Сайт Анатолия Владимировича Краснянского

Юрий Бахарев. Статья 1. Детектив с Особой папкой № 1. Статья 2. О Катынском расстреле.

23.01.2014 9:03      Просмотров: 1450      Комментариев: 0      Категория: Польские военнопленные. Документы.

Юрий Бахарев

Детектив с Особой папкой № 1

 

 

 

Публикация: 2013 год

Источник информации - http://www.proza.ru/2013/12/18/2216 .
 
В конце 80 начала 90 годов на волне разоблачений «злодеяний советской власти» появилось большое количество сообщений и документов, которые впоследствии были разоблачены как недостоверные сведения или даже сознательные фальсификации.
Например, к настоящему времени считается установленным, что являются фальшивками следующие, в своё время наделавшие много шума, так называемые «документы»:

1.  Указание № 13666/2  от 1 мая 1919 г.  О расстреле служителей культа. Подробности в
http://proza.ru/2010/06/11/76
2.  Письмо Дзержинского к Ленину  от 30 декабря 1919 г. «О расстреле пленных казаков» Подробности в
http://proza.ru/2013/01/29/150

 3.  «Совместный приказ Берии и Жукова № 0078/42 от 22 июня 1944 г. о выселении украинцев в Сибирь». Подробности в http://www.contrtv.ru/common/1033/
4. «Справка к записке Зайкова» о захоронении Советским Союзом химического оружия в Балтийском море. Подробности в  http://www.e-reading.co.uk/chapter.php/1007684/37/Muhin_-_Glavnaya_antirossiyskaya_podlost.html

Постепенно начинают разгребаться мусорные кучи лжи содержащейся в работах, которые в конце 80-х - начале 90-х годов были основными источниками сведений о масштабе репрессий в СССР (Конквист, Шатуновская, Солженицын), или данных о потерях СА в Великой отечественной войне (Соколов).

Но яростные споры о достоверности представляемых цифр и документов продолжается.
Пожалуй, самые острые споры идут по поводу набора документов, содержащихся в, якобы случайно обнаруженной 24 сентября 1992 года в архиве Президента Российской Федерации, закрытом пакете № 1 по «Катынскому делу». По официальной информации, пакет поступил в архив Президента из архива политбюро (VI сектора Общего отдела ЦК КПСС), где они хранились под грифом максимальной секретности.

В СССР существовали следующие грифа секретности - «ДСП», «Секретно», «Совершенно секретно», «Совершенно секретно особой важности» и  еще две специальные категории для особо важных документов - «Особая папка» и «Закрытый пакет», применяемые в секретном делопроизводстве ЦККПСС.  Высшая категория секретности «Закрытый пакет»
применялась к наиболее важным государственным документам из категории «Особая папка». 

По воспоминаниям Горбачёва, имеющимся во второй книге «Жизнь и реформы», архивных томов с документами категории «Особая папка» было  более полутора тысяч. «Закрытых пакетов», как свидетельствуют бывшие работники Общего отдела, было всего несколько десятков.

В ЦК КПСС существовал порядок, согласно которому, после избрания нового Генерального секретаря ЦК КПСС, заведующий Общим отделом лично приносил ему «закрытые пакеты» для ознакомления.
 Генсек  собственноручно вскрывал все принесенные ему запечатанные «закрытые пакеты» и, после ознакомления с документами,  вновь лично запечатывал каждый «закрытый пакет». Заведующий общим отделом получал «зарытые пакеты»  в  запечатанном виде, с подписью Генсека и датой дня ознакомления.

Как сообщают историки, получившие доступ к работе в архиве Президента Российской Федерации, закрытый пакет №1, обнаруженный 24 сентября 1992, в 1970-е годы  хранился в сейфе тогдашнего заведующего Общим отделом ЦК КПСС Константина Черненко. Затем был передан на хранение в VI сектор Общего отдел с пометкой «Справок не давать, без разрешения заведующего общим отделом ЦК не вскрывать».

С тех пор с содержимым этой папки после вступления в должность знакомились все без исключения генеральные секретари - от Брежнева до Горбачева
Согласно записи на пакете, 15 апреля 1981 года документы были доложены Ю.В. Антропову.

Как утверждается в книге Ю. Мухина «Катынский детектив», в силу патологической боязни ответственности, установленный порядок нарушил Горбачев. «Он не ставил подписи даже при просмотре «особого пакета № 1», переложив эту обязательную операцию на Болдина».

Видимо по распоряжению М.С. Горбачёва, избранного Генеральным Секретарём ЦК КПСС в марте 1985 года пакет в VI секторе Общего отдела получал  заведующий Общим отделом ЦК КПСС Болдин.

В 1987 году пакет №1 ещё раз получал Болдин. Пакет был вскрыт по распоряжению М. С. Горбачева в связи с подготовкой к рассмотрению на Политбюро ЦК КПСС «одного из вопросов Смоленского обкома», по-видимому, каким то образом связанные с «Катынским делом».

В настоящее время польские историки и  часть российских исследователей проблемы, под «Катынским делом» понимают совокупность исследований проводимых по фактам репрессий, проводимых Советскими властями  по отношению к гражданам Польши с сентября 1939 года.

В советской историографии,   Катынским делом называли только исследования по факту массового расстрела польских военнослужащих, захоронения которых были обнаружены немцами в лесу под Катынью в нескольких километрах от города Смоленска в 1943 году.

Сразу после обнаружения массового захоронения, германским информационным бюро под непосредственным руководством Геббельса, была начата шумная пропагандистская компания с «международным расследованием», и обвинением в злодеянии Советских властей.

 Главными виновниками, палачами польских офицеров, были  определены Лев Рыбак, Авраам Борисович, Павел Брозинский и Хайм Финберг. А причиной расстрела названа месть евреев- большевиков за антисемитизм поляков,  расстрелы и издевательства, которым подвергались евреи в Польском государстве.

   Геббельс, оклеветав СССР, и провокационно называя еврейские фамилии,   не только пытался внести раскол в антигитлеровскую коалицию, но и хотел оправдать уничтожение гитлеровцами еврейской нации.

Советский Союз выступил с резким заявлением, отрицая свою причастность к злодеянию.
После освобождения Смоленска в сентябре 1943 года советская сторона начала собственное расследование.

Результатом расследования стал отчёт, комиссии Бурденко, согласно которому расстрелы поляков производились в 1941 году немецкими оккупационными войсками. Этот отчёт лёг в основу советской версии событий.

По свидетельству бывших работников Общего отдела ЦК КПСС, в 1985-1987 гг. «закрытый пакет» с документами по Катыни в VI секторе был только один. Этот пакет представлял  собой увесистый запечатанный почтовый конверт для документов формата А4, его толщина составляла не менее 2,5-3 см. Одновременно в архиве Общего отдела ЦК КПСС хранились две большие архивные картонные коробки толщиной 30-35 см с различными документами по Катынскому делу»  (Л1)

Установлено, что в 1987 году, вскрытие  пакета №1 производилось для снятия рабочей ксерокопии с оригинала находившихся там «Сообщения комиссии Бурденко» в связи с подготовкой к рассмотрению на Политбюро ЦК КПСС «одного из вопросов Смоленского обкома».  Оригинал «Сообщения комиссии Бурденко» после разделения оказалось в «закрытом пакете № 2»

18 апреля 1989 гг. пакет выдавался заведующему общим отделом ЦК КПСС В. Болдину. Об этом говорит еще одна помета на пакете: "Получил от тов. Болдина В. И. документы в заклеенной папке вместе с конвертом вскрытого пакета за № 1, которая в тот же день сдана в VI сектор в новом опечатанном пакете за № 1. В. Галкин. 18.IV.89 г."


Горбачев, в книге «Жизнь и реформа» пишет, что  «закрытых пакетов» по Катыни было два. Он утверждает, что с их содержимым  он знакомился в апреле 1989 г., перед визитом в Москву Ярузельского, и что «в обоих была документация, подтверждающая версию комиссии академика Бурденко. Это был набор разрозненных материалов, и все под ту же версию» 

В августе 1991 года после «путча» был арестован заведующий общим отделом ЦК КПСС В. Болдин, который дважды, в 1987 и в 1989 году  приносил  закрытый пакет №1 Горбачёву.  В  книге «Жизнь и реформы», Горбачёв утверждает, что в середине декабре 1991 года,  « работники   особого архива ЦК КПСС обнаружили закрытый пакет № 1 и  через руководителя аппарата президента, добивались, чтобы я обязательно ознакомился с содержанием одной папки».
Горбачёв  прочитал документы и ознакомил с ними А. Яковлева.

. А. Яковлев в книге «Сумерки России» пишет:

«В декабре 1991 года, Горбачев, в моем присутствии, передал Ельцину пакет со всеми документами по Катыни. Когда конверт был вскрыт, там оказались записки Шелепина, Серова и материалы о расстреле польских военнослужащих и гражданских лиц, особенно из интеллигенции (более 22 тысяч человек). Михаил Сергеевич сидел с каменным лицом, как будто ничего и никогда не говорилось по этому поводу. Я до сих пор не понимаю, какой был смысл держать все эти документы в тайне. Михаил Сергеевич выиграл бы — и политически, и нравственно, предав их гласности».

Впоследствии А. Яковлев в своих интервью и мемуарах неоднократно упоминал о том, что в тот день в «закрытом пакете № 1» присутствовала записка И. Серова.

« Записка Серова» - ещё одна тайна «Катынского дела», так как по версии Ельцина 15 июля 1992 г. была образована комиссия в составе руководителя администрации президента РФ Ю. Петрова, советника президента РФ Д. Волкогонова, главного государственного архивиста России Р. Пихои и директора архива А. Короткова. В задачу комиссии входило ознакомление с материалами, находящимися в «Закрытых пакетах».

.Утверждается, что  на проходившем 24 сентября 1992 г. плановом  заседании комиссии был вскрыт пакет, в котором была обнаружена заклеенная папка, содержащая следующие материалы:

 1) Четырёх страничная машинописная записка НКВД СССР от первых чисел марта 1940 г. № 794/Б о польских военнопленных, подписанная Л. П. Берией.

2)  Два экземпляра выписки из протокола № 13 заседания Политбюро ЦК ВКП (б) "Особая папка" от 5 марта 1940 г. «Вопрос НКВД СССР».

3) Два листа с текстом решения, изъятые из протокола № 13 заседания Политбюро ЦК ВКП (б).

4) Рукописная записка председателя КГБ при СМ СССР А. Н. Шелепина от 3 марта 1959 г. № 632-Ш с предложением ликвидировать все дела по операции, проведенной органами НКВД в соответствии с постановлением ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г.
На папке имелась запись: "Документы в этой папке получены от тов. Черненко К. У. В заклеенном виде. Доложены тов. Андропову Ю. В. 15 апреля 1981 г. В таком виде получены от тов. Андропова после ознакомления с этими документами. В. Галкин. 15.IV.81 г."

14 октября 1992, по личному распоряжению Ельцина, главный архивист РФ Р.Пихоя в Варшаве передал копии документов из обнаруженного закрытого пакета № 1  польской стороне.

Приведенные данные о содержании пакета № 1 взяты из книги  "Катынь. Пленники необъявленной войны. Документы и материалы" (Под редакцией Р. Г. Пихои и др.),

В 2010 году, по указанию Медведева, в Интернет были  выложены цветные ксерокопии документов из «Катынской папки». Как и в перечне из книги  "Катынь. Пленники необъявленной войны. Документы и материалы", в интернетовском наборе документов отсутствует «Записка Серова». Кроме того, в интернетовском варианте присутствует  один документ не названный в перечне из книги: Проект постановления ЦК КПСС об уничтожении документов по запросу Шелепина.

Версия  об обстоятельствах «находки» пакета №1 не подвергалась сомнению до 15 октября 2009 года, пока депутат Госдумы Андрей Макаров в телевизионной передаче не поведал реальную историю обнаружения катынских документов.

 Они действительно были обнаружены в сентябре 1992 года в период процесса над КПСС, но не в Архиве, а в личном сейфе Ельцина. 

Пакет №1 был передан Ельциным Шахраю, выступающим обвинителем в Конституционном суде по «Делу КПСС».

Профессор Ф. М. Рудинский, представлявший в Конституционном суде сторону КПСС, пишет, что записка, представленная С. Шахраем и А. Макаровым Конституционному суду, была датирована 5 марта 1940 г. Но на ксерокопии выложенной в Интернете, дата обозначена без числа  как «   »    марта 1940 г.

Члены Конституционного суда, исходя из странностей в оформлении и содержании представленных в черно-белых ксерокопиях документов, усомнились в их подлинности и исключили «Катынский эпизод» из рассмотрения.

Но в мае 2008 г. известный российский историк Юрий Николаевич Жуков на радиостанции «Серебряный дождь» сообщил, что в начале 1990;х годов  он получил в Архиве Президента РФ материалы, среди которых обнаружил ксерокопию «записки Берии Сталину» на одном листе.

Ю.Жуков отметил, что резолюция в левом верхнем углу ксерокопии одностраничной записки Берии отсутствовала, так во время копирования она была прикрыта. Жуков высказывает версию,  что « резолюция отвергала предложение расстрела, иначе ее бы не закрыли. Ведь нужно было что - обвинить всех и вся в нашем прошлом. Все мои попытки получить оригинал, чтобы прочитать резолюцию, были отвергнуты - государственная тайна».


Галкин, бывший  сотрудник Общего отдела ЦК КПСС, чья роспись стоит на «закрытом пакете Катынского дела»,  рассказал публицисту Владиславу Шведу, действительному государственному советнику РФ 3 класса, исследующему Катынскую проблему, что в апреле 1981 г. по поручению К. Черненко доставлял «Записку Берии» из «закрытого пакета №;1» тогдашнему председателю КГБ Ю. Андропову. 

 Галкин утверждал, что записка Берии была напечатана на одном листе, и в ней говорилось о расстреле примерно 2;3 тысяч польских офицеров. Общеизвестную сегодня, 4;х страничную записку Берии № 794;/;Б, предполагающую расстрел более 25тысяч поляков,  Галкин не видел.


То, что  государственные архивы, в конце 80 - начале 90 годов, активно «подтасовывали» имеются многочисленные свидетели. Об этом, например, можно прочитать у Виктора Алксниса http://v-alksnis.livejournal.com/46913.html. или Виктора Илюхина, Заместителя председателя комитета Госдумы по безопасности  http://www.km.ru/tv/viktor_ilyuxin_my_vskryli_falsif

Илюхин в апреле 2010 году озвучил информацию о возможной фальсификации кремлёвских документов из «Катынского пакета» на круглом столе в Государственной Думе. Однако, ни строки, ни в одной центральной газете, ни одного кадра на федеральном телевидении, об этом не появилось.

Илюхин  утверждал, что к нему явился  человек, которого он хорошо знал по службе. Визитёр заявил,  что в начале 90-х годов прошлого века, во время работы правительственная комиссия, которую возглавлял Михаил Полторанин, по рассекречиванию документов ЦК КПСС,  была создана группа из специалистов высокого ранга по «корректировке» архивных документов, касающихся важных событий советского периода.

 Этот человек, которого Виктор Илюхин назвал «Заявителем» сказал, что группа находилась в структуре службы безопасности российского президента Б. Ельцина. Над смысловым содержанием проектов текстов работал  бывший руководитель Росархива Р. Пихоя. Названа была также фамилия первого заместителя руководителя службы безопасности президента Г. Рогозина.

В статье «Катынь. Правда Ильюхина» Владислав Швед пишет, что  27 мая 2010 года ему позвонил Виктор Иванович Илюхин и попросил срочно приехать к нему на работу. "Вместе со мной в Госдуму прибыл координатор международного проекта «Правда о Катыни» Сергей Стрыгин. В кабинете Илюхина нас ждал сюрприз.

 На столе находились пустые бланки сталинского периода, россыпь печатей, штампов и факсимиле, а также архивное дело Спецфонда № 29 том 7 «Переписка НКГБ — НКВД с ЦК ВКП (б) в период с 02.01.1041 по 05.05.1941 г. О приготовлении Германии к войне против СССР».

 
При более внимательном ознакомлении выяснилось, что это бланки НКВД СССР и Наркомата обороны СССР довоенного периода. Из печатей и факсимиле мне запомнились два факсимиле с подписью Сталина, три — Берии, печати ЦК ВКП (б), ЦК КПСС, НКВД, КГБ СССР.

По словам «Заявителя», довоенные бланки и печати были использованы в 1992 году для фальсификации различных документов сталинского периода. О наличии у фальсификаторов пишущих машинок, карандашей, чернил и других канцелярских принадлежностей довоенного периода, заявитель говорил, как о само собой разумеющемся».

  Как пишет Владислав Швед, Ильюхин показал  два листа бумаги, на которых, в его присутствии, «Заявитель» воспроизвел несколько вариантов подписей И. Сталина, В. Молотова, Л. Берии. Сходство с подписями, присутствующими на записке № 794 / Б, «было просто поразительным».


«Заявитель» сообщил В. Илюхину, что одной из фальсификаций  группы  специалистов  по подделке архивных документов, была  записка Берии в Политбюро ВКП (б), в которой предлагалось расстрелять более 25 тысяч польских военнопленных, на которой  как раз и базируется обвинение советских властей в расправе над польскими военнопленными.

В июне 2010 года с этой информацией В. Илюхин выступил на пленарном заседании Госдумы, но лица,  фамилии  которых были названы причастными к архивным фальсификациям, ни как не отреагировали на заявление, прозвучавшее с высокой  трибуны

В ноябре 2010 года «Заявитель» передал В. Илюхину пять листов двух черновиков сфальсифицированной записки Берии Сталину № 794 / Б. По первоначальному варианту в этих черновиках предлагалось расстрелять не 25.700 (14.700+11.000), а 46.700 (24.700+22.000) поляков. Но, видимо, кто-то, осознав абсурдность такой цифры, уменьшил ее.

            Письмо В. Ильюхина по  вопросу необходимости возобновления следствия по «Катынскому делу», направленное Президенту Российской Федерации,  Д. Медведеву, осталось без ответа.

В. Илюхин не  успел раскрыть фамилию обратившегося к нему человека, но сказал, что «Заявитель» готов «сделать свои признания публично, но только в рамках начавшегося официального следствия и при наличии серьезных гарантий его личной безопасности».

С учетом того, что сам Виктор Иванович Илюхин  через 4 месяца скоропостижно скончался, а руководство КПРФ  назвало смерть «весьма странной» и высказало подозрение, что в её причинах «есть политическая составляющая», то опасения «Заявителя» были не безосновательными.

Сразу после смерти В.Илюхина из его сейфа исчезли оригиналы черновиков, полученных им в ноябре 2010 года. Правда, ксерокопии этих документов, у соратников Виктора Ивановича по поиску истины, сохранились.

Первый раз документы из «Закрытого пакета №1» в нашей стране были опубликованы  в сборник «Военные архивы России», выпуск 1 за 1993 год. Но не все, а только «Записка Берии»,  два листа с текстом решения, изъятые из протокола № 13 заседания Политбюро ЦК ВКП (б); и «Записка Шелепина»

В сборнике, вопреки законам, не была указана типография, которая его печатала, а адрес редакции оказался фальшивым. Как утверждает Ю. Мухин, в своей книге Катынский детектив, редакцию сборника найти не удалось, и больше журнал с таким именем не выходил.

К настоящему времени ксерокопии документов «Закрытого пакета №1» тщательно и всесторонне исследованы.
 Главный документ - 4;х страничная записка Берии № 794/Б .

От «  » марта 1940 года имеет огромное количество несуразностей и «ляпов», как в оформлении, так и в содержании.

 Экспертизой твердо установлено, что первые 3 листа документа отпечатаны на одной пишущей машинке, а последний лист, с подписью Берии и рукописной пометкой Сталина - на другой.

Было выявлено, что шрифт только  четвертой страницы встречается на подлинных документах  НКВД 1939;40 годов.

Шрифты первых трёх страниц,  на имеющихся в наличии документах  НКВД того периода, не обнаружены. http://katyn.ru;/;index.php?go=Pages&in=view&id=946.

 Именно на первых трёх страницах документа содержатся предложения НКВД о расстреле 25.700 польских граждан.

По анализу величины полей на первой второй и третьей страницах видно, что страницы  печатались с вытаскиванием листов из пишущей машинки. (Боковой отступ устанавливается специальным механическим фиксатором и во время печатания одного документа не меняется.) Нижний отступ текста на первой странице составляет 25 мм, на второй и третьей - 15 мм.

Результаты измерений отступов позволяют с большой степенью уверенности утверждать, что вторая и третья страницы печатались в другое время, нежели первая.

 Тем более, что в нарушении обычного порядка, на записке отсутствуют инициалы машинистки, печатавшей документ. На всех других доступных документах, вышедших из центрального аппарата НКВД, такие отметки есть.

Регистрационный номер документа 794/Б соответствует регистрации «Записки Берии» в аппарате НКВД 28 февраля, так как  таким числом были зарегистрированы  документы 793/б и 795/б. Почему  на записке № 794/Б указан март месяц без конкретной числа, остается только гадать.

Возможно потому, что в записке  фигурируют не февральские   статистические данные о численности военнопленных, а  из «Контрольной справки» от  3 марта 1940 г. А этот факт легко проверяется.

Как бы то ни было, ни один нотариус не признает записку Берии, зарегистрированную февралем, а датируемую мартом, достоверной, а сочтет не действительной даже только по формальным основаниям. В сталинский период подобная небрежность в оформлении документов расценивалось как вредительство.

Еще один «ляп» т.н. «Записки Берии» - разные числа военнопленных (14736 и 14000) а также заключённых в тюрьмах (18632 и 11000), приведенных на 2 и 3 странице документа.

В этом каждый может убедиться, осмотрев в Интернете цветные ксерокопии «Записки Берии»  http://rusarchives.ru/publication/katyn/01.shtml

Такие грубейшие ошибки в содержании и оформлении многолетние сотрудники КГБ СССР и ЦК КПСС считают невозможными в документах такого уровня. В те годы, сотрудников аппарата строго наказывали и за менее серьезные просчеты при работе с документами.

Ещё менее возможным, считают люди, работавшие со Сталиным, что ни он, ни его секретарь Поскрёбышев  не заметили несоответствия в цифрах на 2 и 3 страницах документа

 В двух листах с текстом решения, изъятых из протокола № 13 заседания Политбюро ЦК ВКП (б) также есть серьёзные странности.

 Прежде всего, не ясно, что означает фраза из пункта 1 №144  « рассмотреть в особом порядке с применением к ним высшей меры наказания – расстрела».

Всех названных в подпунктах  1) и 2)  первого пункта   постановления надлежит расстрелять?  Или допустить  применение расстрела «при рассмотрении дел и   вынесении решения» возложенного на тройку в составе т.т. Меркулова, Кобулова и Баштакова»?

Принимая решение о создании «тройки» Политбюро превышает свои полномочия, так как решением ЦК КПСС  тройки ликвидированы и заменены Особым совещанием.

 Если только для того, чтобы иметь право расстрелять военнопленных, так расстрелять можно было,  проводя решение  о расстреле через Особое совещание, как это было сделано в 1941 году.

Почему-то в этом документе за № 136 повестки дня «Вопросы верховного суда» идет сразу №   144  «Вопрос НКВД СССР», а пункт второй из постановления №144 зачеркнут.  На левом поле первой страницы стоит рукописная запись  «Изъято из протокола «ОП» 4. III. 1970 года М. Закрытый пакет. Согласовано с т. Черненко К.У.»

 Если в марте 1970 года происходило формирование документов для «Закрытого пакета №1», то по какому принципу отбирались документы? Почему в «Закрытом пакете №1» отсутствуют протоколы заседаний тройки и акты о приведение в исполнение решений троек, о которых говорится в «Записке Шелепина».

Непонятно, почему под текстом решения стоит только  пометка: Выписка послана т. Берии и отсутствуют пометки о рассылке членам «тройки», созданной этим решением.

Так называемая рукописная «Записка Шелепина» тоже имеет массу странностей. Судя по тому,  что подпись и текст выполнены разным подчерком и разными чернилами, писал её не сам Шелепин, а какой-то писарь с хорошим подчерком. Откуда писарь Шелепина мог знать сведения доступные только первому лицу государства,  Н.С. Хрущёву.

Тем более что на допросе следователям военной прокуратуры  в 1991 году Шелепин сказал, что  помнит только, что ему, только что вступившему в должность  Председателя КГБ, работники аппарата приносили на подпись письмо на уничтожение старых дел по военнопленным, занимающих целую комнату. Он письмо подписал, но о Катыни знает только версию комиссии Бурденко
.
 «Письмо Шелепина» посланное Хрущёву  из аппарата  КГБ,  имеет исходящий номер 632 Ш от 3 марта  1959 г., проставленный под датой, но почему-то  не имеет входящей  регистрации в 1959 году в аппарате ЦК КПСС.

Под грифом совершенно секретно. Особая папка на первой странице «Письма Шелепина» стоит штамп 6 сектора ЦК КПСС Особый отдел  с номером 0680 и датой 9 марта 1965 года. Хрущев к этому времени уже был на пенсии. И если письмо пришло в аппарат ЦККПСС в марте 1965 года, через 7 лет после отправления, то его рассматривать должен был уже Л.И. Брежнев.

В тексте «Письма Шелепина» имеются «ляпы», которые бы опытные аппаратчики никогда не сделали, например, Постановление Политбюро ЦК ВКП (б) названо постановлением ЦК КПСС.

В «письме Шелепина» указаны   целыми и хранящимися в архиве, «учетные дела на военнопленных» Старобельского лагеря, которые, согласно имеющимся документам были сожжены в октябре 1940 года.

Оба экземпляра выписки из протокола заседания Политбюро ЦК ВКП (б) №13/144 от 5 марта 1940 г., введённые в научный оборот последними, также оформлены с серьезными нарушениями. Фактически это не полноценные документы, а незаверенные копии.

На выписке, предназначенной наркому НКВД Берии, отсутствует печать ЦК ВКП (б), а также факсимиле или подпись Сталина.

 Если же это официальная копия, то на ней должна быть печать Общего отдела, запись “Копия верна” и под ней подпись зав. Общим отделом ЦК ВКП (б). Этот экземпляр выписки, судя по пометкам на нём, дважды направлялся Берии, и он обязан был росписью подтвердить ознакомление с ней. Однако подпись Берии на документе отсутствуют.

Невероятным, когда каждая буква, начертанная Вождём, считалась священной,  является то, что в обеих выписках из решения Политбюро от 5 марта 1940 г. фамилия «Кобулов», которую Сталин якобы лично вписал в записку Берии, ошибочно напечатана через «а» - «Кабулов». 

На бланке выписки, со ссылкой на постановление ЦК РКП (б) от 19.8. 1924 года, говорится: « Товарищ, получающий конспиративные документы ни передавать, ни знакомить, кого бы то ни было. Отметка и дата ознакомления делается на каждом документе лично товарищем, кому документ адресован и за его личной подписью»

Таким образом, если выписка из решения Политбюро было адресовано только Берии, то никто, кроме него, это решение не мог видеть и даже знать. Но тогда, чтобы исполнить решение, судебная тройка в составе Кобулов, Меркулов, Баштаков, должна быть, создана Берией «в порядке особого приказа НКВД СССР». Но « судебные тройки» были отменены 17 ноября 1938 года Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия».

 В этом постановлении, вместе  с критикой  «крупнейших недостатков и извращений в работе органов НКВД и Прокуратуры» дается  грозное требование: «Ликвидировать судебные тройки, созданные в порядке особых приказов НКВД СССР» и, «впредь все дела, в точном соответствии с действующими законами о подсудности, передавать на рассмотрение судов или Особого совещания при НКВД СССР».

Предшественника Берии, всего месяц назад, 4 февраля 1940 г. расстреляли именно за то, как  «судебная тройка», возглавляемая Ежовым,  работала. Довольно странно, что в разгар судебных  разборок с членами «троек», Берия, игнорируя совместное постановление правительства и ЦК, вдруг приказал бы создать «тройку» Кобулов, Меркулов, Баштаков. И что бы по этому поводу подумали вновь назначаемые члены тройки!

На обратной стороне копии выписки, адресованной Берии, стоит штамп рассылки, хотя он должен стоять на первом экземпляре выписки. Первый экземпляр выписки из  решения Политбюро ЦК ВКП (б) отсутствует.

Не меньше  вопросов возникает и после ознакомления с выпиской, направленной в феврале 1959 г. Председателю КГБ Александру Шелепину. Этот экземпляр также был отпечатан в марте 1940 года. Но выписка заверена печатью ЦК КПСС, хотя в то время партия называлась ВКП (б).

 При внимательном рассмотрении выписки видно, что  с него удалили дату «5 марта 1940 г.» и фамилию старого адресата, после чего впечатали новую дату 27 февраля 1959 г. и фамилию Шелепина. Фамилия Сталин под документом напечатана на другой машинке.

В Открытом письме директору Государственного архива РФ Мироненко С.В. Владислав Швед по этому поводу пишет:

«Получившийся уродливый бюрократический гибрид, ставший выпиской из протокола заседания Политбюро ЦК ВКП (б) от 27 февраля 1959 года, документом считаться не может, так как в феврале 1959 года вместо ВКП (б) была КПСС, а высшим партийным органом был Президиум ЦК КПСС.

Помимо этого согласно правилам партийного делопроизводства дата и фамилия адресата указывались только в сопроводительном письме к архивному документу, но ни в коем случае на самом документе!»

Каждый из вопросов, возникающих у историков исследующих документы «Особой папки №1» не может считаться основанием, для того, чтобы считать содержащиеся в ней документы фальшивыми. Но, поскольку  эти документы считаются определяющими для признания вины Высшего руководства СССР  в «Катынском деле», а совокупность несоответствий и «ляпов» в содержании и оформлении документов составляет несколько десятков, то вполне разумным является требования многих исследователей до конца разобраться в этом непростом вопросе.

 К сожалению, власти не дают возможности исследователям ознакомиться с оригиналами документов из "Особой папки №1", отказав в этом даже судьям Конституционного суда.

Тем более что польская сторона не удовлетворилась официальным покаянием наших президентов, а рассматривает вопрос предъявления материальных претензий к  России, как правопреемнице «преступного, тоталитарного государства» величину которых оценивают в 100 млрд. долларов. 
 
 
 

О Катынском расстреле

 

В настоящее время понятие «Катынское дело» имеет двоякое толкование. В советской историографии,   Катынским делом называли  исследования по факту массового расстрела польских военнослужащих, захоронения которых были обнаружены немцами в лесу под Катынью в нескольких километрах от города Смоленска в 1943 году.

 Польский «Институт национальной памяти» (ИНП), созданный в1998 году в соответствии с «Законом по расследованию преступлений против польского народа»,  «Катынское дело»  толкует с размахом.

Понимая под ним все преступления совершённые по отношению к лицам польской национальности или польским гражданам других национальностей в период с 1 сентября 1939 г. по 31 июля 1990 г. органами НКВД и Советской властью.

Не знаю, считает ли ИНП преступлением гибель около 50 тысяч поляков, воевавших против СССР на стороне Гитлеровской германии.   Или нахождение в плену более 60 тысяч  поляков попавших туда в составе войск Вермахта.

В любом случае, мне такая подмена понятия представляется неправомерной.  Неправомерной, как по широте охвата рассматриваемых вопросов, так и по априорному утверждению в виновности в преступлении советской власти. Но, чтобы исключить ошибки в понимании, о чем идет речь, в дальнейшем моём тексте буду использовать слова «Катынский расстрел».

С момента возникновения понятия «Катынский расстрел», существует две версии этого международного преступления. Каждая из них со своей причиной, государством-виновником, своими наборами исполнителей и заказчиков преступления.

По первоначальной версии, обнародованной ведомством Геббельса, причиной является месть евреев-большевиков польским офицерам за их антисемитизм, который существовал во Второй Речи Посполитой с момента её образования.

 Государством-виновником объявлялся Советский Союз, находящийся, по мнению инициаторов версии, под властью евреев-большевиков, являющихся заказчиками преступления. Непосредственными исполнителями преступления, палачами польских офицеров,  были  названы Лев Рыбак, Авраам Борисович, Павел Брозинский и Хайм Финберг из Смоленского НКВД.

Информационной целью распространения версии Геббельса было внесения раскола в ряды антигитлеровской коалиции и оправдания политики геноцида по отношению к еврейскому народу.

По альтернативной версии, заявленной в ответ Советским правительством, причиной преступления являлась официальная политика нацистской Германии, согласно которой польская интеллигенция и высшая часть польского общества должны быть физически уничтожены.

Государством-виновником называлась  гитлеровская Германия. Заказчиками преступления - нацистские главари, насаждавшие, на оккупированных Германией территориях, свои расовые законы. Непосредственными исполнителями преступления были названы солдаты Вермахта под руководством оберст-лейтенанта  Арнеса.

Информационной целью советской версии было оправдание от обвинений в виновности в Катынском расстреле советской стороны.

Почти сразу после возникновения версии Геббельса её поддержало Польское правительство в эмиграции генерала Сикорского, добавив, что причиной преступления, помимо ненависти евреев-большевиков к полякам было желание воспрепятствовать национально-освободительному движению за возрождение польской государственности.

После поражения Гитлеровской германии, в процессе развития «холодной войны» Геббельскую версию реанимировали в США, несколько модернизировав причину преступления, заказчиков и информационную цель, удалив из них «не корректную» еврейскую составляющую.

В 1951 году была создана специальная комиссия Палаты представителей Конгресса США по вопросам Катыни под председательством Р. Дж. Мэддена. Заключение Комиссии объявляло СССР виновным в Катынском убийстве 

Теперь причиной преступления стал тоталитаризм советского режима, желающего воспрепятствовать национально-освободительному движению за возрождение польской государственности. Главными заказчиками - партийно-политическая верхушка СССР, а исполнителями - органы НКВД.

Информационной целью модернизированной Геббельсовской версии стало обвинение в геноциде тоталитарного Советского государства.

После распада СССР  на сторону модернизированной Геббельсовской версии стало новое польское правительство.  Институт национальной памяти, как государственный орган, созданный в Польше стал продвигать эту версию, как официальную польскую версию Катынского расстрела.

 Информационной целью польской версии, кроме обвинения в геноциде тоталитарного Советского государства, стало требования покаяния России за совершенное преступление и признания права погибших на реабилитацию, а родственников на материальную компенсацию. Польскую версию Катынского расстрела, с небольшими оговорками поддержала и Российская власть.
                      
Надо сказать, что среди российских историков и исследователей «Катынского расстрела» далеко не все согласны поддерживать польскую версию.

Существует огромное количество публикаций отстаивающих справедливость исходной советской версии, тем более что за многие годы, в отличие  от исходной Геббельсовской, не было необходимости менять основные аргументы: причину, виновника и заказчиков преступления.

В  версии альтернативной советской, менялись не только причина, виновники и заказчики преступления, но и постоянно корректировалась, с  учётом вновь открывшихся обстоятельств,  интерпретация вещественных доказательств.
 
Например, после того, как стало окончательно ясно, что расстрел произведен из немецкого оружия, возникла версия, что немецкое оружие приобретено в 20 годы, во время широкого советско-немецкого сотрудничества.

 Когда обнаружено, что маркировка патронов соответствует времени после1934 года, когда советско-германское военное сотрудничество было полностью прекращено в связи с приходом к власти нацистов, то выдвинут тезис, что оно могло быть захвачено у поляков.

Впрочем, у советской версии с интерпретацией вещественных доказательств тоже не всё гладко. Стремление объяснить вещественное доказательство в пользу своей версии, порой напоминает состоявшуюся в 50 годы дискуссию о природе Тунгусского метеорита. Версия писателя-фантаста Казанцева предполагала, что Тунгусский феномен можно объяснить катастрофой космического корабля «пришельцев». Когда же оппоненты версии Казанцева привели факты  обнаружения метеоритного вещества в месте падения, то возник вариант о космическом корабле, загруженном метеоритами.

С момента обнаружения захоронения расстрелянных польских офицеров было произведено несколько полномасштабных расследований. Первое было произведено немцами с привлечением международной комиссии, состоящей из европейских врачей из подконтрольных Германии стран. Эксгумацию, в которой принимали  участие поляки из Польского Красного Креста, возглавлял профессор Герхард Бутц. Согласно выводам комиссии, опросивших местных жителей, поляки были убиты в апреле-мае 1940 г.

Второе расследование, сразу после освобождения Смоленска, проводила предварительная комиссия из представителей НКВД и НКГБ, которую возглавляли нарком госбезопасности Меркулов и заместитель наркома внутренних дел Берии Круглов.

В отчете утверждалось, что к западу от Смоленска находились три лагеря особого назначения для польских военнопленных.

 Находившиеся там пленные были заняты на дорожных работах. Летом 1941 года эти лагеря не успели эвакуировать, и пленные были захвачены немцами. Некоторое время они по-прежнему работали на дорожных работах, но в августе-сентябре 1941 г. были  расстреляны.

 По опросам местных жителей, расстрелы осуществлялись «немецким военным учреждением, скрывающимся под условным наименованием „штаб 537-го строительного батальона“ во главе с обер-лейтенантом Арнесом». Штаб его находился на бывшей даче НКВД в Катынском лесу.

Весной 1943 г. немцы раскопали могилы и изъяли оттуда все документы, датированные позднее весны 1940 г.  Проводивших эти раскопки советских пленных расстреляли.

 Местных жителей силой и угрозами заставили давать лжесвидетельства.

Третьей комиссией была основная советская комиссия, проводившая эксгумационные работы, под председателем академика Бурденко. Её выводы были: поляков расстреляли немцы в сентябре-декабре 1941 года.

Четвертой комиссией была совместная польско-советская комиссия историков по трудным вопросам, созданная в мае 1987 года. Комиссия работала только с документами.

Прямых доказательств вины СССР комиссия не нашла, однако в декабре 1987  на основе работы комиссии, была подготовлена «записка четырёх» о необходимости признать вину сталинского режима. Её подписали секретари ЦК, члены Политбюро А. Н. Яковлев, В. А. Медведев, министр иностранных дел Э. А. Шеварднадзе и министр обороны маршал С. Л. Соколов.

Весной-летом 1989 г. были обнаружены документы, свидетельствующие, что дела поляков подлежали рассмотрению на Особом совещании при НКВД СССР, и что содержавшиеся во всех трех лагерях лица были этапированы в распоряжение областных управлений НКВД и в статистических отчетах в дальнейшем не фигурировали.

Результаты работы комиссии доложили Генеральному секретарю.
Горбачёв, находясь на пике борьбы «с тоталитарным советским прошлым»,  решил, что факт  рассмотрения дел на Особом совещании и то, что в дальнейших статистических отчетах эти военнопленные не фигурировали, можно считать расстрелом.  А разоблачение очередного сталинского преступления мировая прогрессивная общественность свяжет с его именем, бескомпромиссного борца с тоталитаризмом.

Хотя в 1940 году Особое совещание не имело права приговаривать к смертной казни, а было внесудебным органом,  выносящим приговоры о тюремном заключении, ссылке или высылке.  Да и отсутствие польских офицеров  в статистических отчётах о военнопленных можно объяснить, тем, что они перешли в категорию осужденных.


Но, по-видимому,  Горбачёв решил не обращать на эти мелочи внимания, и заявил,  что существуют «косвенные, но достаточно убедительные доказательства того, что расправа с польскими офицерами в Катыни была осуществлена тогдашними руководителями НКВД».

      В Заявлении ТАСС, выпущенном по его требованию, говорилось: «выявленные архивные материалы в своей совокупности позволяют сделать вывод о непосредственной ответственности за злодеяние в Катынском лесу Берии, Меркулова и их подручных. Советская сторона, выражая глубокое сожаление в связи с Катынской трагедией, заявляет, что она представляет одно из тяжких преступлений сталинизма».

              В соответствии с распоряжением Президента СССР от 3 ноября 1990 г. по итогам визита в СССР министра иностранных дел Польши К. Скубишевского, Генеральной прокуратуре СССР было предложено с учетом складывавшихся в тот момент советско-польских отношений «ускорить следствие по делу о судьбе польских офицеров»

Назначая следствие по уголовному делу № 159, главный военный прокурор СССР Александр Катусев ориентировал следственную бригаду на правовое оформление политического решения Горбачева о признании виновными руководителей СССР и НКВД. Делу следовало придать юридически законченную форму и закрыть за смертью обвиняемых.

В состав следственной группы вошли военные прокуроры Главной военной прокуратуры: А.В. Третецкий, С.С. Радевич, А.Ю. Яблоков, С.В. Шаламаев и В.М. Граненов.

Вскоре, после создания группы по уголовному делу № 159 при загадочных обстоятельствах были обнаружены документы «Особой папки №1», о чём у меня подробно изложено в статье  «Детектив с Особой папкой №1».
http://www.proza.ru/2013/12/18/2216

                     Якобы сразу после ознакомления с содержимым «Особой папки №1», Б.Ельцин, ставший к тому времени Президентом Российской Федерации, заявил, что ответственность за Катынский расстрел лежит на высшем политическом руководстве Советского Союза, во главе с И.В. Сталиным. Причина преступления в тоталитарном коммунистическом строе СССР, а расстрел совершили органы НКВД. То есть, по существу, полностью согласился с польской версией Катынского расстрела.

                  Завершившееся  расследование Главной военной прокуратуры России  узаконило заявление Ельцина, подтвердив вынесение «тройкой НКВД» смертных приговоров 14 542 польским военнопленным по обвинению в совершении государственных преступлений, и достоверно установила смерть 1803 человек и личность 22 из них.

21 сентября 2004 года ГВП РФ приняла решение о прекращении уголовного дела по «Катынскому расстрелу» в связи со смертью виновных».

Версию о геноциде польского народа прокуратура сочла «не подтвердившейся и уголовное дело по признакам геноцида было прекращено за отсутствием события преступления».

В акте следственной группы содержатся утверждение: «Проводившиеся ранее исследования на основе материалов эксгумации в Катынском лесу позволили установить наличие события преступления, но оставляли открытым вопрос об окончательном установлении его срока, виновников, причин, мотивов и обстоятельств».

  Из этого  следует, что обвинение в злодеянии произведены только на основе собственных данных полученных следственной группой, а по результатам ранее проводившихся исследований Катынского расстрела можно установить только то, что поляки были кем-то расстреляны.

Но к этому времени успели покаяться перед польской нацией за совершенные преступления и президент СССР Горбачев, и президент России Ельцин. Но хотя они покаялись еще до получения достоверных аргументов, польская сторона посчитала степень покаяния не достаточной.

Требуется еще, чтобы Россия, как правопреемница СССР, подтвердила факт геноцида польского народа,  признав  права погибших на реабилитацию, а права родственников на материальную компенсацию. 

  В 2010 году на российские экраны вышел фильм польского режиссера А. Вайды "Катынь", в котором рассказывается о судьбе польских офицеров, взятых в плен Красной армии в 1939г. и расстрелянных в Катынском лесу под Смоленском.

 Президент России Дмитрий Медведев подписал указ о награждении польского режиссера орденом «Дружбы народов» за большой вклад в развитие российско-польских отношений в области культуры. Президент отметил: «Катынская трагедия — это следствие преступления И. Сталина и ряда его приспешников. Позиция российского государства по этому вопросу давно сформулирована и остается неизменной»

Не менее определённо высказался и, бывший в 2010 году премьер-министром, В.В.Путин: «Не вызывает никаких сомнений то, что И. В. Сталин и члены Политбюро решили в марте 1940 г. расстрелять польских офицеров и государственных деятелей. Этим преступлениям не может быть никаких оправданий. В нашей стране дана ясная политическая, правовая, нравственная оценка злодеяниям тоталитарного режима. И такая оценка не подлежит никаким ревизиям»

26 ноября 2010 года Госдума России приняла заявление «О Катынской трагедии и её жертвах», в котором признает, что массовый расстрел польских граждан в Катыни был произведен согласно прямому указанию Сталина и других советских руководителей и является преступлением сталинского режима.

Правда, крупнейшая оппозиционная фракция КПРФ голосовала против резолюции и выступила с заявлением, в котором назвала "одним из крупнейших политических мифов XX века" свидетельства историков о том, что польские пленные были расстреляны под Смоленском сотрудниками НКВД СССР. По мнению представителей КПРФ, расстрел был осуществлен немецкими оккупационными властями осенью 1941г., после захвата Смоленской области силами вермахта.

В Интернете выложено огромное количество публицистики на тему Катынского расстрела. Обе вышеназванные версии трагедии рассмотрены публицистами и историками с большой степенью подробности. «Советская» версия отстаивается в статьях и книгах Ю.Мухина, В.Шведа, Ю. Слободкина, С. Стрыгина,  В. Илюхина и других.

«Польскую» версию отстаивают В. Абаринов, Ю.Заря, Н.Лебедева, А.Яблоков, И.Яжборовская и другие.

 Обе партии, рассматривая одни и те же документы приводят свои аргументы в пользу отстаиваемых версий, порой напоминающие «космический корабль загруженный метеоритами». http://www.katyn-books.ru/library/antirossiyskaya-podlost.html; http://katynfiles.com/content_katyndenial.html .

Так как в Интернете можно найти копии  почти всех первоисточников, на которые ссылаются сторонники обоих версий, http://www.katyn-books.ru/archive/prisoners/list.htm; http://www.katyn-books.ru/archive/1940_2000/doc/index.html; http://katynfiles.com/content_docs.html ; попытаемся на их основе сформулировать собственное мнение об этой трагедии.


Документально установлено, что в  ходе компании   осенью 1939 года подразделения  Красной Армии интернировали 230-240 тысяч польских солдат и офицеров

 3 октября 1939 года  Л. П. Берия и Л.З. Мехлис направили докладную записка И. В. Сталину по вопросу о военнопленных, в которой в частности предлагалось:

Военнопленных солдат—украинцев, белорусов и других национальностей, родина которых на территории Западной Украины и Западной Белоруссии, распустить по домам. 

Для военнопленных офицеров организовать отдельный лагерь. Офицеров в чине от подполковника до генерала включительно, а также крупных государственных и военных чиновников, содержать отдельно от остального офицерского состава в особом лагере.

 Обязать Экономсовет выделить Управлению по делам военнопленных для обслуживания военнопленных 20 кинопередвижек и 5 походных типографий.

Обязать Центросоюз организовать при лагерях продуктовые и промтоварные ларьки.

 Установить для военнопленных офицеров несколько улучшенный паек.

Это предложение было одобрено решением Политбюро ЦК ВКП (б).

 По этому решению, рядовых и унтер-офицеров с территорий, отошедших к СССР, распустили по домам, более 40 тысяч жителей западной и центральной Польши передали Германии.

После объявления Правительством Сикорского войны СССР, остальные польские интернированные оказалось в положении военнопленных.

В том числе около 15 тысяч  интернированных офицеров, полицейских и ряд других категорий задержанных.
(По результатам  расследования  ГВП № 159 - 14542 человека)

8 октября 1939 года вышла директива Л.П. Берии по «оперативно-чекистскому обслуживанию» военнопленных в лагерях НКВД СССР. Она требовала выявлять лиц служивших в разведывательных и полицейских органов, участников военно-фашистских и националистических организаций,  агентуру  иностранных разведок; участников белоэмигрантских террористических организаций, провокаторов  царской охранки.

Весь выявленный «контрреволюционный элемент»  приказывалось немедленно брать на оперативный учет, заводить на них агентурные дела.

Аресты военнопленных по проведенным агентурным разработкам  требовалось производить с санкции начальника особого отдела и военного прокурора соответствующего военного округа, а следствие вести поручалось особыми отделами соответствующих военных округов.

 Следственные органы  выявляли, прежде всего,  тех, кто вооружал и посылал с территории Польши банды для разбоя в советских Украине и Белоруссии, кто убивал украинцев и белорусов в самой Польше, кто убивал в Польше коммунистов.

 Эти военнопленные  подпадали под действие статьи 58-4 УК СССР «Оказание  помощи общественным группам и организациям в осуществлении враждебной против Союза ССР деятельности». Их арестовывали  и судили. Ориентировочно, на этом этапе было осуждено и  расстреляно около 1000 человек.

25 октября 1939 года вышло распоряжение начальника Управления по делам военнопленных  П.К. Сопруненко начальникам Осташковского, Вологодского, Грязовецкого, Оранского и Южского лагерей о направлении в Козельский лагерь военнопленных — офицеров, крупных государственных и военных чиновников.

 28 октября в Козельском лагере имел место инцидент, о котором сообщили в Москву. Для расследования инцидента была создана комиссия  «по проверке причины группового отказа военнопленных от завтрака»  Комиссия установила, что отказ от завтрака  (суп из макарон с картофелем и мясом) произошёл той причине, «что суп якобы жидкий».

« Вывод: групповой отказ от получения супа явился ничем не обоснованным, а лишь враждебной демонстрацией, вызванной враждебно настроенными лицами, воспользовавшимися случаем, что офицерскому составу в это время полагалось улучшенное питание».

Этот, документально установленный факт, говорящий о содержании военнопленных поляков, я включил в повествование, чтобы можно было сравнить (
http://proza.ru/2013/11/06/1683) с содержанием советских военнопленных  в польском плену после окончания Советско-польской войны, по разным источникам, где от голода и болезней погибло от 60 до 90 тысяч человек.

25 ноября 1939 года  в управление по делам военнопленных поступило распоряжение Л.П. Берии:

«Приступить к дифференциации офицерского состава, содержащегося в наших лагерях, в количестве 8980 человек, из которых 4500 человек с территорий Западной Украины и Западной Белоруссии, с тем, чтобы решить, где какую категорию их использовать».

Тех, кого не посчитали социально опасными, около 400 человек,  отправили в лагерь для военнопленных в Грязовецкий лагерь.

29.12.1939  Согласно справке П.К. Сопруненко в Козельском лагере, расквартированном в  5 км от города  Козельска,  на территории Оптиной пустыни, содержалось 4543 военнопленных офицеров.  Из них: 1385 кадровых.

В декабре 1939 года и в январе 1940 года шла оживлённая переписка между Управлением по делам военнопленных, расположенным в Москве и руководством Козельского лагеря.

Москва требовала ускорить оформление следственных дел и отправление их на Особое совещание. Руководство лагеря регулярно отчитывалось о количестве и категориях  содержащихся в лагере военнопленных,   происшествиях, и   количестве военнопленных направленных в управления НКВД   после осуждения их Особым совещанием.

20 февраля 1940 года    из  Управления по делам военнопленных   НКВД СССР поступило предложение, направленное Л.П. Берии,  о разгрузке Старобельского и Козельского лагерей, Предлагалось для разгрузки лагеря отпустить по домам старых, больных и тех, на которых нет компрометирующих материалов. Всего 700-800 человек.

На офицеров корпуса пограничной охраны, 2-го отдела главного штаба, офицеров информации, судейско-прокурорских работников, помещиков, актив буржуазных  партии, (всего около 400 человек) предлагалось оформить дела для рассмотрения на Особом совещании при НКВД.

22 февраля  Берия ответил на предложение, отправив циркуляр, по всем лагерям, обязывающий всех содержащихся в  лагере офицеров корпуса пограничной охраны, 2-го отдела главного штаба, офицеров информации, судейско-прокурорских работников, и т.д.  « перевести в тюрьмы, перечислив их за органами НКВД. Все имеющиеся на них материалы передать в следственные части УНКВД для ведения следствия».

Судя по шифротелеграмме заместителя начальника УНКВД СССР по Смоленской области  от 3 марта1940 года В.Н. Меркулову, это распоряжение было выполнено: «В соответствии с Вашим указанием в Козельском лагере НКВД военнопленные отобраны и доставлены в Смоленскую тюрьму.  Прошу указаний о порядке их оформления и ведения следствия. Ильин».

Следственные части УНКВД имели право выносить приговоры к смертной казни. Часть перечисленной категории военнопленных, впоследствии могла быть расстреляна. Согласно с одностраничным письмом Берии, о котором я упоминал в «Детективе с особой папкой»
http://proza.ru/2013/12/18/2216 , в СССР  могло быть расстреляно 2-3 тысячи польских офицеров.

К началу марту 1940 года следственные дела на всех военнопленных Козельского лагеря были отправлены на Особое совещание.

Согласно сводке УПВ НКВД СССР от 28.2.1940 года  в Козельском лагере содержалось 4486 человек, из них поляков 4347.

Существует так называемое  «Донесение Корытова», из которого следует, что  в начале марта (не позднее 4 числа), состоялось  совещании в УПВ НКВД СССР по организации отправки из лагерей  военнопленных после вынесения решений Особым совещанием.  (Не «тройки»!). http://www.katyn-books.ru/archive/prisoners/Docs/215.html

Из донесения следует, что обсуждались вопросы подготовки  к отправке,  порядок передачи осужденных конвою, оперативное и хозяйственное обслуживание в пути следования.  Предложено объявлять решение Особого совещания осуждённым,  в том лагере, где они будут содержаться.

В марте, апреле и мае 1940 года в адреса Козельского лагеря  из Управления по делам о военнопленных при НКВД СССР было направлено более десятки срочных указаний. Все они имели стандартный текст:

«С получением сего, немедленно направьте в гор. Смоленск в распоряжение начальника УНКВД по Смоленской области нижеперечисленных военнопленных, содержащихся в Козельском лагере».
Список (примерно на 100 человек) прилагался.

Одновременно с военнопленными в Смоленское управление НКВД направлялись и следственные дела на них, которые позже пересылались в первый спецотдел НКВД. Но не все военнопленные из Козельского лагеря отправлялись в распоряжение начальника УНКВД по Смоленской области.

Так, 4 апреля 1940 года начальникам лагерей военнопленных послано циркулярное письмо:  «Если в списках военнопленных, подлежащих отправке из лагеря, будет Ваша агентура — последнюю никуда не отправляйте до особого распоряжения. Лагерные учетные дела на агентов отберите и вместе с имеющимися на них агентурными материалами вышлите нарочным в совершенно секретном порядке лично мне».

В апреле начальнику Козельского  лагеря было послано из Управления по делам военнопленных  письмо, с требованием задержать военнопленных, в соответствии с представляемым списком, «для проведения оперативных мероприятий».

А 28 апреля 1940 г. пришла телеграмма  № 0362 « По распоряжению... Берии прошу дать распоряжение об этапировании в гор. Москву во внутреннюю тюрьму НКВД СССР военнопленного Станислава Станиславовича Свяневича, 1899 г. р. (дело № 4287), содержащегося в Козельском лагере»

 Свяневича сняли с поезда в самый последний момент, уже на станции Гнездово, в трех километрах от Катыни. Он видел, как его товарищей в «черных воронах» увозили со станции. Его арестовали по подозрению в шпионаже и отправили в Москву для следствия.

В конце концов, поручика Свяневича в 1941 г. после заключения союзного договора между СССР и правительством Польши в эмиграции амнистировали и освободили. Он был зачислен в армию Андерса и благополучно дожил до конца войны, считаясь сейчас одним из главных польских свидетелей по Катынскому делу.

В общих справках, составленных в 1941—1943 годах в  ответы на запросы об военнопленных офицерах при формировании армии Андерса, содержалась  стандартная фраза: «Передано через 1-й спецотдел НКВД в распоряжение УНКВД областей».
Документально установлено, что из Козельского лагеря в распоряжение УНКВД Смоленской области было передано 4404 человека.
Документов, содержащих приказ о расстреле и доклад, о его выполнении, не обнаружено до сих пор.

Согласно выводу из расследования ГВП дела № 159 ,   по результатам ранее проводившихся исследований Катынского расстрела можно установить только то, что поляки были кем-то расстреляны.

Поэтому,  аргументы, приводимые «международной» комиссией организованной  Геббельсом (версия 1)  и советскими комиссиями НКВД-НКГБ  и Бурденко  (версия 2) рассматривать подробно не буду.

 Укажу  только, что свидетельские показания как с одной, так и с другой стороны объявляются фальсифицированными  и  приведу примеры взглядов сторонников обоих версий на наиболее веские аргументы.

Немецкие пистолетные гильзы  - (В.2 – поляков расстреляли немцы)  (В.1- гильзы закуплены Советским Союзом или взяты как трофей в Польше).

Бумажный шпагат, выпускаемый только в Германии - (В.2- зафиксирован комиссией НКВД-НКГБ) (В.1- «международная» комиссия такого не видела).

Отсутствие писем датированных позже апреля 1940г. - (В.2- переписка с 6 марта 1940 года приказом из НКВД была запрещена) - (В.1- Поляки расстреляны в 1940 г.).

Находки документов и знаков различия в могилах, которых не должно быть по правилам НКВД - (В.2- поляки перед расстрелом содержались по немецким порядкам)  (В.1- Правила плохо соблюдались)

Находки в могилах купюр военного выпуска - (В.2 - поляки расстреляны в 1941 году) (В.1- не достоверные сведения или ошибка)

«Международная» комиссия  не нашла вещественных доказательств с датами позже апреля - (В.2- при эксгумации немцы удаляли не устраивающие доказательства) (В.1- поляков расстреляли в 1940 году).

    Комиссия Бурденко нашла несколько вещественных доказательств от  1941 года –  (В.2 - поляков расстреляли в 1941 году) (В.1- доказательства фальсифицированы)

Рассматривая приведённые примеры можно увидеть, что на каждый довод всегда можно найти контр довод или достаточно логичное объяснение. Остается интерпретировать два, как мне кажется самых серьезных довода.

 Если фразу «отправлены в распоряжение НКВД Смоленской области»  можно считать профессиональным жаргоном палачей из НКВД и её следует читать как «направлены на расстрельный полигон Смоленской области для приведения приговора в исполнение», то почему надо вести так далеко? 

Если верить публикациям Мемориала, то возле каждого крупного города был свой расстрельный полигон НКВД. Возможно, город Козельск недостаточно велик, чтобы иметь собственный полигон. Но значительно ближе, чем Смоленск,  и дальше от государственной границы,  находятся города Калуга, Тула, Орел, Брянск. Даже самый известный расстрельный полигон Коммунарка находится ближе к Оптиной Пустыни. Этот противоречие сторонники версии № 1 почему-то не замечают.

Главный, и как мне представляется, самый существенный довод в пользу расстрела польских военнопленных в 1940 году, тот, что после мая 1940 года о военнопленных, направленных в распоряжение НКВД Смоленской области нет никаких документальных свидетельств. А ведь внутриведомственная переписка в НКВД об этих людях за период осень 1939 года – март 1940 года составляет сотни единиц различных документов.

 Последний, найденный мной в Интернете документ «Справка УПВИ от 03.12.1941 о бывших польских военнопленных, содержавшихся в лагерях НКВД с 1939 по 1941 г» говорит о них одной  строчкой: «Отправлено в распоряжение УНКВД в апреле-мае 1940 г. через I-й спецотдел 15131 человек».

 С. Стрыгин на сайте "Правда о Катыни" распространил следующую информацию: «В июне 2004 года в архивах были обнаружены неизвестные ранее документы 1940-42 гг., подтверждающие факт существования к западу от Смоленска трех так называемых "лагерей особого назначения", в которых в 1940-41 гг. содержались бывшие польские военнослужащие и государственные чиновники, вывезенные в апреле-мае 1940 г. из трех спецлагерей НКВД СССР для военнопленных».

 «Выяснилось, что указанные "лагеря особого назначения"  представляли собой территориально-производственные структурные единицы Вяземского исправительно-трудового лагеря НКВД СССР, так называемые "асфальтобетонные районы" (АБР)».

 Документально подтвержденные данные о дислокации этих трех лагерных отделений Вяземлага следующие:

«Купринский АБР (лагерь N1-ОН).

Место дислокации штаба АБР - дер. Тишино Смоленского р-на Смоленской обл. Место дислокации жилой зоны лагеря з/к з/к - дер.Тишино. Количество польских з/к по состоянию на 26 июня 1941 г. - 2.932 человека»

Начальник лагеря - Ветошкин

«Смоленский АБР (лагерь N2-ОН)
       Место дислокации штаба АБР - дер. Печерск Смоленского р-на Смоленской  обл. Место дислокации жилой зоны лагеря з/к - пос. Катынь.  Количество польских з/к по состоянию на 26 июня 1941 г. - "примерно 1.500, максимум 2.000 человек".

Начальник АБР – Макаревич»

«Краснинский АБР (лагерь N3-ОН)

  Место дислокации штаба АБР - ст. Красное Краснинского р-на Смоленской обл.
 Место дислокации жилой зоны лагеря з/к - ст. Красное (дер. Буда)
 Количество польских з/к по состоянию на 26 июня 1941 г. - "более 3.000 человек"

 Начальник АБР – Бессмертный»

«По данным, установленным из обнаруженных на сегодняшний день рассекреченных архивных источников, общая численность польского контингента трех указанных лагерных отделений Вяземлага, составляла, по состоянию на 26 июня 1941 г., около 8.000 человек».

 «Еще какое-то количество осужденных польских военнопленных (до нескольких тысяч человек), предположительно, могли содержаться после марта 1941 года на девяти так называемых "Отдельных лагерных (лесозаготовительных) пунктах" (ОЛП) Вяземлага, где они занимались заготовками леса. Самым крупным из трех "лагерей особого назначения" был Краснинский АБР N11 ("лагерь N3-ОН"). В нем содержались свыше 3.000 бывших польских военнопленных».

 «На основании выявленных отчетных бухгалтерских документов о результатах эвакуации Вяземлага установлено, что немцы полностью захватили в июле 1941 г. архив Краснинского АБР и частично - архив Купринского АБР (архив Смоленского АБР из дер. Печерск был успешно эвакуирован). Установлено также, что немцами были почти в полном составе захвачены и позднее уничтожены сотрудники администрации и лагерной охраны Краснинского АБР».

К сожалению сторонников «советской» версии Катынского расстрела это сообщение было подвергнуто критике  http://katynfiles.com/content/romanov-vyazemlag.html.  Одним из аргументов была представлена статистика  из  фонда 9414 Государственного архива РФ,  о национальном составе заключенных Вяземлага на лето 1941 года.  Поляков было всего 11, а остальные  9351 человек - русские, украинцы и белорусы.

Принимая во внимание, что до самого последнего времени сторонники «польской» версии вообще отрицали наличие лагерей с тысячными массами заключённых, а сторонники «советской» версии на этом всегда настаивали, то степень достоверности  статистики из фонда 9414 следовало бы подкрепить, выложив в Интернет ксерокопию соответствующего документа.

Только когда все документы, имеющие отношение к трагедии Катынского расстрела будут рассекречены, опубликованы,  изучены и описаны  историками, включая независимых экспертов, специалистов по выявлению фальсификаций, только тогда можно будет ставить точку в этом сложном, и чрезвычайно политизированном деле.




 

Ещё статьи:
Комментарии:
Нет комментариев

Оставить комментарий
Ваше имя
Комментарий
Код защиты

Copyright 2009-2015
При копировании материалов,
ссылка на сайт обязательна