Get Adobe Flash player
Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

Информация о президенте Республики Беларусь Александре Григорьевиче Лукашенко. 1. О реакции Запада на выборы Президента Республики Беларусь. 2. Беседа президента Республики Беларусь Александра Лукашенко с главным редактором газеты «Завтра» Александром Прохановым (февраль 2007 года). 3. Лукашенко «готов терпеть клевету» ради улучшения отношений с ЕС. 4. Так говорит Лукашенко. 5. Лукашенко: в Беларуси не меньше демократии и свободы, чем в США.

24.01.2010 20:08      Просмотров: 3776      Комментариев: 0      Категория: Право, политика, геополитика, социология

 

В этом разделе публикуется объективная информация о президенте Республики Беларусь Александре Григорьевиче Лукашенко

 

 

1. О реакции Запада на выборы Президента  Республики Беларусь

Источник информации - http://ru.wikipedia.org/wiki/Президент_Белоруссии

 

Первые выборы президента Белоруссии состоялись 10 июля 1994 года, в них участвовали 6 кандидатов. В первом туре тройка лидеров набрала: Александр Лукашенко — 44,82 %, Вячеслав Кебич — 17,32 %, Зенон Позняк — 12,82 %. Во втором туре с результатом около 80 процентов победил Александр Лукашенко.

24 ноября 1996 в Белоруссии был проведен референдум, на который были вынесены поправки, расширяющие полномочия исполнительной власти и президента, и некоторые другие вопросы. За принятие поправок высказалось 70,45 % избирателей*.

9 сентября 2001 состоялись очередные выборы президента, победителем в которых вновь стал Лукашенко, набрав 75,62 % голосов*.

17 октября 2004 был проведен референдум о внесении поправок в Конституцию, снимающих ограничение на количество президентских сроков. 77,3 % избирателей* поддержало эти изменения. Следует отметить, что изменения в закон «О президенте Республики Беларусь», исключающие ограничения в два срока, были одобрены Советом республики только 5 октября 2006 [1] Таким образом, на момент проведения президентских выборов 2006 года в Белоруссии действовали Конституция, не содержащая ограничений на количество президентских сроков, и закон о Президенте, статья 8 которого гласила: Срок полномочий Президента — пять лет. Одно и то же лицо может быть Президентом не более двух сроков. Однако, согласно статье 137 Конституции в случае противоречий, она имеет приоритет перед законами, указами и т. д.

19 марта 2006 состоялись очередные выборы Президента Республики Беларусь. Победу на них одержал Александр Лукашенко.*

* Все выборы и референдумы после выборов 1994 года традиционно объявляются представителями оппозиции и наблюдателями от западных стран проведенными с грубыми нарушениями, а их результаты сфальсифицированными. Одновременно наблюдатели от стран СНГ традиционно заявляют, что выборы прошли без существенных нарушений.

 

Выборы Президента в 2006 году 

Источник информации - http://ru.wikipedia.org/wiki/Президентские_выборы_в _Белоруссии_(2006)

17 февраля директор Института социологии Национальной академии наук Белоруссии сообщил, что, по результатам социологических исследований, проводившихся с 2002 по 2005 г., не менее 76 % избирателей готовы поддержать действующего президента на предстоящих выборах. В последнем опросе, проведённом в конце 2005 г., приняло участие рекордное для Белоруссии число людей — более 9 тысяч.[22]

Негосударственный исследовательский центр НИСЭПИ приводил такие данные:
 

 

Голосовали Данные ЦИК Данные предвыборного опроса** Данные послевыборного опроса I*** Данные послевыборного опроса II***
За С. Гайдукевича 3.5 5.0 2.2 5.2
За А. Козулина 2.2 7.0 5.0 7.3
За А. Лукашенко 83.0 64.7 64.9 63.1
За А. Милинкевича 6.1 18.3 21.4 18.8
Против всех (и недействительные бюллетени) 5.2 5.0 6.4 5.5
* Данные опросов рассчитаны от 90%-ой явки
** Предвыборный опрос проводился с 10 по 20 февраля с.г.
*** Первый послевыборный опрос проводился 27 марта — 7 апреля, второй — 16-29 апреля с.г.

Глава Центризбиркома Белоруссии, выступая на пресс-конференции в ночь на 20 марта, отметила, что большинство зарубежных наблюдателей выразили удовлетворение ходом избирательной кампании. Так, по её словам, «миссия наблюдателей от СНГ, кроме мелких недостатков, не заметила нарушений, которые могли бы повлиять на итоги выборов». От миссии Бюро по демократическим институтам и правам человека ОБСЕ «мы ничего не получали», сказала Лидия Ермошина. Однако, сославшись на свой разговор с главой миссии ОБСЕ в Белоруссии Гердом Аренсом, Ермошина сообщила, что «заключение наблюдателей ОБСЕ будет не просто плохим, а очень плохим». Она выразила удивление, что Аренс высказал своё мнение ещё до получения данных от всех наблюдателей: «Это говорит о полнейшей предвзятости, это политическое заявление». (ОБСЕ, англ. OSCE, Organization for Security and Co-operation in Europe - Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе - А.К.)

20 марта миссия международных наблюдателей от СНГ сделала заявление по результатам прошедших выборов. В нём говорится, что выборы были свободными и прозрачными, а также отмечается факт «кампании беспрецедентного внешнего давления» на страну.

  В   тот же день миссия китайских наблюдателей издала отчет, в котором назвала выборы «прозрачными и справедливыми, без нарушений».[32]

   Центризбирком Белоруссии сообщил, что «Краткосрочные наблюдатели, включенные в состав миссии ОБСЕ от Российской Федерации, также не согласились с выводами миссии ОБСЕ и на основе собственного мониторинга объявили сделанные выводы несоответствующими результатам наблюдения, ими было также заявлено, что до начала наблюдения они получили инструкции, направленные на специальный поиск только негативных моментов. Данное заявление послужило основанием для расправы в виде лишения полномочий наблюдателя от ОБСЕ г-на Величкина»

 

Реакция на выборы ЕС, США и Совета Европы

Источник информации - http://ru.wikipedia.org/wiki/Президентские_выборы_в _Белоруссии_(2006)


   7 февраля в интервью радиостанции «Голос Америки» заместитель руководителя делегации Европарламента по связям с Белоруссией, депутат от Латвии Алдис Кушкис заявил, что в случае нарушения прав человека в ходе предстоящих президентских выборов Европа и Америка «готовы к самым активным мерам, вплоть до исключения Белоруссии из ОБСЕ и предъявления обвинений Лукашенко в судебном порядке». Он сообщил о шагах, которые намерены предпринять ЕС и США: «Часть этих предложений предусматривает, например, совместную встречу по белорусскому вопросу в Европе до выборов, с объединённой резолюцией со стороны Хельсинкской комиссии Конгресса и делегации Европейского парламента. Этот документ может стать основой для резолюции в Европейском парламенте и для резолюции в Конгрессе США. Во время выборов мы — те, кто будет участвовать как наблюдатели от ОБСЕ, — будем вести очень активную и целенаправленную работу как наблюдатели и готовимся к разным возможным сценариям после выборов. Потому что эта работа требует некоторого времени, и, может быть, лучше начинать эту работу уже сейчас, для того, чтобы реагировать на то, что происходит в Белоруссии, не через два-три месяца, а на другой день после того, как кончатся выборы».

2 марта представитель госдепартамента США Дэвид Крамер заявил, что администрация Белого дома решительно осуждает задержание кандидата в президенты Александра Козулина. «Мы предупредили их, что если инциденты, подобные сегодняшнему, повторятся, то последствия с нашей стороны не заставят себя ждать. Мы очень внимательно следим за теми, кто пытается спровоцировать насилие или фальсифицировать результаты выборов».

В ответ Козулин направил благодарственное письмо госсекретарю США Кондолизе Райс. «От себя лично и от имени моих соратников выражаю Вам искреннюю благодарность за поддержку права моего народа на свободу и демократическое волеизъявление. Я сердечно признателен Вам за принципиальную позицию в отношении процессов, происходящих в Беларуси, и за Ваши усилия по отстаиванию и развитию демократии в нашей стране. Уверен, что благодаря Вашему оперативному и влиятельному голосу 2 марта были предотвращены массовые репрессии».

8 марта Палата представителей Конгресса США приняла резолюцию, в которой призвала белорусское правительство провести «свободные и справедливые выборы 19 марта». Конгрессмены обратились к международному сообществу в лице Совета Европы, ОБСЕ, Парламентской ассамблеи ОБСЕ «продолжить поддержку демократизации Беларуси». Они призвали Литву и другие балтийские государства продолжить содействие негосударственным и иным белорусским организациям, «участвующим в продвижении демократии и честных выборов в республике».

9 марта заместитель госсекретаря США по странам Европы и Евразии Дэниэл Фрид заявил, что США считают Белоруссию «последним форпостом тирании» в Европе и в связи с этим «инвестировали 12 миллионов долларов» на программы поддержки демократии в Белоруссии. «Мы должны предполагать, что будут иметь место выборы с глубокими нарушениями, выборы, которые, возможно, не заслуживают так называться», — сказал Фрид.

14 марта официальный представитель госдепартамента США Том Кейси заявил, что администрация президента США предупредила власти Белоруссии о готовности применить к ним «ограничительные меры» в случае несоответствия президентских выборов международным стандартам. «США вновь призывают белорусское правительство прекратить репрессии в отношении политических кампаний и групп гражданского общества и уважать права белорусских граждан» По словам Кейси, Вашингтон присоединяется к ЕС в готовности «предпринять дальнейшие ограничительные меры в отношении виновных лиц, если выборы не будут проведены в соответствии с международными обязательствами Белоруссии и ее обязательствами перед ОБСЕ».

16 марта в газете «Файнэншл Таймс» появилась статья о «Стратегии национальной безопасности» (National Security Strategy), подготовленной Белым домом. В этом документе Александр Лукашенко ставится в один ряд с «деспотическими» правителями Ирана (Махмуд Ахмадинежад), Северной Кореи (Ким Чен Ир), Кубы (Фидель Кастро) и т. д. В связи с этим «США оставляет за собой право адекватно реагировать на нарушения прав человека в Белоруссии». В документе также отмечается, что Соединёнными Штатами будут приняты «все необходимые меры», чтобы защитить себя от «внешних угроз».

Генеральный секретарь Совета Европы Терри Дэвис заявил, что «президентские выборы в Беларуси будут проходить в обстановке страха и запугивания. Каков бы ни был их результат, они не могут быть квалифицированы как демократические ни в каком смысле этого слова».

Миссия ОБСЕ 20 марта опубликовала заявление, в котором расценила выборы как не соответствующие стандартам этой организации.[30]

Комментарии А.В. Краснянского.   Политическая наглость  руководителей США ("оплота демократии") и "свободной" Европы не имеет пределов. Примеры:  

1. «Европа и Америка готовы к самым активным мерам, вплоть до исключения Белоруссии из ОБСЕ и предъявления обвинений Лукашенко в судебном порядке»;

2. США призвали Литву и другие балтийские государства продолжить содействие негосударственным и иным белорусским организациям, «участвующим в продвижении демократии и честных выборов в республике» (вообще-то это вмешательство во внутренние дела суверенного государства - А.К.).

3. Заместитель госсекретаря США по странам Европы и Евразии Дэниэл Фрид заявил, что США считают Белоруссию «последним форпостом тирании» в Европе и в связи с этим «инвестировали 12 миллионов долларов» на программы поддержки демократии в Белоруссии. «Мы должны предполагать, что будут иметь место выборы с глубокими нарушениями, выборы, которые, возможно, не заслуживают так называться», — сказал Фрид (Программы поддержки демократии - это вмешательство во внутренние дела страны. Как обычно, западные политики сильно раздражаются после выборов, поскольку в Республике Беларусь не удается провести очередную цветную революцию, чтобы посадить в кресло марионетку (куклу, которой можно управлять). 

 

Реакция России, СНГ и КНР

Источник информации - http://ru.wikipedia.org/wiki/Президентские_выборы_в _Белоруссии_(2006)

  

27 февраля на заседании совместной коллегии министерств иностранных дел Белоруссии и России глава МИД РФ Сергей Лавров сказал, что «Россия выступает категорически против внешнего давления на Беларусь». «Мы против того, чтобы оказывалось давление, против попыток осуществлять смену власти. С этой позиции мы подходим и к выборам в Белоруссии». Сергей Лавров отметил, что «все страны разные, у всех есть своя история, свои традиции». Демократический процесс в каждой стране осуществляется с учётом этих обстоятельств, подчеркнул он.

2 марта на третьем Всебелорусском народном собрании председатель Государственной Думы Федерального Собрания России Борис Грызлов отметил: «Беларусь развивается в правильном направлении, и надеюсь, что это направление останется и после президентских выборов». Также он выразил уверенность в реальности раскрытого накануне белорусским КГБ сценария силового захвата власти.

7 марта в Минске прошло очередное заседание Совета Министров Союзного государства, на котором присутствовал премьер-министр России Михаил Фрадков. В ходе встречи он выразил уверенность, что выбор белорусского народа будет сориентирован на укрепление государства и повышение эффективности сотрудничества между Белоруссией и Россией.

13 марта Александр Лукашенко принял верительные грамоты нового посла России в Белоруссии Александра Сурикова, заявив о благодарности за поддержку, которую Россия оказывает Минску на международной арене. В этот же день Минск посетил мэр Москвы Юрий Лужков, которого приняли на самом высоком уровне — и президент, и премьер-министр.
 

 

 

2. Беседа президента Республики Беларусь Александра Лукашенко  с главным редактором газеты «Завтра» Александром Прохановым (февраль 2007 года)

Источник информации - http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/07/691/11.html



     Александр Проханов. Александр Григорьевич, я и мои близкие друзья, политики, художники, религиозные деятели, предприниматели, думаю, подавляющее большинство русских людей, были травмированы этим удручающим "газовым конфликтом". Он стал распространяться в русском обществе, как низовой пал, как пожар. И тут же оказались люди, которые стали страстно его раздувать. Я приехал к вам в Минск, чтобы хоть в малой степени ослабить боль от этого. Посильно содействовать миру и любви между нашими народами. Хочу узнать, как в белорусском сердце отозвалась эта боль.

     Александр Лукашенко. Александр Андреевич, вы упомянули про людей, которые словно ожидали этот пал и стали с готовностью его раздувать. В своей газете "Завтра" вы много писали об этих силах. Они действуют давно, с тех пор, как стало понятно, какую политику проводит Беларусь во главе со своим Президентом.

     Я вел политику последовательно, откровенно, без хитростей и двусмысленностей, как это случается сегодня в России. Искренность — вот основа нашей политики. Я боюсь лукавить, потому что это лукавство рано или поздно выявится. Мы не столь изощрены, как иные деятели в России. Мы далеки от византийских традиций. Существуя на окраинах империи, мы всегда были наивными и искренними. Напрасно некоторые называют меня "диктатором". Все мои начинания я всегда согласовывал с народом, получая от него высшее одобрение.

     "Народ" в моих устах — не красное словцо. Народ для меня — это всё. Если бы мне завтра надо было умереть за народ, я бы это сделал.

     Народ мне оказал полное доверие. Грамотный, цивилизованный, живущий в центре Европы, белорусский народ избрал меня, малоизвестного в то время молодого человека, выделив его среди других кандидатов — коммунистов, националистов, социалистов — сделал меня своим Президентом. До сих пор не могу полностью осмыслить этот феномен. Очень дорожу доверием. Люди, их добро, их достоинство, их безопасность — это главное мерило в моей работе. Я готов сражаться за людей буквально на баррикадах. Поэтому я не стал олигархом, как, увы, некоторые президенты. Не стал богатым человеком, не нажился на приватизации, как иные политики. Я даже не приобрел себе подобающей квартиры. Думаю, когда я покину президентский пост, мне выделят какое-нибудь пристойное жилье.

     Народ для меня — мерило всего. Хотя, конечно, своей политикой, своей волей я воздействую на народ.

     Вы знаете, какие здесь были настроения во времена Шушкевича? Русские буквально сидели на чемоданах. Здесь могла развернуться такая же политика, как в Эстонии и Латвии. А может, еще и злее. Ибо сюда американцы кинули бы еще больше средств, чем в Прибалтику. Но я понимал: в интересах народа было единение с Россией, и я искренне пошел на это единение. В какой форме это должно было происходить, идут споры и сейчас. Я был приверженцем модели бывшего Советского Союза. Путин склонялся к модели Евросоюза, это казалось модным, в духе европейских веяний. Теперь мне порой представляется, что и эта смягченная, ослабленная форма интеграции была лишь отговоркой. Москва в этом плане ничего не хотела и не хочет. Но я согласился на "европейский вариант", хотя был убежден, что это откат, понижение уровня интеграции. В Советском Союзе наши страны были намного ближе. У нас сложилось практически унитарное государство. Наша общность была намного гармоничнее, эффективнее, чем в объединенной Европе. Но я пошел на этот усеченный вариант, хотя ваши политики не ожидали от меня такой уступки. Мы провели референдум, народ одобрил союз с Россией, и я начал реализовывать решение референдума.

     Вы спрашиваете, как нынешний конфликт спроецировался в души белорусов? Помните, Александр Андреевич, политику Ельцина по отношению к Президенту Беларуси? Ворчание по поводу и без повода, засылка к нам провокатора Шеремета, бестактности, которые было нелегко сносить. Но, я должен сказать, Ельцин очень любил Беларусь. Если кто-то нападал на Беларусь, Ельцин сразу реагировал: "Беларусь не трогать!" Я платил ему тем же. Когда на совещании ОБСЕ в Стамбуле на него все дружно навалились, и даже из стран СНГ, я однозначно и резко выступил в защиту России. Ельцин тогда был очень болен. Во время нападок был подавлен. И смотрел на меня, ожидая поддержки. И я со всей искренностью сказал, что думал.

     Тогда Президентом США был Клинтон. Он сидел недалеко от меня. Помню, он с удивлением оглянулся, потому что мое выступление было лишено "дипломатичности", было, может быть, не столько выступлением Президента, сколько эмоциональным всплеском. Другого выхода у меня не было — мы с Ельциным вдвоем оказались в окружении. Правда, Беларусь на этом совещании никто не трогал, в основном "мочили" Россию. Грубо и жестко. Привожу это как пример нашей безоговорочной поддержки. Мы тогда сознательно отказались от принципа многовекторности внешней политики: "Дружи со всеми, поддерживай сбалансированные отношения с Западом и с Востоком!" Но мы всё равно поддерживали Россию. Потому что Россия — не только ваша, но и наша. Москва — не только ваша, но и наша.

     Когда я был избран Президентом, и в Минске закончилась эта "демократическая вакханалия", я приехал в Москву. Ельцин изучающе, недоверчиво посматривал на меня. Я сказал ему, что приехал в Москву, словно к себе домой. Это сразу же разрядило обстановку, положило начало теплым отношениям. Но и при Ельцине на Беларусь катили бочки: "Вы — гиря на ногах! За счет России живёте!"

     Тем не менее, мы с Ельциным подписали фундаментальные соглашения и вышли на Договор о создании Союзного государства. Мы подписали серию экономических документов, где закрепляли взаимовыгодные отношения между хозяйствующими субъектами наших стран. И речи быть не могло о какой-то "гире на ногах" — только выгода и партнерство.

     А теперь о каком равноправии субъектов можно говорить, если российский субъект потребляет газ в три-четыре раза дешевле, чем белорусский субъект? Какая здесь может быть конкуренция и справедливость? И кому нужен такой Союз, если нас будут экономически угнетать?

     Еще пример. Товары, поступающие к нам из России, мы вообще не досматриваем, откуда бы они ни приходили в Россию: из Китая, Турции или Индии. Покупайте их, где хотите, и продавайте у нас. Россияне же нас на границе потрошат, вытряхивают наши товары. Якобы ищут товары из “третьих стран”, а по сути, контролируют наш экспорт в Россию. Мы и это терпели. Но дошло до того, что запретили поставку нашего сахара. Россия потребляет шесть миллионов тонн, три миллиона производит сама, а три миллиона — закупает. Из них всего триста тысяч в Беларуси. Что значат эти триста тысяч? Но россияне привязались к "тростниковой составляющей" нашего сахара.

     Ладно, я дал указание резко повысить посевные площади под сахарную свеклу. Мы исключили из нашего сахара "тростниковую составляющую". Мы продаем вам сахар, чтобы заработать деньги и заплатить вам за природный газ. Но вы и свекловичный сахар отказались покупать. Сказали бы честно: "Мужики, не нужен нам ваш сахар. Мы три миллиона привезем к себе из других стран за хорошие взятки". Мы-то ведь взяток дать не можем, у нас государственное предприятие. Но сахар — самый качественный. Мы модернизировали наши заводы, и они способны конкурировать с самыми передовыми производителями сахара.

     Ваши "пять групп", которые приватизировали производство и торговлю сахаром в России, испугались нашего качественного сахара. Сделали так, что наш сахар проверяется на таможне, словно это гексоген. Каждый мешок потрошат на предмет "тростниковых добавок". С российской подачи я возбудил в Беларуси уголовное дело по "факту незаконных тростниковых добавок". Был полон решимости посадить всех поддельщиков на скамью подсудимых. Отправили в Великобританию пробы на экспертизу. Самая авторитетная лаборатория не нашла никаких добавок. Установила стопроцентное содержание свекловичного сахара.

     Что это значит? Ваши "пять групп" хотят блокировать белорусский сахар на российском рынке. Разве это честно? И это только один из примеров.

     Как действуют в России враги Беларуси сейчас? Грубо, оскорбительно, унижают белорусского Президента, белорусский народ. Почему? Вы знаете, многие президенты отпавших от Союза республик испугались примера нашего единения. Это была очень заразительная идея — создать Союз. Ее с энтузиазмом восприняли разделенные, обездоленные народы. Они все хотели в Союз Беларуси и России: Украина, Молдова, Казахстан, Армения, даже Югославия. Все хотели в наш Союз.

     Нам надо было развивать наш Союз, чтобы этим народам было куда притулиться. Как бы это было выгодно теперь, когда нефть стала стоить не восемь долларов за баррель, а почти восемьдесят. Усиленная другими народами, Россия могла бы стать не просто большой и крепкой державой, но по-настоящему Великой Державой.

     Вот тогда и начали активизироваться силы, которые были вокруг Ельцина. Сегодня они еще больше окрепли, стали олигархичны, ожирели в своих "суверенных государствах", действуют напролом при поддержке Америки.

     Еще при Ельцине они выдумали, что Лукашенко стремится в Россию, и если случится приход Лукашенко в Россию, тогда всем разрушителям СССР будет труба. Они начали клеветать на Лукашенко, на Беларусь, пользуясь при этом поддержкой зарубежных сил.

     Я говорю всё это к тому, что злые силы были всегда, с первого момента нашего стремления в Союз. Но сейчас это приобрело особенно острые, разнузданные формы. Если раньше это была информационная, пропагандистская кампания, то теперь начали бить по живому, наносить смертельные раны. В 2004 году нам повысили цену на природный газ в два раза. Мы были в ужасе, и чтобы мы не вышли из ужаса, нам закрыли газовый кран. Февраль, 25 градусов мороза, а кран перекрыт. Прошло еще два года, и нам повысили цену в два с половиной раза.

     В чем иезуитская сущность подхода? Сравнили нас с Арменией: дескать, теперь и там, и там одинаковая цена за газ. Но разве одинаковы у нас экономики, энергопотребление, при всем уважении к армянам? Беларусь — это очень крупный реальный сектор экономики, связанный с экономикой России. Мы производим тракторы, станки, грузовики, телевизоры. В Советском Союзе Беларусь была самым близким к Западу регионом, куда привозилось сырье, комплектующие, и здесь создавались отличные товары, нужные западному рынку. Недалеко было везти. У нас создали наукоемкие отрасли, здесь было всё, включая космос, электронику. После развала СССР, в неимоверно сложных условиях, когда есть было нечего, когда от лекарств отрывали, когда Чернобыль половину страны засыпал пеплом, мы всё это сохранили, а затем и восстановили. Понимали: наше счастье — в современной индустрии.

     Запад сразу перестал давать нам кредиты, когда увидел, что мы стремимся в Россию. Нас начали угнетать, как только увидели угрозу "возрождения СССР". Мы сохранили экономику, не пошли "чубайсовским" путем приватизации, не стали это делать "чохом". У вас всё делали чохом: кто что ухватил, то и унес. Вот россияне и пожинают эти плоды. Эксперты установили, что за первое полугодие прошлого года вывоз капитала из России составил 60 миллиардов долларов. Мы восстановили экономику. Три года назад достигли советского уровня производства. Россия этого еще не достигла. Каждый год мы увеличиваем ВВП на 10%.

     И вот нас сравнивают теперь с Арменией. Она-де природный газ тоже покупает по мировым ценам. Но население Армении гораздо меньше, меньше и производство, там своя атомная станция. У нас нет атомной станции, но есть мощнейшая экономика, потребляющая океан электричества.

     Возьмите Украину — у них несколько атомных станций, не надо тратить газ на выработку электроэнергии. Кстати, 20 миллиардов кубометров газа добывают сами. А нам тратить надо. И при этом мы поставляем в Россию тракторы, холодильники, телевизоры мирового качества по ценам в разы ниже, чем мировые.

     Каково может быть самочувствие белорусов после этого новогоднего безобразия?

     Мы к Новому году послали в Россию русским детям партию наших замечательных конфет "Алёнка". Так её арестовали на границе и не пропустили. "Почему конфеты называются "Алёнка"? Это наш бренд, российский". Нет! Это советский бренд. Мы во времена СССР выпускали такой шоколад. Два наших мощных комбината производят эти конфеты. Видите ли, в России нашлись два "умника", которые зарегистрировали этот бренд на себя, и теперь мы должны платить им за это. Где же здесь наша русская мораль? Уворовали бренд, присвоили, прикарманили. Где здесь доброта, сердечность? Ведь мы же детям везли конфеты!..

     Вы понимаете, какое после этого настроение у белорусов. Раньше за Союз с Россией голосовало 80% населения. Не знаю, сколько теперь проголосует. Я, конечно, могу повернуть настроение людей, но признаюсь вам, не знаю, что теперь делать. Мне больно, я ищу выход. Когда нам набросили петлю на шею и начали затягивать, как мы должны реагировать?

     Вот ответ на вопрос. Но еще раз подчеркиваю: мы не захлопываем дверь. Всё поправимо.

     А.П. Александр Григорьевич, создается впечатление, что "Газпром" подходит к проблемам внешней политики чисто коммерчески. Говорит о "рентабельности" там, где действуют иные мерки, иные законы. Оценивается ли "рентабельностью" историческая общность, славянское единство, геостратегические интересы, сама безопасность? Почему Россия, почти окруженная "санитарным кордоном", почти блокированная НАТО, захлопывает свой последний коридор на Запад? Ставит кляп в "белорусскую горловину"?

     А.Л. А разве в России выстроена какая-либо внятная стратегия во внешней политике по Беларуси? Вам все задают вопрос: "Дорогие, скажите, чего вы хотите? Какую политику проводите и будете проводить на международной арене? Какие ценности вы сегодня исповедуете? Прежде мы ассоциировали вас с ценностями Советского Союза. А теперь?"

     В пору Ельцина многие лидеры были еще готовы пойти за вами. Помню разговор с Президентом Хафезом Асадом, с этим великим сирийцем, который мне говорил: "Вот я должен России восемь миллиардов. Ну, во-первых, извините, я у такой страны кредитов не брал. Я брал у Советского Союза. Ладно, мы готовы вернуть кредиты России. Но, кажется, никто в России не думает о возвращении этих кредитов. Никто за них не борется, а борется только за свой карман. В России все борются за возврат кредитов через свой карман". Это мне покойный Хафез Асад рассказывал. Я любил этого человека, встречался с ним трижды.

     Все задают вопрос: куда идет Россия? Кто ей нужен? С кем она? Я встречался со Слободаном Милошевичем во время войны. Он чуть ли не плакал: "Почему Россия бросила нас? Меня упрекают за соглашения с американцами, а что нам оставалось делать? Мы просили Россию о помощи, но нам отвечали, что она очень слаба, не в силах противостоять натовской мощи".

     Да ведь американцы одного русского батальона испугались, который пошел на Приштину! А если бы два-три русских корабля вошли в Адриатику? Если бы Россия шевельнулась хоть как-нибудь? Югославию сдали. Базу на Кубе и во Вьетнаме сдали. Всё это, дескать, "не надо", "не надо". Американцы это видят. Смеются над этим. Скажу откровенно, китайцы этого не понимают. Задают мне вопрос: "А чего хотят русские?" Вот и я сегодня думаю: "А что надо России?"


     В нынешнем конфликте, Александр Андреевич, виноват не "Газпром". С корпорацией мы бы договорились на более легких для Беларуси условиях. Они понимают, что судьба их империи зависит от Беларуси. Как вы сказали, Беларусь — это прямой коридор в Европу, на оплачиваемые рынки. Здесь дело, видимо, не в "Газпроме", а в руководстве России. И повышение цен — это прямое указание президента России. Всё переведено на бухгалтерию. Но ведь и бухгалтерия должна быть объективной.

     Хотите посчитать, сколько стоит Беларусь для России? В бухгалтерии важен баланс. Давайте посчитаем, сколько мы для вас добра делаем. Назовем цифры. От Москвы до западных границ у России остались две неполные дивизии. Для безопасности России, особенно после размещения в Польше и Чехии американских РЛС и ударных систем, это направление приобретает чрезвычайное значение. Белорусская армия защищает Россию. Нам такая сильная армия не нужна. Мы с такой армией завоевывать никого не собираемся. Мы защищаем Россию. Мы хотели создать единую с Россией армейскую группировку. Провели совместные учения. Но российское руководство побоялось приехать, чтобы его не упрекнул Запад за военное сотрудничество с Беларусью. Вы всё пасуете, осторожничаете — ну так получайте противоракетную систему у своих границ. Теперь-то вам понятно? Мы провели прекрасные учения. Я приехал, а Путин — нет.

     Белорусская армия подготовлена гораздо лучше, чем российская. Чтобы создать такую армию, вам нужно 25 миллиардов долларов. И это только один фрагмент "бухгалтерии". А транзит ста миллионов тонн грузов через нас! Грузы идут в комфортных условиях — лучших, чем в России. Железная дорога, воздушный транспорт, наземный транспорт. Вы не имеете здесь никаких бандитов, никакой коррупции. А содержание границы? Мы обустроили ее лучше, чем она была при СССР. Эта наша общая граница. Таможня и пограничные войска — сколько они стоят нам каждый год? Чего стоит Калининград? Он ведь на нас висит. А дружелюбие к русским, готовность любого белоруса обнять своего русского брата! Это ничего не значит для русского человека?


     А.П. Согласен с вами, это оценить невозможно. Это неоценимо. Чтобы объяснить мотив этого злосчастного конфликта, хочется прибегнуть к какой-то жуткой конспирологии.

     А.Л. А я вам скажу, в чем конспирология. Нет сегодня в России эффективной политики, если, конечно, это не связано с личным интересом. Миф, что у вас существуют крупные государственные предприятия: 30 процентов доля государства. Это ширма. Все "пилено-перепилено", каждый имеет свой личный интерес. И дерутся за это, вцепившись посиневшими пальцами. Вывозят деньги на Запад и там прячут. Но рано или поздно Россия встанет с колен. Русский народ заставит власть проводить ту политику, которая ему нужна и необходима. Извините меня за чрезмерную резкость.

     А.П. Сегодня в российском обществе борются две концепции: "имперская" и "национальная". Идею "национального государства" разрабатывал КГБ еще при развале СССР. Считалось, что если сбросить "ненужные окраины", то государство, населенное в основном русскими, вздохнет свободно. Вот оно и "дышит", теряя по миллиону населения в год, окруженное враждебными, вчера еще дружественными территориями. Теперь мы теряем последнего друга — Беларусь.

     А.Л. Александр Андреевич, я вас очень разочарую: Россия никогда больше не будет империей. У нее нет для этого ресурса. Вы кусками всё потеряли. Вас отторгают государства Средней Азии, бывшие республики СССР. Вас отторгает Украина. Причина и вина тому — вы сами.

     Вот раньше проходило собрание глав государств СНГ. Ельцин, хоть и избегал категории "старший брат", но доминировал в СНГ. Все считались с Россией, может быть, и побаивались. Все решения России проходили безоговорочно. Теперь не считаются и не боятся. Вы сами всех оттолкнули.

     Нам, белорусам, не нужны подачки, не надо нам милостыни. Не мешайте, дайте нам заработать. Ведь вам же выгодно, чтобы мы заработали и заплатили за ваш газ. Вы ни силой, ни моралью, ни ресурсами — ничем не притянули к себе соседние государства.

     Сегодня Казахстан все природные ресурсы отдал транснациональным корпорациям, прежде всего американским. Русских окончательно выдавили. России там делать нечего, нет ни одной российской компании. Как вы с ними объединитесь? И трубы они прокладывают в Китай, который готов проглотить любой объем углеводородного сырья. И ПВО Казахстана устанавливает системы американского производства. В чьих интересах? Не так, как Беларусь. Это  приводит к уязвимости противоракетной обороны России. Это знают у вас, но помалкивают. Как вы можете притянуть Казахстан? Они проводят независимую политику и позиционируют себя, как регионального лидера.

     А.П. Такое положение будет не вечно. Завершился форум в Давосе. Там распространены бумаги, написанные самыми авторитетными экспертами, — о неизбежности мирового кризиса. Америка будет ослаблена. Мировое хозяйство распадется. Прогнозируют "схлопывание" Китая, перемещение полюсов силы. Это вновь дает шанс "имперской" России.

     А.Л. Вы очень плохой пример показали украинцам. Они отогнали от себя "натовцев", стали сближаться с вами. А вы у них на глазах набросили петлю на шею Беларуси. Такой подарок сделали украинским националистам. Это же козырь в их антироссийской пропаганде.

     Что касается Беларуси, огонек веры еще теплится. Будет очень непросто превратить его в яркий светильник. Мы не прогнозируем скорых перемен к лучшему даже в связи с изменением власти в России. И вот она, ваша "империя", или наша с вами "империя", так и останется усеченной, ибо у власти в России люди, которые хотят этой усеченности.

     Вы говорите, что есть симптомы мирового кризиса. Но мировой кризис может лишь усугубить положение России. Всё вокруг нее может захлопнуться. У России нет сейчас людских ресурсов. По миллиону в год пропадает, включая больных, бездомных. Включая тех детей-подкидышей, которым рот заклеивают пластырем. Был сюжет в российских СМИ — я не мог на это смотреть без ужаса. Этого никогда у нас не было. Русский человек всегда подбирал бездомных детей на улице, пригревал сирот, вспомните хотя бы времена Дзержинского. Мы решили в Беларуси проблему бездомных моментально. А вы сотни миллиардов зарабатываете и не делаете этого. Возьмите деньги от роста цен на нефть и газ у Беларуси — и отдайте этим подкидышам. А еще лучше — верните русским семьям ценности жизни, чтобы они не отказывались от детей.

     Я боюсь, чтобы этот всемирный кризис не прихлопнул Россию и нас вместе с ней окончательно. Не думайте, что кризис будет развиваться в пику Америке, что развалится американская империя. Кризис может привести к обострению и оправданию той политики, которая сегодня проводится Западом. Они все делают, чтобы захлопнуть капкан вокруг нас. Турция на юге — член НАТО. Грузия — там уже построены госпитали НАТО, и при каждом аэродроме создаются условия, чтобы принимать американские самолеты. Там будут развертывать все ту же систему ПРО. Пусть пока "против Ирана". Но ведь радары смотрят во все стороны, ракеты поворачиваются в любую сторону. И не обольщайтесь, что там антиамериканские настроения. Настроения — антирусские. Можно было этому противодействовать? Можно. И способы эффективные известны и нам и вашему руководству.

     Может быть, рассуждая столь откровенно, я допускаю, как скажут, "некорректность" по отношению к российскому руководству, но дальше терпеть это бездействие невозможно.

     Средства массовой информации убедили ваше население, что российская власть проводит "верную политику". Но вы держитесь только потому, что у вас немеренно "зеленых", хотя и убегает их из России не меньше. Вы хоть как-то можете выплачивать пенсии и зарплаты. Что значат эти "национальные проекты"? Может, они вам нужны перед выборами как часть предвыборного пиара? Приезжайте к нам и посмотрите, как делаются социальные проекты. У нас нет лишних денег, и мы каждую копейку считаем. У нас это не одномоментные "национальные проекты", а направления наших пятилеток. Уже две пятилетки работаем. Эти проекты в сельском хозяйстве привели к созданию собственных, мирового уровня, сельскохозяйственных машин, а не к удешевлению кредитных ставок для банков. Мы землю сегодня пашем, и не только свою, но и брянскую, псковскую, черниговскую пашню. Сколько у вас незапаханной земли поросло сорняками?

     А.П. Вы деревню у себя сохранили. У нас в России деревня исчезла.

  А.Л. Правильно, сохранили. Более того, мы строим две с половиной тысячи агрогородков. Не строим многоэтажки, а сберегаем уклад, возводим удобные дома по президентской программе. Чтобы человек жил на своей усадьбе, чтобы была земля, двор для скотины, и чтобы обязательно — теплая вода в доме. Чтобы ребеночка можно было искупать. Чтобы доярка пришла с работы и привела себя в порядок, чтобы от нее фермой не пахло, а от мужика после пахоты соляркой не разило. Чтобы крестьяне в чистую постель ложились. Я додавлю этот вопрос, как бы трудно ни было. Если мы ничего больше не сделаем, а только программу возрождения села осуществим, нам народ памятник при жизни поставит.

     Не надо сегодня кричать только о повышении зарплаты врачам, как это делаете вы. Врачам надо дать в руки самое современное оборудование и посмотреть, как они делают операции на сердце, на печени, на мозге, как обращаются с электронным томографом или новейшей системой УЗИ. Мы этим путем пошли, создали кардиологические центры, перенесли американские методики, учились у Лео Бокериа. А теперь платим врачам, как на Западе, когда они делают уникальные операции. Два года — и мы закончим перестройку всех больниц, фельдшерских и акушерских пунктов. Не сокращаем, как ваш Зурабов, а улучшаем.

     А.П. Александр Григорьевич, вы сейчас в своей президентской судьбе переживаете острейший период. Самый грозный, мучительный. Стоите на перепутье. Как быть? Куда идти дальше? На Запад? Но это потребует совсем иной идеологии, иного общения с народом. Это перечеркнет все ваши прежние намерения. Представляю, как вам трудно. Должно быть, и ночами не спите?

     А.Л. К сожалению, Александр Андреевич, угадали. Попали в самую точку. Представьте, что было перед Новым годом и в Новый год, когда все эти ваши чиновники бесились. Срывали достигнутые накануне договоренности, подводили меня к крайним мерам. Я позвонил Путину: "Уйми, пожалуйста, своих чинуш. Я знаю, как ими управляют с Запада в режиме "он-лайн". Каждую минуту звонки с указаниями". Пошла такая эскалация конфликта, что чуть было второй раз не закрыли трубу.

     Только благодаря нашему терпению этого не случилось. Но мы бы выстояли без вашей нефти. Американцы нам тут же предложили нефть. Уже послали танкеры в Прибалтику, были готовы перегружать нефть на наши нефтеперерабатывающие заводы. Именно в этой ситуации я позвонил Путину и сказал: пусть чиновники немедленно выполнят то, о чем мы договорились. Хотя нам эти условия были крайне невыгодны. А если бы я пошел на поводу у Америки, где бы вы были сегодня?

     Признаюсь вам, тяжело. Полтора десятка лет — борьба, борьба, борьба! Не для себя же делаю. С другой стороны, не понимаю, неужели человеку надо так много денег?.. Зачем вашим чиновникам и олигархам эти миллиарды? Ну, сто миллионов добыл — хватит на себя и на два поколения. Зачем миллиарды в карман?..

     А.П. "Русская нефть", как ее называют, — это нефть Абрамовича, Алекперова. Стабфонд, который мы перевели в американскую экономику, — репарации, которые Россия платит Америке.

     А.Л. А если завтра обесценится доллар? Он уже на тридцать процентов сгорел от инфляции. У вас было сто миллиардов, осталось семьдесят. А эти тридцать миллиардов нельзя было в дороги вложить? Сиротам подарить? И нас своей "нефтяной политикой" заставляют выплачивать эти репарации Западу. Как к этому можно относиться?

     А.П. Эмоционально я понимаю, как — трагически. Но в чем стратегия?

     А.Л. У нас была правильно выработана стратегия внешней политики — многовекторность. Мы в центре Европы. Со всеми соседями живем нормально. Я ведь предчувствовал, что когда-нибудь нас "окунут", и строил политику в расчете на это.

     У ваших чиновников разговоры: "Лукашенко никуда не денется. Белорусы никуда не денутся". Нет, денемся. Ведите честную политику в отношении Беларуси, а иначе "денемся". Мы будем теперь использовать любой повод, чтобы наладить отношения с Западом. Почему мы должны собачиться? Вначале мы вам поставляли 85% товаров, а на Запад — в разы меньше. Теперь вам поставляем 36%, а на Запад — 45%. Если нас будут давить по нефти, мы модернизируем наши суперзаводы и добьемся еще более глубокой переработки. Нефть станем перерабатывать еще лучше, хотя и сегодня глубина переработки у нас и так в полтора раза выше, чем на российских НПЗ. Продукты переработки будем продавать на Запад, покрывая дефицит, который вы нам создаете.

     Многими вашими чиновниками управляет зависть. "Как это они там без нефти, без газа выживают? Задавить!" Ваши кланы ненавидят Беларусь. Не хотят, чтобы русские знали правду о Беларуси. Я собрал у себя русских региональных журналистов, рассказал им правду — и мы обошли эту блокаду в ваших центральных СМИ. Посмотрите, какая истерия была в ваших СМИ во время конфликта. Да и теперь она длится. Она могла бы закончиться вторым перекрытием крана, и нас вынудили оказаться на Западе.

     А.П. А ведь там вас ждут. Постельку вам теплую расстелили.

     А.Л. Но ведь я этого не сделал.

     А.П. Значит, есть шансы на примирение?

     А.Л. Всё зависит от руководства России. Но нужно ли им примирение? Нужна ли им Беларусь в составе России? Просто подкидывают всяческую "дохлятину", зная, что я не могу это принять. Провоцируют конфликт. Даже вы, Александр Андреевич, имперский человек, понимаете, что сегодня формы объединения должны быть другие. Сегодня Беларусь фактически в составе России. Здесь русскому человеку подчас лучше, чем в России. Россияне сюда приезжают, как домой. Ведь не просто было после Шушкевича "снять русских людей" с чемоданов, успокоить их. После националистического угара придать русскому языку статус второго государственного, наравне с белорусским. Сколько мы русских людей приютили из Казахстана и других стран СНГ и до сих пор привечаем!

     А.П. Я видел фрагмент вашего выступления по телевидению. Вы сказали, обращаясь к белорусам и русским: "Надо остыть". Мы сейчас "остываем"?

     А.Л. Это был крик души, обращенный к россиянам.

     Мы-то остыли, а вы еще нет. Встреча Путина с Меркель: "Это Лукашенко — враг Европы". В Давосе Чубайс: "Во всем виноват Лукашенко". По-прежнему идет нагнетание. Но вот в чем они просчитались. Лукашенко, мол, человек горячий. "Батька не выдержит и рубанет с плеча". А я "не рубанул". Они-то думали, что я начну сгоряча все крушить, чуть ли не американскую ПРО под Смоленском поставлю. Так не получилось. Я призвал успокоиться. Поэтому нет никакого поворота на Запад.

     Страшно, когда государство делает такие резкие повороты. А что, собственно, произошло: война? Да, произошел конфликт, неприятный конфликт. Мы понимаем, кто виноват. И Президент Путин понимает, кто виноват. Так давайте сделаем выводы, и не надо снова выстраивать эту не самую умную политику. Давайте вернемся к Договору о Союзном Государстве и начнем его выполнять. Откажемся от давления по формуле "российский рубль как единая валюта". Не от общей валюты, а именно от рубля. Белорусская валюта стала укрепляться, народ поверил в нее. Давайте примем Конституцию. Политическая, экономическая, финансовая системы в ней уже прописаны. Вопросы общего ведения. Ведения Беларуси и ведения России. Какая система власти будет в этом государстве. И там, разумеется, будет раздел, посвященный валюте. Зачем выхватывать это из общего контекста и говорить о российском рубле? Чтобы я в Кремль за зарплатой ездил?

     Подписан Договор. Он имеет силу закона. Давайте на его основе проведем референдум, подпишем Конституцию.

     Но теперь нам предлагают такой вариант Конституции, который слабее существующего Договора. Зачем такая ущербная Конституция? Вы что, боитесь, что маленькая Беларусь вас поглотит? Мы "русского медведя" не боимся, а вы нас боитесь?

     А.П. Боюсь, что когда вы согласитесь на эту Конституцию, Кремль и от неё откажется. Все отношения сведутся к поздравительной новогодней открытке.

     А.Л. Вы правильно всё поняли. Они толкают меня на отход от прежней политики. Но я понимаю, что отход от нее — моя политическая смерть.

     Мы поступим спокойно, без истерик. Например, предложим заплатить за землю под газопроводом. Знаете, как строился газопровод "Дружба"? Приехал Рем Вяхирев и сказал: давайте строить газопровод "Ямал — Европа". Шушкевич практически это похоронил. Американцы сказали "нет", и он похоронил. Рем Вяхирев приехал ко мне. Говорит: "Хотим строить газопровод. Помогите нам". Россия тогда была бедная, цена нефти — 8 долларов за баррель. Чем помочь? Сами мы в разрухе полной. Вяхирев говорит: "Нужна документация, привязки". Я отвечаю: "Завтра начинайте строить". — "Так ведь нет же договора, ничего нет!" — "Завтра, — говорю, — стройте. Вот мои гарантии". И начали строить, параллельно сдавая нормативную базу под стройку. Я честно поступил. Вместе мы открывали газопровод. А рядом под вторую трубу, под будущие станции заложили фундаменты, создавали инфраструктуру. Владимир Владимирович Путин, "ранний Путин", тогда говорил: "Помогите построить вторую нитку. Мы будем качать столько газа, что вы за транзит покроете всю свою газовую потребность". Теперь же вы отказались от второй нитки, стали "под Шредера" тянуть трубу по дну Балтийского моря. Зачем? Это неразумный проект. Стройте здесь, хоть бесплатно, только не давите нас. Так эти "горе-проектанты" перечеркнули всё, что для второй нитки было создано на сотни миллионов долларов! Вот вам и "рачительная бухгалтерия"!

     Чудеса в решете! Зачем мы предоставляли льготы, финансировали вашу стройку из своего бюджета? Зачем я всё это делал? Да потому, что думал: мы — свои люди.

     А.П. Я слышал, что к вам приезжал Александр Рар? Говорят, зондировал про "третий срок" Путина?..

     А.Л. Я ответил ему, что Путин мне об этом ничего не говорил. По моему мнению, Владимир Владимирович мог бы пойти на референдум. Добиться у народа права участвовать в выборах наравне с другими кандидатами. Не на "третий срок", а на равноправное участие в выборах. Как это было у меня, когда восемьдесят процентов проголосовало "за". Но Путин мне об этом не говорил. Но если бы он попросил меня высказать мою точку зрения, я посоветовал бы ему поступить, как это было у нас в Беларуси. Верю, что россияне его бы поддержали. Но тут уж его выбор — угодить россиянам или соблюсти лицо перед Западом.

     А.П. Спасибо за откровенный разговор, Александр Григорьевич. Перед отъездом к вам я встретил Николая Бурляева. Он сказал: "Поклонись, обними!" В России у вас огромное количество друзей. Рассчитывайте не на компрадоров, а на русский народ. Мы не флюгера. Нас ковала тысячелетняя история.

     А.Л. Это точно. Не всё определяет нефть. Нефть кончится, а история продолжится. Наше время еще придет, и эта накипь смоется. Мы будем не просто свидетелями, но и участниками нашей новой истории.

 

   

3. Лукашенко «готов терпеть клевету» ради улучшения отношений с ЕС


Источник информации - Телеграф: http://telegraf.by/in_belarus/7258.html (2008-11-28, 08:19)
 

   

Президент Беларуси Александр Лукашенко заявил, что ради улучшения отношений между Беларусью и ЕС «готов терпеть клевету». «Если уж Евросоюз так этого хочет или американцы, и готовы нам навстречу в чем-то пойти, – отменим и статью о клевете на президента», - отметил глава государства в интервью информагентству AFP.

При этом Александр Лукашенко подчеркнул, что «клевета против любого гражданина недопустима».

«У вас во Франции, опять же в России – это подсудное дело. Почему клевета не должна быть наказуема? Почему мы это должны отменять, а вы – не должны?!», - добавил президент.

«Не должно быть двойных стандартов. Не требуйте от нас того, что не делаете вы. Это будет честно и порядочно. Я так полагаю», - отметил глава государства.

 

Лукашенко: я не буду издавать оппозиционные газеты

На вопрос французских журналистов о положении оппозиционных СМИ в Беларуси Александр Лукашенко отметил, что в Беларуси даже чиновники спокойно покупают такие газеты и читают их.

«Вон в Администрации президента есть киоск газетный, можете купить оппозиционную газету, к примеру. Если уж я такой плохой, то в собственном доме, образно говоря, я бы не продавал оппозиционные газеты. Покупают наши чиновники, читают их. Не потому что они верят тому, что написано. Сравнивают: что там написано, что здесь», - сказал он.

«Если кто-то думает, что я буду издавать оппозиционные газеты или дотировать их, – этого не будет. Вы же так не поступаете, вы же не платите не за свои СМИ. Если эта газета содержится на американские или европейские деньги – ну на здоровье, тогда пусть хозяева и платят. Мы тоже глаза на это закрываем... Мы же эти издания не закрываем, не трогаем. Что еще надо?», - добавил он.

«Надо больше свободы средствам массовой информации!» Ну, если надо, скажите, где надо больше сделать», - сказал Президент.

 

4. Так говорит Лукашенко

Источник информации - газета "Завтра", № 24 от 10.06.2009 -  http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/09/812/11.html

    
В начале июня редактор газеты "Завтра" Александр Андреевич Проханов был приглашен Президентом Беларуси Александром Григорьевичем Лукашенко в Минск. Мы предлагаем вниманию наших читателей некоторые высказывания "батьки", сделанные в ходе этой беседы.

     АЛЕКСАНДР АНДРЕЕВИЧ, Я ХОЧУ ПРОКОММЕНТИРОВАТЬ недавний конфликт, когда мы здесь, в Минске, вели с Премьером Путиным переговоры, а в это время ваш министр финансов Кудрин обвинил Беларусь в иждивенчестве, предрек скорый крах белорусской финансовой системы, учил нас финансовой политике. Вот как всё это было. Приезжает Путин, как всегда, на полтора часа опоздал, но мы к этому уже привыкли. Повели разговор, наш Премьер Сидорский, Премьер Путин и я. Был жаркий разговор. Я сказал: "Мне все понятно. Россия блокирует поставку наших товаров, вытесняет нас с российского рынка. Но я, Владимир Владимирович, не понимаю, зачем это. Как мы с вами будем жить после кризиса?". Остались с глазу на глаз. Обсуждаем вопросы, личные, государственные. Осетия, Абхазия и другое. Сидим в кабинете, нам удалось выйти на понимание некоторых вопросов. Вдруг заходит ко мне секретарь из приемной, кладет передо мной папку. Я открываю и читаю это самое заявление Кудрина, которое он только что сделал. Путин спрашивает: "Что-то случилось?" Я говорю: "На, почитай". Раз прочитал, второй. Я отложил папку, и мы расстались. Потом мне наша служба безопасности объяснила, что всё это было спланировано, но грубо, бестактно, чтобы упредить разговор об этих пятистах миллионах долларов, которые вы обещали нам по кредиту и давать передумали. Это было сделано, чтобы посеять панику, чтобы инвесторы стали забирать у нас свои деньги, чтобы вкладчики побежали в банки и стали выхватывать вклады. Так и впрямь могла рухнуть наша финансовая система. Вот эта провокация меня возмутила до глубины души. Казалось бы, совсем недавно Медведев приказал чиновникам прикусить языки, чтобы они неосторожными заявлениями не мутили воду. И вот тебе раз. Кудрин что, приехал к нам, чтобы взорвать ситуацию?

     Благодарю вас за то, что вы приехали в Беларусь. Не стану скрывать, что я был инициатором этой встречи. К этому побудила меня крайне опасная ситуация, сложившаяся в отношениях наших стран. Я очень часто слышу ваши выступления по радио и телевидению, Александр Андреевич, я вам очень благодарен за вашу позицию. По-видимому, в России нет более радикально настроенного человека, чем вы, жаждущего тесных отношений Беларуси и России. Но даже вы не приводите разительных аргументов, которые отрезвили бы русских политиков и дали им понять, что Россия может потерять Беларусь. Конечно, эти аргументы знает руководство России, определенные структуры докладывают российскому руководству истинное положение дел. Но сейчас настало время оповестить об этом широкие слои российской общественности. Мне бы хотелось, чтобы мы поговорили как граждане единого государства, как представители одного народа. Белорусы и россияне — это один народ. Это не значит, что в наших отношениях всё плохо. Очень много хорошего, но сделан мизер по сравнению с тем, что мы должны были сделать, и ничтожно мало по сравнению с тем, что мы бы могли сделать.

     Повторяю, конфликт последних дней, заявления министра финансов Кудрина, граничат с провокацией. Некоторые российские СМИ склонны трактовать эти заявления, как реакцию Москвы на так называемое "восточное партнерство", сближающее Беларусь с Европейским Союзом. Нежелание России предоставить нам кредит в 500 миллионов долларов — это, якобы форма давления в связи с "восточным партнерством". Что можно на это сказать? Это либо больная мнительность, либо умышленное искажение действительности.

     

     МЫ В БЕЛАРУСИ ОЧЕНЬ СЕРЬЕЗНО выстраиваем наши отношения с Россией, на нашем фоне усилия России смотрятся очень блекло. Мы провели всенародный референдум, касавшийся создания Союзного государства. Тогда это было не просто. Тогда еще не угасла в Беларуси националистическая истерия, угар, в котором убеждали народ, что он может существовать отдельно от России. Конечно, в силу моих конституционных полномочий я мог бы подписать все документы о Союзном государстве и без референдума. Но я хотел показать всему миру и России, каково истинное состояние белорусского общества. Я попросил белорусов прийти на референдум, и когда меня спрашивали: "Какова ваша позиция?" — я прямо заявлял: "Россия и Беларусь — это одна страна, русские и белорусы — это единый народ". Помню, когда я был избран Президентом и совсем еще молодым человеком приехал в Москву, Борис Николаевич Ельцин искоса, изучающее смотрел на меня. При первой встрече возникло замешательство, и я, чтобы разрядить обстановку, сказал: "Борис Николаевич, если вы думаете, что я приехал в чужую страну, вы ошибаетесь. Я приехал в мою Россию. Если вы думаете, что я приехал в столицу чужого государства Москву, вы ошибаетесь. Я приехал в мою Москву". Это были мои первые слова, которые я, в должности Президента, произнес, приехав в Москву. С тех пор прошло ровно пятнадцать лет. В моей позиции не изменилось ничего. Я провел референдум, на котором больше двух третей населения высказались за тесные отношения с Россией. Мы подготовили Союзный договор, который Владимир Владимирович Путин подписал, став Президентом России, и обязался его выполнять. В том договоре есть одна статья, согласно которой мы должны приступить к построению Союзного государства, проведя референдумы по этому вопросу в России и Беларуси. Почему до сих пор мы не провели референдумы? Беларусь этого не захотела? Лукашенко противится? Нет, этого не захотела Россия. Почему? Были составлены варианты Конституционного акта, белорусский, российский, они были согласованы. Но потом нам начали намекать, что не будет конституционного акта — не будет и референдума.

     Нам предлагали: "Давайте, вводите российскую валюту". Я возражал: "В договоре четко прописано, что в интервале с пятого до восьмого года роль общей валюты временно будет выполнять российский рубль, но затем, с января восьмого года, у нас должны быть единая валюта и единый эмиссионный центр. Не обязательно в России, и не обязательно российский рубль. Это вопрос дальнейшей проработки и дальнейших переговоров в рамках Конституционного акта, которого, увы, нет и по сей день. Несколько слов к истории вопроса. Ельцин не сразу принял идею Союзного государства. Вначале он возражал, говоря, что такой двусторонний союз разрушит СНГ. Но потом увидел, что СНГ разрушается сам по себе — Украина стала дрейфовать в сторону, Казахстан занял особую позицию, Туркмения вообще имела странный статус. И тогда Ельцин решил: мы построим Союзное государство с Беларусью и покажем всем остальным, как будут развиваться отношения в этом союзном пространстве, все увидят его преимущества и примкнут к нему. Это может быть федерация или конфедерация, но это Союз.

     Ельцин мечтал, что первой к такому Союзу присоединится Украина. Тогда многое говорило о том, что Украина была бы с нами. Но Россия должна была сделать несколько встречных шагов. Нужно было сохранить зону свободной торговли, снять преграды для перемещения товаров, рабочей силы, как это было в советские времена. Должны быть, например, упорядочены железнодорожные тарифы. Ведь сегодня Беларусь, чтобы продать свой трактор в Казахстане, должна заплатить России за провоз этого трактора столько же, сколько потребовалось для его изготовления. Кто будет покупать такой товар? После громадных усилий в отношениях России и Беларуси такие препоны были устранены, и мы стали развивать экономические отношения.

     

     НО ВОТ ТОГДА И НАЧАЛОСЬ: против меня была развернута кампания дискредитации. Меня стали обвинять во всех смертных грехах. Я и коммунист, и диктатор, и реакционер, и человек, который хочет возродить Советский Союз и толкает к этому Ельцина. Со мной связывали возрождение этой огромной империи. Кампания травли началась в Прибалтике и в Польше, их очень пугала такая возможность. Потом к этой травле подключилась и вся остальная Европа, и началось обострение наших отношений с Европой. Хотя с самого начала моего президентства мы провозгласили многовекторность нашей политики. Мы находимся в центре Европы. Здесь, в Беларуси, географический центр Европы. Это наш геополитический ресурс. В России — нефть, газ, пространства, пресная вода, ядерное оружие, а у нас наше местоположение, данное нам Господом Богом. И мы должны его использовать на благо нашему народу. Через нас прокладывали дороги с запада на восток и с севера на юг. Ленинград—Одесса, Берлин—Москва. Трубопровод, воздушный транспорт. Небо над Беларусью забито самолетами. Здесь двигались армии и нашествия, которые грозили России. Шли русский войска на Париж и Берлин. Многовекторность политики — это естественный принцип, и после периода деформации мы начали его восстанавливать. Восстанавливаем с Прибалтикой, через которую к нам идут все поставки из Европы. С Украиной. И это естественно в условиях, когда Россия собирается закрыть свой рынок для белорусских товаров, — молока, сахара, тракторов.

     

     НАМ ГОВОРЯТ: "БЕЛОРУССКАЯ ПРОДУКЦИЯ слишком дешева, вы сбиваете нам цены на внутреннем рынке". Я спросил Путина: "Вы что, перекормили русский народ дешевым белорусским молоком и мясом? Ваши люди, которые считают копейки, они ведь стремятся купить наши дешевые продукты. Делайте свои продукты дешевыми". А нам отвечают: "Нет, дешевых продуктов из Беларуси нам не надо. Вы своим демпингом обвалите наш рынок". Но почему российские сельхозпродукты дороги? Да потому что на них взвинчивают цены ваши посредники, ваши сельскохозяйственные олигархи. Именно им невыгодны дешевые белорусские продукты. Почему российские чиновники не устранят посредников между крестьянским хозяйством и магазином? Да потому что там у вас гуляют большие деньги, и чиновники знают запах этих денег. Почему не вернуться к опыту Советского Союза? Мы тогда своим продовольствием поддерживали Москву и Ленинград, и все западные области России. Нет, не хотят вернуться. Потому что нет откатов. У нас не может быть откатов, у нас государственная форма собственности. А у вас откаты. И цены на продукты запредельные. И завозите половину продовольствия из-за рубежа. Почему же не хотите купить у нас качественное и дешевое? Мы проводим в Москве ярмарки и под них стараемся вывезти огромное количество товаров. Два часа торговли — и москвичи все сметают. Потому что без посредников, дешевое, и высшего качества. Таким образом, из-за постоянных препятствий мы снизили товарооборот с Россией с 85 % до 47 %. Эту разницу мы перебросили в другие страны, не потому что хотели, а потому что Российская Федерация вытеснила нас со своего рынка. Еще один пример. У вас цены на сахар подскочили на 40%. Я за голову взялся. Это же преступление перед собственным народом. Зачем вы закрыли свой рынок для нашего сахара? Вы завозите 7 миллионов тонн, а нам установили квоту на 150 тысяч тонн. Квоту в едином государстве! Кто-то из ваших сахарных олигархов доложил в правительство, что белорусы делают сахар из кубинского тростника, дотируют производство и везут в Россию дешевый тростниковый сахар. Нам закрыли границу, и тысячи вагонов с нашим сахаром стояли на границе. То же с нашими конфетами: арестовывали грузовики, портился наш шоколад, карамели. А мы конфеты вашим детям везли, по заключенным ранее договорам. Наши конфеты дешевле и качественнее ваших, без примесей, без суррогатов. Но просто запретить нельзя, нужен повод. Путин говорит: "Вот вы на Кубе закупаете сахар-сырец, перерабатываете. Нас это не устраивает. Вот если бы это ваш был продукт, другое дело". Тогда я распорядился произвести в Беларуси 4 миллиона тонн сахарной свеклы. Вы знаете, что такое поднять производств с 800 тысяч до четырех миллионов? Это целая революция — севообороты, технологии, уборочная зарубежная техника, обучение специалистов, модернизация заводов. При нашей нищете мы вложили во все это миллиард долларов. Начали поставлять свекловичный сахар в Российскую Федерацию. Через полгода Путин арестовал все вагоны, и сказал, что по составу сахар не подходит. "Ладно, говорю, давайте делать анализ по международным методикам". Проверили, сахар нормальный. Но тысячи вагонов стояли на железнодорожных путях, и из каждого мешка брали пробы. Сколько же на это времени надо? В итоге сказали, что и этот свекловичный сахар не годится. А я ведь свое сельское хозяйство переориентировал. Ко мне пришли крестьяне: что делать? В конце концов, нам в России дали мизерную квоту. А непроданный в России сахар мы реализовали на других рынках. И так по всем позициям, которые жизненно важны для нашей страны.

 
     ВСТАЕТ ВОПРОС, АЛЕКСАНДР АНДРЕЕВИЧ, кому надо такое Союзное государство? Вы сказали: внутри Союзного государства сидит какой-то червь, который съедает саму идею. Что у нас с вами разные элиты — в России олигархическая, во многом, компрадорская, а у нас государственная. Разные типы экономики — у вас опять же олигархически — рыночная, у нас государственная. Психологическая несовместимость лидеров — и это возможно. И еще четвертый фактор. В России существует влиятельная "третья сила", которая сознательно мешает созданию Союзного государства. Она действует в интересах Америки и Запада в целом и постоянно вбивает клинья в экономические, политические и психологические сферы взаимодействия. Так вы сказали, и во многом вы правы, Александр Андреевич. И когда мы шли на заключение Союзного договора, мы понимали, что не все встретят его аплодисментами. Многие лидеры стран СНГ говорили мне в приватном порядке: "Зачем тебе эта Россия? Завтра американцы дадут тебе кредитов столько, сколько дали Польше". Так что идею Союза не воспринимали и при Борисе Николаевиче Ельцине, Царство ему Небесное, и потом. Когда мы подошли к подписанию Союзного договора, Борис Николаевич спросил мнение ближайшего окружения. К нему тогда пришло письмо за подписью Степашина и Путина. Степашин был тогда Премьером, а Путин директором ФСБ. Письмо было на двух страницах, и на второй странице, как сейчас помню, четко написано: Россия самодостаточна, ядерная держава и прочее, и такого Союза нам с Беларусью не надо. И подписи — Степашин, Путин. Я обратил на это внимание Ельцина. "Но ведь мы же с вами решаем", — ответил он, и мы перешагнули через это письмо и подписали Договор. У меня в России много прекрасных друзей, которые любят Беларусь, но они не в силах влиять на ваше руководство. И вы не в силах влиять, Александр Андреевич. Ведь закрыли передачу "К барьеру", на которой вы так яростно защищали наши добрые отношения. И газету "Завтра" могут закрыть, не дай Бог.

 
     НАМ, БЕЛОРУСАМ, ХОТЕЛИ ПОДБРОСИТЬ ВАРИАНТ "свободного рынка". И у нас, когда я стал Президентом, предлагались чубайсовские законы, и я вопил на весь парламент; — нельзя этого допускать. "Мы должны идти китайским путем, выбрать китайский вариант развития". Им и идем. Многое из того, что я изучал в китайском опыте, я привнес в экономику Беларуси. Мне пришлось разворачивать корабль с курса, который хотели задать нам Гайдар, Чубайс и другие. И я их всех пережил. Наша модель соревновалась с вашей моделью, и мы выиграли, когда нефть стоила запредельно, когда газ был золотой, мы выжили и прорвались. Наша модель экономики оказалась сильнее, и это, конечно, ваших всех убило. Теперь психологические моменты. Тогда Березовский вмешивался в наши отношения с Борисом Николаевичем. Ведь это он направил к нам журналиста Шеремета и приказал ему устроить провокацию на границе, — Березовский сам мне в этом признавался: "Мы хотели, чтобы вы его арестовали, чтобы российское общество возмутилось. Мы хотели вас поссорить с российским обществом". Я при Ельцине ездил в российские регионы, чтобы напрямую, через барьеры, которые нам воздвигал ваш центр, завязаться с вашими регионами. Культура, наши концерты, русские люди тысячами сходились посмотреть, поздороваться, выразить солидарность. Мне дали понять, что мои поездки нежелательны для Кремля. "Успокойтесь, если вам не надо, я не стану ездить". Мои встречи с русским народом были истолкованы, как желание Лукашенко схватить шапку Мономаха и усесться в Кремле. После этого меня начали костылять с новой силой.

 
     ТОПТАЛОСЬ САМОЕ СВЯТОЕ. Ведь это вы говорили, Александр Андреевич, что у России западнее Москвы нет ни одного солдата. Но есть солдаты — белорусы. Представляете, если бы мы взяли курс на "европейскую безопасность", на сотрудничество с НАТО. Под Смоленском стояли бы американские ракеты, были развернуты натовские группировки. Но я сказал: "Через Беларусь танки никогда спокойно не ходили к Москве, их били гранатами и пушками белорусы. И когда вы с НАТО стали обниматься при Борисе Николаевиче, чуть ли ни хотели вступить, я сделал резкое антинатовское заявление. Сейчас у нас якобы единая армия, единая группировка. Соглашение подписали на второй срок президентства Путина, втихую, в Заславле, словно стыдясь. Что это за группировка? Это наша белорусская армия, которая получила правовые основы для поддержки ее со стороны Российской Федерации в случае чрезвычайных обстоятельств. Откуда-то, из каких-то российских округов должны будут подтягиваться к нам ваши подразделения. Я предлагаю перевооружить эту группировку, модернизировать ее в соответствии с современным уровнем. Не за ваши деньги, за наши. "Дайте нам по внутрироссийским ценам это оружие". А нам говорят: "Нет, платите, как все, по мировым ценам". Ведь это похоже на то, как если бы нам сказали: "Вы давайте погибайте здесь за Россию, но и автомат купите у нас для этого". Вопрос безопасности — это вопрос жизни России. Все остальное второстепенно. Если Россия не обеспечит свою безопасность, ее не будет.

     
     ПОЭТОМУ, АЛЕКСАНДР АНДРЕЕВИЧ, много причин и политических, и психологических, и социальных, мешающих нашему Союзу. Однако все это подается под соусом того, что, дескать, в Беларуси не хватает демократии, Лукашенко — диктатор, в Беларуси бесследно исчезают люди. Погибли три человека, а СМИ крутят это до сих пор. Лукашенко их убил как противников режима. На самом деле, в двух случаях — это убийства на коммерческой почве, — обещали купить, продать, не сдержали обещание и были убиты, как это водится в полубандитской среде. След убийц недавно обнаружен в Германии. Или Дмитрий Завадский с Первого канала. Какой он мне противник, человек со средним образованием.

     Почему я должен был его уничтожить? Вы хотите знать об этом правду? Была военизированная группа в Беларуси, возглавляемая неким Игнатовичем, очень подготовленные ребята из спецназа СССР. Они поехали в Чечню во время войны и воевали на стороне Москвы. Они лазали по скалам, сидели в засадах, наводили страх на сепаратистов. Это была очень сильная, опорная группа. Повоевали и вернулись домой. Приезжают к ним Шеремет и Завадский снимать сюжет для российского телевидения. В этом сюжете было сказано, что вот эти белорусские граждане воюют на стороне чеченских сепаратистов против федеральных войск. Взяли интервью у этого Игнатовича, а потом сказали, что он воевал против русских. Шеремет выкрутился, а Завадского поймали. Начали с мужских разборок: "Зачем же ты нас оболгал"? И убили Завадского. Игнатович получил пожизненное заключение и находится в нашей колонии. Погиб оператор, а этот провокатор Шеремет сидит в Москве и пишет всякие гадости о Беларуси.

     
     НЕКОТОРЫМ ВАШИМ ПОЛИТИКАМ свойственно вероломство, готовность предать. Я бы вам мог рассказать, как вы кинули пророссийски настроенных грузин во время президентских выборов в Грузии, как меня впутали в это дело, как своими действиями вбивали клинья между народами Грузии, Украины, России. Саакашвили, Ющенко, Лукашенко уйдут, а народы останутся. В вашей же прессе говорилось, что, отталкивая от себя Лукашенко, Россия может получить в Беларуси, после ухода Лукашенко, политиков типа Ющенко и Саакашвили. Надо признаться, "восточное партнерство" весьма беспокоит руководство России. Мы не раз обсуждали эту тему с Дмитрием Анатольевичем Медведевым. Мне кажется, у вас не понимают, что значит "восточное партнерство", считают его антироссийской инициативой Запада. Может быть, там и есть такой замысел. Но я вам докладываю, сегодня мы торгует с Европейским Союзом, и наш товарооборот равен 47%, и торговый баланс с плюсом в нашу пользу. С Россией минус, потому что вы выталкиваете нас со своего рынка, а с Европой — плюс. Вы хотите сказать, что я должен пренебречь этой половиной товарооборота? "Восточное партнерство" сулит в перспективе "зону свободной торговли", для нас это гигантская выгода. Далее — это насущные для нас инфраструктурные проекты, модернизация железных дорог, строительство инновационных объектов, преференции, ресурсы Всемирного Банка, Банка реконструкции и развития, Международного валютного фонда. Мы получаем возможность заимствовать в банках, в которых и вы заимствуете. И мы уже получили кредит от МВФ, который в несколько раз выгодней, чем кредит от нашей братской России. Вы же пообещали нам 2 миллиарда долларов для стабилизации нашей валюты. Дали сначала миллиард, со скрипом, словно мы нищие, вымаливаем. Медведев говорит: и дальше поможем. Путин говорит — нет, тяжело. Ходили, вымаливали, ну дали еще 500 миллионов. Сейчас остальные 500 не даете. А мы же их внесли в бюджет, мы надеялись на них. "Нет, не дадим". Ну, поехали к китайцам. Они дают 3 миллиарда долларов. Но возвращаюсь к "восточному партнерству". Здесь, у меня был Солана, мы обсуждали эти темы, и я спросил его: "Вы что, хотите заменить нам Россию?" Он ответил: "Нет". "И правильно, мы с Россией один народ, мы думаем, как русские, мы живем, как они. У нас одни ценности. Мы православные люди. История у нас одна". Солана понял меня, извинился за некоторые вещи, и вот уже почти год, как состоялся наш разговор, он не обманул меня, не допускает некорректных трактовок. Хотя они взаимодействуют с нашими оппозиционерами, помогают им, хотят привести их к власти после меня, а мы с этим цивилизованно боремся. Мы же не можем допустить, чтобы у нас грохнулось все, как в России. Мы живем в клещах: демократы на Западе, демократы в России — это конец белорусам.

     
     ВОТ ВЫ, АЛЕКСАНДР АНДРЕЕВИЧ, говорили о принципах, на которых должна существовать власть. Вы сказали, что Президент или губернатор, или любой руководитель должны руководствоваться принципом: "Любить народ, бояться Бога". То есть чувствовать свою кровную, неразрывную связь со своим народом и в деяниях сверять свои поступки с божественными заповедями, чтобы не нарушить высшие, небесные законы. Не унизить, не навредить, не обокрасть, не подавить. Здесь, в Минске, два наших Премьера вели переговоры, а я, Президент, просто сидел и присутствовал. Наш Премьер говорит Путину: "Зачем вы вытесняете наши товары с российского рынка?" Путин отвечает: "Это неправда". Тогда наш говорит: "Вот здесь приводятся ваши слова, обращенные к вашим губернаторам: "Если станете покупать белорусское, оторву голову". Конечно, ваш губернатор боится. Он теперь не избираем, а назначаем, он и трясется. Появились два ваших документа, согласно которым губерниям, желающим купить нашу продукцию, банки не дадут кредита. Вот вам иллюстрация к формуле власти, о которой вы говорите. Вы можете судить, кто ведет наши отношения в тупик. Не мы. Видит Бог, что я не вру. Пусть Бог меня накажет, если я согрешил в правде. И еще о "восточном партнерстве". Разве плохо, если в западном стане окажется ваш союзник, ваш человек?

     Вот ваши руководители говорят, что Беларусь должна войти в состав России, потеряв свой суверенитет. Но разве мы, политики, не должны просчитать все последствия этого?

     Допустим, я принимаю такое решение. Что завтра? Уже сейчас, после конфликта на Кавказе, Россию "бомбят" за имперские тенденции, за применение силы, за насильственное присоединение. Разве в нашем случае критика не усилится? Президент России со мной соглашается: "Ты прав". С другой стороны, у нас в Беларуси наши отморозки, — пусть их немного, 2-3%, но они самые активные, самые отмороженные. Пусть их будет 10 тысяч. Они готовы развернуть "национально-освободительную" войну. Им нужен повод. Вы думаете, им нечем воевать? Им завтра же привезут оружие, из Украины, из Прибалтики, из Польши. Начнутся взрывы, они дестабилизируют обстановку, и многие в обществе подумают: они борются за независимость, за свободу. Вы хотите создать здесь еще одну Чечню? Я не хочу. Это конец Лукашенко и всему тому, что он здесь сделал. Встает вопрос, Александр Андреевич, зачем такие грубые методы? Вот вы сторонник империи. Ну, так империю можно строить на новых основаниях. Возьмите наш Союзный договор — это и есть принципы империи нового типа. Путин мне возражает: "Вы знаете, что у нас будет в России? Татарстан, Башкортостан?" Я ему говорю: "Ты мне не задавай таких вопросов. Я буду разбираться у себя в Беларуси, а ты, пожалуйста, разберись у себя в России. Я даже готов работать вместе с тобой в России, чтобы не было этих центробежных сил". В итоге Россия предложила проект Конституции в десять раз слабее Союзного договора. Совсем недавно, когда Президентом стал Медведев, я говорю: "Слушай, Дмитрий Анатольевич, ты новый Президент, давай какой-нибудь свежий импульс дадим нашим отношениям. Пусть люди увидят прогресс. Ведь надо же в свою копилку что-то откладывать, закреплять себя в истории. Давай на высшем Госсовете проведем ревизию наших отношений. Пусть российский Премьер доложит нам, что получилось, что не получилось". Тот ответил: "Давайте". Я ему присылаю повестку дня. Блок экономических вопросов, блок социальных вопросов, оборона и внешняя политика. Я передал российской стороне эту повестку. Но мне отвечают: "И не думайте. Не будет наш Премьер отчитываться". Так всё и кончилось ничем.

     Я всегда говорил, Александр Андреевич, что при мне Беларусь не войдет в состав России на правах региона. Помните, когда Болгария просилась в состав Советского Союза? Брежнев сказал: "Зачем? Нам нужен лишний голос в ООН". Болгария и так была одной из республик Союза, так были выстроены отношения. Американцы финансируют Израиль, выдавая столько кредитов, сколько те могут переварить, а потом их списывают. И полностью содержат оборону Израиля. Давайте не буквально, но концептуально воспользуемся их опытом. Ведь мы же для вас больше, чем Израиль для Америки. Мы — часть вашей обороны, часть вашей безопасности. Вы, Александр Андреевич, недавно говорили, что России нельзя сокращать свои ядерные силы. Вы обвиняли либералов в подыгрывании Америке. Вы имеете право так говорить, кто-то ведь должен это сказать. Но Беларусь в обороне России играет не меньшую роль. Это коридор в натовскую Европу. Это балкон в пространство НАТО. Операция "Багратион" начиналась с этого выступа. И теперь он столь же важен в стратегическом отношении. Мы содержим здесь группировку, разведку, ПВО, систему слежения, заслоняя вас. Вы считаете, что мы должны делать это бесплатно? Или мой визит к Папе Римскому. Некоторые ваши СМИ подняли шумиху — Лукашенко предал православие, поехал целовать папскую туфлю, чуть ли не новую унию заключать. В чем дело? Ваш нынешний Премьер, бывший Президент, встречался с Папой Войтылой и с сегодняшним Папой Бенедиктом. Он ведь не предал православие. Просто ваши СМИ нашли еще один повод уколоть Лукашенко. Я сказал Папе: "Ваше Святейшество, я был бы счастлив, если бы состоялась ваша встреча со Святейшим Патриархом Кириллом, и эта встреча прошла на нашей белорусской земле". Он ответил: "Господь поможет нам в этом". Я считаю, было бы великим счастьем, если бы две наши конфессии нашли взаимопонимание.

     Еще один вопрос, который недобросовестно эксплуатируют некоторые российские СМИ, — признание Абхазии и Южной Осетии. Руководители этих государств, в отличие от российских СМИ, относятся к этой проблеме очень спокойно. Признает Беларусь — хорошо. Не признает — тоже ничего ужасного. Я обменивался с российскими руководителями мнением по этой проблеме. Я считаю, что для России — это второстепенный вопрос. Признаем сегодня, завтра, послезавтра — это не существенно по сравнению с тем, что происходит вокруг. Понимаю, России было бы не лишним признание этих республик Беларусью, хотя у нас есть своя давнишняя история отношений с ними, прежде всего с Абхазией. На недавней встрече руководителей СНГ все отказались признать эти республики, а я сказал: "Друзья, зачем вы так неискренни, ищете какие-то надуманные мотивации. Скажите прямо — не хотим, боимся. Но ведь мы же должны поддержать нашего союзника Россию, почему мы не решаемся это сделать?" Спросите у Медведева, он подтвердит мои слова. Я объяснился с российским руководством, и у него ко мне нет никаких претензий. Но всё равно СМИ не перестают муссировать эту тему, причем те СМИ, которые совсем недавно осуждали Россию за признание. Теперь же они лицемерно осуждают Беларусь за непризнание. В том числе освещая недавний визит в Минск Путина и Кудрина. Дескать, признает Беларусь Абхазию и Южную Осетию — тогда получит эти злополучные 500 миллионов. Это возмутительная позиция. Мы своей политикой не торгуем. Мы встречались с Багапшем, встречались с Кокойты. Они понимают нашу позицию, знают, как мы будем поступать. Мы свято придерживаемся того, что мы им пообещали. Кстати, в свое время только благодаря мне Абхазию не блокировали. В СНГ, при Шеварднадзе, было принято решение блокировать Абхазию. Я сказал, что не подпишу этот документ. Если мы блокируем Абхазию со стороны Сочи, там погибнет 300 тысяч человек. С тех пор я в Абхазии национальный герой.

     
     ВЫ СПРАШИВАЛИ МЕНЯ, Александр Андреевич, как борются с коррупцией в Беларуси. Вы сказали, что в России борьба идет так, что с каждым новым этапом этой борьбы коррупции становится больше. Вы просили совета, как бороться с этой заразой. Я вам отвечу просто и несколько грубо. Надо посадить всех тех, кто этого заслуживает, не рядом с собой за стол, а куда подальше. И как только этот сигнал пойдет в общество — в Администрацию Президента, в Правительство, в МВД, в ФСБ, в Министерство обороны, коррупция резко уменьшится. Никому не давать спуску. У нас недавно был случай. Мне доложили, что на водохранилище, откуда берется питьевая вода для Минска, лакомое место, в советские времена там строили пионерлагеря, санатории, — так вот, в этом месте снесли лагерь, и милицейские чины, десять человек, выстроили для себя особняки. Я их призвал и спрашиваю: "Кто вам отвел землю?" Отвечают: "Тот-то и тот-то". Моментально этих "землеотводчиков" снимают с работы, и возбуждается уголовное дело. Дальше спрашиваю: "Вы, ребята, где деньги взяли на эти дворцы?" Ответа нет. Принимается мгновенно решение. Их — с работы, особняки — государству. Сейчас их достраивают и там разместят интернаты для детей-сирот. Если бы, как вы недавно говорили на "Эхе Москвы", посадить всю Рублевку, коррупция бы мигом исчезла. А остальные понесли бы все обратно сами. Я недавно выделил на окраине Минска по десять-двенадцать соток членам правительства — пусть строят себе дома. Но сначала покажите, откуда у вас деньги. Желательно, это должны быть кредиты под солидный процент. У нас председатель КГБ недавно слетел с должности. Он наличными платил строителям своего дома, прямо из пачки. Приглашаю: "Где взял деньги?" "Мне в России дали взаймы". "Скажи адрес". Проверили, адреса нет. Вот и всё, прогнали. Поэтому борьбу с коррупцией надо начинать с себя.

 
     ВОТ ВЫ, АЛЕКСАНДР АНДРЕЕВИЧ, задали мне философский вопрос, что такое власть, в чем ее природа. Является ли она следствием легитимных выборов. Или она — результат обожания народа, который видит в вас заступника, отца родного. Или власть — это политические технологии, с помощью которых можно обыграть народ, заманить его к урнам, манипулировать им до бесконечности. Или власть — это насилие, когда ты сначала увлек за собой народ, а потом силой принуждаешь его повиноваться. Или власть — это нечто, что связывает тебя с небом, с глубинной народной традицией, с историей, с промыслом Божьим. Это очень большой вопрос, и на него придется отвечать долго, сложно. По-видимому, в категории власти присутствует все, о чем вы сказали, все абсолютно. Вы, видимо, долго думали над этой проблемой, даже субординировали так, как надо. Что для меня главное в этой власти? Вы же понимаете, что я тоже человек, у меня есть дети, особенно младший Николенька, в котором я души не чаю. Ему сегодня пять лет, а мне уже пятьдесят пять. Родились мы с ним в один день, 31 августа. Я переживаю за своих детей. Не дай Бог, что-нибудь случится со мной. Они живут в казенных домах в резиденции Президента, они будут выброшены на улицу, у них даже квартир нет. У них нет накоплений, чтобы эти квартиры как-то построить. Я с ужасом представляю, что они все соберутся там, откуда я когда-то уезжал, там для них места даже не хватит. И дети спрашивают меня: "Что нам делать? Хоть бы какой-нибудь угол был". Я им отвечаю: "Потерпите. Будем надеяться, что меня сию минуту не выкинут. А когда окончу свое президентство, где-то поселюсь, и вам там место найдется. Заработаем деньги. А сейчас не могу заниматься вашим жилищным вопросом — общественное мнение, люди". А кто меня избрал? Меня избрали простые люди. Не элита, не партия — простой народ. У меня команда была всего человек десять. Из них — два провокатора, которые информировали команду моего соперника Кебича о моих намерениях. Были времена, когда я собирался в город на встречу с людьми, и не было бензина машину заправить. Частник какой-нибудь везет. Когда меня обстреляли, я испугался не за себя, а за тех, кто меня сопровождал. У них тоже семьи, тоже судьба — а вдруг проиграем? Ведь нас блокировали, никуда не пускали, ни на радио, ни на телевидение. Одна бумажечка на столбе. Сначала соперники относились ко мне несерьезно — разве сравнишь с Шушкевичем, с Кебичем, с Позняком, матерыми политиками. Но когда они учуяли, что народ пошел валом за мной, тогда началось неимоверное давление. Сначала у них был план: обстрелять мою машину и машину Кебича. Меня убить, а Кебича только травмировать. Пусть люди думают, что это работа националистов. Тогда националисты дискредитированы, я убит, и выигрывает Кебич. Но он, к его чести, не утвердил этот план. Решили просто меня припугнуть. Те, кто меня обстрелял, теперь в Москве скрываются. Это, кстати, произошло на границе с Россией, где в это время были полный хаос и беспредел. Дескать, из России приехали, сделали свое дело и обратно, в Россию. Когда я стал Президентом, я приказал перестать разбираться, кто кого хотел пугнуть. Я ведь знал, на что я шел. До сих пор где-то уголовное дело валяется. Но тогда, когда на столбе появлялась бумажка, объявлявшая мой предвыборный митинг, люди шли валом, ловили каждое мое слово. Я был немногословен, ничего не обещал, говорил, что первый год будет трудно. Пустые полки, все сметено, казна пустая. В Национальном банке мешки пустые. Жуть что было. Те, кто со мной пришел к победе, испугались и убежали, всего трое осталось. Хлеба не было, на пороге голод. Но я стабилизировал страну. Мои противники устраивали забастовки в Парламенте, лежали на трибунах, не давали работать, я их ночью вывозил к женам. Нельзя было применять насилие, особенно после ельцинской стрельбы по "Белому дому". А враги толкали меня к этой стрельбе. Ночью, перед референдумом, который продлевал мои полномочия, противники собрались в Конституционном суде принимать против меня решение. Мои сторонники с оружием приходят ко мне: "Александр Григорьевич, решайтесь, надо это осиное гнездо разогнать. Если они примут решение в Конституционном суде, неизвестно, пойдут ли за вами силовики". Я говорю: "Нет, они не примут это решение. А если мы пойдем с оружием их разгонять, это будет повод нас упрекнуть. Будем надеяться, что все обойдется". Утром референдум, мы сидим ночью в моем кабинете, друзья с пистолетами, и ждем. Я до сих пор над ними посмеиваюсь, над их пистолетами. Референдум прошел, Конституцию приняли, надо в Парламенте ратифицировать. Противники говорят: "Не будем ратифицировать". Я им в ответ: "Если станете саботировать, ни одного из вас не останется в Парламенте". Мои сторонники покинули здание Парламента, перешли в другое помещение, там ратифицировали Конституцию. Все прошло мирно. Понимаете, сколько было таких моментов, на грани катастрофы? И все это — содержание власти, ее живое наполнение. И тогда, будучи атеистом, я начал веровать в Бога. Я ведь в советское время читал лекции по атеизму, и поэтому сталкивался со многими священниками. Они меня поразили, они верили, рисковали, не отрекались от веры, знали, за что боролись. И когда я пришел во власть и столкнулся с катастрофическими явлениями, в которых уцелел, я подумал, что, наверное, здесь не обошлось без вмешательства высшей силы. Почему я, а не кто-то другой? Белорусы — образованнейший народ, и выбирают меня, почти мальчишку. Помню, были дебаты по телевизору с премьер-министром. Я своими руками написал программу, несколько тезисов: отвести народ от пропасти, союз с Россией. И в конце дебатов обратился к людям: "Не прошу вас за меня голосовать. Об одном прошу. Сегодня решается судьба нашей земли. Придите на выборы. Скажите слово". Потом мне докладывали, что люди, годами лежавшие на своих одрах, немощные, парализованные, просили своих детей: "Деточка, приезжай, отведи меня голосовать". "Да за тебя, батька, мамка, и так проголосуют". "Нет, хочу проголосовать за Лукашенко". И вот они больные, с этими палками, клюшками, шли за меня голосовать. Как в священном писании: "Встань и иди". И я не могу обмануть этих людей. Вот это главное содержание власти, как я ее понимаю. Я счастливый человек. Мне выпало счастье жить в это драматическое время. За эти пятнадцать лет я прожил жизнь девяностолетнего человека, вкусил весь жизненный опыт сполна. Уходя, я смогу сказать, что я кое-что сделал для моей страны, для моего народа. Для себя лично я ничего не приобрел, не было у меня наслаждений. Я поставил себе высшую цель, дал обет и его исполняю. Всё что угодно можно обо мне говорить, но никто не скажет, что Лукашенко предатель

 

5. Лукашенко: в Беларуси не меньше демократии и свободы, чем в США

Источник информации - http://www.belta.by/ru/all_news/president/Lukashenko-v-Belarusi-ne-menshe-demokratii-i-svobody-chem-v-SShA_i_544976.html  (Март 2011)

 

Интервью Лукашенко американской газете "Вашингтон пост"

Лукашенко: я не собираюсь играть в политические игры ни с американцами, ни с европейцами.

Лукашенко считает сохранение базы Гуантанамо и травлю Ассанжа признаками недемократичности в политике США

Лукашенко: в Беларуси нет проблем с регистрацией общественных организаций

5 марта, Минск /Корр. БЕЛТА/. В Беларуси не меньше демократии и свободы, чем в США. Об этом в интервью американской газете "Вашингтон пост" заявил Президент Беларуси Александр Лукашенко, сообщает корреспондент БЕЛТА.

"В Беларуси ни в коей мере не меньше демократии и свободы, чем в США", - сказал глава государства.

"Я вам скажу по-американски, как в Соединенных Штатах Америки, что, если бы любой гражданин США совершил преступление, а рядом с ним был экс-кандидат в Президенты, они бы отвечали на равных: и экс-кандидат, и гражданин, - отметил Александр Лукашенко. - Почему вы выделяете четверых или семерых, как вы сказали, бывших экс-кандидатов, деяния которых должны рассматриваться за рамками уголовного или других законов Беларуси? Закон для всех един - что для гражданина рядового, что для бывшего экс-кандидата, который, кстати, в Беларуси по закону приравнивается к любому гражданину Беларуси".

Обращаясь к старшему редактору издания Элизабет Грэхем Веймаут, белорусский лидер поинтересовался тем, как бы поступил американский Президент и службы безопасности, если бы недовольное меньшинство, которых было около трех тысяч, прорвалось к Белому дому и начало его громить, пытаясь захватить. "Если бы они действительно пытались силой прорваться в Белый дом, если бы они били окна и наносили повреждения правительственным зданиям, то власти бы предотвратили такие события, люди были бы задержаны", - признала она.

"Скажите мне, пожалуйста, уважаемая представитель демократии, зачем вы (США. - Прим. БЕЛТА) разрушили Ирак? Это международное преступление. Почему вы за это не отвечаете? О какой после этого можно говорить демократии, если убиты тысячи не только иракских граждан и других, но погибли тысячи американцев. А у них дети, семьи… А что творится сейчас в Ираке, в Афганистане, где главную скрипку играет "демократическая" страна? А как вы отреагировали на то, что вашу коллегу журналистку изнасиловали прямо на площади в Каире? - задал риторические вопросы Александр Лукашенко.

"Почему вы не заняли жесткую позицию? Вы боитесь, потому что вы видите там свои интересы. И вам надо устанавливать отношения с теми, кто сегодня в Египте и в других арабских странах после революции придет к власти. И глубоко наплевать на то, что там изнасиловали вашу коллегу - гражданку США, - констатировал глава белорусского государства. - Вот ваша демократия и правда... А если бы это случилось в Беларуси, вы бы уже нас размазали по всей планете. Может быть, и войска бы ввели или крылатые ракеты сюда послали для того, чтобы демократию какую-то навязать".

"Вот, Элизабет, американская демократия - двуликая, может, трехликая", - заметил белорусский лидер.

Как отметил Александр Лукашенко, избирательное законодательство Беларуси не чуть не хуже, чем, например, в России, Казахстане, Азербайджане, с которыми Запад и США в том числе очень активно сотрудничают. "А что касается подсчета и голосования. Вы знаете, дай Бог, чтобы в Америке были такие условия (как в Беларуси. - Прим. БЕЛТА). У нас по почте никто не голосует, а приходит лично на участок и голосует. А у вас можно и по почте. А наблюдателей вы вообще на участки не пускаете. А если пустите, то они могут только постоять в пороге и быстренько убраться оттуда. И мы вас в этом не упрекаем. Если вам так удобнее, пожалуйста, живите, - отметил глава государства. - И мы не кричим гвалтом о том, что это нам не нравится. А вы вместо того, чтобы заниматься своими проблемами, - где-то дверь в мире скрипнула не так, вы начинаете поднимать шум. Зачем?".

Президент также ответил на вопрос, бывал ли он в США: "Конечно. Очень много раз был, наверное, раз пять. В основном на международных конференциях. А однажды я прилетел в вашу страну и побывал в разных точках с востока на запад. А потом вы решили, что это вредно для США, и закрыли мне въезд в Соединенные Штаты Америки".

"Элизабет, но я - не враг США. И к Аль-Каиде не принадлежу. Что это за демократия такая, что вы выстраиваете железные занавесы?!" - отметил белорусский лидер.

"Я не отгораживаюсь от американских журналистов, как это вы сделали, запретив въезд нашим журналистам в Америку. Зачем вы запретили въезд нашим журналистам в Америку? За то, что они имеют свою точку зрения?" - продолжил Президент.

"Я не знала, не думала об этом", - ответила Элизабет Веймаут.

"Вот видите… А вы нас упрекаете в недемократичности. Ну а зачем вы моих детей наказали? Ну, меня накажите, а причем здесь дети? Зачем вы десяткам невинным, непричастным ни к выборам, ни к 19 декабря, невинным людям закрыли въезд? Зачем? Не знаете... А у нас есть такие вопросы к правительству Америки. И еще много-много вопросов".

Лукашенко: я не собираюсь играть в политические игры ни с американцами, ни с европейцами

"Ни с американцами, ни с европейцами я не собираюсь играть в какие-либо политические игры. Потому что ваши политики и западники оказались слишком непорядочными. Все, что они обещали, - они обманули нас! Если вы хотите с нами сотрудничать на нормальных принципах - мы готовы сотрудничать. Не хотите - обойдемся без вас", - заявил Президент Беларуси.читать далее.


Лукашенко в интервью "Вашингтон пост" посоветовал не демонизировать Путина

"Это человек очень обязательный. И если он пообещает, он сделает. Поэтому вы пытайтесь с ним договориться. Пытайтесь, если хотите, у него выбить это обещание. Если он скажет "да, я это сделаю", он обязательно сделает, в отличие от Америки или Европы", - отметил глава государства.читать далее.


Лукашенко считает сохранение базы Гуантанамо и травлю Ассанжа признаками недемократичности в политике США

Отвечая на вопрос, считает ли он, что США должны закрыть базу Гуантанамо, Президент Беларуси сказал: "Немедленно надо закрыть! Потому что это, как вы сказали в мой адрес, плохой сигнал международному сообществу".


Лукашенко: в Беларуси нет проблем с регистрацией общественных организаций

"Пусть соблюдают законы при регистрации. И любая партия, любая организация будет зарегистрирована, как 2,5 тысячи, которые у нас сегодня действуют, общественные организации и так далее", - добавил президент.


Президент Беларуси не считает для себя возможным вмешиваться в дела правосудия

"Сейчас все те, где доказано, что они ломали и били государственное учреждение, их дела находятся в суде. И только суд имеет право рассмотреть эти дела. Так же, как и в США", - сказал Александр Лукашенко.


Оппозиция на выборах не предложила белорусскому народу ничего конструктивного - Лукашенко

"Никто под сомнение выборы не поставил. Потому что все кандидаты в президенты имели возможность выступать в белорусских средствах массовой информации. При этом учтите, что они полностью заполонили эфир через российские СМИ", - сказал глава государства.


Беларусь хотела бы иметь добрые отношения с США - Лукашенко

Президент также попросил не демонизировать ни его, ни Беларусь: "Мы вполне нормальные люди. Нисколько не хуже, чем американцы. И ситуация в нашей стране, и жизнь в нашей стране абсолютно спокойные, где каждый человек может молиться своему Богу, реализовывать свои национальные и политические интересы, свободно строить свою жизнь". "Мы стабильная и спокойная страна. И это люди ценят", - подчеркнул он.

 

 

Ещё статьи:
Комментарии:
Нет комментариев

Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна