одной из крупнейших консалтинговых компаний KPMG, в которой не только подтвердили эти данные, но дали очень интересные выводы, некоторые из которых я попробую сейчас огласить.

Взят за основу 2013 год, потому что это последний закончившийся на сегодняшний момент год, плюс всё-таки это более или менее нормальное функционирование экономики. Итак, половина средств, которые в 2013 году были выведены из России, это средства, выведенные в офшоры, будем говорить более корректно: страны с льготным налогообложением. Но это офшоры, безусловно.

Доходы российского бизнеса вкладываются в капитал в офшорах, то есть в уставные капиталы компаний, создаваемых в офшорных зонах, то есть освобождаются от уплаты всех налогов как здесь, так и там, а возвращаются сюда в виде кредитов и займов. Чтобы было понятно, о каких суммах идёт речь: только на Кипр и Британские Виргинские острова в 2013 году было выведено 75 миллиардов долларов, вернулось обратно в страну 53 миллиарда. Понятно, что кредиты и займы уменьшают налогооблагаемую прибыль, которую компании заплатили бы здесь, в стране. Но даже без учёта этих выпадающих доходов потери бюджета составляют 22 миллиарда долларов. Это прямые потери страны.

Следующий вопрос, он очень важен: на что идут эти средства? При этом надо иметь в виду, что 75 процентов всех прямых инвестиций в Российской Федерации осуществляются именно из офшоров. Это те же самые данные, они подтверждаются.

Вы в своих ответах на вопросы журналистов сказали, что вкладывают в первую очередь в нефть, добычу полезных ископаемых, где ближе отдача. В 2013 году картина начинает меняться. Уже в добычу полезных ископаемых вкладывается только 11 процентов поступающих средств, между тем как 49 процентов – это средства, которые вкладываются непосредственно в финансовые операции, а также розничная и оптовая торговля, соотношение 20 и 29 процентов. Это очень серьёзные изменения характера тех инвестиций, которые поступают сюда в свете первого пункта, о котором я сказал.

Следующий вопрос очень тревожный. В 2013 году было заключено 320 сделок по слиянию и поглощению наших компаний. Общая сумма этих сделок составила 108 миллиардов долларов. Несмотря на то, что речь шла в 80 процентах о чисто российских компаниях, сами по себе сделки проходили на 50 процентов с участием офшорных компаний. Сразу хочу сказать, что минимальная сумма потерь бюджета от этого составляет 20 миллиардов долларов, потому что эта сделка не облагается налогом, и доходы, которые получают, получают уже иностранные компании.

Следующий вопрос, который очень важен при оценке. 50 процентов дивидендов всех российских компаний выплачивается за рубеж, в большинстве своём самая большая часть из них выплачивается на Кипр и в Нидерланды. Надо обратить внимание на то, что это составляет 41 процент всех инвестиционных расходов Российской Федерации, то есть это чистый отток капитала, цена вопроса – 40 миллиардов долларов. Подчёркиваю, я говорю только по данным 2013 года.

Отсюда вытекает очень интересная вещь, которую я просто проанализировал, создав графики уплаты по тем долгам, которые наши компании имеют за рубежом. Когда мы начинаем сравнивать эту кривую, если кредит брался, скажем, в Германии, Великобритании, Соединённых Штатах, мы видим, что погашение долга составляет почти 100 процентов – 98–99 процентов компании выплачивают. Как только мы видим, что этот долг идёт по офшорам, погашается не более 50–60 процентов, то есть можно практически с 99-процентной уверенностью утверждать, что это долг самим себе. То есть это сама компания регулирует с учётом того, что возвращается всё, как займы и кредиты, это компании выплачивают долги сами себе. Цена вопроса по 2013 году составила 44 миллиарда долларов. Хочу подчеркнуть, что это официально опубликованные данные.

В этой связи хотел бы остановиться ещё на одном вопросе, связанном с амнистией капитала. Задача, которую Вы поставили по амнистии капитала, на самом деле является важнейшим условием успешности процесса деофшоризации. Однако в том поручении, которое дано Правительству по подготовке данного закона, стоит дата – 15 июля.

Если мы сохраняем эту дату, то это означает убить закон о деофшоризации, который мы все принимали с таким трудом, по одной простой причине: в соответствии с этим законом все должны подать информацию о контролируемых иностранных компаниях до 1 апреля. Притом что все будут знать, что амнистия только предстоит, никто не будет знать, на каких условиях она будет проходить. Можно заранее сказать, что это основополагающее условие закона выполнено не будет.

В этой связи хотел бы обратить внимание на то, что мы разговаривали с коллегами, большинство считает, что Вы дали исчерпывающие пояснения о том, что Вы ждёте от этого закона и каким он должен быть. Для чего в этой ситуации нужно 7,5 месяца, чтобы подготовить такой законопроект, честно говоря, мне непонятно.

Если Вы согласитесь с этими доводами, то я просил бы по возможности дать поручение Правительству ускорить подготовку данного закона, с тем чтобы он уже был принят Государственной Думой до 1 апреля. Мне кажется, для этого есть все возможности, и никаких особых проблем в его подготовке, честно говоря, профессионалы не видят.

Следующий очень важный вопрос. Хотел бы обратить внимание на следующее. Мы посмотрели (я взял) только одну позицию по таможенной номенклатуре. Это, как ни странно, поставка атомных реакторов, бойлеров и другой товарной продукции. Взяли эту позицию по нашим официальным данным и по данным Нидерландов. Выяснилось, что в 2013 году, по данным таможни Нидерландов, нам было поставлено продукции такой номенклатуры на 170 миллионов долларов. Однако когда эта продукция пришла к нам на границу, она уже стоила 1 миллиард 74 миллиона долларов, то есть примерно в 10 раз больше. Помните, как в тех стихах, где за время пути собачка сумела слегка подрасти. Вот это как раз тот самый случай.

Как это могло случиться? Просто таможенные органы заинтересованы в максимальной сумме декларируемого товара, который пересекает границу, потому что отсюда пошли все пошлины, сборы. Именно таким образом они отчитываются об успехе своей работы.

Результат – это 900 миллионов чистых потерь бюджета, которые идут за счёт разницы этой суммы (904, если быть точным).

Дальше НДС принимается к зачёту, и, следовательно, это следующие за этим ещё 150 миллионов долларов потерь бюджета. И вся эта сумма – один миллиард 74 миллиона – будет поставлена на расходы и снизит налогооблагаемую прибыль в Российской Федерации.

Таким образом, только по данной товарной группе потери бюджета составили минимум 1300 миллионов долларов. Повторяю, что, наверное, можно было бы проверить и другие группы. Но здесь очень важны причины, почему так происходит. И, если Вы позволите, одно предложение. Дело в том, что целевые показатели Федеральной налоговой службы и Федеральной таможенной службы в данном случае абсолютно не совпадают.

При таком несовпадении целей совершенно очевидно, что любая степень координации работы не даст необходимого результата. Может быть, имеет смысл поставить вопрос о том, чтобы создавать единую службу доходов, которая смогла бы координировать все эти вопросы, одновременно передав этой службе и так называемые неналоговые доходы.

У нас таких неналоговых доходов в стране существует 27. Они по существу в основном имеют характер налогов, но они очень плохо администрируются министерствами и ведомствами, которые ими занимаются. Если бы мы могли передать их Федеральной налоговой службе, безусловно, это дало бы и дополнительные доходы бюджета, и очень серьёзно снизило бы нагрузку на бизнес.

Наконец, необходимо решить задачу передачи страховых взносов в налоговую службу хотя бы потому, что, как мы подсчитывали, уже первый год реализации дал бы дополнительно бюджету не менее 100 миллиардов рублей, а бизнес вместо трёх проверяющих получил бы только одного, который бы работал неизмеримо более эффективно.

Буквально два очень коротких предложения. Эффективность бюджетных расходов, Владимир Владимирович. На 1 января 2014 года у нас в бюджете 2,3 триллиона – это дебиторская задолженность. Когда мы смотрим кассовое исполнение бюджета, мы видим, что на девять месяцев, когда проходит бюджет в Государственной Думе, по многим статьям исполнение бюджета – 50–60 процентов, однако в конце года это будет 99,8–99,9 процента.

Когда мы посмотрели специально, что же это за задолженность, мы увидели: 95 процентов – это авансовые платежи, то есть министерства и ведомства не сумели эффективно распорядиться деньгами, сбросили их как авансы без всякого контроля, без ничего на будущие платежи. И даже если мы при этом убираем гособоронзаказ с учётом понимания значимости этих проблем, остаётся как минимум 1,5 триллиона – я подчёркиваю, – 1,5 триллиона средств, которые расходовались неэффективно.

Суммы, которые я сейчас назвал, составляют в совокупности не менее трети средств бюджета, которые были неэффективно истрачены или не поступили в российский бюджет в 2013 году.

Нельзя при этом не обратить внимания и на то, что на самом деле Вы подняли очень важный вопрос – это финансирование инфраструктурных проектов, важнейших проектов, которые должны стать локомотивом для нашей экономики. Эти проекты должны быть самоокупаемыми. Допустим, не все самоокупаемыми, есть проекты, которые действительно очень важны для экономики. Но я хотел бы обратить внимание, что мы не имеем возможности посмотреть, что это за проекты, потому что парламент получает только перечень названий этих проектов, а отчитывается Правительство по ним не с точки зрения того, какой эффект будет в результате этого проекта достигнут, а только сколько собираются денег на указанные проекты истратить. Мне кажется, это положение совершенно нетерпимо, потому что эти проекты варятся в Правительстве как в собственном соку, и в результате говорить об их эффективности совсем не приходится.

Владимир Владимирович, я понимаю, что в канун Нового года обсуждать все указанные вопросы, наверное, было бы вредительством по отношению к моим коллегам. Но я хотел бы сказать, что у нас есть очень серьёзный пакет законодательных актов, который мы могли бы внести, для того чтобы облегчить работу бизнеса без всяких потерь бюджета. Наконец, отказаться от аванса по НДС, поднять порог основных средств по налогу на прибыль по основным средствам, это вообще 40 тысяч с учётом той цены, которая сейчас идёт… Мы могли бы перейти на квартальную уплату аванса по прибыли, потому что сегодня ежемесячно платят все те, у кого 10 миллионов.

Более того, мы обсуждали это всё с налоговой, мы обсуждали всё это с экономикой, это всё проработанные предложения. Мы вынуждены их принимать сейчас в самое короткое время. Может быть, если бы Вы могли дать поручение Министерству финансов забыть о своих представлениях о налоговой политике и перейти к более эффективному рассмотрению данных законопроектов, мы могли бы внести и принять эти законопроекты уже в январе.

Это очень важно, потому что большинству компаний придётся платить авансовые платежи уже в конце января. И, как Вы совершенно справедливо сказали, для того, чтобы решать все проблемы, нам надо их решать быстро и своевременно.

Я глубоко убеждён, что у нас есть все необходимые запасы для того, чтобы решать все проблемы, связанные с выполнением гарантий государства. А вот для того, чтобы поднять экономику на новый уровень, совершить реально прорыв, мне кажется, решение тех вопросов, о которых я говорил, во-первых, будет полностью соответствовать тому, что Вы сказали в Послании, во-вторых, создают для этого самые важные возможности.

Естественно, я не могу не присоединиться ко всем остальным, чтобы поздравить Вас с Новым годом.

В.ПУТИН: Спасибо.

Пожалуйста, кто ещё?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я от имени трёх партий. Лекции читать не надо в Кремле, тут умные люди собрались.

Дополнительные доходы, расходы – понятно, где можно взять. И не надо нам про миллиарды говорить, про нефть и про газ. Вот город Москва, две гостиницы: одну снесли раньше срока, и пустырь; другую уже отстроили, и она пустая. Работает первый этаж, только рестораны и магазины. Кто в этом виноват? Сколько недополучено денег?

По гостинице «Москва» спорят два бывших моих депутата – Керимов и Егиазарян. Егиазарян в бегах, потому что против Керимова с лужковской мафией возбудили уголовные дела. Лондонский суд вынес решение в пользу Егиазаряна. Деньги есть, гостиница есть, два чудака спорят. Надо их помирить.

Мы говорим, деофшоризация, заставить деньги вернуть сюда. Но нужна амнистия. Мы говорим: верните деньги в Россию, – а амнистии нет. Кто же будет возвращать? Сперва амнистия, а потом требование вернуть. Эти два человека готовы, нужно посадить их. Должен посадить их Белоусов, Ваш помощник по экономике, и пускай рассчитаются друг с другом, и заработает гостиница, они оба совладельцы.

Егиазарян привлёк чужие деньги, и «Дойче банк» великолепно всё сделал, его в тюрьму, он бежит в Америку. Да это что за бизнес такой? То есть он готов здесь работать, сперва отца убили, потом брата, а его – в бега. Талантливый бизнесмен. То есть мы должны показать успешных бизнесменов, а мы их по тюрьмам, так сказать, гоняем.

Предлагаю уголовные дела закрыть в отношении всех бизнесменов, амнистию всеобщую объявить и попросить их, они все сюда эти деньги привезут. И, наконец, пусть заработает гостиница «Москва». Это позор, в центре Москвы «конфетка» стоит и бездействует.

Хрущёв поднял целину. Владимир Владимирович, сейчас нужно поднять малый бизнес, семейный, снизу. Заявительный порядок, никаких документов, чиновники не пропустят ничего, только заявительный, кроме: алкоголь, табак, оружие, лекарства, наркотики. Пять видов, всё остальное делайте день и ночь. И никаких налогов, ноль налогов. И кредиты – ноль, без всяких процентов. И арендные помещения выдаются немедленно.

Валюту всю немедленно продавать на рубли и ограничить перевод валюты за рубеж, и включить печатный станок, чтобы денег хватило на всё, о чём я сказал. Без этого не обойтись. Нужен бум, и страна заработает. Сейчас смотрите, всё темно кругом, шесть часов, пять часов, у нас рано темнеет. Всё должно гореть: подвалы, все отсеки, все помещения, чтобы люди могли работать.

Последнее – пропаганда. Я не говорю про телевидение, радио. Нашим миллионам учеников в школе что преподают? Русская литература. До сих пор главный герой «Муму» – Герасим. Это что такое вообще? Глухонемой дворник – главный герой. И дети учатся. Нужно быть глухонемым дворником и жалеть маленькую собачку. Это что такое вообще? Кого мы взращиваем? Я бы сказал, главная героиня – барыня. У неё усадьба, у неё дом. Вот здесь, на Пречистенке, она живёт. А он мигрант глухонемой в деревне. То есть это же пропаганда.

Я школьникам прочитал несколько уроков. Вам через Пескова [Д.Песков, пресс-секретарь Президента России] кассеты передадут. Если наши учителя будут так уроки давать в школе, у нас будет другое поколение. Сегодня это не урок. Они преподают так нашу историю, литературу, географию, что ученикам противно сидеть на уроке. Вот называют – лучший учитель года. Дайте мне трёх ваших учителей года, и я дам урок в любой школе. И пускай ученики скажут, лучший учитель года им нужен, или так, как я им прочитал урок. Надо по-другому делать.

Я направил Ливанову, Министру образования, кассеты с моими уроками. Тишина. Чиновники ничего не делают. Пусть ученики решают, если скажут, что вот такой урок им нравится. Они сидят – у них глаза на лоб лезут, когда они слушают меня. И спят, когда перед ними выходит такая старая дама и что-то начинает шавкать про то, что ей самой противно, она сама уже забыла и Тургенева, и Гоголя, и всех остальных. Взрыв нужен. Именно в школе, чтобы желание было стать успешным, так сказать, предпринимателем. А мы им сообщаем: посадили, на домашний арест отправили, посадили. Кто же захочет быть успешным?

В этом плане надо поменять нам пропаганду в школах, не пропаганду, а как преподавать гуманитарные дисциплины.

И с бизнесменами – сперва амнистию объявить. Мы говорим: деофшоризация, а амнистии нет.

Я коротко. Читать лекции не надо, учить не надо, здесь все умные собрались.

С Новым годом, дорогие товарищи!

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Уважаемые коллеги, буквально несколько замечаний.

Это естественно, что мы сегодня прежде всего говорим об экономике и, как производное от этого, о необходимости выполнения наших социальных обязательств. Позвольте очень коротко некоторые ключевые вещи, как я думаю, важные, прокомментировать.

Первое. Выступавшие говорили о необходимости усиления парламентского контроля, и я с этим полностью согласен, здесь нет ничего необычного. Сейчас, в современное время, в современном мире, и в нашей стране, и за рубежом, об этом постоянно, кстати, говорят, а для нас это особенно актуально. И если уж мы понимаем, в какое время мы живём и с чем это связано, если мы говорим о подъёме патриотизма в стране, то, как вчера мне сказал один мой очень хороший знакомый (он и финансист, и предприниматель), «самое лучшее проявление патриотизма – не воровать». И парламентский контроль здесь более чем уместен.

Я уже говорил на недавней большой годовой пресс-конференции о том, что мы преодолеем любые трудности по совершенно объективным обстоятельствам. Первое, напомню, что наша экономика обязательно и неизбежно приспособится к низким ценам на энергоносители, к изменившейся конъюнктуре внешнего рынка, это произойдёт неизбежно.

И второе, так же неизбежна некоторая и существенная корректировка этого самого нефтяного, нефтегазового сырьевого рынка, потому что мировая экономика всё равно будет расти, а сейчас ещё и мировые нефтегазовые компании сокращают инвестиции в добычу, и рано или поздно произойдёт то, что должно произойти: опять не будет хватать энергоносителей.

И страны-потребители прекрасно это понимают, и они-то не заинтересованы в чрезмерно низких ценах на энергоресурсы, они заинтересованы в том, чтобы мировые компании вкладывали в перспективные проекты, а сейчас мы видим как раз обратный процесс. Но в любом случае мы с этой ситуацией справимся.

В чём вопрос? Наша задача, осознавая (а это тоже мы должны иметь в виду, я сказал сейчас: наша экономика по-любому приспособится к этим условиям, но время нужно какое-то), что мы должны будем пройти через непростые времена и в экономике, и в социальной сфере. Нам нужно, во-первых, действовать в высшей степени профессионально, своевременно, слаженно. Нам, безусловно, нужно обеспечить все наши социальные обязательства, но прежде всего такие социальные обязательства, которые прописаны в действующем российском законе.

И я вас призываю не действовать с позиции популизма и не принимать таких решений, которые бы разрушали основы нашей экономики, с тем чтобы она всегда оставалась здоровой, эффективной, и только тогда мы можем гарантировать, что мы из всяких трудностей выйдем и обеспечим интересы наших граждан и сможем добиться того, о чём мы много раз говорили и что является одной из наших основных целей в сфере экономики, – добиться её необходимой диверсификации. Только тогда мы сможем это сделать, повторяю ещё раз, когда экономика останется здоровой и жизнеспособной.

Что касается внешней конъюнктуры, ещё бы хотел к этому вернуться, и как мировая экономика, как наши основные партнёры реагируют на то, что происходит. В сфере энергетики – я уже сказал. В области, скажем, товарообмена, роста или снижения товарооборота, уверяю вас, никто не заинтересован в той ситуации, которая сейчас складывается, допустим, в той же Европе.

У нас падает торговый оборот с европейскими странами. Это наш основной торгово-экономический партнёр. Но, уверяю вас, там это тоже никого не радует. А это производная не только низких цен на энергоносители в мире. Это производная и от того, что происходит в нашей валютно-кредитной сфере. Это же ограничивает возможности, скажем, для наших компаний, которые занимаются импортом товаров. У нас с Евросоюзом упал товарооборот на 4,5 процента, а импорт из этих стран уменьшился процентов на 7–8–10 примерно, по разным странам.

Правда, есть и некоторые положительные вещи, которые, когда я посмотрел сегодня статистику, меня немножко даже удивили. Скажем, у нас происходит увеличение товарооборота с другими странами. Например, с Соединёнными Штатами товарооборот вырос на 7 процентов, а импорт из США увеличился на 23 процента. Я уже не говорю, скажем, про страны Азиатско-Тихоокеанского региона, у нас тоже объёмы растут.

Но с основным нашим партнёром, с Федеративной Республикой, ситуация деградирует. 3,9 процента – снижение товарооборота. И импорт из ФРГ тоже упал, а, между прочим, в ФРГ на эти поставки завязаны как минимум (это по данным немецких экспертов) 60 тысяч рабочих мест, а в целом с экономикой России, так или иначе от неё зависят 300 тысяч рабочих мест. Кто же заинтересован из серьёзных людей в том, чтобы сохранять такие тенденции? Нет таких. Думаю, что жизнь сама многие вещи расставит по местам.

Что касается вывоза капитала, то да, действительно, наверное, коллега прав, но давайте не будем забывать ещё об одном, видимо, эти цифры тоже нуждаются в корректировке, этот вывоз капитала, который мы наблюдаем сегодня, 50 процентов – это обменные операции граждан Российской Федерации. То есть наши граждане ушли от рубля и поменяли, скажем, на другие валюты: на доллар, на евро. Это все деньги, которые остались в стране, они никуда не делись.

Кроме того, в IV квартале текущего года где-то 115–130 миллиардов долларов наши компании должны выплатить по кредитам. Это нормально, это не значит, что они прямо сейчас всё выплатят, у них график есть, в целом ничего такого необычного не происходит. Правда, отток будет большой – где-то 120–130 миллиардов. В 2008–2009 году, напомню, он был 133. Ничего, все живы, здоровы, кстати сказать, и деньги вернулись по мере нормализации ситуации.

Конечно, нужно ускорить вопросы, связанные с теми решениями, которые были проанонсированы, я имею в виду деофшоризацию и другие вопросы. Перед нами много задач, уверен, что мы со всеми этими задачами справимся. Я понимаю, что всегда хочется добавить ещё что-то, особенно в трудные времена. Но призываю вас к тому, чтобы, что-то добавляя, мы не подтачивали то дерево, которое приносит нам плоды. А это дерево – что? Это наша экономика.

Социальные вопросы, безусловно, стоят во главе, но они не могут решаться, если мы подорвём фундаментальные принципы функционирования экономики. У нас с вами есть все возможности решить социальные задачи, предусмотренные действующим законом. Вот это абсолютно точно. А если что-то где-то нужно будет переструктурировать, какие-то расходы, то я очень надеюсь на то, что вы будете действовать, как я уже говорил, очень ответственно и со знанием дела принимать окончательные решения. Хотя это, конечно, не исключает разных мнений, предложений различных решений по тем задачам, перед которыми мы стоим, но это нормально для любой страны, для любого демократического государства и для парламентской практики.

Ещё раз большое вам спасибо. И поздравляю вас с наступающим Новым годом.

Благодарю.

 

 

Совместное заседание Госсовета и Совета по культуре и искусству


В фокусе внимания – вопросы обеспечения свободы творчества, сохранения и использования в целях воспитания и просвещения материального и нематериального культурного наследия народов России, развитие русского и национальных языков, литературы, создание благоприятной для формирования личности информационной среды.

Кроме того, Президент сообщил, что своим Указом утвердил Основы государственной культурной политики. По словам главы государства, в документе «отражено отношение к культуре как к миссии, как к общественному благу и историческому наследию, как к системе ценностей и нравственных идеалов».

* * *

Стенографический отчёт о совместном заседании Государственного совета и Совета при Президенте по культуре и искусству

 

 

В.ПУТИН: Добрый день, уважаемые коллеги!

Мы с вами проводим совместное заседание в первый раз в таком формате, да ещё и в преддверии Нового года. И поэтому прежде всего хочу искренне поздравить с наступающим 2015-м руководителей регионов, членов Совета по культуре и искусству, а также сотрудников соответствующих аппаратов и наших экспертов. Желаю вам здоровья, успехов, всего самого доброго.

Время летит быстро. Казалось бы, совсем недавно, в начале этого года, этот 2014-й был объявлен Годом культуры, и сегодня мы подведём его итоги. Он был наполнен самыми разными мероприятиями, фестивалями, премьерами, творческими вечерами, встречами, в том числе и прежде всего в регионах Российской Федерации, где этой теме действительно уделялось повышенное внимание.

Приоритетной стала работа над Основами государственной культурной политики. В этом году состоялось три заседания соответствующей рабочей группы, последнее – в середине декабря. В целом обсуждение проекта этого документа было открытым и широким. В дискуссию активно включились профессионалы: работники культуры и искусства, педагоги, учёные, общественные организации. Но главное, безусловно, в том, что в этой работе участвовали тысячи граждан. Это было действительно народное обсуждение, споры были острыми и горячими.

Проект Основ строился на новой мировоззренческой концепции, предлагал переосмыслить роль культуры, которую в последнее время привыкли воспринимать просто как часть социального блока или как работу учреждений культуры. Но чаще всего даже как сферу услуг, досуга и развлечений. Такой узкий, отраслевой подход не соответствует, конечно, ни задачам развития страны, ни запросам общества, ни требованиям времени. Мы с вами не раз говорили об этом.

Обсуждали, какая культурная политика необходима России, какие у неё должны быть цели, смыслы, задачи. Тема значимости культуры нашла своё отражение и в майских указах 2012 года.

О том, как сохранить, не растерять культурную, национальную идентичность в глобальном мире, мы отдельно говорили в прошлом году на встрече Валдайского клуба, многие из присутствующих принимали в ней участие. И вы помните, какой резонанс вызвало это обсуждение, да и сама поднятая тема.

О том, что нам нужна прочная духовная, историческая основа, что мы должны беречь свои национальные истоки, речь шла и в недавнем Послании.

Необходима серьёзная исследовательская работа, реальные проекты в сфере сохранения памятников, развития музейного дела и познавательного туризма. Это нужно делать по всей территории нашей страны: и в Херсонесе, и в таких центрах формирования российской государственности, как Владимир, Псков, Новгород, в других древних городах. Это общая задача и федеральных, и региональных властей.

Повторю: важно, что подготовка Основ государственной культурной политики началась не с чистого листа, конечно, а с общего понимания, что культура – это многомерная живая система, мощный фактор общественного развития, экономического роста, даже, в полном смысле этого слова, обеспечения национальной безопасности и суверенитета России. Что культура питает нацию, формирует и сплачивает её.

Основы государственной культурной политики подготовлены и сегодня утверждены. В них отражено отношение к культуре как к миссии, как к общественному благу и историческому наследию, как к системе ценностей и нравственных идеалов.

Такое всеобъемлющее понимание культуры означает и кардинальное изменение самих приоритетов государственной политики. На первый план выходят процессы просвещения граждан, особенно детей и молодёжи. Повышенное внимание уделяется их духовному, творческому развитию, воспитанию патриотизма, а также созданию на всей территории России качественной культурной среды, доступных культурных благ, равных условий для творческой деятельности.

Поэтому логично, что вопросы реализации Основ культурной политики рассматриваются сегодня на совместном заседании Государственного совета и Совета по культуре. Как я сказал в начале, в таком формате мы с вами встречаемся и работаем впервые, поскольку успех решений, принятых на федеральном уровне, во многом зависит от того, как они воплощаются на местах.

Подготовка текста Основ – это важный, но пока первый шаг. Нам предстоит на деле вывести культуру на высоту её общественного предназначения. Добиться, чтобы она действительно стала естественным регулятором жизни, определяла поведение, поступки людей, влияла на их отношение к своей стране, к семье, к воспитанию детей.

Для решения этих задач потребуется не один год. И за работу должны взяться все: общество, власть, учреждения культуры, школы, университеты, творческие союзы, педагогическое и научное сообщество. Приложить для достижения конкретных, видимых результатов максимум воли, усилий, ответственности, таланта и творчества.

Для реализации Основ нужно прежде всего разработать Стратегию государственной культурной политики. При этом подчеркну: регионы уже сейчас должны ориентироваться на положения Основ и принимать активное участие в разработке Стратегии.

Только очень важно, уважаемые коллеги, – это хотел бы подчеркнуть – важно не закопаться в бумагах. А то Основа, Стратегия – и будем с вами вечно писать и писать. Нам обязательно нужно работать, обязательно понимать, что мы делаем, на что ориентируемся, и не просто сосредоточиться на таком эпистолярном творчестве – друг другу письма писать, – а реально в жизнь это всё воплощать.

Остановлюсь на основных темах и проблемах, которые необходимо учесть при разработке Стратегии, как я уже сказал.

Первое. Постепенный перевод существующей системы управления культурой в новое качество. Ведь действие культурной политики охватывает очень широкий круг: это образование, воспитание, формирование информационного пространства, это укрепление межнациональных отношений, это профессиональное искусство, литература, народное творчество, международное гуманитарное сотрудничество. Перечень, безусловно, далеко не полный. Причём многие направления тесно связаны между собой, и каждое требует решения целого комплекса задач, в том числе организационных и финансовых.

Очевидна необходимость создания надведомственной, координирующей структуры. Кроме того, для ресурсного обеспечения реализации Основ культурной политики потребуется учредить российский фонд культурного развития. При этом подчеркну: речь не идёт о ломке существующей системы управления. Наоборот, надо по максимуму использовать её опыт и возможности.

Второе важное направление – это качественное законодательное сопровождение задач культурной политики. Отмечу, что и само это понятие в том широком значении, которое закреплено Основами, пока не раскрыто в законодательстве. Это, конечно, надо сделать, и сделать прежде всего.

Считаю, что в Стратегии должны быть определены этапы реализации культурной политики. И в соответствии с ними своевременно внесены изменения в федеральное и региональное законодательство.

Одновременно следует готовить квалифицированные кадры. Это безусловный приоритет первого этапа. Ведь эффективно управлять процессами реализации Основ можно лишь при глубоком понимании их целей, особенностей и тенденций. Здесь должны работать не только грамотные управленцы, но и истинные ревнители культуры, те, кто душой болеет за её развитие.

Третья задача Стратегии – создание условий для развития государственно-частного партнёрства, социального и творческого предпринимательства для благотворительности и меценатства и в целом для широкой включённости граждан в реализацию культурной политики.

Отмечу, что различные методические рекомендации здесь, конечно, не будут лишними, не помешают, но успеха, результатов можно добиться только при повседневной заинтересованной работе с общественными организациями, профессиональными сообществами, при умении слышать людей, внимательно относиться к их предложениям.

Например, сейчас очень востребовано такое направление, как краеведение. Здесь много содержательных, ярких проектов. Их надо обязательно поддерживать, так же как и стремление граждан принимать участие в этнографических и археологических экспедициях, в работе по сохранению объектов культурного наследия.

Уважение к культуре нередко начинается со знакомства с историей и традициями той местности, того края, где живёт человек. Считаю, что каждому региону было бы полезно составить своеобразный «культурный пакет», включающий, к примеру, определённые туристические маршруты, посещение школьниками и студентами конкретных музеев, театров и так далее.

У ряда субъектов Федерации уже накоплен хороший опыт. Есть и успешные межрегиональные программы. Достаточно упомянуть проект Золотое кольцо, который объединяет сразу несколько областей России, несколько субъектов Российской Федерации.

Таких комплексных туристических маршрутов, конечно, может быть намного больше. Например, на Русском Севере, на Кавказе и Северо-Западе, на Дальнем Востоке и в Сибири, разумеется. Одним словом, надо всем браться за дело. Регионы с развитой культурной средой должны стать образцом для подражания, а их успешные практики должны широко внедряться по всей стране.

Уважаемые коллеги! Хотел бы сегодня коснуться и такой чувствительной темы, как свобода творчества. Это право гарантируется Конституцией нашей страны. И все мы знаем, что культура может жить, достигать своих вершин при двух ключевых условиях – это верность историческим традициям, но, безусловно, и второе: широкая свобода в творчестве, в мысли, в духовном развитии.

Никто, никакая власть не имеет права диктовать художнику, писателю, режиссёру, да, собственно говоря, любому человеку свою волю и свои представления о том, что и как должны делать творчески одарённые люди. Часто они видят по-новому, по-своему то, что считалось когда-то неприемлемым, а сегодня считается образцом. В общем, вы понимаете, о чём я говорю. И к этой особенности опережать время надо относиться бережно и с уважением.

Безусловно, конечно, нужно учитывать и то, что сегодня в обществе сформировался нравственный запрос ко всем, кто занимается культурной деятельностью. Он объясним, потому что нередко свобода творчества оборачивается псевдокультурными суррогатами, просто погоней за тем, чтобы побольше заработать. Но, собственно говоря, здесь нет ничего необычного, и нового тоже нет.

Все эти проблемы обозначены в Основах государственной культурной политики. Их надо тщательно проанализировать разработчикам Стратегии и предложить действенные меры, объединив все творческие, просветительские, интеллектуальные ресурсы. Предлагаю уделить сегодня этим вопросам также необходимое внимание.

И ещё об одной теме. В ходе обсуждения Основ были решительно отвергнуты призывы к культурной самоизоляции. В этой связи хочу подчеркнуть: Россия была и, безусловно, будет неотъемлемой частью мировой цивилизации.

Нашу многонациональную культуру всегда отличали открытость и дружелюбие. Она всегда чутко откликалась на мировые тенденции в искусстве и сама обогащала и во многом формировала эти мировые тенденции.

Мы не только дорожим этими традициями, но и будем делать всё возможное для их развития и преумножения. Нам нужно не забывать расширять своё культурное влияние в мире, и нельзя замыкаться в самих себе. Не забывать о том, что мы сделали для мировой культуры, и понимать, что мы ещё можем сделать. А значит, и укреплять влияние России как мировой державы.

В этой связи напомню, что следующий год объявлен в нашей стране Годом литературы. Очень важно, чтобы в России возрождалась ценность хорошей книги и за рубежом рос интерес к русской классической литературе, да и к современным авторам, разумеется, тоже.

Уважаемые коллеги! Мною обозначены лишь некоторые из задач и проблем, которые нам предстоит обсудить. Предлагаю начать работу.

Слово Андрею Юрьевичу Воробьёву, который возглавлял соответствующую рабочую группу Госсовета. Пожалуйста.

А.ВОРОБЬЁВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Завершается Год культуры. Для всех нас он стал приглашением к началу очень своевременного и детального разговора о государственной культурной политике, о ценностях, которые определяют наше развитие.

В 2000-х многое было сделано для того, чтобы собрать страну, создать единое мировое пространство. Сегодня мы формируем единое культурное пространство. Оно строится на гармонии традиций и наследия всех народов России. Именно культура скрепляет нашу страну. Как сказал академик Лихачёв, «культура – это то, что в значительной мере оправдывает перед Богом существование народа и нации».

Так совпало, что именно на нынешний год пришлись поистине исторические события. Они заставили нас по-иному, более глубоко взглянуть на роль культуры.

Олимпиада в Сочи запомнилась не только триумфом нашей сборной, но и показала всему миру величие и многообразие нашей культуры. Возвращение домой Крыма стало знаком судьбы, символом нового единства – языкового, исторического, творческого. Сила культуры получила самое наглядное практическое подтверждение. Все мы ощутили гордость за нашу страну.

Уважаемые коллеги! В своём выступлении я хочу кратко отразить основные выводы доклада рабочих групп. Его авторами стали тысячи людей со всей России – это и мэтры отечественной культуры, и сотрудники региональных музеев, библиотек.

Конечно, в ходе обсуждения высказывались разные мнения, но все мы единодушно сошлись на том, что именно культура определяет качество жизни и будущее развитие страны и всего нашего общества.

Часто бюрократическая логика видит в культуре лишь набор специфических услуг. Но это не так. Культура как явление гораздо шире, чем просто музыка, театр, живопись. Поэтому сегодня мы говорим не о политике в сфере культуры, а о государственной культурной политике.

В современном мире это не столько эстетика – восхищение прекрасным, сколько этика – взращивание нравственного иммунитета нации. Под культурой мы понимаем воспитание, отношение к языку, облик наших городов, наконец, просто наше поведение в школе и дома, на работе, на отдыхе, в жизни.

Как добиться в этом успеха? Как эффективно сберечь и продвигать российский культурный код? Рабочая группа предлагает выделить следующие направления – это эффективное управление, образование, культурная экспансия и финансы.

Владимир Владимирович, это совпадает с тем, о чём говорили Вы. Кадры, эффективное управление – это всё приоритеты, которые обозначила рабочая группа. Практика показывает, что по-настоящему успешными становятся те учреждения культуры, во главе которых стоят не только большие мастера искусств, но и люди, знающие, что такое грамотное управление и маркетинг.

В этой связи важно обратить внимание на повышение квалификации менеджеров культуры, давать не только знания, но и навыки, используя лучшие отечественные и зарубежные практики. Нужна своего рода программа культурного MBA, которая могла бы быть реализована в университетах, институтах Министерства культуры, коих у нас 45. Не менее важно создавать для руководителей культурных учреждений карьерные и материальные стимулы.

Мы в Подмосковье в прошлом году поставили задачу – увеличить посещаемость музеев на 30 процентов. По итогам мы фиксируем при продаже билетов увеличение на 36. За такой результат мы поощряем (это понятная мотивация для руководителей учреждений), но, что самое, наверное, главное, мы развенчиваем миф, что культура глубоко убыточна.

Существует масса примеров. Один из самых ярких, наверное, – это, может быть, Эрмитаж, работа которого даёт для города Санкт-Петербурга потрясающий эффект, исчисляемый в миллиардах долларов.

Следующее предложение касается школьного образования. Хорошо показала себя практика составления списка 100 обязательных к прочтению книг. Предлагаем по аналогии сделать список музеев и спектаклей, рекомендуемых к посещению. Это позволит каждому школьнику несколько раз в год ходить в театр, музей в рамках внеклассных занятий.

Такая мера даст толчок и для развития внутреннего туризма. Ребята будут посещать другие регионы, лучше узнают нашу страну. Культуры в школе должно быть больше, но без увеличения нагрузки на школьника. Предлагаем подумать о внесении изменений в государственный образовательный стандарт.

До сих пор мы с первого по седьмой класс учим детей рисовать и петь, вместо того, чтобы ознакомить их с мировыми шедеврами. Не лучше ли оставить музыку и ИЗО в начальной школе, а с пятого класса ввести для всех преподавание мировой художественной культуры. И обязательно включать выезды в музеи, театры, галереи, ведь недаром говорят: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать».

И эта практика «Золотого кольца», и в Сибири, и на Кавказе, у нас в Центральном федеральном округе – Владимир, Кострома, Московская область, Тула. Это очень познавательные, интересные и, самое главное, полезные знания школьник приобретает.

Более того, в региональной программе особое место должна занять поддержка детских школ искусств, в том числе и с привлечением наших звёзд. Такие практики уже существуют.

Юрий Башмет только в этом году открыл центры музыкального образования в подмосковном Жуковском, Казани, Симферополе и Новосибирске. Знаю, что в начале года всё готово для открытия такого творческого центра в Сочи. Мастер-классы там ведут лучшие музыканты со всего мира.

Сергей Безруков на базе театра создал Центр развития театрального искусства. Евгений Миронов каждый год проводит фестивали театров малых городов по всей стране. Десятки тысяч детей получают возможность участвовать во всех этих проектах. Спасибо всем деятелям культуры, которые находят время для занятий с детьми, выявляют лучших, дают им путёвку в жизнь.

В современном мире, в мире информации, культура является одним из главных элементов национальной безопасности. Сильное государство строит свою геополитическую и экономическую стратегию, основываясь в том числе на инструментах мягкой силы. Её секрет в умении создать привлекательный образ страны, делать это настойчиво, проактивно. Необходимо не просто встраиваться в глобальную культурную повестку, а задавать её.

У многих регионов это уже получается. Якутия закрепила в списке шедевров ЮНЕСКО свой национальный эпос Олонхо. Марий Эл и Мордовия активно продвигают финно-угорскую культуру. Хакасия ежегодно проводит крупный международный культурный форум. Важно, чтобы это стало системной работой на уровне регионов.

Нужно подумать и о поддержке народных промыслов, сохранить искусство ремёсел. Там, как известно, велика доля ручного труда. И часто можно слышать просьбы предприятий о снижении нагрузки по социальным взносам.

Русский язык. Огромную роль на пути к культурному лидерству играет сохранение и распространение русского языка. Ведь язык – это не только удел филологов, это политика, инструмент влияния. Все, кто знакомится с нашей культурой через изучение русского языка, в буквальном смысле слова влюбляются в Россию.

При этом цифры пока не утешительные. Если в Советском Союзе русский язык за рубежом изучали порядка 600 тысяч человек, то сегодня лишь 20. Причина банальна: на курсах не хватает преподавателей – штатных русистов. Причём цена вопроса, в общем-то, невелика. По оценкам экспертов, это порядка 200–300 миллионов рублей.

Центры русского языка смогут привлечь больше слушателей, если будут называться менее формально, станут, например, Институтом Пушкина, как Институт Гёте, Сервантеса и другие. Нужно развивать сеть частных языковых школ и курсов. Только так мы сможем расширить культурное пространство нашей страны.

Финансы. Бюджетных денег всегда не хватает, не только у нас, в других странах тоже. Поэтому мы предлагаем пойти по трём направлениям (это тоже прозвучало в Вашем выступлении, Владимир Владимирович): развивать государственно-частное партнёрство, поощрять меценатов и, конечно, эффективно распоряжаться бюджетными средствами.

По ГЧП я могу привести пример Москвы и Московской области. Десятилетиями огромное количество усадеб находилось в руинах. Благодаря законодательному решению «метр за рубль» мы из 46 усадеб Подмосковья часть восстановили, а другие уже в активной фазе восстановления. После реставрации там откроются камерные концертные и выставочные залы, частные музеи и рестораны. Отмечу, что при этом не потрачено ни копейки бюджетных средств.

О меценатстве. Недавно принят рамочный закон. Это важно, но необходимо идти дальше. Нужно предусмотреть преференции для меценатов, которые станут дополнительным стимулом к этой благородной деятельности. Меценаты – это не только люди с высокими доходами, важно вовлечение всего общества. Необходимо создать систему, при которой каждый может внести свой посильный вклад. Это может быть и лотерея, может быть один день из годового заработка, главное, чтобы это было удобно, все понимали, куда эти средства идут и, конечно, как они расходуются.

Мировой опыт и расчёты говорят о том, что одним из источников финансирования отрасли могло бы стать частичное отчисление от акцизов на алкоголь и табак. Может быть, уважаемые коллеги и уважаемый Владимир Владимирович, это поможет нам побороть в том числе и суррогаты, и спайсы, которые, к сожалению, сегодня представляют угрозу всему нашему обществу, может быть, это внесёт какую-то дополнительную лепту.

Аккумулировать собранные средства можно в специальном фонде. Отечественная практика показывает: когда создаются целевые фонды, например, дорожный, капремонта (сейчас начал работать), процессы становятся прозрачней, а проблемы начинают решаться быстрее. Было бы хорошо, если бы у культуры тоже был свой такой целевой фонд, и очень важно, чтобы он имел также региональную составляющую.

И конечно, важно обеспечить эффективность расходов, эффективность расходов во всём, в том числе и, конечно, в сфере культуры. Эффективный менеджмент, рациональные затраты на содержание учреждений – всё это приносит очень заметный эффект и результат.

Завершая своё выступление, хочу ещё раз отметить важность государственного разговора о культуре, начатого в этом году. Теперь необходимо приступить к реализации принципов, заложенных в Основах государственной культурной политики, закрепить их конкретный план действий – «дорожную карту».

Я благодарю всех членов рабочей группы за активную совместную работу, а также позвольте выразить признательность Администрации Президента за высокопрофессиональную организацию процесса подготовки доклада к заседанию Государственного совета.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Андрей Юрьевич, что про суррогаты Вы говорили? Я что-то не очень понял.

А.ВОРОБЬЁВ: Про суррогаты я говорил то, что сегодня, к сожалению, во всех регионах есть место нелегальной водке и другому, извините, пойлу, и с этим как-то нужно бороться. И может быть, если культура…

В.ПУТИН: Нелегальная водка, суррогаты, всякие спиртные напитки подобного рода возникают в связи с определённой завышенностью цен (мы вчера с Председателем Правительства это обсуждали) на легальную алкогольную продукцию. И соответствующие структуры просто должны об этом подумать.

Вы знаете мою позицию, я категорически против любой алкоголизации населения – с этим нужно, безусловно, бороться. Но бороться нужно здравыми способами и средствами. Завышение цен на алкогольную продукцию приводит только как раз к увеличению потребления суррогатов.

Нужно использовать в борьбе с алкоголизацией населения все средства. И одно из этих средств – это как раз те проблемы, которые мы обсуждаем, – это с помощью культуры, повышения интереса к спорту, культуре, физической культуре, вот через это. Но запретительные вещи, в том числе экономического характера, связанные с высокими ценами, конечно, приведут только к таким проявлениям. Я думаю, что соответствующие структуры, «Росалкогольрегулирование», или как оно называется, господин Чуян должны подумать над этим.

Спасибо большое. Спасибо Вам за доклад.

Кроме этой темы, прозвучало гораздо больше вещей позитивного характера и предложений. Я предлагаю это всё сегодня спокойно обсудить.

Хочу предоставить слово Министру культуры Мединскому Владимиру Ростиславовичу. Пожалуйста.

В.МЕДИНСКИЙ: Уважаемый Владимир Владимирович! Коллеги!

Буду краток. Скажу сразу, Министерство решительно поддерживает предложенный проект Основ культурной политики. Над документом мы плотно работали все вместе, и в сегодняшнем виде он должен стать главным документом, определяющим нашу идеологию в сфере культуры. Более того, именно на нём, на мой взгляд, должна выстраиваться законодательная база, в том числе большой закон о культуре, который предстоит принять в наступающем году.

Неделю назад в Думе я подробно докладывал об увеличении зарплат работникам культуры, которые по сравнению с 2012 годом выросли почти на 55 процентов. Это больше, чем в любой из социальных отраслей. Это было достигнуто и за счёт выделения Вами, Владимир Владимирович, дополнительных средств, и в результате роста собственных доходов учреждений культуры, которые за этот период выросли более чем на четверть, а в некоторых учреждениях – в разы.

Отмечу лидеров по росту «внебюджетки» среди регионов. Это Тамбовская, Брянская, Московская области, Ханты-Мансийский округ. Правда, получается иногда, чем лучше работают наши учреждения, больше сами зарабатывают, тем больше желания у финансистов сэкономить в части выделения денег по зарплате на указы 7 мая – мол, вы и так сами справляетесь.

В 2015 году нам в этой связи недодают, по сравнению с изначально запланированными, треть средств – четыре миллиарда рублей. Мы будем работать круглосуточно и в любом случае справимся, но не упомянуть об этом я не могу.

Хочу поддержать идею также государственных лотерей как ещё одного источника внебюджетных доходов. В Европе финансирование культуры за счёт гослотереи – распространённая практика. Например, в Италии, в Великобритании. Поступления от них достигают 30–40 и более процентов от общих расходов государства на культуру.

Завершающийся Год культуры стал для России годом регионов, катализатором огромного количества инициатив. Они не спускались сверху, а рождались в сельских библиотеках, клубах, краеведческих музеях. Впервые в федеральном бюджете выделили более трёх миллиардов рублей на обновление материальной базы культуры в сёлах и малых городах. Отдельное спасибо Валентине Ивановне [Матвиенко], которая возглавила оргкомитет Года культуры.

В целом за последние два года запущена реставрация более тысячи памятников культуры. Построено, отремонтировано и сдано около 70 театральных сцен, свыше 20 филармонических и концертных залов. И главное, всё это происходит в регионах: в Саратове, Пензе, Новосибирске.

А вчера мы открыли новый великолепный концертный зал Московской филармонии в Москве. Кстати, первый – имени Чайковского – был открыт ещё в 1940 году к 100-летию композитора. А второму, уже признанному лучшим акустическим залом столицы, принято решение присвоить имя Сергея Рахманинова.

Начали работать около 40 новых и 70 реконструированных музеев. Открыты четыре новых федеральных цирка. В 2015 году планируем открыть после реконструкции знаменитый цирк на Фонтанке в Петербурге. Ещё – ивановский, тульский, рязанский, курский. На очереди – Самара, Уфа, Ростов, Кисловодск, Саратов и Ульяновск. Наконец сдвинулось с мёртвой точки масштабное строительство и реконструкция Третьяковки, в Политехническом, в Пушкинском музее.

По вашей, Владимир Владимирович, инициативе создаются филиалы больших музеев в регионах. Открыт филиал Петергофа в Тамбове. В планах филиалы Эрмитажа в Екатеринбурге, Омске и Владивостоке, Русского музея – в Казани, Самаре, Томске, Ярославле и Карелии. Также Указом нам поручено запустить к 2018 году 77 виртуальных музеев. Так вот к 2015 году их будет более 80. Таким образом, Указ перевыполнен в три раза.

Кстати, мы решили развить Вашу идею, Владимир Владимирович, расширения всеобщего доступа к культуре с помощью современных технологий и создали Всероссийский виртуальный концертный зал. Он уже объединил около 60 залов в 25 регионах, то есть мы соединяем оптоволокном филармонии и даже ДК в разных регионах, и теперь в режиме онлайн московские концерты звёзд зрители могут в регионах смотреть абсолютно бесплатно на больших экранах и с профессиональным звуком.

А в следующем году мы запустим национальную электронную библиотеку как крупнейшее собрание онлайн-текстов, книг, журналов и даже нот, и доступ будет обеспечен через интернет по единому электронному читательскому билету.

Кстати, уважаемые губернаторы, мы направили вам утверждённый модельный стандарт библиотеки, внедрение которого позволит при минимальных затратах превратить библиотеки в современные информационно-культурные центры. Успешные примеры такой работы уже есть в Москве, Мурманске, Белгороде. Я прошу вас, реализуйте.

Также второй год мы развиваем программу бесплатных детских культурно-познавательных поездок по России. В этом году более 25 тысяч школьников посетили музеи и театры Петербурга, Москвы, Золотого кольца, Петергофа, Ясной Поляны. Для детей это действительно открытие своей страны. С осени включили новые маршруты по местам боевой славы. Первыми подключились уже Московская область и Петербург. Я призываю присоединиться к этому все регионы.

Кстати, в этом году даже на уровне Госдумы и соответствующего закона обсуждался вопрос, как допускать детей в музеи: то ли до семи лет бесплатно, а потом льготно, то ли до 16 бесплатно по выходным. Приняли компромиссное решение, в итоге один день в месяц бесплатное детское посещение.

Мы решили: с 1 января будущего года во все российские музеи федерального подчинения детям, вне зависимости от гражданства, будет открыт бесплатный вход. Наши музеи – это лучшее место для исторического, культурного просвещения, и чем больше в их стенах будет детских лиц, тем лучше. Сегодня – дети, как говорил классик, а завтра – народ.

При этом мы нашли способ сами компенсировать музеям выпадающие в этой связи внебюджетные доходы, не запрашивая допфинансов у Минфина, всё равно бы не дал. Я призываю руководителей регионов последовать этому примеру.

Пару слов о списке ЮНЕСКО. Вы знаете все, насколько важно включение в этот список наших объектов с точки зрения и международного престижа, и развития туризма. Нельзя смириться с тем, что из тысячи объектов всемирного наследия только 27 – российских. Я поэтому буквально призываю губернаторов брать пример с Татарстана, где общими с нами усилиями в этом году в список ЮНЕСКО был включён древний Болгар.

Сегодня нашими экспертами ведутся работы по Свияжску, Астрахани, Астраханскому кремлю, Дивногорью в Воронежской области, Кенозерскому парку в Архангельской области, Каповой пещере. Но без инициативы и усилий региональных властей дело не пойдёт.

Немного о ГЧП. ГЧП уже заработало и в ФЦП «Туризм», где принцип – на 3 рубля частных только один государственный, и в цирковой деятельности. Я уверен, что нужно активнее привлекать частный капитал в культуру.

Со следующего года мы приняли закон, который позволит Росимуществу сдавать руинированные федеральные здания-памятники (их сейчас в России более 6 тысяч) в аренду на 49 лет, так же, как говорил Андрей Юрьевич, по ставке от 1 рубля, или даже продавать их. При этом я уверен, что окончательное оформление прав собственности должно происходить только после завершения восстановления и реставрационных работ. Боюсь, что без частного капитала нам все эти руины никогда не восстановить, их очень много. А следующим шагом должно обязательно стать разрешение концессии на объектах, обременённых оперативным управлением и хозведением.

И вообще, нужно разработать своего рода план приватизации памятников, находящихся в плачевном состоянии. Задача государства, я убеждён, – всеми силами привлекать частников к восстановлению памятников и к их последующей эксплуатации и обеспечить их охрану, а не ждать, пока они развалятся сами по себе.

В этой связи я просил бы дать поручение Росимуществу на разработку такого плана сдачи в аренду и приватизации памятников, конечно, тех, которые не используются учреждениями культуры, органами власти или Церковью.

Пару слов о законодательной деятельности. За два года принято десять законов, разработанных Минкультуры или при его непосредственном участии. Ещё столько же находится на разных стадиях рассмотрения. И мы вплотную подошли к принятию нового большого закона о культуре.

Закон о меценатстве, конечно, нужно в следующем году наполнить конкретным содержанием. Я бы предложил просто освободить меценатов от уплаты налогов по всем пожертвованиям, если их благотворительность направлена на государственные учреждения культуры. И конечно, важно вернуть нашу старинную традицию публичного чествования меценатов, публичного признания их заслуг на самом высоком уровне.

Однако с самыми очевидными законопроектами мы зачастую, скажу честно, сталкиваемся с безразличием и волокитой. Например, законопроект о книжных магазинах. Мы хотим, чтобы книжные магазины можно было открывать в учреждениях культуры, на их территории, по льготной арендной ставке. Или о предоставлении библиотекам в качестве обязательного экземпляра сразу же электронные копии, чтобы потом не тратиться ещё раз на их оцифровку.

В этой связи я хочу поддержать предложение о создании органа, который мог бы координировать межведомственную реализацию культурной политики и отвечать за политическую поддержку и быстрое прохождение законопроектов о культуре. Хотя мне тут перед совещанием говорили, что с узковедомственных позиций мы якобы должны дистанцироваться от подобной идеи. Владимир Владимирович, я скажу, что с точки зрения государственного интереса мы самым решительным образом «за».

Также я не могу не поддержать и идею создания российского фонда культурного развития и поддержки других фондов, в том числе старейшего фонда – Российского фонда культуры. Всё это позволит привлечь все возможные источники, другие федеральные и региональные ведомства, бизнес и частных лиц к помощи отрасли.

И в заключение хотел бы сказать, что государственная культурная политика, то, что она обсуждается сегодня на столь высоком уровне, – это знак времени. И, реализуя эту политику, государство должно действовать сознательно и убеждённо, обеспечивать полную свободу творчества и поддерживать то, что полезно для страны, для народа, то, что не размывает его фундаментальные ценности и историческую память.

Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо. Благодарю Вас.

Валентина Ивановна, прошу Вас.

В.МАТВИЕНКО: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены Государственного совета!

Мне кажется, есть глубинный смысл в том, что в сложной экономической ситуации Госсовет рассматривает вопрос о культуре. Великий русский историк Василий Ключевский утверждал, что экономическому и политическому возрождению народа всегда должно предшествовать духовное, нравственное.

Крайне своевременным и важным, уважаемый Владимир Владимирович, было Ваше решение объявить 2014 год Годом культуры. Сегодня с уверенностью можно сказать, что Год культуры в России состоялся. И самое главное заключается даже не в том, сколько интересных и важных мероприятий он вместил, сколько новых учреждений культуры построено, отремонтировано, хотя это, безусловно, важно. Главное, что нам удалось запустить процессы, которые будут способствовать развитию культуры в долгосрочной перспективе.

Впервые в истории новой России принят важнейший документ – Основы государственной культурной политики. Это документ согласия государства, деятелей культуры и гражданского общества.

Как председатель Организационного комитета по проведению Года культуры хочу отметить, что этот год объединил органы власти всех уровней, деятелей искусства, творческие союзы, общественные институты, рядовых ревнителей культуры, душой болеющих за неё.

Отчёт Оргкомитета о проделанной работе роздан членам Госсовета, не буду на этом подробно останавливаться. Хочу поблагодарить Министерство культуры, Владимира Ростиславовича Мединского, а также сказать слова благодарности всем губернаторам, всем руководителям регионов за ваше личное заинтересованное и деятельное участие. Важно, чтобы тот импульс, который был дан, не угас, а это зависит от всех нас.

Остановлюсь лишь на нескольких вопросах, решение которых представляется особенно важным. Ключевой вопрос – это финансирование культуры. С ростом возможностей государства необходимо увеличивать объёмы финансирования культуры в процентном соотношении к общим расходам бюджета.

Статьи федерального и региональных бюджетов на культуру должны быть защищёнными. Важно не только сохранить уже существующие формы поддержки культуры – это гранты, премии, но активно внедрять новые (об этом уже говорили), я имею в виду расширение благотворительной меценатской деятельности, создание эндаумента, механизма частно-государственного партнёрства, развитие частных учреждений культуры, а для этого необходимо создать правовые условия и закрепить их в основном законе о культуре.

В поддержку Министерства финансов я хочу сказать, что Министр проникся в ходе Года культуры этими проблемами и сказал, что готов поддержать законопроект о дополнительной поддержке меценатов и спонсоров культуры. Такие предложения мы сейчас готовим.

Подлинные истоки отечественной культуры в исторических поселениях, малых городах, сёлах. По словам русского писателя Фёдора Абрамова, глубины России – это почва, на которой выросла и расцвела наша культура.

В своём выступлении, Владимир Владимирович, Вы отметили важность сохранения исторического и культурного наследия. В связи с этим хочу предложить провести в недалёком будущем заседание Госсовета по вопросу сохранения и развития исторических поселений малых городов России.

Фундаментом любой национальной культуры является язык создавшего её народа. Как сказал Куприн, язык – это путь цивилизации и культуры. Сбережение русского языка, обучение русскому языку, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Русский язык портится, беднеет, хиреет. На мой взгляд, Россия сегодня нуждается в выработке государственной политики сохранения и поддержки русского языка как важнейшего элемента русской, российской культуры, всего русского мира, подчёркиваю, именно государственной политики как системы мер, действий стратегического характера. Можно было бы это сделать в следующем году, объявленном Годом литературы.

И ещё одно предложение. В рамках Госсовета, на мой взгляд, следует подумать, определить формат и обсудить в следующем году весь комплекс проблем, связанных с государственной информационной политикой, просветительской и образовательной деятельностью в контексте Основ государственной культурной политики.

Уважаемые коллеги! Сегодня человечество подошло к исторической развилке, обозначающей два направления его дальнейшего развития. Одно из направлений предлагается, вернее, навязывается определёнными политическими силами, считающими, что политическое устройство, система ценностей, образ жизни Запада – единственно правильные и потому должны быть приняты всеми народами и всеми странами. В этом огромная опасность потерять национальные и культурные традиции, идентичность, просто народам и странам раствориться в глобальном мире.

Другой путь – это путь признания каждого народа, каждой страны на сохранение своей национальной и культурной самобытности, права на развитие, в основе которого лежат принципы исторической преемственности, опоры на традиции, институты и ценности. Именно Россия является сегодня главным поборником такого вектора развития человечества.

В заключение хочу подчеркнуть, что, безусловно, никто и не ставил перед собой фантастическую цель – за один год решить все накопившиеся проблемы в сфере культуры. Много нам ещё предстоит сделать. И ориентиры проблем сейчас уже выглядят чётче и конкретнее. Всенародное признание культуры основополагающим фактором развития государства и личности станет залогом успешного решения поставленных задач.

Благодарю за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо большое, Валентина Ивановна.

Пожалуйста, Мечетина Екатерина Васильевна.

Е.МЕЧЕТИНА: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые дамы и господа!

Мне бы хотелось взглянуть на нашу сегодняшнюю тему с точки зрения моего поколения.

Наше взросление пришлось на 90-е годы, когда многие уезжали из России. В некоторых сферах деятельности количество уехавших из страны моих сверстников было чуть ли не больше, чем тех, кто остался. Но ведь выбор – жить и работать дома, в своей стране, – это вопрос не только экономических условий жизни, но некое явление морального порядка.

Работая на родине, важно, с одной стороны, чувствовать свою нужность людям, а с другой стороны – и осознавать свою ответственность, свою роль в непрерывной цепи поколений, ответственность и перед нашими учителями, и теперь уже перед нашими учениками.

Если молодой человек знает, что в России он будет востребован по специальности, что ему будут созданы условия для развития и успешной работы, и не только в столицах, но и в регионах, то поток желающих попытать счастья в других странах сократится. Он уже сократился и частично даже направился обратно благодаря многим ярким проектам с участием молодых деятелей культуры, таким как, например, фестиваль «Крещендо», десятилетие которого мы недавно отметили.

А в идеале именно с помощью молодых специалистов надо решать те кадровые проблемы, которые сейчас очень остро стоят, особенно перед регионами. Не хватает молодых педагогов в детских школах искусств, не хватает артистов в оркестрах.

Задач стоит множество. Одна из важнейших – это преодоление культурного разрыва между столицами и регионами. Особенно это касается малых городов. Сегодня уже звучало об открытии сети виртуальных концертных залов. Это проект Министерства культуры и Московской филармонии. А ещё на несколько лет раньше такой же проект был успешно запущен филармонией Екатеринбурга. Теперь люди могут, благодаря современным технологиям связи, фактически присутствовать на лучших концертах.

Вчера, так же как и Владимир Ростиславович, я была на открытии великолепного филармонического зала в Олимпийской деревне. И я как профессиональный музыкант могу вам сказать: акустика там теперь одна из лучших в России. Этот зал был реконструирован за полгода при сравнительно небольших расходах. И мне кажется, эти затраты очень скоро окупятся сторицей не только в духовном плане, но даже и в экономическом.

Зал будет наполнен, люди будут покупать билеты. Таких залов нам бы в регионах побольше. Да, это, безусловно, потребует неких вложений, но даже в нынешний непростой период нам необходимо сохранять финансирование культуры. Иначе как мы сможем достигнуть тех целей, которые мы декларируем даже в Основах государственной культурной политики?

Ещё одна очень волнующая всех нас тема – это детское художественное образование. Наш народ всегда славился своим творческим подходом к жизни в целом, и в том числе поэтому наша страна исторически столь богата на гениев и в искусстве, и в науке. А закладываются основы творческого мышления в детстве.

Научно доказанный факт, что дети, обучающиеся в музыкальной школе, и по всем остальным предметам успевают лучше, и во взрослой жизни становятся успешными людьми в любой сфере деятельности. Поэтому детское образование нам очень важно и как в целом повышающее интеллектуальные способности человека, и как более узконаправленное, то есть для самых одарённых детей, для которых есть наши замечательные спецшколы. Это стратегический раздел нашей культурной политики, он направлен на несколько поколений вперёд.

Мы много говорим о том, что культура должна влиять на все сферы государственной политики и жизни общества. Очевидно, что ничто не способно эти вопросы решить лучше, чем художественное образование, чем привитие высокой культуры с самых юных лет, чтобы мы больше никогда не были вынуждены произносить слова про потерянные поколения и чтобы нам не утратить наших великих и поистине славных традиций в этой сфере.

Кстати, было очень важно услышать от Вас, Владимир Владимирович, слова о необходимости создания новых структур для решения вопросов, которые находятся на стыке разных ведомств. Наши спецшколы как раз хороший пример. Притом что абсолютно все понимают важность сохранения их уникальных образовательных программ, тем не менее даже внутри созидательных процессов иногда ещё возникают противоречия между ведомствами.

У нас уже звучала тема спецшкол на Совете по культуре, но фактически и до сегодняшнего дня жаркие дискуссии продолжаются по поводу утверждения образовательных стандартов. Но Министерство культуры на данный момент нам чётко обещало, что содержательная сторона профессионального образования никак не пострадает, будет полностью сохранена и непрерывность обучения, и его общий срок – 10 лет и 10 месяцев – с возможностью проведения творческих испытаний при приёме и в первый класс, и в пятый класс. И главное, это высокий профессиональный уровень обучения с первого класса. И мы все очень надеемся, что именно так и будет.

Возвращаясь к проблеме кадров в сфере культуры. К сожалению, закончив учёбу, молодёжь крайне редко возвращается в свои родные города. Не всегда созданы условия для привлечения молодых специалистов. Для них нет практически никаких преференций. В результате большинство сотрудников – пенсионного возраста. Этот вопрос требует очень срочного решения. Вероятно, нужно придумать некие механизмы, стимулирующие возвращение в регионы молодых специалистов – и в исполнительские коллективы, и в педагогические. Тем более что довольно часто люди совмещают и ту и другую деятельность.

Из конкретных соображений о том, что могло бы очень улучшить ситуацию, я могу, конечно, назвать предоставление служебных квартир. Это очевидное благо, это бы очень привлекло многих молодых работников, и даже из столиц в регионы.

Ещё есть одна идея, которую поддерживают многие мои коллеги. Идея состоит в том, чтобы молодому специалисту в сфере искусства предоставлять возможность выбора формы альтернативной службы, которая была бы связана с работой по специальности в отдалённых регионах, где остро ощущается нехватка кадров по данной специальности.

Раньше такая задача решалась через систему распределения, а сегодня могла бы решаться через альтернативную службу. Мне кажется, что такая система помогла бы заметно сократить и кадровый дефицит, и количество так называемых уклонистов.

В заключение мне хотелось бы сказать, что наше поколение хочет видеть культурную и творческую среду нашей страны современной, актуальной и важной частью общественной жизни, где весь накопленный российской и мировой культурой гигантский потенциал – это не просто привилегия для некой интеллектуальной элиты, а необходимая составляющая повседневной жизни каждого человека в нашей стране.

Весь мир сегодня живёт уже в новых условиях, в новой информационной среде, и сейчас как никогда важно, чтобы культура проявила свою буквально преображающую людей сущность. Понятно, что трансформация общественного сознания потребует очень серьёзных усилий, это не случится в одночасье, первые результаты появятся не так скоро, как бы всем нам хотелось. Но я уверена: нам надо настраиваться на долгую, упорную работу, чтобы цели, намеченные в принятых сегодня Основах государственной культурной политики, стали бы явью. Я нам всем желаю в этом успеха. Большое спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

По поводу новых образовательных стандартов. Мы совсем недавно обсуждали это с коллегами, они, уверяю вас, не будут мешать развитию специальных школ, а наоборот, будут помогать, это в стандартах учитывается, так что здесь опасений никаких быть не может.

Е.МЕЧЕТИНА: Спасибо большое.

В.ПУТИН: Что касается детей талантливых, то мы будем создавать целую систему их поддержки, отбора, сопровождения. Я уже объявлял о дополнительных материальных мерах поддержки, о президентских грантах для молодых людей – абитуриентов, которые поступают в высшие учебные заведения.

Совсем недавно, может быть, вы слышали, есть идея создать такой детский центр новый на Чёрном море, в одном из объектов Олимпийских игр, где будут не только ребята заниматься, которые учатся в специализированных спортивных школах, но и в музыкальных школах, и в физико-математических. Так что у нас будут такие три хороших направления, и они будут вместе жить, общаться, вместе заниматься и спортом, и творчеством, и образованием. Думаю, что это очень интересная и востребованная сегодня структура.

А Вы сказали о том, что новый музыкальный центр, новый зал в Москве – по акустике один из лучших в России. А что же лучше?

Е.МЕЧЕТИНА: Я не возьмусь, я не специалист по акустике, но хороших залов у нас много, много и старых залов. Не много, но отдельные у нас «сокровища» есть. Но как приятно, что появляются и сейчас.

В.ПУТИН: Ясно. Думал, что «пошлёте шайбу» Валерию Абисаловичу. Приятно будет услышать…

Е.МЕЧЕТИНА: Чудесный зал.

В.ПУТИН: Валерий Абисалович, какой самый лучший зал у нас в России?

В.ГЕРГИЕВ: Самый лучший зал – это там, где выступают дети. И если мы продолжим тот процесс, который при Вашей огромной поддержке, моментальной поддержке, мы начали в этом году, – мы создали Сводный детский хор России. Для меня это, пожалуй, кульминация года. И не только потому, что трансляция шла на многие страны и миллиардная аудитория. Это был наш хор.

И я знаю, что за закрытием Олимпийских игр следили не только те, кто любит спорт, а те, кто хотели увидеть своих детей. Все регионы России были представлены. Я считаю, что надо попросить губернаторов, многих я знаю лично, не успокаиваться на достигнутом. Ведь представлены были по пять, по шесть человек от региона. И мы имели тысячный хор. Мне кажется, каждый регион должен иметь тысячеголосный детский хор как минимум. Я знаю, что многие уже с этой задачей справились. Поверьте, ничего более важного сегодня нет.

А залы появятся. Там, где звучит музыка, есть необходимость и потребность, её люди чувствуют. Не надо даже решений каких-то спускать. Там движение будет огромным. Люди не экономят на детях. Они знают, что это лучший вклад в будущее. И каждая семья станет нашим союзником, каждая семья. Я очень прошу всех эту задачу поддержать. И поверьте, я о многом мог бы сейчас говорить, но это самое главное.

А зал у нас действительно замечательный. Я вчера в 12 часов ночи ещё выступал в этом зале. И так получилось, что был громадный концерт. И там юные пианисты выступают, у нас ещё идёт фестиваль пианистов.

И, пожалуй, ещё самое острое. Если мы будем просить Вас о прямой поддержке и, может быть, прямых поручениях, чтобы объединить празднование 175-летия Петра Ильича Чайковского в мае и проведение очередного конкурса Чайковского в июне. Мне кажется, что такая громадная страна, как Россия, не может считать такой подобный юбилей и такой конкурс очередным явлением. Мне кажется, нужна концентрация. И вместе, совместив это ещё с 70-летием Победы, сделать мощнейший творческий, если можно так сказать, выстрел на весь мир.

Конкурс Чайковского – это своего рода музыкальная олимпиада, если мы хорошо это организуем, мировая. Молодёжь со всех стран стремится выиграть «золото» на этом конкурсе. И очень помогло бы такое прямое поручение, Владимир Владимирович.

В.ПУТИН: Спасибо. Давайте это сделаем. Я с Вами полностью согласен. И хочу присоединиться к тому, что сейчас сказал Валерий Абисалович по поводу детского хорового пения в регионах, это мероприятие массовое абсолютно и очень востребовано. Безусловно, будет вызывать интерес к творчеству, причём можно действительно широко внедрять это. Не требует особых финансовых затрат. И я, поддерживая то, что сейчас было сказано нашим выдающимся маэстро, хочу попросить коллег из регионов, руководителей регионов Российской Федерации подойти к этому самым серьёзным образом.

По поводу конкурса Чайковского полностью с Вами согласен. Мы его возродили несколько лет назад, и, конечно, нужно поддержать, особенно в юбилейный год для Петра Ильича.

А по поводу московского зала, Сергей Семёнович [Собянин], это городские власти вложили сюда необходимые средства?

С.СОБЯНИН: Это филармония. Нет, это федеральное, это Министерства культуры объект. Мы помогали с благоустройством, а они провели ремонт самого зала.

В.ПУТИН: Москва многое сделала за последнее время для развития, я имею в виду и зал музыки, несколько лет назад открытый, и другие объекты. В последнее время что было введено в Москве, Сергей Семёнович?

С.СОБЯНИН: Мы в основном занимались реконструкциями, Театр Бабкиной буквально недавно был введён, это хороший культурный объект. А так мы стараемся реконструировать все действующие культурные объекты, их за последние годы реконструировано десятки, приводим в порядок и театры, и филармонии, и другие объекты культуры.

Помимо этого в Москве существует большая программа восстановления памятников культуры. В год мы начали реставрировать около 300 памятников, в 2010 году, к примеру, их было всего десять, в том числе передачу за рубль в аренду памятников старых объектов, которые руинированы практически. А также большие средства привлекаются за счёт частных инвесторов, которые сегодня охотно идут в эту сферу в силу того, что к их владельцам предъявляются достаточно жёсткие требования и устанавливаются жёсткие сроки по приведению их в порядок.

В.ПУТИН: Как организован контроль за исполнением обязательств? Тем, кому передаётся в аренду либо даже в собственность?

С.СОБЯНИН: Устанавливается коммерческая ставка аренды, причём она устанавливается на аукционе, до тех пор, пока памятник не будет приведён в порядок. После этого устанавливается льготная ставка аренды. Таким образом, арендатор сам кровно заинтересован в том, чтобы памятник был приведён в порядок.

Мы со своей стороны в лице Департамента культурного наследия устанавливаем чёткие охранные обязательства и согласуем проект реконструкции объектов. Таким образом, есть и контроль, и заинтересованность инвестора как можно в более короткие сроки привести эти памятники в порядок.

В.ПУТИН: Спасибо.

Геннадий Андреевич, пожалуйста.

Г.ЗЮГАНОВ: Уважаемый Государственный совет!

Недавно Президент страны подводил итоги года на большой представительной пресс-конференции, в которой участвовало более тысячи журналистов. Журналисты уже привыкли, что Президент хорошо знает обстановку не только внутри, но и в международной жизни, спокойно отвечает на самые острые и злободневные вопросы.

Но они были приятно удивлены, когда Президент цитировал Лермонтова, – ему поставили вопрос, что такое настоящий патриотизм. Я думаю, это хороший пример для всех нас. Лермонтову мы отметили 200 лет со дня рождения. И сегодня тема культуры просится в сердце каждого человека.

Я считаю, что для всех нас нет ничего ценнее, чем наша любимая, многострадальная Россия. Наша держава, не устаю это повторять, стоит на четырёх опорах – это прежде всего на сильной и уважаемой народом власти, духовном развитии, чувстве коллективизма и элементарной житейской справедливости. Но все эти четыре опоры питают прежде всего воспитание, образование и, безусловно, культура.

Мы считаем, что в нынешнее время главной сутью культурной политики должно стать следование великим традициям нашей державы, нашей государственности, нашего народа, и обеспечить развитие потенциала нации, раскрытие этого потенциала, для того чтобы возродить страну и выйти из довольно сложного системного кризиса.

В связи с тем, что мы с вами в следующем году будем отмечать 70-летие Победы, хочу напомнить вам два интересных исторических примера. Когда Москва была уже в осаде, фон Бок, командующий германскими войсками, забравшись на колокольню в районе Химок, телеграфировал Гитлеру: «Дайте две свежие дивизии, до Кремля всего 17 километров, я возьму Москву с ходу».

Не оказалось двух свежих дивизий. Но одну, очень свежую, оставили в городе Истра, где был Новый Иерусалим. Истра была в плену всего 12 дней. Новый Иерусалим был заминирован и взорван. Когда спросили одного из офицеров, почему, он сказал: «Эту страну мы не раз пытались покорить, она всегда возрождалась. Мы можем захватить Москву, но если не убьём их душу, их язык и их культуру, они снова возродятся».

Хочу напомнить, что сегодня довольно часто мелькает 1937 год в качестве репрессий. Все мы осудили, договорились не повторять, но я хорошо помню, что в это время отмечалось 100-летие со дня гибели Пушкина. В главном, Большом театре был проведён великолепный вечер. Было издано академическое издание полного собрания сочинений Пушкина. Во все учебники с 1 класса вошли его гениальные, прекрасные произведения.

Мне кажется, это пример и для нас сегодня. Недавно отмечали 100-летие ухода из жизни Толстого. Но ничего похожего, к сожалению, проведено не было, хотя Толстой является мировым гением и все это прекрасно признают.

Мы сейчас подготовили, Владимир Владимирович, 100 песен Великой Отечественной войны. Наш народ всегда и рождается, и уходит из жизни с песней. Уникальные песни, великолепное исполнение, чудная музыка. А какие слова! Мы вам всем подарим этот специальный сборник вместе с музыкальным устройством. И я уверен, что вы сможете воспроизвести это в своих областях, республиках, краях. Это хороший стимул для того, чтобы мы следовали лучшим традициям наших отцов и дедов – героев-победителей.

Я считаю, что нам на сегодня надо принять решение и издать 100-томный сборник классики, который должен дойти до каждой библиотеки. Многие библиотеки 10–15 лет не получали ни одной книги. Пора переиздать прекрасные произведения Бондарева, Распутина, Алексеева, Исаева. Именно на этих трудах, этой литературе воспитывалось целое поколение героев, патриотов, настоящих тружеников.

Ведь мы всегда радовались народным фестивалям – фестивалям народной песни. Я участвовал в нескольких фестивалях. И должен сказать, там раскрывается душа народа. Таланты наших народов, декады национальной культуры были главным событием в нашей державе. Пора возродить, и увидите отклик в сердцах многих тружеников.

К сожалению, это моя личная оценка, в нашем телевидении целый ряд программ задохнулись от крика, стрельбы и пошлятины, ведь прошли сказочные, великолепные вечера Пахмутовой, Антонова, Кобзона, Лещенко, Меньшова, Валерии, Дементьева. Побольше таких программ и почаще их надо показывать в полном объёме, а не обрезать и убирать с экранов телевидения.

Хочу обратиться к вам с большой просьбой, прежде всего к Президенту. Владимир Владимирович, три волны антисоветизма и русофобии разрушили нашу великую союзную державу, вывернули многим карманы, уничтожили почти 80 тысяч производств и разожгли войну на Украине. К сожалению, и сегодня есть отголоски и попытки снова поднять эту волну. В Ваших последних выступлениях всегда звучит очень важная мысль о единстве нашей страны, единстве истории, взять лучшее из всех эпох. Полностью поддерживаем эту точку зрения. Но я бы обратился к деятелям культуры следовать этому призыву.

Я недавно ознакомился с удовольствием с программой, как будет отмечаться 100-летие Солженицына в 2018 году. Нет слов, заслуженно, интересно. Правительство уже утвердило программу. Но в 2018 году 200 лет Ивану Сергеевичу Тургеневу, моему земляку. Прекрасно восстановлена усадьба, новый губернатор Орловской области всё делает для того, чтобы культурные традиции Орла, а это третья литературная столица, успешно развивались.

Давайте продумаем весь перечень великих имён, каким образом они послужат нашему общему делу, ведь в следующем году 100 лет Симонову с его «Живыми и мёртвыми», в следующем году 110 лет Шолохову с его легендарными произведениями, 120 лет Есенину с его русской душой, 100 лет Свиридову – музыкальному гению, Товстоногову – театральному режиссёру, Серову – 150 лет великому художнику. Можно ещё назвать целую плеяду, да и выдающимся полководцам и разведчикам Василевскому и Зорге – 120 лет. Мне думается, нам надо всё это взять с собой как лучшее художественное и культурное наследство, и тогда мы сумеем решить многие проблемы.

Не хочу никого критиковать, но когда я вижу, что творчество гениального Бунина сводится в основном к «Окаянным дням», у меня возникает внутреннее сопротивление. Ведь ещё в 1970-е годы под редакцией Твардовского вышел девятитомник Бунина, и он вообще-то был доступен каждому, и не 5–7-тысячным тиражом, а 200–300 тысяч, многие с удовольствием читали и знакомились. Мы должны иметь полное представление обо всём лучшем, что есть в нашей истории.

Что касается кино, хочу поблагодарить Президента, он поддержал нашу идею выпустить хороший фильм о пионерах-героях. Ведь посмотрите, многие молодые люди даже не знают о великом подвиге детей, которые сражались с фашистами, а сегодня угроза фашистизации снова поднялась в полный рост. Недавно прекрасный фильм Бортко «Тарас Бульба» запрещён на Украине. Подумайте, великий Бульба с его фразой «нет святей уз товарищества» запрещается в братской славянской стране. До какого можно маразма дожить!

А на панфиловцев не нашлось у нас в казне денег, Казахстан будет финансировать и выпускать этот фильм. Да и фильм о Владимире Крестителе мог бы прекрасно послужить укреплению единства нашей страны, единства прежде всего истории и культуры, единства духа, единства подвига. А мы – народ-подвижник, мы выжили в этой истории благодаря семи великим сражениям и подвигам наших предков.

Владимир Владимирович, я был на выставке Романовых с огромным удовольствием, Рюриковичей, но настала очередь и советичей. Советская эпоха дала много, и то, что она одержала Победу, прорвалась в космос и задала ракетно-ядерный паритет, ей поставят памятник на любом суде истории.

Мы подготовили инициативу нашей фракции – поставить в Крыму, в Севастополе, памятник легендарному Потёмкину. Вслед за Вашей инициативой, Владимир Владимирович, о возвращении Крыма в лоно страны это будет очень важным шагом, в том числе и к национальному примирению. Рядом будет Екатерина Великая, Потёмкин и будет памятник советским солдатам, которые освободили Крым от фашистов. Можно было бы подумать и о Сталинграде, ведь народ просит вернуть подлинное имя этому городу.

В целом я считаю, что тот вопрос, который Вы вынесли сегодня, имеет исключительно принципиальное значение. И мы максимально будем способствовать деятелям культуры, гражданам, чтобы они, опираясь на великие достижения, наше русское слово, преодолели возникшие трудности.

Хочу всех поблагодарить, поздравить с Новым годом и пожелать успехов.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, прошу.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Уважаемый Владимир Владимирович!

Я слушал всех, кто выступал. Все выступают за культуру, за сохранение русского языка. Но когда мы в Госдуме вышли с этой инициативой, я лично, то все отказали в принятии закона. Вот какова позиция тех, кто в самом святом месте говорит «за», а возвращается в свои офисы и говорит «нет».

Не хотите музыку – свою создайте. Сколько можно об этом говорить? Ведь уже сотни слов, чужих совершенно, уничтожают русский язык. А дети не понимают, они думают, что это действительно русский язык. За границей думают, что у русских нет слов для того, чтобы выразить эти понятия. Мы же унижаем себя.

Даже Ваша должность, Владимир Владимирович! Во всех языках есть на родном языке слово «президент»: у турок – башкан, где-то – раис. Только у русских нет слова «правитель России», «верховный правитель», я не знаю, «председатель», наконец. В Китае – председатель республики. Но это чужое слово.

Мэр Москвы. С какой стати мэр, когда тысячи лет ты был градоначальник, начальник города? Поэтому защищать надо язык, иначе миллиарды людей на земле подумают, что у русских нет вообще ни одного своего термина. Армия, а войско – плохо? Русское слово – войско, войска идут. Нет, по-французски – армия идёт, батальоны и так далее.

И про эмиграцию вспомнили здесь. Что можно добавить? Культура информации про эмиграцию. Надо показать, как они там плохо живут. Вот у меня был директор издательства, где я работал, – Карцев, физик. Покажите, кем он сейчас в Нью-Йорке работает. Здесь руководил крупнейшим издательством Советского Союза. Кто он там? На подхвате. Даже на литсотрудника не тянет.

Надо показать убогость их жизни за границей. Я понимаю, почему они бежали. Потому что боялись, что снова мы закроем страну. Но показать, что 99 процентов несчастные там, как русские офицеры, официанты и таксисты. Полковники сели за руль возить парижских проституток – это достижение русского офицера, но это была война.

Музеи. Музеев много, но есть уникальные. У нас есть Музей танков, попробуй туда попасть. Весь мир желает посмотреть. Мы собрали танки всей планеты, так давайте, чтобы все могли там побывать. То есть музей должен быть уникальным. Краеведческие есть везде. Надо вот такие музеи делать.

Театр. У нас есть театр «Современник», но нет ни одной современной пьесы. Сколько можно? Или классика, или иностранщина. А вот сегодня, возьмите того же Гоголя, «Мёртвые души», у нас что, Чичикова нет сегодня, который скупает не мёртвые крепостные души, а скупает акции обанкротившихся предприятий, их уже нет, под эти акции получает кредит, а потом покупает валюту и выводит в офшоры. Вот вам сюжет, бесплатно даю. Но что-то ни одного автора нет, чтобы написать современные «Мёртвые души».

Или литература. «Горе от ума» давайте осовременим. Там у нас Чацкий. Нет у нас сегодня Чацкого. Есть Софья и есть Молчалин. Кто такой Молчалин – чиновник. Почему Софья выбирает между умным Чацким и дураком Молчалиным? Потому что у него постоянная зарплата, он чиновник, он коррупционер. Покажите это, чтобы было понятно, что и сегодня у нас есть кому-то горе от ума.

Или Тургенев, Геннадий Андреевич вспомнил, но трактовка «Му-Му» до сих пор устаревшая. Я спрашиваю молодёжь, школьников: «Кто главный персонаж в «Му-Му» Тургенева?» Говорят: «Собачка». Как может быть собачка, щенок главным героем? С кого брать пример?

Или Герасим – глухонемой дворник. В чём героизм? Барыня – главная героиня, о ней писал Тургенев. Это его мать, это её дом здесь, на Пречистенке. Он любил свою мать. А миллионы школьников думают, что герой – это собачка или этот глухонемой дворник.

Осовременить нужно, показать эту даму. Кто эта дама может быть? Васильева, которая по Министерству обороны проходит, а глухой Герасим – какого-то мигранта взять из Средней Азии, Му-Му найти. И этот современный спектакль вызовет какой-то интерес, потому что сегодня нет ни одного современного автора.

Почему Достоевский стал великим писателем? 10 лет каторги. Какой вывод я делаю? Надо сажать. Если будут сидеть три, четыре, пять лет, появится Достоевский, появится у нас Чайковский. Маяковского требует страна. У нас Вишневский – какие-то шутки, прибаутки, двустишия. Молодёжь требует. Где он? Николая Рубцова нет, Есенина нет, ни одного нет поэта.

Поэтому историю искусств и культур вырабатывают или тюрьма, или сексуальные меньшинства. Мы и то, и то не используем сегодня, поэтому нет ни одного великого деятеля культуры. Натурал зажравшийся сидит в Москве в шикарной квартире и творить не будет, для творчества нужен толчок. Урод будет творить, вот урод будет творить. Или в тюрьме стал уродом, или по своим каким-то психологическим моментам.

А народ требует, чтобы звучало имя, чтобы слово жгло. Какое слово сегодня жжёт? Всё это у нас похоронные дела, всё это мёртвые писатели, композиторы, поэты, а нужны современные. И всё открывать бы им памятники, памятники. И вся страна – кладбище. А для населения, для вдохновения молодёжь хочет живых, новых, с кого брать пример. Поэтому тяжело изучать литературу XIX века, XVIII века. Нужны современные спектакли.

Мой укор в адрес наших гуманитарных министерств. Хорошо работают Мединский, Ливанов, но им не хватает такого подхода, чтобы хотелось взять учебник русской литературы.

Последний пример приведу, когда перегибы. Сейчас по русскому языку понизили планку. Хотели 36 пунктов, уже 24, скоро вообще будет достаточно трёх пунктов. Это значит «двойка» при советской власти. С «двойкой» по русскому языку мы им даём право дальше учиться.

Я 50 лет не могу забыть, как преподаватель МГУ, чтобы меня завалить (экзамен по русскому языку я ответил – частицы в русском языке, которые пишутся с чёрточкой: «кое», «то», «либо», «нибудь», «таки»), спрашивает: «Какая из них может употребляться самостоятельно?» Вот вы все здесь сидите, обличённые властью, и не знаете этого. А почему я в 18 лет должен знать? То есть перекос – зажать так молодёжь. «Кое» в одном месте у Пушкина есть: «Кое вышел из лесу». Почему в 18 лет юноша из провинции должен это знать?

При советской власти перекос – слишком много вопросов, сейчас – никаких вопросов. Двоечник, тебе дают сертификат, и пошёл дальше. Поэтому проблемы есть. У нас культура самая великая, самая замечательная, но не надо мешать депутатам принимать законы, которые бы защищали литературу и язык.

Я закончил.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, Сергей Михайлович.

С.МИРОНОВ: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Именно культура даёт людям надежду и вносит смысл в человеческую жизнь. Именно культура позволяет обществу отвечать на самые сложные вызовы времени, идти по пути гуманизма и прогресса. По итогам Года культуры мы ещё раз убеждаемся в том, что эта сфера жизни общества требует особого внимания и постоянной поддержки.

Российская национальная культура сталкивается с угрозами, связанными с потерей ценностных ориентиров, снижением качества образования и профессионализма, ростом социального неравенства. В нашей стране сегодня немало людей, полностью лишённых доступа к социальным и культурным благам, гарантированным им Конституцией, только потому, что они родились, например, в небогатой семье, в бедном городе либо в депрессивном регионе.

Проблема равного доступа к культуре, на мой взгляд, является центральной проблемой государственной политики в сфере культуры. Очевидно, что её нельзя решить исключительно бюджетными вливаниями. Хотел бы внести ряд конкретных предложений, направленных на расширение географии и доступности культуры. Скажу об этом очень кратко.

Первое. Предлагаю учредить ежегодный федеральный конкурс на звание культурной столицы Российской Федерации, в котором могут участвовать самые разные города нашей страны – от малых до столиц субъектов Российской Федерации. При всём моем уважении к моему родному городу Санкт-Петербургу, за которым неформально закреплено это звание, считаю, что такой конкурс позволит лучше узнать культурное богатство России и сделать его всеобщим достоянием.

Второе. В связи с этим можно подумать о создании атласа культурных инициатив России, провести своеобразную инвентаризацию культурных событий, фестивалей, организаций, успешно и самостоятельно работающих в регионах. Здесь я вижу хорошие перспективы для сотрудничества Министерства культуры, деятелей культуры и гражданского общества.

Третье. Нам необходим современный, на уровне мировых стандартов путеводитель по всем регионам России. Вы, собственно говоря, сегодня, Владимир Владимирович, как раз об этом говорили, о необходимости новых туристических маршрутов по России. И не только потому, что стал наконец-то востребован внутренний туризм, но и для того, чтобы активизировать работу местных музейщиков, краеведов, экологов, учёных. Думаю, что координировать этот проект могло бы наше Русское географическое общество.

Четвёртое. Давно говорится о необходимости введения государственного страхования выставок. Сегодня даже такие крупные музеи, как Эрмитаж или Третьяковка, ограничивают свою выставочную активность внутри страны и за рубежом из-за высокой страховочной цены частных агентств. Думаю, что роль страховщика национальных ценностей могло бы взять на себя государство.

Уважаемые коллеги! У искусства и культуры есть два смертельных врага – это коррумпированные бюрократы и дикий рынок. Именно они ограничивают свободу художника и доступ людей к культуре. Рыночное производство глубоко враждебно культуре, поскольку для рынка самое главное – прибыль.

Вот почему у нас в стране продолжается уничтожение памятников истории и архитектуры, создаются низкопробные произведения, закрываются кружки, музыкальные и художественные школы, театральные студии. И всё это делается под знаменем экономической эффективности.

Считаю, что активная государственная культурная политика защитит права творческой интеллигенции и станет значимым фактором в общем социально-экономическом развитии нашей страны. Глубоко убеждён, что ни высокие цены на нефть, ни крепкий рубль, ни золотовалютные запасы нам не помогут, если мы останемся равнодушны к судьбе великой российской культуры. Уверен, что благодаря таланту и творческому потенциалу нашего народа мы в конечном итоге преодолеем все трудности.

Всех с наступающим Новым годом! Спасибо за внимание.

В.ПУТИН: Спасибо.

Ольга Львовна Свиблова, пожалуйста.

О.СВИБЛОВА: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые присутствующие!

Прежде всего, конечно, здорово, что в конце года, такого нелёгкого и для мира, и для нашей страны, мы всё-таки подводим радостные итоги. И это итоги Года культуры. Важность её каждый из нас понимает и знает. Мне кажется, что в основе культурной политики говорить о ней в отрыве от знания российской истории совершенно невозможно.

Я хочу выразить благодарность и Вам лично, Владимир Владимирович, за то, что Вы взяли много лет уже назад под личный высокий патронат программу «История России в фотографиях». Сегодня, как бы мы ни говорили о сохранении (это очень важно) и традиционных промыслов, и национальных обычаев, мы должны понимать, что современная молодёжь всё-таки живёт в поле новых медиа.

Она выходит и в виртуальное пространство, с которым нам надо не только считаться, в нём надо учиться жизнь, быть конкурентными и привлекательными. И в этом пространстве сегодня у фотографии огромная роль среди самых разных свидетельств истории: и литературных, и памятников архитектурных, культурных. Фотография сегодня – это один из важнейших материалов, который сохраняет нашу историю как минимум уже 150 лет.

Благодаря Вашей поддержке на прошлом заседании Совета по культуре, Владимир Владимирович, в тесном сотрудничестве с Министерством культуры, с департаментом по культуре города Москвы и благодаря Вашему гранту очень много сделано для того, чтобы не только вышел третий том «Истории России в фотографиях». Эта книга, сопровождаемая выставкой, путешествует по регионам, представлена, конечно, и в Москве, и в Санкт-Петербурге. Это важнейшая возможность прежде всего для нашей молодёжи и для всех нас познакомиться с нашей историей.

Сейчас готовится к открытию портал «История России в фотографии». Важно, чтобы этот портал стал объединением самых различных архивов: и государственных, и региональных, и муниципальных – для того, чтобы архивы, которые содержат историю, сложились вместе, потому что никакую культурную политику мы не можем проводить в стране, где люди перестали знать историю.

Мы сегодня говорили о Тургеневе, Гоголе, Пушкине, Толстом, Достоевском. У нас очень многие, к сожалению, дети, оканчивая школу, не знают, когда была Октябрьская революция. Это, к сожалению, факт, поэтому говорить об истории и визуализировать эту историю, визуализировать её в пространстве, в котором сегодня мы вынуждены конкурировать, в общем, с суррогатами культуры, это важно.

Поэтому я обращаюсь прежде всего к губернаторам, людям, которые определяют политику на местах, чтобы местные архивы, которым мы сейчас пишем, потому что вся технология, технологическая база для портала «История России в фотографии» собрана, чтобы нам помогли, чтобы этот межмузейный и межархивный портал был создан для того, чтобы была всё-таки историческая ось. Не зная собственную историю, нанизать на неё культуру в самых разных проявлениях трудно.

Мне кажется, что это и наш взгляд в прошлое, и призыв к тому, что мы сегодня (а сегодня каждый с фотоаппаратом) создавали бы, понимая, что историю сегодня мы творим своими руками, сегодняшнюю историю, потому что без знаний истории в будущее глядеть всё-таки очень трудно. Только история является основой нашей культурной политики для будущего.

Спасибо.

В.ПУТИН: Спасибо большое.

Пожалуйста, коллеги, есть желающие? Да, прошу Вас.

С.НАРЫШКИН: Уважаемый Владимир Владимирович!

Год культуры оказался очень насыщенным и с точки зрения объёма решённых правотворческих задач. Мои коллеги называли целый ряд законов, которые были разработаны и приняты в этом году. Я хотел бы обратить внимание всех уважаемых коллег на один из них, я имею в виду закон о защите авторских прав в творческих сферах.

Почему я обращаю внимание именно на этот закон? Потому что в нём заложен экономический механизм воспроизводства художественных ценностей произведений культуры и инвестирования в эту сферу. Это первое, о чём я хотел сказать.

И второе. Очень достойно сегодня подводятся итоги Года культуры на таком высоком уровне, и мне посчастливилось быть назначенным председателем Национального оргкомитета Года литературы. В этой связи я бы предложил такие года, их итоги подводить на таком высоком уровне, а уж тем более те года, которые связаны с культурой, с литературой, с искусством, с русским языком, поскольку наша отечественная и культура, и русский язык были во все времена и, пожалуй, остаются нашим главным конкурентным преимуществом.

И последнее, поскольку, хоть следующий год ещё не начался, несколько дней до него осталось. Оргкомитет уже провёл два своих заседания и вместе с моими коллегами – руководителями Федерального агентства Роспечати, Министерства культуры, Министерства образования – мы сформировали и утвердили очень большой, обширный план работы.

И я, пользуясь случаем, хочу обратиться к руководителям регионов: хоть в федеральном плане, естественно, учтены ряд мероприятий и регионального уровня, я хотел бы попросить вас обратить внимание на это и поддержать проведение Года литературы в каждом из ваших регионов. Неделю назад я с такой же просьбой обратился и к коллегам – председателям законодательных собраний регионов, но прошу и вас поработать в этом направлении.

А что касается некоторых предложений Владимира Вольфовича. Владимир Вольфович, у нас с Вами будет возможность поспорить в стенах Государственной Думы, но вот с одним я точно не согласен. Лучше сеять, чем сажать.

В.ПУТИН: Пожалуйста, Денис Мацуев, прошу Вас.

Д.МАЦУЕВ: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

Я хочу всех поздравить с уходящим Годом культуры. Хотел бы сказать огромное спасибо многим губернаторам, с которыми мне довелось сделать много хорошего в этом году. Мы сделали очень много фестивалей, проектов, нашли команду совсем молодых «искорок» на территории всей России, от Калининграда до Владивостока. Мы за этой командой будем наблюдать очень пристально, чтобы они постепенно развивались, ограждать их от разных невзгод.

Опять же к злополучному образованию мы возвратимся ещё раз, если можно, по поводу школ. Я хочу напомнить, что профессионально нужно заниматься с пяти лет или с шести, а не с двенадцати. Если это произойдёт, мы все будем очень счастливы.

И хотел бы ещё Вам сказать огромное спасибо за Ваше указание приобрести Рахманиновское имение «Сенар» в Люцерне. Сейчас загвоздка в том, что родственники никак не могут пока поделить, кому сколько пойдёт, но это произойдёт в самое ближайшее время.

Спасибо огромное Вам.

В.ПУТИН: Благодарю Вас.

Пожалуйста, прошу Вас – Министр образования.

Д.ЛИВАНОВ: У меня два очень коротких комментария.

Первый. Наши новые образовательные стандарты школьного образования, которые сейчас поэтапно вводятся, включают в себя в качестве обязательного компонента до 10 часов в неделю внеклассных, внеурочных занятий для детей. Это именно тот ресурс, который должен финансироваться за счёт бюджетного норматива (и ресурс времени, и ресурс финансов), который позволит нам реализовывать и программы музейной педагогики, и программы детского туризма, и другие формы взаимодействия сферы образования и сферы культуры.

И второе, по поводу Института Пушкина, который предложил создать Андрей Юрьевич, – он уже создан. И именно под таким названием сейчас работает консорциум наших ведущих университетов, реализуя масштабную программу поддержки и распространения русского языка, в том числе с использованием современных технологий открытого образования. Уже в этом году пользователями этих ресурсов стали 70 тысяч человек не только в России, но и в других странах, а в следующем году мы доведём это число до миллиона пользователей.

Спасибо.

В.ПУТИН: Благодарю Вас.

Уважаемые коллеги! Я не буду подводить итоги нашего сегодняшнего заседания, нашей сегодняшней встречи, так же как невозможно подвести итоги работы в сфере развития культуры. Это процесс вечный, постоянный.

Весь смысл 2014 года, объявленного Годом культуры, заключался в этой сфере в том, чтобы обратить внимание государственных, муниципальных, региональных структур, всего общества к этой важнейшей проблеме, которая, безусловно, является, может быть, самой главной составляющей частью нашей национальной идентификации.

В порядке технических замечаний хотел бы сказать. Разумеется, наши коллеги из Государственной Думы всегда выступают ярко, обращают внимание на те вещи, которые так или иначе общество волнуют. Одна из главных проблем, чтобы мы с вами как можно быстрее ушли от различных форм идеологизации нашей истории и нашей культуры.

Без всяких сомнений, на каждом этапе развития нашего государства были свои и положительные, были свои и тёмные стороны. Мы должны беспристрастно это исследовать, смотреть на это глазами современного человека, использовать это для того, чтобы ничего не мешало нам идти вперёд. Конечно, мы в этой связи должны оценивать и соответствующим образом обращать внимание на результаты деятельности наших выдающихся соотечественников прошлых времён.

Здесь упоминался юбилей Александра Солженицына и Тургенев. В этой связи хотел бы обратить внимание на то, что и Солженицын, и Тургенев значительное время провели за границей. Солженицын не по собственной воле, он был выслан, а Тургенев просто любил в холодное время года пожить в тёплых краях. И ничего в этом нет ни хорошего, ни плохого – такова была жизнь.

Александр Исаевич Солженицын обращал внимание на проблемы нашего общества не потому, что он был как-то враждебно настроен к стране. Наоборот, он был патриотом, он хотел сохранить страну, а она не сохранилась, потому что мы не обратили внимания вовремя на то, на что он обращал внимание. Надо внимательно и объективно ко всему относиться.

И, кстати говоря, по поводу юбилеев. Просто хочу сказать, что 7 марта 2014 года подписан Указ Президента Российской Федерации о праздновании 200-летия Ивана Сергеевича Тургенева в 2018 году. Так просто, для справки. Мы равным образом относимся ко всем нашим выдающимся соотечественникам.

Что я хотел бы в этой связи отметить и что хотел бы поддержать? Это то, что и на советский период мы должны обратить самое пристальное внимание. То, что здесь было сказано по поводу достижений советского периода, это абсолютно верно, и ни в коем случае нельзя из идеологических соображений марать всё, что было сделано нашей страной, нашими людьми за этот чрезвычайно важный период нашей жизни.

Как всегда, ярко выступил и Владимир Жириновский. Я почитал, спасибо Вам большое, Вы передали брошюру по поводу того, как надо говорить по-русски. И я поддерживаю то, что Вы сказали. Нужно, конечно, избегать излишней латинизации нашего языка, особенно сейчас обращаюсь к руководителям регионов. Знаете, иногда приезжаешь в какой-то город, и сразу виден уровень культуры местного чиновничества.

На каждом углу названия различных учреждений, реклама исключительно латинскими буквами изображена. Мы в какой стране живём-то? Всё хорошо в меру, так же как, собственно говоря, и в использовании различных терминов, слов и так далее. Вы предлагаете слово «гений» заменить на слово «талант», но всё-таки кажется, это не одно и то же, хотя у деятелей культуры надо спросить, у знатоков русского языка. Первое.

А второе, «талант» – это из Нового Завета, по-моему, слово, и, скорее всего, имеет происхождение языка одного из семитских племён. Потому что «талант» – это и монета, и мера веса. Но поскольку из Нового Завета, видимо, оттуда, из семитских племён досталось, поэтому тоже не совсем как бы наше слово. «Метро» можно поменять, конечно, на «подземку», но французы же не меняют «бистро» на «кафе».

Есть какие-то вещи устоявшиеся, хотя в целом я считаю, что Владимир Вольфович прав и нам нужно к этому серьёзнее относиться и внимательнее. Так же как нужно внимательнее относиться и всем деятелям культуры к тому, чтобы именно (и Владимир Вольфович тоже об этом вспомнил) «глаголом жечь сердца людей» – не просто денежки зарабатывать, а именно обращаться к сердцу человека.

Предложение было хорошее по поводу культурной столицы, но Дмитрий Анатольевич сделал небольшое замечание, думаю, что надо с этим согласиться. Если это будет маленький город, небольшой населённый пункт, как-то столицей сложно его называть, поэтому нужно продумать, хотя сама по себе идея очень хорошая.

В рамках СНГ (здесь коллеги подсказали) у нас выбирается культурная столица, в рамках СНГ. В рамках России вполне можно это сделать, типа отмечать какой-то населённый пункт, город или даже посёлок за достижения в сфере культуры. Давайте продумаем до конца, а само по себе предложение мне кажется очень хорошим.

Я хочу вас всех поблагодарить за совместную работу. И ещё раз хочу в завершение нашей сегодняшней встречи подчеркнуть: то, что мы сегодня собрались и поговорили на эту тему, не означает, что мы закончили эту работу, не означает, что мы перевернули страницу и теперь не должны ничего думать о том, как нам развивать культуру. Напротив, будем считать, что 2014 год – это только старт нашей совместной дальнейшей работы по этому важнейшему для нашего государства направлению.

Большое вам спасибо.

Ещё статьи:
Комментарии:
Нет комментариев

Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна