Get Adobe Flash player
Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

Мифы об атомной энергии. Сборник статей. 1. Бруно Комби: "Атомная энергия более чистая, чем вы думаете" и другие статьи. 2. Василий Пятигоров. Самым сложным для российских ученых оказалось донести до простого обывателя данные о реальных последствиях чернобыльской аварии. 3. Отклики на статью А. В. Яблокова “Ядерная мифология конца XX века”. 4. Ярослав Ястребов. Кто такие друзья природы и как они воюют против здравого смысла.

23.01.2010 11:50      Просмотров: 5438      Комментариев: 0      Категория: Опровержение экологических мифов

Мифы об атомной энергии

Сборник статей



 1. Бруно Комби:  "Атомная энергия более чистая, чем вы думаете" и другие статьи.
 2. Василий Пятигоров.  Самым сложным для российских ученых оказалось донести до простого обывателя данные о реальных последствиях чернобыльской аварии.
3. Отклики на статью А. В. Яблокова “Ядерная мифология конца XX века”.
4. Ярослав Ястребов. Кто такие друзья природы и как они воюют против здравого смысла. 

 

 

 



Бруно Комби

АТОМНАЯ ЭНЕРГИЯ:

БОЛЕЕ ЧИСТАЯ, ЧЕМ ВЫ ДУМАЕТЕ

URL:    http://www.atomenergoprom.ru/u/file/prilozhenija/chapter_1__bruno_comby.pdf

 

   Бруно Комби — всемирно известный пионер в деле защиты окружающей среды – является автором десяти бестселлеров о естественном здоровом образе жизни и экологии. Также он является основателем и президентом международной ассоциации «Защитники природы за ядерную энергию» (EFN), которая объединяет около 9000 членов и поддерживается в 60 странах: http://news.vtomske.ru/news/14362.html


    Излучения естественны. Радиоактивность – повсюду в природе: в почве, в морской воде, в атмосфере, в нашей пище, в космосе. Многие имеют стереотипное представление об атомной энергии, связывая ее с работой промышленности, которая якобы производит огромные количества высокорадиоактивных отходов, сбрасываемых в окружающую среду. Вид атомной электростанции с огромными бетонными башнями, над которыми поднимаются в небо белые облака (это устройства охлаждения, называемые градирнями), порождает чувство безумного страха перед огромной силой, которая заключена в них: а что, если это все взорвется ?

   Люди часто беспокоятся, что облака над башнями содержат ядовитые химикаты или даже радиоактивные вещества. Однако это совсем не так. Облако над градирней  –  не более чем скопление мельчайших капель воды, влажный воздух, и это облако, точно такое же, как и все другие облака в небе. Задача градирен состоит в том, чтобы рассеять часть произведенного энергоблоком тепла, которая не может быть преобразована в электричество.

Подогретая вода от теплообменников не радиоактивна, она никогда не соприкасалась с ядерным топливом. Эта вода проходит через градирни и остывает при контакте с атмосферным воздухом. Часть воды испаряется, образуя теплый влажный воздушный поток, который медленно поднимается и выходит из верхней части сооружения. Этот поток охлаждается, попадая в среду более холодного наружного воздуха, водяной пар конденсируется, превращаясь в характерное большое белое облако. Оно подобно облаку пара над кипящим чайником. Такой способ рассеивания избыточного тепла в атмосферный воздух используется при недостатке охлаждающей воды реки или озера. В результате его использования не происходит перегрева воды в водоемах9.

Мы все еще живем в обществе крайнего дуализма, вещи делятся в умах людей на «плохие» и «хорошие», окрашены исключительно в черный или белый цвет. Любопытно, что и в телевизионных выпусках новостей прослеживается устойчивая тенденция подчеркивать негативную сторону вещей. Мы бы выиграли, став чуть менее дуалистами и каждый раз тщательно взвешивая все «за» и «против» того, что делаем. Если рассматривать предметы под таким углом зрения, то хорошо спроектированные атомные электростанции имеют огромные преимущества и минимум недостатков.

10Согласно законам термодинамики, невозможно полностью преобразовать тепловую энергию в электрическую. В тепловой энергетике всегда имеется остаток энергии, который не может быть использован для выработки электричества. Эта часть тепловой энергии в конечном итоге рассеивается в окружающей среде, незначительно нагревая акваторию водоема или атмосферу вокруг электростанции. Конечно, было бы желательно в будущем использовать и это тепло (комбинированная выработка тепловой и электрической энергии). Примером может быть атомная электростанция «Темелин» в республике Чехия, где избытки тепла направляются на обогрев жилых домов.

   Для атомных электростанций, расположенных на берегу моря, доступны большие массы охлаждающей воды, и поэтому в градирнях нет нужды. Атмосфера вокруг градирен нагревается очень незначительно. В экологически чистом облаке, поднимающемся над градирнями, можно дышать без какой-либо опасности, что конечно невозможно в облаках дыма, испускаемого трубами обычных станций, на которых сжигается каменный уголь или жидкое топливо.

   Во время экскурсий на атомные электростанции можно посетить внутренние части этих башен охлаждения. Градирни типичны не только для АЭС, их можно увидеть и на некоторых электростанциях, работающих на каменном угле или на жидком топливе. Они позволяют функционировать электростанциям любого типа, когда рядом нет крупного водоема для отвода остатков тепла.
   Состав автомобильных выхлопов, дыма промышленных предприятий и обычных теплоэлектростанций, где сгорает мазут, каменный уголь или природный газ, совершенно другой. В этих выбросах содержится много ядовитых веществ, которые никак нельзя считать полезными для окружающей среды. Это углекислый газ, который вносит вклад в парниковый эффект и глобальное потепление, оксид углерода (токсичный и даже смертельный газ), диоксид серы (главная причина кислотных дождей) и оксиды азота, которые раздражают легкие.

   Рассмотрим подробнее эффекты воздействия этих веществ. Диоксид углерода   (оксид углерода (IV),  углекислый газ)  CO2 существует в природе. Сам по себе он не ядовит и играет важную роль в пищевом цикле – во взаимодействии растений и животных. Рост растений происходит за счет фотосинтеза, в процессе которого поглощается CO2 и энергия солнечного света. При фотосинтезе вырабатываются необходимые растениям углеводы и одновременно освобождается кислород. Животные питаются растениями, и в процессе обмена веществ углеводы связываются с кислородом. Его животные вдыхают с воздухом, а при выдохе избавляются от CO2. Однако избыток углекислого газа в воздухе может иметь и нежелательные последствия. Электростанция, сжигающая нефть или каменный уголь, производит большие количества CO2, потребляя при этом огромные количества атмосферного кислорода, поскольку основная реакция сгорания есть C + O2 = CO2, в которой углерод (C) используется из топлива, а кислород (O2) забирается из атмосферы.

В областях с высокоразвитой промышленностью атмосферный уровень (концентрация – А.К.)  CO2 несколько увеличивается, в то время как уровень атмосферного кислорода может немного уменьшаться. Непрерывно работающая электростанция на жидком топливе мощностью 1000 МВт (эл.) потребляет в год 2,4 миллиарда кубических метров кислорода и выбрасывает в атмосферу 2,4 миллиарда кубических метров (2,4 кубических километра) углекислого газа.

   Потребление кислорода и производство углекислого газа в промышленно развитых странах, связанное с отоплением, транспортом, электроэнергетикой и производством потребительских товаров, в сотни раз больше, чем естественное потребление кислорода и выделение углекислого газа при дыхании жителей и животных этих стран.

   CO2, выпущенный в атмосферу нашим индустриальным обществом, рассматривается большинством специалистов как газ, вносящий главный вклад в парниковый эффект и потепление планеты.   Атмосферный уровень (концентрация) CO2 сейчас выше, чем когда-либо за последние 400 000 лет, и он быстро растет.

  Все электростанции на угле, нефти или газе выбрасывают в атмосферу огромные количества CO2  и этим способствуют парниковому эффекту, в то время как атомные электростанции вообще не вырабатывают CO2.

    Производство  электричества атомным энергоблоком абсолютно не связано с выпуском диоксида углерода CO2.  Монооксид   (оксид углерода(II), угарный газ)  СО – это газ, который практически не существует в природе. СО в основном образуется из-за неполного сгорания топлива в процессе химических реакций типа C + O = СО. Монооксид углерода присутствует в дыме работающих на угле электростанций или работающих на мазуте отопительных котлов, в выхлопных газах автомобилей, в дыме сигарет и т.д. Монооксид углерода очень токсичен, поскольку его молекула занимает место молекул кислорода в крови, и человек может умереть от гипоксии (недостатка кислорода), если вдыхает слишком много СО.

   Монооксид углерода невидим, не имеет запаха, и его невозможно обнаружить нашими органами чувств, но его содержание в воздухе можно измерить специальными приборами. Автомобили регулярно проверяются на «загрязнение» с определением уровня (концентрации – А.К.)  СО в выхлопных газах, который в среднем составляет 1,5%  и не должен превышать 3%. Дым сигареты содержит в среднем 3,2%  этого высокотоксичного газа. Все типы предприятий, работающих за счет сжигания каменного угля, древесины, мазута или других нефтепродуктов, природного или сжиженного газа, такие как электростанции, метал-лургические заводы, котельные установки, бытовые газовые печи и автомобили, выпускают в атмосферу различные и иногда весьма значительные количества монооксида углерода – отравляющего газа, который в высоких дозах является смертельным. Количество СО, поступающего в атмосферу от промышленно развитых стран, измеряется сотнями миллионов тонн в год.

   Предприятия атомной энергетики вообще не производят и не выпускают в атмосферу монооксид углерода.

   Диоксид серы  (оксид серы (IV),  сернистый газ)    SO2  – это газ, который выбрасывается из дымовых труб вместе с CO2. Уголь и жидкое топливо содержат во вполне заметных количествах сернистые загрязнения. При сгорании из них образуется диоксид серы (S + O2 = SO2). Диоксид серы в контакте с водой и кислородом воздуха превращается в H2SO4    (серную кислоту) которая становится причиной такого явления как кислотные дожди, угнетающие растительность. Дождевая вода, содержащая кислоту, выпадая на почву в подветренных от медеплавильных производств районах (медная руда – это сульфид меди), может погубить значительную часть, если не всю растительность в этих местах.   

   Производство электричества атомными электростанциями вообще не связано с образованиеми выбросом SO2.

   Оксиды азота, или NOх, (NO, NO2)    являются газами, ядовитыми для окружающей среды и живых организмов. У людей они вызывают респираторные заболевания. Эти химические вещества существуют и в природе, но в незначительных количествах. Все электростанции, котельные и другие установки, сжигающие ископаемое топливо и древесину, в особенности автомобили, выбрасывают в атмосферу оксиды азота. Именно они становятся основной причиной смога, загрязнения городов и наносят вред здоровью населения. Промышленно развитые страны выпускают в атмосферу до сотен миллионов тонн NOx в год.

   Атомные электростанции вообще не связаны с эмиссией оксидов азота.

   В последние годы некоторые нефтеперерабатывающие и химические отрасли промышленности начали исследовать экологические последствия своей деятельности и приняли меры по ограничению выбросов, загрязняющих окружающую среду: они устанавливают фильтры для очистки дыма, оптимизируют технологические процессы для уменьшения вредных сбросов. Однако транспорт вообще и особенно оснащенный двигателями внутреннего сгорания  продолжает загрязнять окружающую среду, большей частью в городах и областях с высокоразвитой промышленностью.

   Атомная энергетика не выбрасывает никаких ядовитых химических веществ.

   Одна атомная электростанция с двумя блоками по 1300 МВт, например такая, как АЭС Nogent-sur-Seine, расположенная к востоку от Парижа, покрывает почти все потребности этого города в электроэнергии.

   Предположим, мы нуждаемся в электростанции мощностью 1000 МВт, вырабатывающей 6,6 миллиарда кВт-чв год. У нас есть следующий выбор:

Электростанция на угле:

• сжигает 2,3 миллиона тонн каменного угля ежегодно (что эквивалентно поезду в 1 000 километров длиной)
• сбрасывает в атмосферу:
- три миллиарда кубических метров CO2 (усугубляет парниковый эффект)
- 41 000 тонн SO2 (образует кислотные дожди)
- 9,6 миллиона кубических метров NОх (вызывают респираторные раздражения)
- 1 200 тонн пыли
- 377 000 тонн летучей золы
• оставляет в отвалах 250 000 тонн нелетучей золы и шлака

   Поскольку каменный уголь является естественно радиоактивным из-за наличия в нем небольших примесей урана, то около 700 000 000 Бк (0,01 Кюри) радиоактивности будут извлечены из глубин и попадут на поверхность земли, а затем в атмосферу.

Электростанция на жидком топливе:

• сжигает 1,52 миллиона тонн нефти ежегодно (содержимое трех огромных супертанкеров водоизмещением по 500 000 тонн)
• сбрасывает в атмосферу:
- 2,4 миллиарда кубических метров углекислого газа (парниковый эффект)
- 91 000 тонн SO2  (кислотные дожди)
- 6 400 тонн NO2  (респираторные раздражения)
- 1 650 тонны пыли

Атомная электростанция:

• потребляет 27 тонн обогащенного до 3% урана (один или два грузовых автомобиля)
• не выбрасывает ни грамма CO2  (нет парникового эффекта)
• не выбрасывает ни SO2 (нет кислотных дождей), ни NOx (нет респираторных раздражений)
• нет никакой пыли и золы

Она производит только:

• 14 кубических метров высокорадиоактивных отходов (облученное топливо, 97% которого можно регенерировать и повторно использовать)

• около 500 кубических метров низко- и среднерадиоактивных отходов (которые упакованы и не попадают в окружающую среду)

• выбрасывает в окружающую среду приблизительно 300 Кюри радиоактивности ежегодно, большая часть которой состоит из существующих в природе химических элементов: трития и изотопа углерода 14С.

   Выбрасываемая радиоактивность очень невелика по сравнению с природной, определяемой эмиссией радона за то же время и в том же месте. Современные сбросы приводят к облучению людей ионизирующей радиацией в дозах, сопоставимых всего с несколькими процентами от годовых допустимых уровней, которые были установлены в очень низких пределах с учетом разумных запасов с точки зрения безопасности. Уровни радиации от атомных реакторов ничтожны по сравнению с уровнями естественной радиации в некоторых местах нашей планеты (сама радиация в пределах природных значений безвредна). Радиоактивность, которая выброшена в окружающую среду всеми действующими на сегодня в мире атомными электростанциями, составляет около 0,000…(всего 13 нулей)...001 от общего количества естественной радиоактивности, содержащейся в земной коре. Данное, очень незначительное, количество радиоактивности от атомных станций пренебрежимо мало в сравнении с миллионами тонн ядовитых химических отходов и миллиардами кубических метров отравляющих газов, выбрасываемых работающими на мазуте, газе и угле элек-тростанциями при производстве того же количества электроэнергии. Это ясно показывает, что ядерная энергия является намного более экологически дружественной, чем энергия от сжигания каменного угля, газа или нефти.

   Нефть и газ – немного меньшие загрязнители, чем каменный уголь, но при сравнении тепловых электростанций с атомными это обстоятельство несущественно. Электростанция, сжигающая каменный уголь, потребляет в миллионы раз больше топлива (в единицах веса), чем атомный энергоблок, и производит приблизительно в миллионы раз больше отходов (тоже в единицах веса). Отходы этих электростанций принципиально отличаются друг от друга. В одном случае они связаны с высокими рисками и химии ческие по составу – приблизительно пять миллионов тонн золы и выброшенных в атмосферу газов. В другом случае они радиоактивны (в реальности почти ноль, поскольку 14 кубических метров облученного топлива не выбрасывается в окружающую среду, а с соблюдением требований безопасности сохраняется и/или перерабатывается).

    Есть другой интересный вопрос: а действительно ли мы нуждаемся в таком большом количестве энергии и электричества? Самый безопасный и наиболее эффективный способ уменьшить загрязнение природы – это сократить расход энергии.

Статья приводится с сокращениями – А.  Краснянский.  

 

Статья 2

Василий Пятигоров

Самым сложным для российских ученых оказалось донести до простого обывателя данные о реальных последствиях чернобыльской аварии

URL:   http://www.nikiet.ru/rus/chernobyl/press-center.html


   20-летие аварии на Чернобыльской атомной станции, конечно же, повод для воспоминаний о людях, совершивших в те годы подвиг, повод для подведения итогов и анализа тех изменений, которые пережил "мирный атом" за прошедшие два десятилетия, несомненно, это повод подумать о будущем…

Впрочем, каждая из годовщин Чернобыля, и нынешняя, видимо, - не исключение, становились и поводом для споров и манипуляций разного рода данными.

 
В погоне за цифрами

Про сотни тысяч погибших в Чернобыле и после Чернобыля, про мутантов и тяжелейшие наследственные заболевания жителей загрязненных радиацией территорий средства массовой информации рассказывают регулярно. Вот, например, в 1999 году на тринадцатую годовщину аварии журналист НТВ Е. Масюк сообщила, что "от лучевой болезни погибло 100 000 человек". И хотелось бы ей поверить, однако 26 апреля того же года Gazeta.Ru уже утверждала, что "за 13 лет, прошедших с момента чернобыльской аварии, на Украине умерли от лучевой болезни 300 тыс. человек". Так сколько же на самом деле?

Дополнительную неразбериху (а иногда - и настоящую панику) вносят различного рода эксперты, многие из которых является носителем своих уникальных и под час весьма неожиданных теорий. Так, один из лидеров "зеленого" движения России, известный эколог - общественник Алексей Яблоков в интервью радиостанции "Эхо Москвы" в двухтысячном году сообщил, что "после катастрофы люди стали болеть и умирать от болезней, о которых раньше мало кто слышал: от тиреотоксикоза, гипотиреоз, тиреодита и т.д. Одних этих факторов достаточно, чтобы к 2030 г. сократить население Украины на 18 миллионов человек".

За пять лет до этого в журнале "Новый мир" Яблоков утверждал совсем уж удивительные вещи. По его словам в 1986 году из-за "чернобыльского облака, накрывшего США" в этой стране "Количество смертей от пневмонии возросло на 18,1 % по сравнению с 1985 годом, а вся смертность от разных видов инфекционных заболеваний на 32,5 %, от СПИДА - на 60 %". В это даже простой обыватель, кто про СПИД слышал разве только из рекламы, поверит вряд ли. Правда, злые языки поговаривают, что за подобными "оказиями" стоит научная специализация известного эколога, далекая от проблематики радиологии (специализируется академик Яблоков в области теории эволюции и популяционной биологии морских млекопитающих). Но оставим это на совести злых языков.

    Отдельным особняком стоит освещение последствий аварии в западных СМИ. Материалы в них чаще всего носят совершенно фантастический и неподражаемо мрачный характер. Вызвано это, по-видимому, двумя обстоятельствами: оторванными от реалий представлениями о российской жизни и отсутствием достоверной информации с места событий. Потому и поваляются статьи сродни опубликованным в США, согласно которым 80 человек погибло сразу же во время взрыва, и не менее 2000 человек - по дороге в больницу. И похоронили их, якобы, не на тихом погосте, а… на складе радиоактивных отходов. Отдельная череда скандалов с европейской пропиской сопровождала демонстрацию британского фильма "Игорь - ребенок Чернобыля", об аномалиях, которые, по мнению режиссеров, развиваются у миллионов детей, проживающих на зараженных территориях.

Резюме столь пестрой картинки может быть одним: за 20 лет с момента аварии тема Чернобыля обросла сказками и мифами, к реальности не имеющими никакого отношения. Для того чтобы поставить точку в этом вопросе, и наконец-то обозначить истинные масштабы последствий аварии на ЧАЭС двух прошедших десятилетий так и не хватило.

Именно это стало основным посылом к проведению 4 апреля в здании ИТАР-ТАСС тематической пресс-конференции, на которой ученые РАН и РАМН рассказали журналистам о реальных масштабах медицинских последствий аварии на ЧАЭС.

 Сколько?

    Сама пресс-конференция проходила в рамках подготовительных мероприятий к общественным слушаниям "Безопасное развитие атомной энергетики (к 20-летию чернобыльской аварии)", инициированным Комиссией Общественной Палаты РФ. Участие в ней принимали, вероятно, самые осведомленные люди в России в области последствий аварии: член-корреспондент РАН директор Института проблем безопасного развития атомной энергетики (ИБРАЭ) Леонид БОЛЬШОВ, академик РАМН директор Государственного научного центра - Института биофизики Леонид ИЛЬИН и академик РАМН директор Медицинского радиологического научного центра Российской академии медицинских наук Анатолий ЦЫБ.

    Ученые обнародовали сведения Национального медико-дозиметрического регистра (РГМДР), в который поступают данные из более 4000 учреждений системы здравоохранения России и который настоящее время содержит индивидуальную медицинскую и дозиметрическую информацию на 638 тыс. человек (451 тыс. человек -подвергшееся последствиям аварии население и 187 тыс. человек - ликвидаторы аварии). По данным регистра на сегодняшний день можно говорить только о следующих зафиксированных медицинских последствиях чернобыльского облучения:

    Первое - лучевая болезнь была диагностирована у 134 свидетелей аварии, то есть у тех работников станции и пожарных, кто был на аварийном энергоблоке в первые сутки. Из них 28 умерли в первые месяцы после аварии, и 19 - от разных причин за прошедшие 20 лет.

Второе - это проблема рака щитовидной железы у детей.

- Установлено, что из 226 случаев рака щитовидной железы у детей из наиболее загрязненной Брянской области к радиационно-обусловленным следует отнести 122 случая (т.е. 54%), - рассказывает Анатолий Цыб. - Наш центр обеспечил крупномасштабный ультразвуковой скрининг детского населения подвергшихся радиационному загрязнению территорий России с целью ранней диагностики радиопатологии щитовидной железы. Проведенное оперативное лечение позволило практически исключить летальные исходы (за все эти годы умер только один ребенок).

    И третье - повышение частоты заболеваемости лейкозами у ликвидаторов, получивших дозы внешнего облучения более 150 мЗв (именно лейкозы являются основным индикатором радиационного воздействия, поскольку риск лейкозов на единицу дозы облучения в 5-6 раз выше по сравнению с солидными раками). Так, всего из общего числа ликвидаторов (187 тыс. человек) было выявлено 210 лейкозов. И из них примерно 50 обусловлены радиационными фактором.

    Как утверждает Анатолий Цыб, за прошедшие годы среди российских ликвидаторов с дозами облучения выше 100 мЗв (это около 60 тыс. человек) с воздействием радиации могли быть связаны только несколько десятков смертельных случаев. Смертность же ликвидаторов от всех причин не превышает аналогичного показателя для мужского населения России. Что же касается жителей регионов подвергшихся радиационному загрязнению, а по данным НКДАР ООН, в 1995 году на территориях России с плотностью загрязнения 137Cs более 37 кБк/м2 проживало около 2 млн человек, в их среде повышения частоты заболеваемости не выявлено ни по лейкозам ни по всем прочим онкологическим заболеваниям.

    Статистику российских ученых подтверждают и зарубежные источники. Прошедший в сентябре 2005 года в Вене под эгидой МАГАТЭ, Всемирной организации здравоохранения, и Программы развития ООН Чернобыльский форум, отметил, что среди ликвидаторов может быть обусловлено радиационным фактором до 5% случаев смерти (в абсолютных цифрах - до 230 человек из 61 тысячи ликвидаторов).

На основании изложенного Чернобыльским форумом и данных Национального регистра специалисты сделали вывод, что к группе радиологического риска следует отнести примерно 35 тыс. ликвидаторов (что составляет 18% от их общей численности), которые получили дозу внешнего облучения более 150 мЗв.

Жертвы масштабной ошибки

В свете изложенных цифр вполне резонно прозвучал вопрос от представителя Гринпис: "Если все так хорошо и проблема касается только сравнительно небольшой группы риска, почему тогда государство до сих пор ежегодно затрачивает миллиарды рублей на поддержку тех, кого, так или иначе, затронула Чернобыльская авария?"

- Это очень верный вопрос, - ответил директор ИБРАЭ Леонид Большов. - Действительно, при тех небольших числах смертей и рисков Чернобыля, которые и на катастрофу-то не тянут и несопоставимы с цифрами других крупных техногенных аварий, государство тратит огромные деньги. Но связано это не с медицинскими и экологическими последствиями, а с реальным воздействием на людей. Неточные оценки и решения вовлекли по трем государствам в чернобыльские события 7,8 миллионов человек (2,2 млн. в России). А когда людей вовлекают в события не по своей воле, когда их пугают, когда их законодательным образом обозначают пострадавшими, уже неважно действительно ли нанесен вред здоровью. Едва ли не каждый из этих людей чувствует себя в большей или меньшей части пострадавшим и пораженным. Если сказано, что он пострадал и ему нанесен вред, то выстрел уже произведен, и дальше надо платить по долгам. И то, что государство до сих пор платит, я лично считаю абсолютно правильным.

    Слова Леонида Большова полностью подтверждаются данными, которые еще пять лет назад опубликовал научный центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского: более 60 процентов населения затронутых аварией территорий и почти 100 процентов участников ликвидации последствий этой аварии, за исключением ликвидаторов-работников атомной промышленности, оценивают свое здоровье как плохое. Они склонны все проблемы, связанные со своим самочувствием, соотносить только с Чернобылем. Остальное отодвигается на задний план или попросту игнорируется.

    И этому действительно нельзя не поверить. В каком состоянии, скажите, можно еще быть, если вам два десятка лет внушают, что вы обречены, что вы балансируете на грани между жизнью и смертью? "Чернобыльский синдром" - не выдумка. Врачи утверждают: психологическое состояние чернобыльцев напоминает "тлеющий вулкан", готовый вновь "ожить" при повторных стрессах, напоминающих о первичной травме - аварии. И в этой связи очень уместно то сравнение чернобыльских последствий с медицинскими последствиями бомбардировки Хиросимы-Нагасаки, которыми подытожил ответ коллеги Анатолий Цыб:

- Средняя доза тех, кто выжил после бомбардировок в Хиросиме-Нагасаки, составляет примерно 220 мЗв, что значительно больше доз облучения жителей России в результате аварии на ЧАЭС, - подчеркнул академик РАМН. - При этом лица пережившие бомбардировку, имеют среднюю продолжительность жизни 82-83 года, что выше национального показателя для населения Японии на 3-4 года. И это не только и не столько потому, что за их здоровьем ведется пристальное наблюдение, а в первую очередь из-за той социальной поддержки, которая им оказана.

    Пожалуй, опыт Хиросимы-Нагасаки может послужить ответом ученых и на утверждения об огромных количествах наследственных заболеваний. На примере тех, кто пережил ядерный взрыв, доказано, что риск возникновения генетических последствий после атомных бомбардировок крайне маловероятен. За 50 лет обследования пострадавших так и не было зарегистрировано ни одного случая генетических дефектов в последующих поколениях. Все опасения, что из поколения в поколение будет передаваться рак - также, к счастью, оказались несостоятельными. Потомки получивших дозы облучения в 1945 году по состоянию здоровья ни чем не отличаются от остальных сверстников.

    Чтобы подвести итог всему вышесказанному, процитирую одну из ключевых рекомендаций прозвучавшую в докладе уже упомянутого Чернобыльского форума. Эксперты ВОЗ и ООН подчеркнули необходимость "…поиска более эффективных путей информирования населения, а также устранения недоверия, которое препятствовало осуществлению соответствующих усилий в прошлом. Несмотря на то, что в течение ряда лет точная информация была доступной, она либо не доходила до тех, кто в ней нуждался, либо люди не доверяли ей и, получая такую информацию, не действовали в соответствии с ней". Как говорится, слышащий, да услышит!

 

 

№ 3

Отклики на статью А. В. Яблокова “Ядерная мифология конца XX века”.

 

1. Письмо в редакцию журнала "Новый Мир" в связи с публикацией в журнале статьи  г-на Яблокова “Ядерная мифология конца XX века”

 


URL:    http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1995/8/zal.html

 

 

Уважаемая редакция!


    Анафеме предал ядерную науку и технику, величайшие достижения человечества, А. В. Яблоков, самый главный российский защитник биосферы, в “Новом мире” (1995, № 2). Аргументация А. В. Яблокова весьма разнообразна и выходит далеко за пределы компетенции биолога-эколога, кого представляет председатель Комиссии Совета безопасности РФ по экологической безопасности. Особенно поражают притязания автора на судейскую роль в медицинских и технических аспектах атомной энергетики. Упаси меня бог заявить, что все в статье А. В. Яблокова — сплошное заблуждение. Есть и справедливые замечания, и общеизвестные факты (например, о том, что в бывшем СССР были крупные аварии на Урале, Чернобыльской АЭС, проводились испытания ядерного оружия и другие события, которые никто и никогда не собирался относить к разряду пустяков).

    Оставим на совести автора доказательность таких голословных заявлений, как, например, “один из генеральных конструкторов обещал”. Кто это такой? Почему бы его не поименовать? Или чего стоит ссылка на А. П. Александрова, который якобы “утверждал”, что готов поставить реактор чернобыльского типа на Красной площади. Где опубликовано это крайне непродуманное утверждение? Ведь известно, что академик А. П. Александров был большой шутник. Он мог сказать это и ради шутки. И вот читателю преподносится сенсация: “Не оправдались надежды на термоядерный синтез”. Словно кто-то из физиков обещал решить эту проблему одним росчерком пера. Хоронить термоядерный синтез пока еще рано.

    Напоминается “и о серьезнейшем инциденте на ЛАЭС в марте 1993 года”. Специалисты нашего С.-Петербургского НИИ радиационной гигиены проводили анализ радиационной обстановки этого инцидента с выездом на место и... обнаружили отсутствие какой-либо измеримой дополнительной дозовой нагрузки (над естественным фоном) у населения прилегающих к ЛАЭС районов. Не скрою, в силу нашей “надзорной” специальности по гигиене нам так хотелось что-нибудь найти.

    Что касается официальной справки Госатомнадзора (1993 год) о неудовлетворительном состоянии ядерной и радиационной безопасности в Российской Федерации, то мы с этим полностью согласны.

    Российские радиационные гигиенисты, как говорится, из кожи лезут вслед за Международной комиссией по радиологической защите (МКРЗ), МАГАТЭ, чью злодейскую роль пытается доказать А. В. Яблоков, и другими организациями (такими, как ВОЗ, ФАО, МОТ), которые никак нельзя заподозрить в лоббировании атому. В последние годы в проектах специального Закона по радиационной безопасности (что на утверждении в Думе) и новых нормах эти люди добиваются снизить в 2,5 — 5 раз допустимый объем облучения человека. Такое облучение от всех искусственных источников ограничивается 1 миллизивертом, что в 2 — 3 раза меньше естественного фона.

    Да, атомщики этим недовольны. Появятся кое-какие дополнительные (далеко не катастрофические) заботы. Но это уже их долг, и они его выполнят. Но мы категорически против того, чтобы, как это делает А. В. Яблоков, якобы во имя спасения человечества заявлять об экологических бедствиях, катастрофах и тому подобных кошмарах. Такого рода заявления наносят огромный ущерб здоровью людей и благосостоянию государства.

   Чудовищный вред идеологии катастрофизма, развиваемой Алексеем Владимировичем, виден на примере защитных мероприятий от аварии на ЧАЭС. Отчеты по исполнению федерального бюджета за некоторые годы показывают, что расходы на эти мероприятия в условиях всеобщей нищеты и развала всего и вся оказываются сопоставимыми с федеральными расходами на здравоохранение России.

     Предельно максимальные гипотетические потери от всей ожидаемой коллективной чернобыльской дозы у населения России (округленно до 100 000 человеко-зиверт) составят за семьдесят лет 7300 дополнительных случаев смертельного рака и наследственных дефектов. И эти случаи по затратам фактически приравниваются к утрате здоровья от всех болезней у 148 000 000 жителей России, включая и потери от 3 000 000 раковых заболеваний и от других нерадиационных причин. По чьей-то странной логике нашему обществу навязаны расходы на профилактику одного воображаемого радиационного рака в 3000 раз больше, чем на защиту от рака, зависящего от других факторов (например, от курения). Даже сложив дозы излучения у населения России от аварий на ЧАЭС, Кыштыме и испытаний на Семипалатинском и Северном полигонах, можно получить дозу 200 000 человеко-зиверт, что составит всего лишь 0,5 процента от суммы природного и медицинского облучения за семьдесят лет (42 000 000 человеко-зиверт — наши расчеты). На 0,5 процента дозы у нас готовы пожертвовать триллионы, а остальные 99,5 процента облучения никого не волнуют. И в том и в другом случае речь идет об уровнях облучения, при которых предполагаются чисто теоретически только стохастические, вероятностные эффекты (рак и наследственные заболевания). Их тяжесть одинакова как при искусственном, так и при естественном облучении, а частота возникновения прямо пропорциональна коллективной (суммарной) дозе у всех облучаемых людей. Именно этой дозой, а не ее происхождением определяется уровень опасности радиации, соответственно должны устанавливаться и затраты на радиационную защиту. Никто не собирается закрывать глаза на 0,5 процента коллективной дозы, создаваемой атомной энергетикой, а тем более (и это иногда случается) когда индивидуальные дозы, переходя определенный порог, вызывают явные лучевые поражения. Все, как известно, познается в сравнении. Даже при современном еще “примитивном” уровне атомной техники радиационная опасность человечеству при мирном использовании атома будет и в дальнейшем создаваться природным фоном.

    Мифология ядерного катастрофизма выглядит особенно легковесной на примере двух фактов, приводимых А. В. Яблоковым: о страшных последствиях аварии на ЧАЭС у населения США в мае — августе 1986 года и о не менее опасном росте заболеваемости лейкозами опять же у несчастных американцев, проживающих вокруг атомных электростанций.

    Только смертность от СПИДа у населения США, оказывается, возросла за четыре летних месяца 1986 года на 60 процентов, от других инфекций — на 32,5 процента и т. п. Наблюдался и значительный рост общего числа смертей. “Все это, — пишет А. В. Яблоков, — с высокой статистически достоверной вероятностью связано с поражением иммунной системы чернобыльскими радиоактивными выбросами, накрывшими, как известно, США". Дальше, как говорится, уже ехать некуда. Это все сродни той дезинформации некоторых западных агентств, которая распространялась в первые месяцы после аварии о тысячах погибших от радиации в Киеве и т. п.

    Откройте стр. 363 (табл. 16) официального доклада Научного комитета ООН по действию атомной радиации (1988 год), где приводятся средние дозы излучения от аварии на ЧАЭС в разных странах за первый год после события. У населения США эффективная доза составила всего лишь 1,5 микрозиверта, или 0,6 процента от годового среднемирового природного фона. Разумеется, эта доза была в сотни раз меньше средней “советской” и в десятки тысяч раз меньше, чем для населения загрязненных районов России, где в 1986 году никаких сколько-нибудь заметных сдвигов в состоянии здоровья, связанных с радиацией, обнаружено не было. Хочу напомнить неискушенному читателю, что по только что принятому компетентным миром международному стандарту безопасности не 1,5, а 10 микрозиверт считается дозой, которую никто не должен принимать во внимание ввиду ее ничтожной значимости для здоровья.

    В течение последних двадцати двух лет я работаю в составе Международной комиссии по радиологической защите (МКРЗ), а с 1989 года — в ее I Комитете, занятом оценкой влияния радиации на здоровье человека. Во главе Комитета стоит ведущий радиолог США профессор Уоррен Синкбер. В Комиссии работают и другие не менее уважаемые и компетентные ученые США (Метлер, Шалл и другие). Заверяю читателя: если на очередном заседании МКРЗ я объявлю о воздействии чернобыльского 1,5 микрозиверта на здоровье населения США со ссылкой на статью А. В. Яблокова, гомерический хохот будет обеспечен со статистической достоверностью в 100 процентов.

    Второй факт — об увеличении заболеваемости лейкемией у населения, проживающего вокруг американских АЭС, — выглядит не менее легковесным, чем первый. Оказывается, у людей, живущих в двадцатимильной зоне АЭС “Пилигрим” (1990 год), заболеваемость лейкемией в 4 раза выше, чем ожидалось. Подобная картина наблюдалась в США по лейкемии и раку в окрестностях АЭС “Троян”. Ссылка дается на материалы департамента здравоохранения штата Массачусетс 1990 года, т. е. на источник сугубо провинциального значения. И при этом Алексей Владимирович почему-то пренебрег фундаментальным исследованием данной проблемы, проведенным самой компетентной организацией США — Национальным институтом рака (1990 год), с охватом 62 атомных станций и других крупных объектов по переработке ядерного горючего, включая “Пилигрим” и “Троян”.

    Учитывая особую важность данной дискуссии, приведу дословно выдержку из резюме книги, где опубликованы все эти материалы. “Проанализировано более 900 000 случаев смерти от рака за 1950 — 1984 гг. в 107 округах с ядерными установками и соседних округах США. Каждому исследуемому округу для сравнения подобраны три сходных контрольных округа в том же регионе, где было более 1 800 000 смертельных случаев рака. Не было получено каких-либо доказательств для предположения о том, что смертность от лейкемии и других форм рака была выше в исследуемых округах, чем в контрольных. До начала эксплуатации станций в исследуемых округах смертность от лейкемии у детей была в 1,08 раза больше, чем в контрольных, а после пуска в эксплуатацию это соотношение снизилось до 1,03 раза. По лейкемии во всех возрастах эти числа были 1,02 — до эксплуатации, а после пуска — 0,98. Проведенные сравнения не дали доказательств какой-либо зависимости (причина — эффект) между конкретными объектами и смертностью от рака у населения, живущего около этих объектов”.

    Конкретно данные по “Пилигриму”: “Ни в одной возрастной группе не было значимого подъема относительного риска по лейкемии при сравнении исследуемых и контрольных районов после начала эксплуатации; для всех возрастов этот риск был существенно ниже (0,87)”.

    По “Трояну”: “После 1975 г. смертей наблюдалось не очень много, и сравнение исследуемых и контрольных районов после пуска станции не дало значимого превышения над 1,00”.

    Все эти цитаты взяты из книги “Рак у населения, живущего около ядерных установок”, том 1, изданной на английском языке в 1990 году Национальным институтом рака США (авторы С. Яблон, З. Хрубек, И. Бойс, Б. Стоун).

    Они полностью опровергают миф об особой опасности атомных электростанций при их нормальной эксплуатации. Предупреждение аварий на АЭС — главная проблема дальнейшего развития ядерной энергетики, и напоминать о ней специалистам вряд ли следует. Они о ней хорошо осведомлены и тратят действительно, как пишет А. В. Яблоков, огромные средства. Тратят даже больше, чем общество получает пользы взамен. А тут вдруг автор обсуждаемой статьи предлагает еще такие защитные мероприятия, которые наверняка угробят все остатки нашего народного хозяйства. Чего стоят, например, предложения по очистке северных морей от советских радиоактивных отходов и по реабилитации северных территорий и т. п.

    Ученые северных стран в рамках специального международного проекта тщетно пытаются оценить дозы облучения у жителей этих мест от наших отходов, от затопленных реакторов и затонувших атомных лодок. Результат: дозы ничтожны; какие-либо меры по их снижению принесут только вред обществу. До последнего времени основной вклад в радиоактивное загрязнение воды даже Баренцева и Карского морей вносили сбросы от британского завода в Селлафильде.

    Критической группой населения во всех северных странах оказались люди, потребляющие в больших количествах оленину. За тридцать пять лет (с 1960 по 1994 год) дополнительная к природному фону доза излучения от цезия-137 за счет глобальных выпадений (не местных, и не только советских) от ядерных взрывов составила около 30 миллизиверт. В настоящее время она составляет в год около 0,20 миллизиверта. Это облучение — следствие высокого содержания некоторых радионуклидов в лишайниках. А уровни первичных выпадений цезия-137 и стронция-90 за Полярным кругом были, как известно, в 2 раза ниже, чем в Москве и Ленинграде. Не очень, кстати, высокими в цепочке лишайник — олень — человек оказались и дозы от природных свинца-210 и полония-210 (в среднем дополнительно к обычному фону еще 1 миллизиверт в год). Этой проблемой наш институт и я лично заняты уже тридцать три года.

    Вопрос к А. В. Яблокову: где, что и от чего чистить на арктическом побережье из-за последствий взрывов на Новой Земле? Уж не те ли площадки гипоцентров взрывов, которые действительно еще светят до 3 миллирентген в час, как об этом докладывал министр атомной энергетики России В. Н. Михайлов в Канаде и Норвегии? Они имеют статус зоны, исключенной из использования, а диаметр этих зон измеряется сотнями метров. Вся остальная территория Новой Земли чистая, в том числе и по моим личным измерениям. Жаль только, что использовать эту территорию мы вряд ли будем в ближайшее время как по климатическим условиям, так и из-за отсутствия там каких-либо природных ресурсов, кроме каменистых пород и щебенки. Даже для оленеводства из скудности лишайникового покрова она малопригодна.

    Гигантомания в области радиационной защиты в нашей стране не новость. Уже в советские годы выработалась привычка под маской заботы о людях и за чужой счет бросать на ветер народное добро, не думая о том, что на его производство затрачено здоровье, а часто и сама жизнь людей...

    Гиперболы в обсуждаемой статье встречаются довольно часто (о тысячекратном накоплении трития в пищевых цепочках, об опасности попадания плутония с пищей и водой и др.). Непонятно, как может быть более высокой концентрация трития в организме человека по сравнению с его концентрацией в питьевой воде. Сколько случаев поражения плутонием в мире наблюдалось при поступлении его с пищей? Известно, что его всасывание ничтожно (около 0,01 процента), а жулики воруют таблетки с плутонием, проглатывая их. Вызывает также сомнения информация А. В. Яблокова о лейкозах у якутских детей, связанных с подземными взрывами. Вся диагностика автора построена на разговорах с родителями. Источник не очень надежный. И следовало бы в Якутии провести действительно научную работу. Здесь наш институт готов встать под знамя Алексея Владимировича, а то он почему-то доверяет лишь Госатомнадзору, начисто позабыв свое детище, каким являлся когда-то Госкомсанэпиднадзор.

    Да и вообще неплохо бы воспользоваться высоким положением автора и привлечь его внимание к острой необходимости объединения всех противорадиационных сил России. В наше время эти силы хиреют в нескольких (почти в десяти) ведомствах, подчас дублируя друг друга.

    В заключение заверяю читателей, что последний миф А. В. Яблокова о необъективности Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) не имеет ничего общего с действительностью.

А в остальном, Алексей Владимирович, позвольте заверить в самом высоком к Вам уважении.

П. В. РАМЗАЕВ, заслуженный деятель науки России, член I Комитета Международной комиссии по радиологической защите, 5 апреля 1995 года.

 

 

 

Опус  А. В. Яблокова “Ядерная мифология конца XX века” опубликована в журнале "Новый Мир", № 2, 1995. - А.К.

 

 

 

 

 2. Письмо редактору журнала "Новый Мир" С.П. Залыгину в связи с публикацией в журнале статьи  г-на Яблокова “Ядерная мифология конца XX века”

URL:   http://magazines.russ.ru/novyi_mi/1995/8/zal.html

 

Уважаемый Сергей Павлович!



   В связи с появлением в Вашем журнале статьи г-на Яблокова “Ядерная мифология конца XX века” нам хотелось бы прокомментировать некоторые положения этой публикации, относящиеся к роли и деятельности Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Мы не будем останавливаться на других “мифах”, затронутых в работе г-на Яблокова, поскольку в нашей прессе появилось достаточное количество материалов, отражающих действительное положение в области мирного использования атомной энергии как в России, так и в зарубежных странах. Только за последние несколько месяцев такие статьи печатались в еженедельнике “Московские новости” (1995, № 9), в газетах “Век” (1995, № 5 и 1994, № 44), “Сегодня” (1995, 9 февраля), “Деловой мир” (1994, 23 ноября), “Атом-пресса” (1995, № 5, 7).

Надо сказать, что новомирская публикация в целом страдает необъективностью, предвзятостью, непрофессионализмом и поверхностным подходом к рассматриваемым проблемам. Ради достижения поставленной цели — всячески опорочить использование атомной энергии в энергетике и других областях народного хозяйства — автор оперирует искаженными данными и не подкрепленными серьезными доводами голословными утверждениями, которые и создают ложное представление о действительном положении дел.

Начать с того, что в публикации неправильно отражены роль и функции МАГАТЭ. Это специализированная международная организация, входящая в систему ООН, которая занимается установлением международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии. Одновременно МАГАТЭ — важный элемент в системе международного режима нераспространения ядерного оружия — оно заключает с государствами контрольные соглашения, содержит штат инспекторов и регулярно проводит проверки мирной ядерной деятельности государств в рамках заключенных соглашений. МАГАТЭ — одна из наиболее эффективных международных организаций, деятельность которой поддерживают ООН и более ста двадцати стран мира (в том числе и Российская Федерация), являющихся ее членами. Но она почему-то не устраивает только одного г-на Яблокова.

Абсолютно несостоятельно утверждение автора, что “полностью провалилось” решение задачи МАГАТЭ — препятствовать распространению ядерного оружия. На самом деле МАГАТЭ добилось многого. Двадцать пять лет тому назад, когда разрабатывался Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), являющийся основой международного режима нераспространения ядерного оружия, по сделанным в то время оценкам, до тридцати государств в техническом отношении были способны произвести ядерные взрывчатые вещества. За время существования Договора число таких государств резко сократилось, и к ДНЯО присоединились сто шестьдесят семь стран, которые добровольно взяли на себя обязательство не производить и не приобретать каким-либо иным способом ядерное оружие или другие ядерные взрывные устройства и поставили всю свою деятельность в этой сфере под контроль МАГАТЭ. Упомянутые г-ном Яблоковым Индия, Пакистан и Израиль к Договору не присоединились и никаких обязательств поставить свою ядерную деятельность под контроль МАГАТЭ не брали. МАГАТЭ не полицейская организация, которая могла бы заставить суверенные государства участвовать или не участвовать в международных договоренностях.

Г-н Яблоков не доволен также тем, что Агентство не дает официальных рекомендаций по закрытию атомных электростанций, и на этом основании обвиняет его в необъективности. По просьбе государств — членов МАГАТЭ Агентство регулярно проводит обследование атомных станций для оценки безопасности их эксплуатации и выносит свои рекомендации по мерам, которые следует принять для повышения их надежности. Как правило, более 80 процентов таких рекомендаций выполняется в период до следующей инспекции. По остальным, требующим значительных конструкционных или организационных изменений, составляется план работ, выполнение которого контролируется в ходе очередных обследований, проводимых МАГАТЭ. В случае установления несоответствия современным требованиям безопасности это фиксируется в заключении по результатам обследования. Вопросы, связанные с закрытием АЭС, относятся исключительно к компетенции государств — членов МАГАТЭ и решаются ими самостоятельно в соответствии с техническими, экономическими и другими факторами.

Далее. Публикация изобилует голословными утверждениями. Например, г-н Яблоков утверждает, что “в уставе МАГАТЭ прямо записано: способствовать всемерному распространению подземных ядерных взрывов для решения народнохозяйственных проблем”. Достаточно взять в руки устав МАГАТЭ, чтобы убедиться в абсурдности такого заявления, — на самом деле ничего подобного там нет. Да и не могло быть, поскольку устав МАГАТЭ вступил в силу в 1957 году, когда никаких подземных ядерных взрывов не производилось.

Несколько подробней хотелось бы остановиться на оценке международного чернобыльского проекта, над реализацией которого работал большой международный и авторитетный научный коллектив. Для участия в проекте были приглашены двести ученых из двадцати пяти стран и Комиссии европейских сообществ, Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН, МАГАТЭ, Научного комитета по действию атомной радиации (НКДАР ООН), Всемирной организации здравоохранения и Всемирной метеорологической организации. В СССР было направлено пятьдесят научных групп. Лаборатории в нескольких странах, включая Австрию, Францию и США, помогали в проведении анализа и оценки собранных материалов. Наиболее активная фаза проекта проходила с мая до конца 1990 года. Зарубежные эксперты вели независимые исследования окружающей среды и медицинские обследования населения в наиболее загрязненных районах, а также в районах с низким уровнем загрязнения. Одновременно с независимыми исследованиями, включавшими отбор и анализ проб, проводилась общая оценка применявшейся в СССР методологии и полученных результатов. При этом рассматривались данные, поступавшие из различных, в том числе и неофициальных, источников, которые использовались, естественно, после их предварительной проверки и оценки.

Полученные в результате проведенной работы данные были положены в основу выводов и рекомендаций, одобренных независимым Международным консультативным комитетом, сформированным для руководства этим проектом. Комитет состоял из девятнадцати видных ученых под председательством д-ра Ицузо Шигемацу из Японии, директора Фонда изучения радиационных последствий в Хиросиме, который с 1950 года осуществлял контроль и анализ состояния здоровья лиц, переживших атомную бомбардировку в Японии и подвергавшихся высоким дозам облучения. Среди других групп ученых Комитета были представители десяти стран и пяти международных организаций. Были также эксперты по медицине, радиопатологии, радиационной безопасности, питанию, радиоэпидемиологии и психологии.

Г-н Яблоков, даже не познакомившись с результатами оценок радиологических последствий аварии и состояния здоровья населения, сделанных в рамках чернобыльского проекта, перечеркнул многомесячную работу большого международного коллектива независимых ученых, голословно обвинив их в предвзятости только потому, что ему лично не нравятся сделанные ими выводы и рекомендации.

Появление в Вашем уважаемом журнале, рассчитанном на широкие круги российской общественности, такой не просто спорной, а носящей “очернительский” характер статьи, в которой объявляется крестовый поход против мирного использования атомной энергии, не только не способствует серьезному рассмотрению проблем в области атомной науки и техники, а может лишь создать ложные, искаженные представления об этих проблемах у Ваших читателей.

С уважением.  М. Н. РЫЖОВ, Н. А. ТИТКОВ.  31 марта 1995 года.

  Опус  А. В. Яблокова “Ядерная мифология конца XX века” опубликованов журнале "Новый Мир", № 2, 1995 - А.К.  

 

 

 


Статья 4

Ярослав Ястребов

"ЗЕЛЕНЫЙ" ЛОББИЗМ

КТО ТАКИЕ ДРУЗЬЯ ПРИРОДЫ И КАК ОНИ ВОЮЮТ ПРОТИВ ЗДРАВОГО СМЫСЛА

18 апреля 2002 года.   Ярослав Ястребов.  "Новые известия".   URL:      http://greenpeace.narod.ru/greenlob.htm


     Экологическая организация "Гринпис" пошла по стопам аятоллы Хомейни и на днях объявила США "большим шайтаном №1". Конкретно говоря, директор "Гринпис" по политическим вопросам (есть у них и такой) Реми Парментье заявил, что "США проводят политику, направленную на уничтожение достижений по защите окружающей среды, приобретенных за последние тридцать лет". Беспрецедентное обвинение в "неэкологичности" целой страны (и даже супердержавы) показывает, насколько серьезной силой стали "зеленые" в свихнувшемся на здоровом образе жизни так называемом цивилизованном мире. "Экологический" лоббизм все больше влияет на перетекание огромных капиталов из одной сферы в другую, ломает целые отрасли промышленности, обеспечивает передел рынков сбыта и переброску госзаказов из одних транснациональных картелей в другие.

ХОЛОДНАЯ ЛОГИКА

     В считанные месяцы Великобритания стала кладбищем выброшенных холодильников. Специализированные свалки разрастаются на гектары. Казна готовится всерьез раскошелиться на утилизацию бытовой техники, неугодной "зеленым".

И это при том, что обвинения фреона, используемого для заморозки продуктов, в разрушении озонового слоя никогда не были неопровержимо доказаны. Еще большие рынки открылись с помощью войны, объявленной "зелеными" аэрозольным распылителям. Десятки миллиардов долларов похоронены одними компаниями и соответственно приобретены другими. И это только первые шаги во исполнение так называемого Киотского протокола (документ, который предписывает промышленно развитым странам бороться с глобальным потеплением и предотвращать изменения климата).

Именно очередной отказ администрации США, на этот раз в лице Джорджа Буша-младшего, подписать Киотский протокол, который "зеленые" уже продавили через правительства 180 стран, и послужил поводом для беспрецедентного заявления политического начальника "Гринписа".

Между тем Киотский протокол - одно из весьма убедительных свидетельств тому, как мало цели и задачи "зеленых" пересекаются с собственно природоохранной деятельностью и насколько условно соотносятся они с наукой, в том числе и экологией. Ученые из Университета Восточной Англии на прошлой неделе обнародовали данные о своем новом открытии. Оказывается, крошечные кусочки горных пород и грунта, в просторечии именуемые пылью, регулярно разносятся ветрами по всей планете и являются необходимым питательным элементом для мириад морских микроорганизмов, которые поглощают углекислоту, поддерживая климатический баланс планеты.

Забавно, но одним из основополагающих тезисов пресловутого Киотского протокола является требование на государственном уровне принимать комплексные меры по предотвращению рассеивания пыли. Таким образом, буквальное следование этому документу (на чем и настаивают "зеленые") будет способствовать тому самому глобальному потеплению, с которым Киотский протокол якобы должен бороться.

ЧЕРНАЯ КОШКА, БЕЛЫЙ КОТ

     Забота "зеленых" об окружающей среде оборачивается своей противоположностью практически повсеместно. В России ярчайшим примером тому служит многолетняя истерика по поводу атомной энергетики. Профессионалам хорошо известно, что атомная электростанция - самый экологически чистый способ производства энергии. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть непредвзятым взглядом на схему любого отечественного энергоблока АЭС. Блок представляет собой всего лишь замкнутый цикл движения радиоактивной воды, которая вращает турбину. Причем вся радиоактивность надежно изолирована. Альтернатива - труба ТЭЦ, ежесекундно выбрасывающая в атмосферу ядовитый дым. И именно эту альтернативу обществу активно навязывают "экологи".

Признанный лидер российских "зеленых", президент Центра экологической политики, сопредседатель Международного социально-экологического союза, вице-президент Всемирного союза охраны природы профессор Алексей Яблоков не устает повторять, что атомная энергетика нам не нужна, поскольку в стране-де есть огромные запасы нефти и газа, а угля хватит вообще до скончания веков.

В устах признанного борца за чистоту окружающей среды, имеющего представление о том, как эта самая среда загаживается при добыче и переработке горючих полезных ископаемых, подобные утверждения выглядят либо некомпетентностью, либо запредельным цинизмом, когда черное на глазах у изумленной общественности называют белым. После этого даже не удивляешься, когда тот же г-н Яблоков, на этот раз в качестве советника президента Европейского банка реконструкции и развития, заявляет, что России выгоднее не строить собственный современный порт в Финском заливе, а вложить деньги в латвийский Вентспилс и оставаться заложницей транзитных тарифов (цена вопроса 5 миллиардов долларов).

Наверное, нет ничего особенного и в том, что, когда Всемирный банк предоставил России 60 миллионов долларов на борьбу с лесными пожарами и еще 10 миллионов на реконструкцию целлюлозно-бумажного комбината, сбрасывающего отходы в Байкал, г-н Яблоков вместе с другими экологами написал гневное письмо руководству ВБ с требованием прекратить финансирование, поскольку, мол, эти деньги все равно разворуют.

Поражает лишь разброс проблематики, по которой лидер российских "зеленых" безапелляционно высказывает собственное мнение. Компетентность г-на Яблокова, естественно, под сомнение не ставится. Пресса величает его академиком, а академик у нас воспринимается как этакий отечественный Конфуций, специалист по всем вопросам, имеющий на каждый из них окончательный и бесповоротный ответ.

Правда, г-н Яблоков как бы не совсем академик. Академиками принято называть действительных членов РАН, а Алексей Владимирович пока член-корреспондент. К тому же специализация у академиков, как и у прочих ученых, есть, и достаточно жесткая. В частности, профессор Яблоков - специалист в области теории эволюции и популяционной биологии, работающий по преимуществу на материале морских млекопитающих.

Право называться экологом ему дают не столько профессиональные знания, сколько богатый опыт борьбы за окружающую среду. Видимо, именно поэтому взгляды профессора Яблокова, президента, вице-президента и прочая, и прочая, на развитие энергетики расходятся с мнением не отягощенного особыми регалиями, а равно и опытом борьбы за что бы то ни было скромного химика Менделеева. Последний безответственно утверждал, что сжигать нефть в качестве горючего - все равно что топить камин ассигнациями.

ТОВАРИЩ, ВЕРЬ...

     Человечество пошло по пути, который Менделеев считал анекдотически неэффективным. Попытки свернуть с дороги - например, в сторону ядерной энергетики - идут вразрез с интересами могущественных корпораций, которые вбросили в нефтегазовый камин трудно поддающееся подсчету количество ассигнаций. Вольно или невольно "зеленые" своей борьбой с АЭС помогают нефтяникам и газовикам во всем мире тормозить прогресс и продолжать загрязнение окружающей среды. Хотелось бы думать, что невольно. Но резкой критике экологов подвергаются любые способы добычи энергии, альтернативные сжиганию топлива.

Правда, из них только атом составляет реальную конкуренцию нефти и газу. Антиядерная аргументация, правда, не выдерживает профессиональной критики, но стоит специалистам начать опровержение по пунктам, "зеленые" организованно отступают на заранее подготовленную позицию: "Но ведь Чернобыль-то взорвался!". Но и здесь происходит подмена понятий. Трагедия произошла не по вине ядерной энергетики, а из-за халатности одного вполне конкретного гражданина, проводившего рутинные испытания с нарушениями технологии, и поспешности другого - он принял решение о тушении пожара, не запросив данных у профессионалов, как это положено по инструкции.

Называть виновников поименно не будем - обоих уже нет в живых. Но действия их сравнимы, скажем, с курением на бензоколонке. А взрыв любой бензоколонки в черте крупного города повлек бы за собой не меньшие жертвы...

"Зеленые" вообще крайне редко борются с реальными угрозами, предпочитая им неочевидные опасности, которые нельзя пощупать руками или оценить с точки зрения простого здравого смысла. В эти опасности можно только уверовать.

Так верят свихнувшиеся на собственном весе дамы в таблицы калорийности пищи.

Так верят желающие разбогатеть быстро и без труда простаки в прибыльность акций Мавроди и эффективность схемы "многоуровневого маркетинга".

Так верят ищущие простого ключика к мирозданию граждане во всякие "ауры", "чакры" и "кундалини". И именно на такой вере ни во что не верящие люди зарабатывают самые большие и самые легкие в мире деньги.


 

Ещё статьи:
Комментарии:
Нет комментариев

Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна